Я найду тебя всегда

Сяо Чжань — Привет. В ответ только молчание. Я пришёл к нему спустя 4 дня после того как он очнулся, его уже перевели в частную палату. Было время обеда, поэтому он там был не один. Рядом с Ибо сидела Цинь и кормила его, так как сам он пока не мог. — Привет, Чжань, — улыбнулась она, и грозно, как она умеет, спросила, поворачиваясь обратно к Ибо. — Ты есть будешь сегодня, нет? — но Ибо лежал не подвижно и даже не смотрел в ее сторону, отводя свой взгляд к окну. — Какой же ты все-таки упрямый осел! Такими темпами долго не протянешь. Бледный, худой, смотреть страшно… — продолжала она ругаться на него. Я медленно подошёл к кровати и перебил ее нравоучения. — Давайте я. — Ну попробуй, может хоть тебя послушает. Вставая она тихо добавила: — После того как ты ушёл, он и крошки в рот не брал. Хватит мучить друг друга, поговорите уже наконец. Я немного насторожился и обеспокоенно посмотрел на Ибо, он бросил на меня кроткий взгляд и снова отвернулся. Мы остались одни. Он продолжал пялиться в окно, по его виду было понятно, что он злится. — Устал бегать от ответа? — наконец начал Ибо. Я прекрасно понимал причину его состояния и ненавидел себя за то, что этой причиной был я.

******

4 дня назад. — Не умирай. — Я и не собирался, — ответил Ибо и опять ухмыльнулся. Он продолжал смотреть на Сяо Чжаня и в его планах не было отводить взгляд. Он пытался рассмотреть всё, что когда то потерял, всё что всегда пытался защитить. — Я скучал по тебе, — тихо сказал Ибо после минутного молчания и потянул свою руку к лицу Чжаня, но тут же отдёрнул её, боль от раны не давала ему возможности подняться. Сяо Чжань, поняв желание Ибо, медленно наклонился к нему и взял его руку. Он нежно поднёс её к свои губам и поцеловал, приложив затем её к щеке. — Я тоже Бо-ди, — тихо произнёс Чжань. Рука Ибо резко одёрнулась и Чжань с непониманием посмотрел на него. — Тогда почему? — выплюнул Ибо и продолжал смотреть в глаза Чжаня. Злой взгляд вперемешку с обидой, тот самый, который Чжань увидел в машине, когда Ибо спросил то же самое. — Я понимаю твою злость Ибо, и знаю, что должен тебе все объяснить, но ты только очнулся, — Чжань снова взял руку Ибо и продолжил. — Давай мы подождем пока ты поправишься и… — Подождем? Опять? — спросил Ибо. — Я 10 лет ждал! — криком вырвалось у него и сердцебиение участилось, это было понятно по приборам, которые начали пищать чаще и громче. — После того случая, я год жил с мыслью о том, что убил тебя! Год думал, что не увижу больше твоей улыбки! Потом нашёл и опять ждал пока ты вспомнишь, ждал твоего прощения, ждал твоего объяснения! Ждал, ждал и снова ждал! — Тихо Бо-ди, тебе нельзя волноваться, — успокаивал его Чжань. Ван Ибо ревел не так сильно от боли, как от обиды, сильной обиды на близкого человека, который когда-то бросил его без объяснения причин. В его голове было полное непонимание и один единственный вопрос: «Почему он так поступил?». Чжаня окутал страх от того, что он видит своего любимого, всегда любимого Ибо, таким… Пульс продолжал учащаться и Чжань не знал как это исправить, он продолжал успокаивать Ибо, но всё было напрасно. В какой-то момент Ибо стало хуже и тогда Чжань нажал на тревожную кнопку и в палату вбежали два мед.брата и лечащий врач. — Я же говорил не волновать! — крикнул он на Чжаня и приказал одному из своих помощников вывести его из реанимации.

