Мгновения грядущего

𝄞 Исполнитель: Trent Reznor & Atticus Ross — Hypomania 𝄞

      Когда в прошлый раз ей снился сон, она была в нем главным действующим лицом, но сейчас все было иначе. Она вроде и здесь, но нет ощущения собственного тела. Ноги хоть и стоят на полу, но ощущения опоры нет. Она словно была зрителем какого-то неприятного представления.       Слишком странно.       Виктория быстро осмотрелась, пытаясь понять, что это за место и где она находится. Определенно, в тюремной камере. По каменным стенам с самого потолка стекали капли воды, образуя плесневые темно-зеленые дорожки. Но не чувствовалось никаких запахов сырости. Полное отсутствие обоняния.       Странно. Как будто я уже тут была.       В стене было маленькое перекрытое толстой решеткой окошко, из которого лился тусклый красный свет, придавая камере еще более устрашающий вид.       Скрип решетчатой двери привлек к себе внимание Непризнанной. В проеме появился мужчина, но было слишком темно и она не могла разглядеть его лицо. Он сделал два шага вперед, движения его были медленные и тягучие, как у охотника, подкрадывающегося к жертве. Только с приходом этого мужчины девушка обратила свой взор в угол помещения, где и находилась «жертва» для хищника.       — Ну здравствуй, Хронос, — начал разговор вошедший. Голос его был низким, внушающим страх и звучал приглушенно, словно из-под воды. Девушка сделала осторожный шаг к нему, надеясь, что так будет лучше слышно. — Думал скрыться от меня? Ты же знаешь, что я чувствую таких, как ты.       Сделав еще пару шагов, девушка смогла рассмотреть вошедшего мужчину, насколько позволяла окружающая их тьма. Смоляные волосы были аккуратно уложены назад. Кожаные застежки на черном пиджаке, из-под которого выглядывала темная рубаха с пышным воротом. Она видела такие в старых фильмах. А крылья его были темно-бордового цвета. Почти точная копия крыльев Люцифера. Но с когтистыми наростами вверху, по одному на каждом.       — Ты же знаешь, Эфир, что тебе не изменить будущее. И моя смерть тебя не спасет, — пленный немного подался вперед, и девушка заметила, как на его губах, спрятанных под густой щетиной, появилась улыбка, от его движений зазвенели цепи, сковывающие руки, стертые до костей, но казалось, что он не обращает внимание на боль. Голос его был сильным и приятным для слуха. — Ты думаешь, что победил, но моя смерть станет первым шагом к твоему проигрышу. Я видел, как ты падёшь.       — Твоя смерть, Хронос, изменит многое, — с нотками удовольствия сказал «охотник», неприятно похрустывая пальцами, словно разминая. — Она даст мне шанс устранить любую возможность непослушания. Убить каждого Начального, угрожающего мне. Я вырву хребет собственному сыну, если это будет необходимо. Тебе ли не знать, что вечность может заканчиваться, — мужчина сделал шаг и присел перед Хроносом на корточки, смотря прямо в ярко-желтые глаза пленника. — Твое время вышло, Бог Времени.       Ткань пиджака на спине натянулась, разрываясь. Из смоляных волос начали прорезаться два больших загнутых рога. Утробное рычание заполнило клетку, заставляя Непризнанную отступить назад. Кожа Эфира разрывалась, свисая после кусками красной плоти, под ней выступали красные бугристые узлы мышц, измазанные алой кровью. Казалось, что перевоплощение совсем не приносило ему боли, а наоборот, дарило наслаждение. На замену легкой щетине пришли большие жёлтые клыки, с которых каплями стекала бордовая жидкость. Остатки рубахи давно валялись на полу, перемешанные с кровью и кожей. Демон изменился в размерах, стал выше, спина его стала еще шире. Его бордовые крылья тоже изменились, теперь вместо них были два огромных перепончатых крыла, как у летучей мыши. Вместо мужских рук — когтистые лапы чудовища с удлинёнными острыми когтями. Одна с влажным хрустом пробила грудную клетку Хроноса и сжала горячее сердце, медленно сдавливая, пропуская мышцы сквозь сомкнутые пальцы.       Чудовище словно наслаждалось угасающей жизнью.       — Нет! — закричала девушка, но ее вопль не издал ни звука.       Янтарная энергия окружила умирающее тело на полу, концентрируясь на дыре в груди.       — Ты справишься. Я помогу, — последние слова сорвались с уже синеющих губ Хроноса. Яркая вспышка озарила камеру, и янтарная энергия впиталась в каменный пол, словно ее высосали.       Эфир резко вырвал руку из груди и быстро оглянулся, сжимая уже мертвое сердце. Алая жидкость стекала по руке, смешиваясь с собственным цветом кожи. Пленник упал на живот в лужу собственной крови. Черные спутанные волосы до плеч перемешались с грязью и бордовой жидкостью. Только сейчас Виктория обратила внимание, что у Хроноса были вырваны крылья. На их месте были глубокие рваные раны, открывающие оголенные кости.       — Остались еще пятеро, — сказал Демон, рассматривая пустоту камеры и сверкая кровавыми глазами.

