5. Это точно наш день.
13 апреля 2021 г., 13:29
Арсений не понимал, что с ним происходит: всё тело бросало в дрожь, когда Антон смотрел в глаза, прожигая взглядом. Он всё больше думал о нём (хотя куда уж больше?).И все эти бесконечные мысли толпами роились в голове, не давая прохода здравому смыслу.
Антон действительно помог с оставшимися, как оказалось, незначительными проблемами. Вместе они справились меньше, чем за час, и, когда Арсений уже подумал, что эта мучительная близость наконец закончена, Антон вдруг произнёс:
— А можно посмотреть особняк? — он невинно хлопает глазами, надеясь на положительный ответ.
Арсений почти уже говорит, что Антон может походить и посмотреть его, когда в голову влетают напоминания о том, что посторонние не должны гулять по коридорам и комнатам поместья. Значит, экскурсии всё-таки быть.
— Конечно. Дай мне пять минут, чтобы сложить оставшиеся документы, и отправимся покорять неизведанное, — он улыбается оттого, как Антон мило хихикнул, и собирает бумаги в папку, убирая в стол.
Так как кабинет графа был на втором этаже, начать им приходится со спального корпуса. Антон снова залипает на оригинальные картины, старинные вазы и дорогущие ковры. Арсению же кажется, что вся эта роскошь настолько приелась, что от вида чего-то золотого его уже мутит. Попов мельком показывает, где чья комната, рассказывает смешную историю, как было неудобно уживаться в первые дни, а после решает, что показывать больше нечего, и идёт к лестнице вниз. На половине спуска он внезапно слышит грохот и еле успевает повернуться, как на него уже летит споткнувшийся Антон. Арсений со всех сил старается удержать равновесие, чтобы не покатиться с лестницы кувырком, при этом обнимая Антона, который так удачно упал в его руки. Ситуация была ужасно неловкой для обоих, однако Антон не отводил своих зелёных глаз с лица графа, а Арсений в свою очередь с его.
— Прости, — смущённо шепчет Антон, наконец опуская взгляд.
— Да ничего. Я же тебя поймал, — он выпускает парня из объятий, и тот отряхивается, — Как ты вообще умудрился?
— Я просто на люстру засмотрелся и не заметил, что уже ступеньки начались, — Антон почесал затылок, ещё больше смущаясь.
Арсений ухмыляется, но больше ничего не говорит, продолжая экскурсию. Он показывает приёмный зал, кухню (несколько поварих так странно посмотрели на них тогда, что Арсений невольно задумывается, не подумали ли они чего лишнего), и в самом конце заворачивает в общую библиотеку. Граф с довольной улыбкой наблюдает, как ошарашенно и удивлённо парень осматривает помещение, оценивая, насколько оно огромно, и как же много здесь хорошей литературы. Пальцы на томике Чехова, сжимаются сильнее.
— Ничего себе. В такой библиотеке можно всю жизнь прожить, и то всё не перечитаешь, — Антон переводит восхищённый взгляд на Арсения, и тот просто не может не предложить.
— Если хочешь, можешь приходить сюда за книгами. Здесь есть даже какие-то первые издания. Всё-таки бумажные книги читать приятнее, чем электронные.
И снова эти широко распахнутые глаза. Арсений замечает, как они вспыхивают, ещё раз обводя бесконечные полки.
— Спасибо, было бы здорово, — Антон закусывает губу, и в душе разливается тепло.
все, кто ведёт себя подозрительно, в конечном итоге предают Арсений старается не думать об этом. потому что ему важно твое богатство, которого у работницы кафе нет Потому что Антон его поддерживает, и они почти лучшие друзья. только ты так думаешьМожет уже даже не почти.
Они договариваются встретиться возле ворот поместья, за час до начала обстрела красками, чтобы успеть хоть немного осмотреть киоски и небольшие лавки с сувенирами, до того как они будут покрыты разноцветной пылью. Арсений уходит из кафе в хорошем настроении и с уже кажется приклеившимся стаканом кофе в руке. Погрузившись в свои мысли, он не замечает, как Антон смотрит ему вслед, облокотившись на прилавок и мечтательно улыбаясь.