******

10 лет назад. «Май. Последний месяц весны, и наилучшее время чтобы сказать ему» Думал Ибо, собираясь на очередную прогулку с Чжанем. Для Ибо каждое ожидание новой встречи было непосильным трудом. Он был весьма спокойным подростком и для него не составляло труда по пять часов сидеть в кабинете отца и ждать пока тот закончит свои дела, но Чжань ведь это другое… Они никогда не созванивались перед тем как идти гулять, им это было не нужно. С первой прогулки было ясно, что эти двое понимают друг друга с полу слова, нет, с полу взгляда. Они встречались каждый день в парке возле работы их отцов. Сообщения или звонки нужны были только для того, чтобы сообщить, что встретиться не получится, но такое бывало крайне редко. — Ты все-таки решил сказать ему? — спросил Куань, когда Ибо подошёл к нему чтобы сообщить куда он направляется. — Именно. Не люблю ждать, — улыбнулся Ибо. Тогда он ещё не знал что «ждать» — это всё, чем он будет заниматься последующее 10 лет… — Ты уверен? — Куа-а-ань, — протянул Ибо и на радостях подбежал к брату обняв его, — ты же знаешь, что если я решил, то меня уже не переубедить, всего то нужно сказать «люблю», а дальше все будет хорошо, — Ибо отпустил брата, и выбежал на улицу. — Главное чтобы ты потом не пожалел об этом, — тихо сказал Куань махая ему вслед, но Ибо этого явно уже не слышал. Придя не место встречи Ибо сел на лавочку и закрыл глаза, представляя весь этот разговор. В голове были тысячи вариантов развития событий, и ещё больше вариантов диалога. Ван Ибо не заметил как прошел час, Чжаня до сих пор не было. Ибо это не удивило «наверняка опять опаздывает, если бы что-то случилось он бы позвонил» подумал он и пошел в ближайшее кафе, все эти мысли забирали у него много энергии. Прошло ещё два часа, был уже вечер, на улице начинало смеркаться. Чжаня всё не было и Ибо это насторожило, никогда такого не было, они всегда друг друга предупреждали. «Может он забыл?» пронеслось у Ибо в голове, но он тут же отрезал эту мысль. «Всегда помнил, а тут забыл? Да быть такого не может!» Выходя из кафе он набрал номер Чжаня «телефон абонента выключен» и так 10 раз пока Ибо добирался домой. На следующий день история повторяется и это уже становится совсем не смешно. Ибо начал нервничать, ему не нравится всё происходящие. Чжань игнорирует его день, два, неделю, месяц… Они не встречаются на собраниях квартала, не у него дома, когда Ибо приезжает вместе с отцом в дом Юньмэн. Чжань как будто испарился, как будто его никогда и не было. Ибо видит на себе косые взгляды главы Юньмэна и не понимает, что сделал не так, в какой момент всё пошло по наклонной. Ибо всё больше закрывался в себе, обычно, когда ему нужен совет или помощь, он идёт к Куаню, но теперь ему не хотелось ничего выяснять. Его день похож на «день сурка»: школа, курсы английского, дом, комната и дверь на замок. Так по кругу. Куань пытался выяснить что произошло, ведь видел как брат ходил чернее тучи, но Ибо всё также отнекивался и продолжал справляться в одиночку, всё большее вгоняя себя в состояние апатии. Затем тот злополучный вечер в доме Юньмэн и понимание того, что он со своей «любовью» Чжаню не нужен, а потом ещё и приказ, который полностью выбивает Ван Ибо из русла спокойного существования и превращает его жизнь в полнейший ад.