***

      Виктория резко села на кровати. За окном уже играл рассвет. По щекам стекали горячие слезы, а в голове были кровавые картинки убийства. Не было сомнений, что в этот раз это был обычный сон. Камера, чудовище, Хронос… Но ведь по словам Геральда, Бог Времени давным-давно в Небытии. И этот второй мужчина… Волосы, крылья, да и лицо — он был очень похож на Люцифера. И это имя… Эфир. Геральд говорил, что Хаос создал две сущности, и Эфир в будущем становится Сатаной, а Эбер берет себе имя Шепфа. Значит, она видела, как Сатана убивает Бога Времени. Почему же она видела их? Почему видела, как убивают Хроноса? Почему он как будто обратился к ней, почему он улыбался? Что это было? Видение из прошлого? Девушка усмехнулась своим несуразным мыслям. С этим она разберется позже. Поищет информацию в Адской библиотеке.       Первым сегодня по расписанию было занятие по крылоборству, которое должно было начаться в одиннадцать утра. Сейчас же было всего лишь половина седьмого. Непризнанная, быстро приведя себя в порядок, уже через десять минут всматривалась в Адскую расщелину. Собравшись с мыслями сегодня быстрее, она шагнула в пропасть, предварительно прижав крылья к телу как можно сильнее. Запах паленых перьев после вчерашнего прыжка отчетливо запомнился. Второе приземление далось проще. Пострадало только успевшее за ночь зажить колено.       Как только ладонь коснулась ручки, загорелась зеленая руна, никаких неприятных ощущений в руке не было. Двери библиотеки открылись проще, нежели вчера, впуская в лёгкие запах старых страниц. Запах прошлого, мудрости и истории. От предвкушения девушка не могла идти спокойно и почти бежала к центральному столу.       Демон был на том же месте. Как и вчера его тонкий нос был наклонен к книге.       — Вы опоздали на десять минут, мисс Уокер. Нужные Вам книги лежат в пролете «T».       И девушка опять опешила. Она сама не знала, что ей было нужно.       — И зря Вы, мисс Уокер, решили дождаться Ангела Фенцио. Я же предупредил, наказание Вам не понравится. На этом более не смею Вас задерживать. Идите, — Демон все же поднял взгляд своего прозрачного глаза и пустоты по соседству. — Я бы напомнил Вам, что времени мало. Но вы и так знаете, — Демон быстро поднялся и скрылся за ближайшим стеллажом.       Все чудесатее и чудесатее.       Удивившись, откуда Мимир мог узнать о ее вчерашнем «следственном эксперименте», и смирившись, что ответа на этот вопрос она сейчас не получит, Виктория пошла в сторону секции «T». Там она увидела обустроенное место для чтения: два деревянных стола, к каждому было придвинуто по четыре деревянных стула и на каждом стояло по две лампы.       Электричество?       Но нет, никаких выключателей на лампе не было.       Нет… И как их включить?! Блядство!       Три книги лежали на одном из столов аккуратной стопкой. Ни пергаментов, ни ручек не было. Читать при таком освещении было просто невозможно. Схватив первую попавшуюся под руку лампу, девушка устремилась в сторону всезнающего Демона. Он как раз уже вернулся в свое удобное кресло.       Это тебе не деревянные табуретки.       Но Мимир в этот раз не начинал разговор, лишь осмотрел девушку с ног до головы, словно впервые ее видел. Взгляд его задержался на рваных синих джинсах. Тонкий нос недовольно сморщился.       — Сэр, — не выдержав тишины, первой решилась заговорить девушка, — как включается эта лампа?       В уголках глаз Демона скопились морщины, а губы тронула ухмылка.       — Как обычно. Энергией, — он отвлекся от разглядывания девушки и перевел свой взгляд на небольшие песочные часы, которые девушка не заметила в первый раз из-за количества книг.       