***
До фестиваля остаётся два дня. Арсений до ужаса хочет пригласить туда Антона, чтобы он оценил проделанную работу, но не знает, как. Ему кажется, что бы он ни сказал, это будет выглядеть как приглашение на свидание. А этого бы ему хотелось меньше всего. Антон его хороший друг. Хороший и единственный. И Арсений не хочет всё испортить своим дебилизмом и непониманием ситуации. Сейчас, направляясь в «Счастье», он думает, как начать этот разговор. Как можно невзначай спросить, не хочет ли Антон пойти вместе, чтобы это не выглядело странно? Так ничего и не придумав, он заходит в прохладное кафе. Видимо, придётся импровизировать. Оказавшись внутри, он замечает девушку, которую видел, когда приходил сюда впервые, на месте, куда он обычно садился, и краем уха слышит разговор. -…пойдёшь со мной? — с надеждой спрашивает она, раскидывая тёмные волосы. — Спасибо за приглашение, Ир, но боюсь, мне придётся работать все выходные. Наплыв посетителей будет огромный, — Антон улыбается ей, но улыбка больше выглядит формальной, неискренней (не то что Арсу). Ира разочарованно вздыхает, надув губы, и, быстро допив какой-то напиток, поднимается. — Тогда я зайду после обеда, проведать, как ты справляешься, ладно? — она смотрит на парня с надеждой в глазах. — Если захочешь. Но не волнуйся, всё пройдёт гладко, — уголки губ лишь слегка поднимаются, но, заметив в дверях мужчину, Антон растягивается в улыбке. Ира говорит что-то на прощание, и, даже не заметив Попова, выбегает из кафе, а Арсений же понимает, что всё это время подслушивал их разговор, затаив дыхание, поэтому сейчас пытается вернуться в привычное состояние. Дверь за девушкой закрывается, а Арсений садится на её место. — Привет. Можно мне Романо? — он ухмыляется, когда Антон переводит взгляд с рук на него. — Конечно. Сейчас сделаю. Он принимается за дело, а Попов отчётливо понимает, что момента лучше, чем сейчас, не найти, но в то же время, сбивает себя мыслями, что эта самая Ира спрашивала тоже про фестиваль, и парень сказал, что не сможет. «Может, тогда и не спрашивать вовсе? Только поставлю себя в неловкое положение» — отговаривал сам себя Арсений, но заметив, беглый взгляд Антона в свою сторону, всё же решается. — Уже через два дня будет фестиваль, — он падает головой на руки, чтобы был повод не смотреть на парня, — Не представляешь, как боюсь облажаться. Если что-то пойдёт не так, виноват же буду я. А ещё нужно будет всё проконтролировать, хоть я и не понимаю, зачем: там на каждом шагу будет полиция. — Хочешь, пойду с тобой? — внезапно произносит Антон, и граф медленно поднимает голову. То есть, он правда сам это предложил? А как же то, что он выйдет на работу в выходные? — А у тебя разве нет планов? Я думал, ты занят, — говорит Арсений, всеми фибрами души надеясь, что Антон предложил серьёзно. — Нет, я свободен, как птица. Специально попросил отгулы на время фестиваля, — парень улыбается уголками губ и ставит перед Арсением чашку с кофе. А граф не может понять внезапной радости, привалившей, как снег на голову. Он никогда бы не подумал, что всё окажется так просто. А потом вдруг понимает, что зря переживал, ведь Антон его друг и, конечно, согласился бы поддержать. Но в мыслях крутится вопрос, почему же Антон отказал красивой девушке, которая явно приглашала его на импровизированное свидание, но согласился пойти с Арсом?***
Арсений никогда не думал о том, что будет настолько сильно переживать из-за какого-то фестиваля. Любой праздник неизменно подготавливал он сам, но если что-то не получалось, никто и никогда не узнает, что его организовывал именно ты. Потому что всё внимание было приковано к королю, а на его помощников часто закрывали глаза. Теперь же Арсений является представительным лицом города и всё, что пойдёт не так, как задумывалось, выльется на его голову. Хоть снаружи и не видно насколько Попов переживает, внутри него бушует ураган из эмоций, который он всеми силами старается держать в себе. В 11 часов начнётся война красок и цветной пыли, значит быть там они должны в 10, а значит в 9:30 Антон будет возле входа в поместье. В голове это всё укладывалось сумбурно и путалось между собой, поэтому Арсений то и дело кидал взгляд на наручные часы, что не осталось незамеченным для Оксаны, помогавшей графу с одеждой. — Должно произойти что-то грандиозное? — спросила она как бы невзначай. — Что?.. Почему ты так решила? — Арсений посмотрел на себя в зеркало, чтобы убедиться, что лицо не выдаёт всё его волнение. — Ты всё время смотришь на часы, бегаешь глазами от одного предмета к другому и, самое главное, не высказываешь свои недовольства по поводу костюма, хотя обычно тебя невозможно заткнуть. Значит, либо