******

Сяо Чжань. Меня вывели из палаты и сказали не входить. Я стоял и слышал его крики. — Больно, — рыдал он на весь этаж. В промежутках он выкрикивал мое имя и звал меня, но врач ясно дал понять, что я там лишний. От его душераздирающих всхлипов в глазах резко потемнело и я еле удержал себя на ногах. Сзади меня кто-то подхватил, это был Куань. Он взял меня под руки и повел в палату. — Что произошло? — спросил он. Я удивился его спокойному поведению. Он не кричал на меня, а напротив, пытался успокоить. — Он опять спросил меня. Я опять не ответил. Я не могу ему сказать, мне стыдно, я бросил его, потому что мне сказали это сделать, просто потому что боялся! Он не простит человека, который бросил его по приказу, он не простит труса, — заикаясь от слёз, объяснял я Куаню. — Но он же любит этого человека, — ухмыльнулся Куань. — Послушай, — мягко начал он, — мой брат, хоть по нему на первый взгляд и не скажешь, вспыльчивый и эмоциональный, особенно если дело касается людей, которых он любит, но он далеко не дурак. Поверь мне, человеку, который знает его лучше всех на этом свете, он очень любит тебя, — Куань сделал паузу, а затем добавил, — до сих пор любит, а злится потому что не знает взаимная ли эта любовь или всего лишь красивая картинка выстроенная у него в голове. Ты ведь тогда не пришел и не знаешь того, что он пытался тебе сказать, — то ли спросил, то ли утвердил Куань, я не понял, но то, что он сказал заставило меня успокоиться и я удивлено спросил. — Тогда? — Да, тот самый день, когда началась эта история с игнорированием. Ты наверняка не помнишь уже, но мне этот день помниться до сих пор. У Ибо до сих пор есть маленький шрам на правой руке от разбитого зеркала в его комнате. — Это была весна… Май. Меня не отпустили с ним на встречу, заперли и отобрали телефон, — как провинившийся ребенок, я отпустил голову. Куань кивнул и снова посмотрел на меня держа за плечо. — Все это время он думал, что это его вина. От того и злится больше даже на самого себя, чем на тебя. — Мне надо к нему, — ответил я вытирая слёзы. — Ну вот. Опять ты за своё. Я тебя больше не пущу к нему, пока точно не буду уверен, что он готов, чтобы избежать таких вот ситуаций, да и тебе нужно время. Я дам тебе ключи от дома, ты поедешь туда и хорошенько отдохнешь, все обдумаешь, приведешь свои мысли в порядок, а потом просто спокойно с ним поговоришь. Куань После разговора прошло два дня. Чжань послушался и поехал в дом, а я тем временем был с Ибо и домой приезжал только чтобы переодеться и принять душ. Каждый раз, когда я приезжал домой, ко мне подбегал Чжань с кучей вопросов о состоянии Ван Ибо и просьбами увести его к нему, я видел как он переживает, но уговор есть уговор. На второй день так называемого «перерыва», я вошёл к брату в палату и увидел, как он опять ссорится с Цинь. — Я не хочу! — выдирая капельницу из рук кричал Ибо. — Ты избалованный засранец! Ты чего творишь! Есть такое слово как «надо», и твоё «НИХАЧУ», — выделила она громко, — здесь не прокатит! — Так, вы оба! Хватит орать, вас на всех этажах слышно, — грозно сказал я, смотря в сторону Ибо, а потом попросил Цинь выйти. Ибо минут пять лежал и молчал, пока я не нарушил его идиллию с самим собой. — И чего ты добиваешься? — Правды. Я его так долго искал, чтобы быть с ним, чтобы он наконец объяснил мне, за что он так со мной поступил, а вместо этого он заставляет ждать, опять ждать… — сказал Ибо и его голос дрогнул. Он отвернулся от меня, как это обычно делает, когда не хочет чтобы видели его слёзы.

