Второй из двух

— Мегуми, ты ведь действительно подозревал Юджи? — мужчина сел на стоящие горсткой бетонные плиты, пригласительно постукивая пальцем рядом с собой. Придорожная сухая грязь нагло летела в бледное лицо Фушигуро. Парень недовольно поморщился и чертыхнулся. — Какое это сейчас имеет значение? — прогнусавил черноволосый, размашистым движением потерев покрасневший нос. Сатору расслабленно подпер рукой лохматую голову. Крупная ладонь продолжала упрямо отбивать ритмы, вздымая ржавую пыль. — Всё, что касается Юджи Итадори, имеет значение, — стальным тоном возразил мужчина, оттягивая длинным пальцем черную ткань. Небесная радужка предупреждающе заискрилась ледяным холодом. Годжо терпеть не мог, когда ему врут или недоговаривают, а Мегуми просто ненавидит эти глаза. Фушигуро сдался, нехотя кивая. — Сначала я так думал, — согласился молодой шаман, присаживаясь рядом. Острые локти неприятно уткнулись в поджатые бедра, а влажные ладони крепко сцепились между собой. — Но вы сами сказали, что он на такое чисто физически не способен. Парень заметно занервничал, что конечно же не скрылось от именитых глаз Годжо. Люди волнуются, когда им есть что таить. — Но… сейчас, я ни в чём не уверен. Мужчина понятливо хмыкнул. Невозможно познать человека за такой короткий срок. И слепо утверждать в обратном — безрассудство. Годжо рад, что Мегуми это осознаёт, но что-то в его поведении настораживает. Из темного окна здания, сверкнул яркий блик. Режущий металл нагло побеспокоил голубую радужку. Годжо болезненно прищурился и повернул голову в сторону яркого света. В проёме замелькала знакомая светлая макушка задорно зыркавшего парня. Он зажимал нож ровно над головой — на линии скользящего луча солнца. Годжо приветливо махнул рукой, но мальчишка никак не отреагировал. Выглядел он довольно сосредоточенным, возможно просто не обратил внимания. Какая-то необъяснимая тревога мимолётно выбила клеймо на задворках сознания. Мужчина подсознательно напрягся, словно в него, только что, запустили бесчисленное количество вражеских техник. И все летят на поражение. — Между вами что-то случилось? — поинтересовался Сатору, отогнав странное предчувствие на второй план. Черноволосый наконец-то осмелился посмотреть на мужчину. Ненормальные глаза полностью скрылись под тонкой маской, позволяя юноше облегченно вздохнуть. — Можно и так сказать, — пробормотал мальчишка. Он пообещал Юджи молчать, но сам разрывается в несоответствии своих чувств. — Итадори, больше не сможет жить спокойно. Из-за моей слабости, он потерял всё. — Фушигуро болезненно сжал челюсти, чтобы ненароком не вылить всю подноготную. — Сэнсэй, помогите мне стать сильнее.