Странные.       Вместо песка в часах плескалась красная субстанция, напоминающая кровь. Как жидкий воск она растекалась в сосуде совершенно хаотично. Девушка с усилием оторвала взгляд от часов и посмотрела на Демона.       — Я не умею, — признаваться в своих слабостях было очень неприятно. Но и зажечь свет она не могла. Пальцы с силой сжали лампу, готовясь переломить ее пополам.       — Вот поэтому на первом круге обучения не дают доступ в Адскую библиотеку. Тут всё слишком сложно для Вас, — но несмотря на свои слова, он нарисовал в воздухе неизвестный символ, и в лампе появился свет.       Как?       — И вновь опережая ваш вопрос: обучать этой руне я Вас не планирую. Идите посидите на деревянных табуретках.       Щеки покрылись румянцем. Как можно следить за мыслями, когда они сами по себе в голове появляются?       Нужно срочно научиться скрывать энергию, вдруг меня и Геральд вчера читал, когда я его чуть не обняла. Стыдобища.

***

      Сегодня Демон выспался. Казалось, что это утро невозможно испортить. Быстро принял тёплый душ, потратив чуть больше обычного времени на сборы. Кожаные ремешки уже были закреплены на шее, черная хлопковая рубашка — аккуратно заправлена в прямые темные брюки. Пальцы быстро продели ремень во все шлевки и застегнули его. Демон осмотрел свое отражение в зеркале и улыбнулся от проскользнувшей мысли в его голове.       Как будто на свидание собираюсь, старый дурак.       Он поспешил в учительскую. Сегодня было тестирование и нужно было подготовить недостающие вопросы, ведь вчера ему помешала тощая розоволосая Уокер. Демон решил не откладывать и заняться работой с самого утра. Наручные часы показывали восемь утра, ближайший урок значился в полдень. Как раз успеет. Чашка недопитого черного кофе уже стояла у него на столе, устроившись за которым, Геральд разложил необходимые свитки, выбирая вопросы.       Не спеша открылась входная дверь, и в кабинет вплыл Фенцио, постукивая своим посохом. Полы его белого балахона покачивались при ходьбе. Он взглянул на Демона и, не говоря ни слова, прошел к небольшому шкафу, где стояли кофемашина, заварник, кофе и различный чай. Ангел кинул мрачный взгляд на маленькую чашку на столе друга и поморщил нос. Сам он предпочитал исключительно чай. Его завариванием он и занялся.       — Уокер не придет вечером. У нее исправительные работы, — Фенцио даже не развернулся, шурша упаковками и, по всей видимости, выбирая себе сорт чая.       Демон поднял голову от свитков, перо зависло над пергаментом, не закончив слово.       — Где ты ее караулил? Я только вечером ее видел, и она бежала в сторону спален.       — Кто-то трогал мою кружку? — Ангел развернулся и начал грозным взглядом изучать Демона, отложившего перо в сторону и потянувшегося за ароматным напитком.       — Нет, — не подумав ни секунды, ответил Геральд. Как хорошо, что он ее помыл вчера. Жаль, что на полку не вернул. Ангел опять отвернулся от коллеги, продолжая проводить свои манипуляции: аккуратно бросив несколько скрученных чайных листиков в небольшой заварочный чайничек, он стал круговыми движениями заливать в него кипяток.       Макияж бы — и вылитая гейша.       Демон прогнал из головы картинки с Фенцио и веерами, прочистил горло и спросил:       — Так что там с Уокер? — он настойчиво пытался скрыть нетерпение в голосе. Где она могла накосячить меньше, чем за двенадцать часов?       — А пигалицу твою розоволосую я не караулил, как ты выразился. Это она меня караулила. Назвала нашу встречу ночью на ступеньках школы «следственным экспериментом». Это что-то земное? — Ангел закончил действия и уселся за свой стол, дожидаясь, когда заварится чай. — Так вот, — продолжил он, — она вчера познакомилась с Мимиром. Ну и он, конечно же, не оставил ее равнодушной. В своей манере рассказал о самом возможном развитии вечера. А она ему не поверила, сидела и ждала, настучу я ей по голове или нет.       — Настучал? — Геральд прятал улыбку за своей маленькой чашкой и старался не смотреть на друга.       — Убежала, — на выдохе сказал Ангел. — Спросила, зачем мне посох, и рванула так, как будто я побегу за ней, — Фенцио говорил на полном серьезе. Сложив ладони в замок на столе, рассматривал Демона, который безуспешно прятал улыбку. Наконец-то чай был готов, и Фенцио, налив себе любимого напитка, вернулся за свой стол и продолжил рассматривать занятого Геральда, что специально не смотрел на него. — Ну, расскажешь, зачем доступ ей выдал в библиотеку и дополнительные ведешь? Она же совсем юная барышня, а ты, — рука Ангела обвела образ мужчины в воздухе, — многовековой Демон. Куда тебя нелегкая понесла? Приключений захотелось?       Геральд резко поднял голову и уставился на Фенцио, который так нагло сейчас лез в его жизнь.       — Ты явно что-то путаешь. Меня Уокер не привлекает. Ни как девушка, ни как женщина. Совершенно не в моем вкусе. А занимаюсь я с ней, потому что она попросила. Точнее выпытала. Или так, или бесконечные вопросы. А библиотека может уменьшить ее словесный поток. Чем больше она занята, тем лучше.       Геральд разозлился. Совершенно неприемлемо, чтобы коллега учил его, как нужно жить. Да и не было у него планов на тощую доставучую Уокер. И совсем он не расстроился, что подготовленный материал на вечер стал вдруг не нужен. Это лишь значило, что он может провести свой вечер так, как ему захочется, не рассматривая изумрудные глаза Непризнанной и не слушая ее смех. Определённо.       Стоя за дверью учительской, девушка держала в руках пустую кружку, которую она стащила у Мими, и готовый доклад по энергиям. Виктория хотела выпить кофе и поделиться с Геральдом ее ночным приключением. Хотела рассказать про библиотеку, спросить про Хроноса. В книгах, что она успела прочитать утром в библиотеке, так мало было про него. А Геральд… Ему почему-то хотелось довериться. С ним было не страшно, от его рук не хотелось уворачиваться. Они были такие горячие, и так так хотелось еще почувствовать их жар. Но она не думала, что все его общение с ней из-за того, что она выпросила его, что вся его помощь — это способ отдалить ее. Дать доступ в библиотеку и ни слышать, ни видеть ее. Так странно, она его почти не знала, но он показался самым близким за последние шесть лет. Рука дрогнула перед дверью. Они, наверное, уже почувствовали ее энергию. И нужно просто постучаться. Отдать свитки и уйти.       Тихий стук.       — Войдите, — послышался из-за двери голос Фенцио.       Девушка, аккуратно открыв дверь, переступила через порог. Не глядя в глаза Демону, она положила на его стол свитки, второй рукой прижимая кружку к себе, что так неудобно бросалась в глаза.       — Вечером, Уокер, не забудь, ты «горничная драконов». Сама себя так назвала.       — Хорошо, что не матерь, Сэр, — она уже рванула в сторону двери, тихо прячась за ней.       — Что-то тихая сегодня пигалица, — задумчиво сказал Ангел, — не похоже на нее.       Демон не ответил. Она ни разу не посмотрела на него. Ни слова не сказала ему. А после ее ухода на языке остался привкус горькой ягоды. Она была расстроена. Геральд с шумом выдохнул: она точно слышала все его слова, стоя под дверью. Он увидел кружку в ее руке, и как же он хотел налить ей этот чертов черный кофе. Треклятый Фенцио с его нравоучениями! Кто его за язык тянул!       А кто тянул за язык меня?!