*******

Настоящие время Ван Ибо В тот день я накричал на него в порыве эмоций. Я боялся, что он больше не придет, что я больше его не увижу. Его не было два дня, на третий мой страх сменился злостью. Злостью от того, что он опять ушел от ответа, снова бросил меня одного с этими мыслями. Возможно, я эгоист и мне всего-то нужно его отпустить. После того, как я очнулся, я всё вспоминал тот его взгляд, обеспокоенный, но в тоже время равнодушный. «Он не хочет быть со мной. Так для чего это всё? Все мои старания и попытки вернуть то, чего возможно на самом деле то и не было никогда, бессмысленны.» На четвертый день я смирился с происходящим, но тут в палату зашёл он. Цинь вышла сказав ему что-то. Услышав звук закрывающейся двери я повернулся к нему: — Устал бегать от меня? — сверлил я его взглядом, но потом моя агрессия исчезла, я увидел, как ему тяжело. — Я всегда был причиной всех твоих страданий, — начал Чжань, стоя возле кровати держа в руках поднос с едой, который ему передала Цинь. Я растерялся, смотря в эти глаза, полные сожаления. — О чём ты говоришь? — Я всегда причинял тебе только боль, самолично или же косвенно. Сначала я бросил тебя не объяснив причины, затем я потерял память и ты винил себя во всем, что случилось, а потом ты чуть не умер спасая меня, человека, который этого недостоин. — Перестань, это не, — начал я, но он перебил. — Просто слушай, — Чжань тяжело вздохнул, положив поднос, сел рядом со мной и взял за руку, — тот самый? — спросил он водя по моей руке и остановившись на шраме возле костяшки. — Что? — я попытался подняться, но у меня не получилось. Полностью перебинтованная верхняя часть тела сковывала все движения, Чжань приобнял меня и помог удобно сесть. Он всё также продолжал держать мою руку и тяжело вздыхал пытаясь начать разговор, но его всё время что-то останавливало. — Извини, что накричал тогда, можешь не рассказывать, я понимаю, — тихо сказал я сжимая его руку. — Нет, я… должен. Чжань поднял на меня свой взгляд, а потом выдал все, что хранилось у него на душе. — Я трус Бо-ди, — ухмыльнулся он, — всё произошедшее, это из-за того, что я испугался отстоять свои чувства к тебе, испугался пойти против семьи. Мне хватило одного грозного взгляда отца и ухмылок Чена, чтобы я от тебя отказался, кто я после этого? Чжань отвернулся от меня и отпуская руку тихо продолжил: — Каждый день, видя твои сообщения и пропущенные звонки, моё сердце обливалось кровью, я мог бы просто всё бросить и ослушаться, нет, не мог, я должен был ослушаться и все тебе рассказать, но я… струсил. Все это время я сидел молча, вслушиваясь в каждое слово. Я видел, как тяжело ему было, но дал ему возможность договорить, потому что нам нужно было разобраться во всей той херне, которая с нами происходила. Все то, что накипело за эти годы у Чжаня вылилось всего в пару предложений, но этого было достаточно чтобы понять, что все случившееся, всего лишь игра двух кварталов, игра взрослых людей, в которую по неволе попали два ничего не ведающих парня, которые просто хотели любить. Сяо Чжань Я долго собирался с мыслями, а потом выдал Ибо всё. Я рассказал ему, что струсил, что это совсем не его вина в том, что тогда всё так вышло. Я рассказал ему причину своего притворного поведения по отношению к нему и почему сбежал даже не объяснившись. Все это время Ибо сидел молча и вслушиваясь в каждое моей слово. Я не мог смотреть в его глаза, мне было чертовски стыдно перед ним. Я очень хотел сказать ему что люблю, что всегда любил. Мне вовсе не хотелось от него уходить и бросать его снова, но в моей голове почему-то мелькала самая глупая мысль, которую я решил озвучить вслух. — Бо-ди, — начал я всё также не смотря в его глаза, — я понимаю, что не достоин такого человека как ты и будет лучше, если я уйду… Я опустил его руку и направился к выходу, мне казалось, что сейчас, выйдя из палаты, я умру, ведь я не смогу без него. С каждым шагом было всё тяжелее и в голове пульсировала мысль: «Прости меня! Останови! Дай шанс!» и он как будто услышал меня… — Стал бы я искать тебя? Стал бы нянчиться и дожидаться пока ты восстановишь свою ебаную память? Пошел бы против дяди ради человека, который мне не нужен? Хотел бы умереть, ради того кого не люблю? — медленно, проговаривая каждый вопрос спросил меня Ибо, по его отдышке было понятно, что он хочет встать. Затем он резко подскочил на кровати и приподнялся на ноги игнорируя боль. — Чжань! — крикнул Ибо и я замер. — Не смей от меня отворачиваться! — тихо сказал он, но в его голосе чувствовалась злость, а вместе с ней и власть. Он стоял, не смотря на то, что очнулся всего 4 дня назад. Я быстро подбежал к нему и молча помог лечь на кровать. Он крепко схватил меня здоровой рукой и нагнул к себе. Чувствуя его горячее дыхание возле уха, я весь покрылся мурашками, затем он шепотом спросил: — Тебе кто-то разрешал идти? — грозно спросил он, пытаясь отдышаться. — Н-нет, — отрицал я, стоя над лежащим, раненым Ибо. — Тогда какого чёрта ты уходишь? — прерывисто сказал Ибо и резко нагнув меня ещё ниже, жадно поцеловал. (от автора) Чувство у Чжаня было такое, что это не Ибо раненый и ослабленный, а он. Маленький кролик в лапах льва, поймавшего свою добычу. Чжань не сопротивлялся, да и не зачем было, ему нравится быть во власти этого человека. К мягким губам Чжаня грубо прикасаются сухие, потресканные губы Ибо, Чжань не против такого «первого» поцелуя, должен отметить, что Ибо грубый и нежный одновременно, поэтому поцелуй выходит очень страстный. Чжань заводит свою нежную ладонь в мягкие волосы Ибо, перебирая чёрный пряди, а Ибо жадно смакует его губы, изредка забывая даже дышать. — Ох черт! — Куань вышел из палаты так же быстро как и зашёл. Не сколько не смутившись, эти двое продолжали кусать губы друг друга и наслаждаться каждым прикосновением.