***

Юджи лениво подпирал дверной косяк, безразлично наблюдая за жалко трепыхающимся в кровавом месиве проклятием. Оставшаяся громадная клешня убого шкрябала по деревянным доскам, заворачивая собственную остывшую требуху в дырявый живот. Дух тяжело стонал и ревел, постукивая вывернутыми наружу ребрами о сырые деревяшки. Из узких глаз градом лились слезы, а искореженный рот что-то неустанно бубнил. Мальчишка пойдя на поводу у любопытства, слегка наклонился вперёд, пытаясь разобрать хоть слово. Но кроме отвратительного гортанного бульканья, ничего не расслышал. Светловолосый слегка растерялся: он не воздействовал на духа проклятой энергией, и, по идее, оно должно было начать регенерировать. Но вместо этого исступлённо харкалось кровью. Мальчишка с интересом присел на корточки рядом с дёргающимся в конвульсиях проклятием. Тот ещё пуще заскулил, жалко размахивая побитой клешней в разные стороны, бесполезно пытаясь отогнать от себя парня. Юджи раздражённо сжал губы от режущего слух крика. Презрительно прищурив янтарные глаза, обрывая ряд ничтожных атак, он крепко ухватился за предплечье духа, потянув на себя надоедливо дёргающуюся конечность. За крепким панцирем потянулась мясистая серая плоть, белея от натянутых разрывающихся волокон. На бесстрастное лицо парня, брызнула густая тёмная жидкость, несколькими кровавыми кусками сползая на одежду. Юджи брезгливо вытер кровь заправленным рукавом пиджака, но только сильнее размазал её по щеке. В нос ударил сладковатый смрад гнили и тухлый запах серы. Итадори мгновенно позеленел. Непереносимость резких запахов у него ещё с детства. Это тело слишком чувствительно, но к этому можно привыкнуть. Клешня громко бухнулись на землю, рядом с несколькими парами оторванных лап, расплёскивая вязкую темную лужу под ногами и до одури напугав оглушенного призрака. Ободранная туша гадкой личинкой барахталась в грязи, путаясь в собственных потрохах. Итадори задумчиво почесал подбородок: воняет точно так же, как и низкоранговый дух, но по каким-то причинам лапы отращивать не хочет. «Да и гнилью тянет», — Юджи замучено вздохнул, уперевшись щекой в собственное колено. Проклятие снова начало надрывно выть, словно рыба глотающая воздух широко открывая рот. — Больно… — еле слышно прохрипел дух. Итадори сам удручённо взвыл от такой наглой лжи. — Такого понятия как «больно», у проклятий не существует, — поучительно затараторил парень и ободряюще похлопал существо по месту, где предположительно должны быть щёки. Алая юшка капала с изуродованного широко открытого рта, смешиваясь с капающими с лица слезами. Заметив в кровавой беготне одну интересную деталь, парень, без капли былого отвращения, встромил два пальца проклятию в пасть, оттягивая нижнюю челюсть. Ряд зубов был точно таким же, как у среднестатистического человека: обычное количество, нормальная ровная форма. На первом и втором моляре, виднелись старенькие пожелтевшие пломбы. «Что за черт?» — мысленно выругался парень, упираясь другой рукой в голову проклятия, пытаясь рассмотреть верхнюю линию зубов. От уголков искривлённого рта кровавой дорожкой потянулись трещины. Дух яростно зарычал и задёргался, змеёй выкручиваясь в собственных склизких кишках. Парень предупреждающе шикнул на внезапную буйность, полностью уходя в собственные раздумья. «Неужели ещё остались шаманы способные на это? Или опять Кэндзяку проворачивает свои грязные делишки?» — проклятие начало жалостливо скулить, продолжая заливать лицо влагой, — " Нет. Почерк не тот. Уж больно убого выглядит». Сильные челюсти начали судорожно сжиматься, и, парень, ловко выскользнул из пасти духа. Черная гнилая кровь слизью стекала с его пальцев. — Больно… — в очередной раз, заныло существо, обращая на себя внимание задумчивых янтарных глаз. — Очень. Сильные фаланги крепко сжали кожаную голову проклятия, от чего твердый череп звонко хрустнул, а серое вещество проворно брызнуло между пальцами. Юджи брезгливо тряхнул рукой, смахивая остатки мутной слизи. Темные куски мяса и кожи застряли под обгрызанными ногтями. Парень содрогнулся от нежелания их потом выковыривать. «Возможно собрал последователей и начал обучение». Тело ещё долго конвульсивно барахталось на полу. Но Итадори безразлично переступил через его ошмётки и дальше направился к лестнице на второй этаж. Сукуна гадко засмеялся, а через