***

      Непризнанная ворвалась в комнату, громко хлопнув за собой дверью. Мими вернулась и, судя по звукам, была в душе. Дожидаться ее не хотелось, отвечать на вопросы — тоже. Вернув кружку в тумбочку Демоницы и надев на себя свой безразмерный серый спортивный костюм, девушка отправилась на поле для крылоборства. Впервые после смерти ей стало одиноко. Девушка шла медленно, до занятия еще было время. Хотелось просто выключить мозг и не думать о словах Геральда. Да и на что она надеялась? Он — древний Демон, с неясно каким количеством энергий. Может он вообще Начальный или их ребёнок! И она… две недели как мертвая, еще не умеющая толком летать. Чем она могла его привлечь? Языком без костей если только.       — Ви! Стоять, чертяга! — Мими кричала на все поле.       Девушка остановилась и обернулась, с неба на нее очень изящно спикировала Демоница собственной персоной. Кожаный комбинезон подчёркивал все аппетитные изгибы, молния на груди была расстёгнута до неприличия глубоко. И шпильки?       — Мимс, шпильки? Мы же на крылоборстве, а не на танцах, — хоть несколько минут назад она и сбежала от подруги, сейчас была ей очень рада. Мими закрывала пустоту внутри ее души. Не сильно, но было лучше.       — Вот именно! Я же летать буду, а не бегать по полю, — девушки поравнялись и пошли в сторону трибун. Большая часть класса была там.       — Расскажешь, где пропадала? — спросила Непризнанная, внимательно изучая подругу. Из-под высокого ворота, закрывающего шею, выглядывали кровоподтёки, слишком похожие на засосы. И ответ стал очевиден.       — Веселилась, милая, веселилась. Так что я даже не спала. И очень бы хотела этого твоего кофе. И поспать пару суток.       Я бы тоже хотела этого кофе.       Сегодняшний урок у факультетов был совмещен. Девушка начала осматривать присутствующих: Люцифер стоял в компании незнакомых Демонов, на его руке преданно висела Ости, сжимая через черную ткань формы для крылоборства его выпирающие мышцы. С другой стороны стоял Дино, его форма была белой. Рядом с ним стояли Лилу и Астр. Виктория облегченно вздохнула. Находиться рядом с Лилу не хотелось — от ее энергии подташнивало. Девушка сочувственно взглянула на Ангела, которому приходилось «наслаждаться» ароматом клопов. Дино как будто почувствовал, что на него смотрят, и повернул голову. Губы его тронула улыбка, такая теплая. Виктория улыбнулась в ответ. Движение Дино привлекло внимание Астра и Лилу. Вторая сжала губы от недовольства, что на нее больше не обращают внимания, а Астр, наоборот, сделал шаг в сторону девушек, намереваясь подойти. Но не успел. Пришел тренер. Невысокий коренастый мужчина, с гладкими черными крыльями и темными волосами. Одет он был в костюм для крылоборства. Разделив присутствующих на пары, он рассказал о теме занятия. Нужно было взлететь и попробовать сбить противника потоками ветра, не используя внутренний дар или физическую силу. Только крылья.       Для девушки крылобоство прошло паршиво. Три раза она в самый последний момент раскрывала крылья перед землей, избегая столкновения. Но на четвертый раз не успела. По итогу девушка имела отбитую пятую точку, ноющее крыло и лицо, покрытое слоем пыли. Мими же была грациозна донельзя. Всегда уворачивалась от попыток нападения и контратаковала. Удостоверившись, что с Непризнанной все в порядке, Демоница поспешила на очередное свидание со своим неизвестным Ангелом, а девушка медленно потопала в сторону больничного крыла, мечтая о душе и не желая ни с кем сейчас разговаривать. Но планам было не суждено сбыться. На выходе со стадиона ее ждал Дино.       — Ты сегодня хорошо себя показала, — кажется, он сам верил в свою ложь.       — Хочешь, синяк на заднице покажу, а еще отбитое крыло? Дино, я летаю как курица или как страус, — Непризнанная медленно пошла, не дожидаясь ответа Ангела и не зная, следует ли он за ней.       — Так они же не умеют летать, кажется, — голос Ангела был очень серьезен.       Юмор — это не твое.       — Зришь в корень, Дино, они не летают, — лицо парня стало немного растерянным. — Вот и я как они. Птица, которая не умеет летать.       — Виктория, ты наговариваешь, ты с крыльями меньше месяца. Твои навыки полета соответствуют времени, потраченному на тренировки. Ты же только начала. Все приходит с опытом, — Дино очень хотел поддержать девушку, он бы и плечо ей подставил, чтобы она меньше хромала, но знал, что та откажется.       — Дино, у меня важный вопрос, — Виктория остановилась, разворачиваясь к Ангелу. — Зачем твоему отцу посох? Он и без него неплохо ходит. Что это за фетиш такой? Ходить со здоровой палкой, — девушка сложила руки под грудью. Она ожидала всего, но не смеха Ангела в ответ.       — Виктория, это не палка, — на глазах Дино выступили слезы. — Хорошо, что ты у него не спросила, он бы тебе голову этой «палкой» отбил.       Ну конечно, я — и не спросила.       — Это посох Тира — одного из начальных Богов. Он предносил людям письменность, мудрость и науки. Это «палка» моего деда, — Дино продолжал улыбаться.       — Ох, если бы знала… Если бы я знала… А это получается, что ты потомок Начальных, и у тебя есть предрасположенность к перемещению? — глаза загорелись от возможной информации, в книгах было так мало написано о Начальных. Мимир сказал, что почти все сведения были уничтожены. На вопрос «кем», он не ответил. Но девушка и так догадывалась. Дино гордо приподнял подбородок, словно красовался на выставке.       — Да, родители моего отца были Начальные. Гестия — Богиня домашнего очага и уюта и Тир.       — Что с ними стало? — перебила она.       — Они устали от вечности и по собственному желанию отправились в Небытие, это произошло за несколько месяцев до моего рождения. Отец часто мне про них рассказывал, когда я был маленьким.       — Прости, Дино, я не хотела напоминать, — стало очень неудобно: и про посох спросила, и узнала о почивших родственниках.       — Нет, что ты, для нас такой выбор пути — это не как смерть у людей. Для нас это путь в бесконечность. Так что не переживай. Это не больная тема. Но про посох лучше не спрашивай отца.       Пара двинулась дальше. Девушка все еще прихрамывала, и Ангел, продолжая стесняться, предложила помощь.       — Поздно, Дино. Поздно. Я уже спросила.       Ангел и Непризнанная дошли до школы, парень открыл тяжелые деревянные двери, пропуская ее вперед, он предложил проводить девушку до больничного крыла, но она отказалась. Обременять его не хотелось, поэтому девушка, натянув улыбку на лицо и скрывая за ней ноющую боль в крыльях и отбитой пятой точке, двинулась по коридорам. Навстречу ей шли бессмертные, но никто не обращал внимания на пыльную Непризнанную, как будто тут все ходят по уши в пыли.       Больничное крыло находилось недалеко от общего зала на первом этаже. Самое близкое к выходу.       Наверное, чтобы побитых носить было ближе после крылоборства.       Нежно-голубые стены и странный запах трав, что сразу ударил в нос, как только она открыла небольшую стеклянную дверь. За небольшим столом сидела женщина с белыми крыльями, которые отливали розовым цветом. Светлые волосы до плеч, пухлые щеки и большие серые глаза, что сразу начали смотреть с заботой и сопереживанием. После тщательного осмотра Виктории выдали настойку неприятного серого цвета, слегка вправили крыло и отпустили. Настойку нужно было выпить перед сном для ускорения регенерации ушибов. Закинув склянку в карман кофты, Непризнанная похромала к себе в комнату. Нужно было доделать задания и идти на отработку. Неделя в обществе драконов.       Супер.