******

Спустя неделю. Ван Ибо уже выписали из больницы и, приехав домой, он чувствовал себя как-то иначе, дышать стало легче. Груз вины с него спал, груз неловкости и недопонимания тоже, страха, что его убьют за каждый неверный шаг тоже нет, но все же есть что-то, что заполняет тело Ибо — это любовь. Он наполнен ею с головы до ног, ему так и хочется увидеть Чжаня и быть только с ним. Ибо быстро кидает вещи и, даже не дождавшись пока Куань зайдет в дом, быстро поднимается на второй этаж. Он, буквально залетает в комнату, но там никого нет. Сердце замирает. Ван Ибо быстро окидывает комнату взглядом и замечает лист бумаги на столе, взяв его, он видит лишь одно слово «парк», ему не нужно расшифровок и пояснений, он сразу понимает, что ему нужно делать. Ибо живо спускается по лестнице, пока его не останавливает Куань. — Ты куда собрался, ты забыл что врач сказал? Движений по минимуму, а ты скачешь, как козел. Тебя выписали не потому что ты восстановился, а потому что ты, как заноза в заднице, не давал ни кому покоя своими стонами, что хочешь домой, а сейчас сбегаешь? — Парк, — придерживая ноющее плечо сказал Ибо и смотря щенячими глазами на Куаня медленно продвигался к выходу. Не странно, что Куаню также не требовалось объяснений, он лишь кивнул и уступил брату дорогу, это напомнило ему тот день, когда они также стояли на пороге, но сейчас Куань не чувствовал опасения за брата, он знал что это к лучшему. — 10 лет, а ты все тот же влюблённый дурачок, — вслед сказал Куань. Прибыв на место встречи, Ибо побежал на ту самую лавочку, их лавочку. Он увидел сидящего там Чжаня, нервно перебирающего пальцами. — Кого ждёшь? — язвительно спросил Ибо и подсел рядом. Чжань ничего не ответил лишь повернул свою голову смотря на Ибо и вглядываясь в каждый сантиметр. — Ну хорошо, давай помолчим, — нетерпеливо сказал Ибо и устроился поудобнее закрыв глаза. — Спасибо, — повернувшись к Ибо, Чжань провёл свей рукой по его лицу и улыбнувшись продолжил, — что все-таки нашел меня…