несколько секунд его рот появился на щеке мальчишки. — Куда делись твои непоколебимые принципы, пацан? Ты же только что убил человека, — насмешливо протянул Двуликий, — Почему я ещё не слышу, как ты ползая на коленях, просишь прощения? Рдяная глазница, мерзко раскрылась на лице парня. Юджи явственно ощутил, как двигается чужеродное глазное яблоко у него под кожей, упираясь мягкой стороной в его скуловую кость. Пожалуй это было самое отвратительное за весь сегодняшний день. — Этот человек погиб, как только превратился в… это, — просто ответил мальчишка, — Почему я должен чувствовать себя паршиво, из-за убийства неразумного существа? Люди каждый день этим занимаются. Сукуна недовольно закатил единственный глаз: он ожидал всё что угодно, но не такого равнодушия к собственному виду. На втором этаже что-то громко грохнулось об пол, привлекая внимание обоих проклятий. — Думаю, я оказал ему неоценимую услугу, — тем временем продолжил мальчишка, лениво перебирая ногами. Двуликий насмешливо фыркнул: — Заживо потрошить и отрывать конечности, это конечно очень благородно. Итадори проверил несколько комнат, но так и ничего интересного не нашел. Каждая из них была совершенно пустой, правда вид был куда лучше, чем на предыдущем этаже. Проклятиями здесь даже и не пахло. — А сам-то… — прошипел мальчишка, воткнув два загвазданных пальца в дофига болтливый рот Короля. Двуликий от такой наглости поперхнулся и шокировано затих. Как он и думал: Сукуна полностью контролировать невозможно. Демон способен свободно переносить любую функциональную часть своего тела. Причём контролю Юджи они будут неподвластны. Парень бесцеремонно ввалился в самую последнюю комнату этажа, с которой, по классике жанра, и следовало начинать. В центре стояла уже знакомая рыжеволосая девчонка, почему-то разбросавшая своё оружие по полу. Тонкие руки тянулись вверх, располагаясь точно над головой, а за её напряжённым силуэтом довольно лыбилась какая-то мохнатая жаба. Юджи посчастливилось оказаться незамеченным, что позволило ему быстро прикинуть в чём, собственно, дело. Мерзкая жилистая лапа крепко держала какого-то мелкого мальчугана, грозя проткнуть бритвенно-острым ногтем хрупкую детскую шею. «Чертовски знакомая ситуация», — улыбнулся юноша. Светловолосый потянулся к поясной кобуре, удобно ухватившись за рукоятку «Убийцы демонов». Вытащив нож и ловко крутанув его в правой руке, он зажал острие лезвия между пальцами, прицеливаясь к уродливой морде проклятия и… изумлённо замер. Мокрый, оклейменный угловатыми метками язык, щекотливо полоснул между его стертых фаланг, ныряя горячим кончиком в ямку между среднем и безымянным пальцем. Парень отчётливо ощутил, как нехорошие мурашки пробежали по коже, бешеным табуном зарываясь в короткие волоски на затылке. Он совсем забыл, что всё это время, хозяйничал во рту тысячелетнего демона. Скользкое лезвие выскользнуло из вспотевшей руки. В горле Юджи мгновенно пересохло. Острые зубы призрака болезненно прокусили твердую кожу. Светловолосый по-девичьи взвизгнул и вырвал окровавленные пальцы из пасти проклятия. Тем временем нож, метнулся прямо в сторону девушки, но та успела среагировать на плаксивый крик Итадори и вовремя отпрыгнула в сторону. Только несколько её рыжих прядей одиноко взметнулись в воздух. Холодный клинок точно вклинился в голову духа, пригвоздив того к стене. Мелкий мальчишка вывалился из повисших лап проклятия, камнем бухаясь на землю и в кровь сбивая острые коленки. — Что ты творишь?! Пустоголовый идиот! А если бы ребёнка задело?! — зло закричала Нобара, разворачиваясь на низких каблуках, она угрожающе рванулась к Юджи, замахиваясь стальным молотком. Парень выпрямил спину и по привычке, слизал несколько проступивших капель крови. Но вспомнив, где эти самые пальцы недавно побывали, недовольно скривился. Радовало только то, что этот хитрый чёрт, сидит где-то там — в своих адских владениях и точно так же отплевывается. Девушка внезапно остановилась в метре от Юджи, изумлённо выпучив глаза. Вид и правда не самый презентабельный: лицо забрызганное чужой запёкшейся кровью, такие же по локоть измазанные руки, даже рукава, которые были аккуратно заправлены на сгибе, не удалось сохранить в чистом виде. Итадори неловко зарылся пятерней в светлые пряди, но поздно отдернул себя. Теперь и волосы грязные. — Я… убил человека…