The darkness is watching you

︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽

      Мужчина, одетый в классический тёмно-синий костюм, методично постукивал по рулю, оббитому чёрной кожей, и всё чаще смотрел на швейцарские наручные часы, подмечая, что уже давно опаздывал. Непозволительная дерзость. — Чёрт бы побрал этих инвесторов, — едкие фразочки, вырывающиеся изо рта за последние полтора часа в пробке, стали уже не сердитыми и полными гнева, а скорее просто отчаянными.       Поток машин не двигался с места ни на миллиметр уже семнадцать минут и двадцать четыре, двадцать пять, двадцать ш… секунд. А ещё двадцать пять минут назад — призрачная надежда на выезд к злосчастному перекрёстку, хоть и черепашьим темпом, но имела место быть.       Незапланированные и сумбурные встречи для обсуждения «вопросов чрезвычайной важности» — это то, что Аккерман искренне ненавидел всей душой. Не бывало у людей, к которым он уже не собирался торопиться, действительно важных вопросов. О чём думали эти жирные идиоты, вытаскивая его в ресторан за пару часов до комендантского часа? "Предоставляют убежище" они. Какое там убежище то? Вопросы которые, похоже, сегодня обоснованию не поддадутся.       Сейчас каждый здесь заложник судьбы и воли случая. Вокруг шныряли недовольные водители и их испуганные пассажиры: мужики, орущие на всё, что движется, и гораздо громче на то, что нет; расфуфыренные дамочки, жмущиеся огромной грудью к рукам своих кавалеров, хлопая ресничками, спрашивали с детской наигранной наивностью: «С нами ведь всё будет хорошо, правда, милый?»; мамочки с детьми, которые просто укачивали своё чадо и кидали обеспокоенные взгляды на мужей, но в ответ получали только полные безысходности глаза и нервно поджатые губы. Беспокоиться было о чём. И не о страшном морозе на улице, не падающему пушистому снегу, начинающему оседать на крышах машин, даже не о сраном эвакуаторе, которому давно уже стоило приехать и увезти подальше разбитую, упавшую на бок фуру и фургон, не поделившие поворот.       Комендантский час наступит через двадцать семь минут. Ничтожно мало для почти опустевшего города, где на домах уже как битый час красовались решётки, колючие проволоки, массивные ставни и тяжёлые, не пропускающие ни капли света, шторы.       Они начнут просыпаться меньше, чем через жалкие полчаса. Водители как могли подвинули фургон, но вот фуру, которая занимала основную часть перекрёстка, не смогли сдвинуть даже на дюйм. Груз из прицепа даже растащить успели, всё равно уже не доедет туда, куда нужно было.       На пассажирском сидении зажёгся экран телефона, но мелодия, как в предыдущие раз десять, уже не била по ушам. Леви, окончательно осознав и смирившись с тем, что сегодня он, в лучшем случае, поедет только домой, поставил мобильный на беззвучку и лишь наблюдал за жалкими попытками Зоэ дозвониться до него. Этой женщине крупно повезло, что живёт она всего в квартале от места встречи, поэтому дойти пешочком на своих двоих ей не составило особого труда, в отличие от него самого, проживающего на другом конце города от нужного ресторана, коих осталось меньше, чем пальцев на руке.       Четырёхглазая бестия Гоблин, мать твою, если ты сейчас же не возьмёшь телефон, то рискуешь потерять свою долю в контракте, а там и вылететь из компании, как пробка от шампанского, поверь, недалеко. Доставлено: 23:34 Прочитано: 23:35       Он недовольно сморщил лоб от столь нелюбимого прозвища. Когда телефон вновь завибрировал, Зоэ взяла инициативу на себя, а рука уже готова смахнуть кнопку принятия вызова, колонна машин вдруг внезапно оживилась. Подняв взгляд на дорогу, через длинное столпотворение, стал заметен огромный эвакуатор, весь покрытый толстым слоем снега. Куда толще, чем нападало в самом городе, а из этого следует сделать вывод, что махина решала проблемы за его пределами. Но даже этот факт не мог как-то смягчить раздражение и глубокое возмущение от затяжного ожидания. В принципе, можно поблагодарить только за то, что он вообще приехал.       Водители стремительно потянулись в тёплые салоны автомобилей, надеясь пролезть вперёд всех и успеть туда, куда торопились до того, как застряли в пробке. И Ривай не исключение. Понимая, что тот поворот, к каковому ринулся поток, объезжая оставленные кем-то авто, ему уже в хер не упёрся, он включил поворотник, вывернул руль и свернул во двор микрорайона, попутно получая в свой адрес не самые лестные комментарии от водителей, которых подрезал. Продемонстрировав им дорогой перстень на среднем пальце из белого золота, украшенного чёрным опалом, Аккерман нажал на газ и помчал по тёмным закоулкам между высоченных серых многоэтажек.       До его квартиры ехать ещё около семи минут, а до полуночи оставалось пятнадцать. Ещё один перекрёсток, но в этот раз уже совершенно пустой. Фонари вдоль дороги освещали падающий снег, из-за чего он красиво и волшебно поблёскивал, успокаивая расшатанные за сегодняшний день нервы. На светофоре горел красный свет, монотонно отсчитывая минуту. Внезапно вспоминая о том, что так и не перезвонил Ханджи, он взял в руки телефон, нажимая на кнопку питания. Ноль реакции. Замёрз, что ли? Хотя как мог, в салоне жарко как у грешников в котле. Палец задержался на кнопке питания чуть дольше, и устройство начало перезагрузку.

︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽

      Он бежал тяжело дыша, постоянно оборачиваясь, но ничего не замечая. Только темнота, которая словно бы двигаясь, хваталась за него цепким взглядом. Нет, да быть такого не может. Невозможно. До полуночи ещё как минимум пятнадцать минут. Влажные каштановые волосы прилипли ко лбу, зелёные глаза начали слезиться, конечно же, от холодного ветра, хлещущего его по лицу. Точно не от животного ужаса, поселившегося где-то в грудной клетке и застрявшего комом в горле. Наконец, свернув за угол очередного дома, взгляд цепляется за придорожный фонарь. Свет, боже, наконец-то свет. Собрав последние силы, парень поджал губы и рванул к дороге. Теперь он был уверен. Он почувствовал в этот момент, что за ним гналось оно. Это нечто только что разорвало ему куртку, пытаясь ухватить, вероятно, осознав, что добыча вот-вот ускользнёт. Да, сейчас он был всего лишь чьей-то добычей.       Хотелось остановиться перед машиной, что стояла на дороге под фонарём, залезть внутрь, попросить помочь, но страх был просто неимоверно велик. Сейчас он не владелец своему телу, не сможет резко затормозить — слишком быстро разогнался. Поэтому в последний момент, чтобы не впечататься в авто, он подпрыгнул. Боком проехался по капоту, спрыгнул на ноги и уже развернулся, как вдруг на него запрыгнуло огромное, тяжелое нечто, и повалило на заснеженный мокрый асфальт. И парень только что увидел его лицо. Отвратительно ужасная рожа, которая будет сниться ему в кошмарах, когда спасётся. Если спасётся, — мельком промелькнула довольно пессимистичная мысль. А затем наступила темнота. Не та, что преследовала его по закоулкам, и уже этому можно было порадоваться.       Неужели я умер?

︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽

      От созерцания красочной заставки Аккермана отвлёк глухой удар по капоту. Почти тут же мужчина взорвался от порыва злости и негодования, понимая, что какой-то шкет только что проехался своей задницей по капоту его, Ривая, машины. Костяшки рук зачесались, подговаривая преподнести несносной шпане доходчивый до любых умов урок. Но тут же поник, когда увидел нечто огромное, серое, худое, длинное, словно из вязкой слизи или жидкого воска, лишь отдалённо напоминающее человека, нечто. Застыв как статуя, он только и мог наблюдать, как эта дрянь прыгая, нет, почти летя, вцепилась в парнишку длинными и острыми когтями, когда последний, с надеждой и неимоверным страхом, взглянул на сидящего в машине, перед тем как свалиться плашмя на тротуар от грузной ноши. Леви видел, как снег окрашивается красным.       Пошарив рукой по заднему сидению, не отрывая глаз от сидевшего на человеке чудовища, он пытался нащупать пистолет. Должен быть где-то здесь, что за херня. Через пару секунд холодный металл приятно остудил пальцы, моментально потеплевшие из-за бешеного ритма сердца, разгоняющего кровь по венам. Решительно открыв дверь, Леви выскочил из салона, снял пистолет с предохранителя и надавил на курок. Дважды. Оружие всегда должно быть заряжено: маленькая и простая хитрость, которой научила жизнь.       После первого выстрела, тварь онемела и застыла, выпустив тело парня из-под когтей. После второго, с неприятнейшим звонким и сочным звуком упавшего на разделочную доску мяса, плюхнулась на асфальт, распластав свои худющие длинные конечности во все стороны. Не убирая дуло пистолета с серого нечто, Аккерман аккуратно, боком, подошёл к парню и, присев, нащупал вену на шее. Пульсируя, она дала понять только одно — живой.       После того как он, подождав пару минут и уже наверняка убедившись в том, что монстр повержен и больше вставать не собирался, примостил пистолет за пазуху и поднял парнишку на руки. Не бросать же его тут, верно? Медленно, оглядываясь по сторонам, мужчина подошёл к машине и, немного наклонившись, пальцами открыл дверь в салон. Тяжёлый, зараза.       С максимальной осторожностью уложив парня на заднее сидение, закинув рядом огнестрел на его законное место, побрёл до водительского кресла. Тяжело вздохнув и опустив взгляд на свои руки, увидел то, чего на них уже давно не было. Тёмно-багровые глубокие пятна впитались в дорогую ткань, а пальцы начинали неприятно слипаться. Вот ведь… Он истекает кровью гораздо сильнее, чем показалось. Самое время, блять, поторопиться, а не разглядывать ладони, не думаешь?       Очередной раз мотнул взгляд на часы. Какой уже раз за сегодня? Без пяти минут двенадцать. Возиться с бинтами в такое время, когда ещё немного и подобные этой ебатне существа заполнят улицы — однозначно очень плохая идея. Выбора у него не так уж много, с учётом того, что даже многие, считай — все, больницы в ночное время наглухо закрыты. Последнее — просто чистейшей воды идиотизм, и не только по мнению Аккермана. Куда податься израненным людям, по различным обстоятельствам неуспевшим вовремя укрыться, кроме как в специализированное место, где им обязаны оказать помощь? Никто ответа дать не мог, а вот лично он и ещё какой-то балбес, решивший устроить вечернюю пробежку, сейчас в нём очень нуждались.

︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽

      По сосредоточенному лицу периодически скользил тусклый жёлтый свет ночного освещения, а стрелка спидометра неумолимо росла. Теперь счёт шёл на секунды. Даже не знаешь, за что больше переживать: за парня, истекающего кровью, или за маячащею перед глазами возможность быть разорванным на части полчищем уродцев. Что ж, прекрасный день, больше нечего сказать.       После очередного резкого поворота, в поле зрения наконец-то попало знакомое высотное здание. Втопив газ в пол, авто, с визгом рассекая воздух, понеслось по дорогое, твёрдо сокращая дистанцию с целью.       Движение.       Леви судорожно бросил взгляд на заднее сидение через зеркало. Парень что-то мычал и болезненно хмурился. Очухался, значит. Как нельзя вовремя. — Эй, слышишь меня, поднимайся, — подгонял он парня вернуться в реальность, — Живо, ну! — В чём дело? — хриплым и тихим голосом спросил раненный пассажир, опираясь на руку и пытаясь встать.       Грузно вздохнув, Ривай бросил: — Мы опоздали.       Веки глаз раскрылись, в то время как значки наоборот — стремительно сузились. — Поэтому слушай сюда, хватай пистолет, что слева от тебя, и насчёт три — вылетаешь из машины, а дальше сообразим, всё понял? — быстро, но чётко объяснил он.       План ни толики доверия или чувства надёжности не внушал, но поскольку другого у них не было, человеку на заднем сидении оставалось только слабо кивнуть.       Через пару секунд машина резко затормозила, неслабо колыхнув сидящих в ней. У обоих зарябило в глазах, но не растерялся никто. Пацан, как и сказано, схватил пистолет, пусть даже не с первого раза, и, открыв дверь, начал вылезать. Леви же за доли секунды достал рядом с прикуривателем небольшой встроенный фонарик — обязательная вещь для всех, кто хочет показать хотя бы нос в темноту и не лишиться его.       Пулей выскочив из машины и подбежав к парню, закинул его руку себе на плечо и повёл в сторону входа в дом.       Фонарь крутился по сторонам с бешенной скоростью, и с не меньшей стучали сердца. Со всех сторон хрустел снег, где-то что-то падало, разбивалось, с треском ломалось. Движения. Они повсюду. Их здесь слишком много. Учуяли кровь, суки, и слетелись как пчёлы на мёд. Пистолет передан в другие руки, более умелые, которые могут с ним обращаться. Каждые две секунды звучал выстрел. Каждые две секунды одна из этих тварей подходила слишком близко. Ривай это чувствовал и, похоже, что не только он. Юноша под рукой вздрагивал каждый раз, когда в опасной близости снова скрипел снег. Глаза метались, улавливая порывистые движения в темноте, до того, как туда направлялся свет, а дыхание, что не удивительно, давно сбилось.       Оставалось всего несколько шагов до спасительной двери, когда рассеянный свет лампочки над ней потух. Лопнула. Вернее сказать, лопнули. Они. Тут же фонарик был выбит из рук и в один момент неожиданно погас.

︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽

      Первое, что я увидел, открыв глаза — яркий белый свет. Ну ничего себе, неужели это и есть тот хвалебный и воспетый в песнях и стихах свет в конце туннеля?! А чего на нём паутинка колышется тогда? — Эй, ты как?       Повернув голову на звук, взгляд встретился с ледяными серыми глазами. Ого, пули так же отблёскивают. — Что-то не похож ты на ангела, — обиженно буркнул парень. — Ты был плохим мальчиком, добро пожаловать в ад, — и улыбка.       А за улыбкой лёгкий смех. А за смехом отборные трёхэтажные маты, от расходившейся по груди острой боли.       Мужчина встал первым, протянув парню руку и помогая встать, а затем и устоять на ногах. Они всё-таки успели. Радость на бледном от потери крови лице сияла ослепительно ярко. — Если бы эта дверь открылась на полсекунды позже, то уже этим утром мы были бы звёздами новостного выпуска. — Всегда хотелось стать знаменитым. — Врагу не пожелаешь такой славы, — сказал мужчина с горькой ухмылкой, — Сильно болит? Хреново выглядишь.       Двери лифта плавно открылись, впуская в себя запоздалого жильца и его гостя. — Только когда двигаюсь, а так всё уже онемело к чёртовой матери.       Двери столь же плавно съехались, а рука, покрытая спёкшейся кровью и украшенная роскошным перстнем, нажала на кнопку подъёма на девятый этаж. — Не боись, сейчас подлатаем. Зовут-то тебя как? — Эрен Йегер, но зовите меня просто Эрен. — Ну, приятно познакомиться, просто Эрен, а я тогда буду просто Леви.       Лифт, с небольшим гудением, мягко тронулся и поехал вверх.

︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀ ︽ ︾︿ ﹀