произойдёт что-то из ряда вон выходящее, либо… — девушка резко замолчала. Она перевела испуганные глаза на графа. — Не может быть! — Что? — Арсений не понял такой внезапной смены настроения подруги и недоумённо смотрел в ответ. — Погоди, этого не может быть! Я просто не верю! — Оксана продолжала восторженно вскрикивать, а Арсений искренне не понимал, в чём дело, однако останавливать её не спешил, — Ты что же, получается, пригласил на фестиваль девушку?! И мне ничего не сказал?! Мужчина невольно вздрогнул, когда Оксана схватила за край рубашки, притянув к себе. «Что за бред она напридумывала? Девушка? С чего вообще такие доводы? Я никогда не зарекался, что у меня кто-то есть или что иду с кем-то на свидание. Да и вообще такое навряд ли случится в ближайшие лет так сто» — подумал Арсений, но превратить все мысли в слова не получалось. — Значит, я права? — глаза Оксаны загорелись озорными огоньками, и она тут же отпустила рубашку, приглаживая её руками, — Я хочу услышать подробности, Король Сергеевич. — Для начала — нет. Ты не права, — собрав слова в предложения, наконец произнёс Арсений, — Никакой девушки нет и быть не может. И ты прекрасно знаешь почему. Я просто волнуюсь перед началом фестиваля. В этот раз всё по-другому. Да, его всё так же организовывал я, но сейчас весь свет софитов направлен на меня, а не на Пашу, и, естественно, я не хочу всё прошляпить. — Не сходятся ваши слова с вашими действиями, король, — Оксана нахмурилась и сложила руки на груди, — Зачем тогда постоянно смотреть на время? До «войны» ещё полтора часа, а ты уже весь на иголках. Да и вообще, в последнюю неделю ты как-то изменился, что ли. Хоть и пытаешься закрыться, как всегда, видно, что весь светишься. — Ничего подобного, просто настроение хорошее. Всё, у меня назначена встреча за час до начала, и я не хочу опоздать, — Арсений поправил воротник и, ещё раз посмотрев на часы, кивнул, направляясь к выходу. Оксана проводила его прищуренным взглядом и, только когда дверь за графом закрылась, добавила: — Ага, «встреча». Знаю я твои встречи. Неужели так сложно хоть раз правду сказать? — девушка тяжело вздохнула и принялась собирать разбросанные по комнате рубашки.***
Выйдя на улицу, Арсений замечает Антона возле ворот, который тут же машет ему рукой. Парень был в большой красной толстовке, ярко выделяющейся на фоне серого Питера. Сам же граф был в тёмно-синем костюме и чёрной рубашке, потому что, хоть и праздник, внезапные фотографии из-за угла никто не отменял. — Не жалко будет такой дорогущий костюм? — удивлённо спрашивает Антон, когда Арсений выходит с территории поместья. — Может, было бы и жалко, только вот у меня таких ещё около сотни, — улыбается мужчина, поправляя рукава пиджака. Антон лишь хмыкнул, протягивая Арсению стакан с кофе. И когда они стали настолько хорошо знакомы, что парень на сто процентов попадал в желания Попова? Заветный напиток Арсению купить сегодня не удалось, поэтому он ходил раздражённый и неразговорчивый, хотя Оксана почему-то утверждала, что мужчина даже слишком добрый сегодня. Он забирает у Антона стакан, с наслаждением делая заветный глоток. Из груди почти вырывается тихий стон, и, судя по коснувшейся губ парня улыбке, это было видно. — Куда направимся первым делом? — Спрашивает юноша, шагая вперёд. — А куда бы ты хотел пойти? — Арсений филигранно переводит выбор места на Антона, но, видимо, парень только этого и ждал, потому что он тут же поворачивается с улыбкой до ушей. — Давай сходим в парк аттракционов. Давно там не был, потому что одному идти не интересно, а друзья как-то для таких походов не находились, — Антон смотрит на собеседника с надеждой, которую всеми силами пытается скрыть. — Как я могу отказать, когда ты так смотришь? Но всё же у меня есть вопрос, мы хоть попадём на устроенный мной праздник? — спрашивает Арсений с издёвкой. На самом деле, он бы с удовольствием пропустил то, что будет происходить, потому что каждый второй будет просить сфотографироваться или ещё что-нибудь, а этого сейчас так не хотелось. Не хотелось лишнего внимания к своей персоне, и даже то, что Арсений должен проконтролировать проведение, не останавливало его от отказа. Антон смущается и опускает взгляд, из-за чего граф тут же настораживается. «Почему Антон расстроился? Я сказал что-то не так? Может, он забыл, что изначально мы договаривались пойти именно на фестиваль?» — Арсений закидывает себя вопросами, пока парень молчит, продолжая идти по направлению к парку. — Да, конечно. Ты прав. Я же предложил поддержать тебя, чтобы было не так дискомфортно находиться на фестивале. Пойдём, посмотрим, как обстоят дела, — быстро проговаривает Антон, стараясь скрыть досаду в голосе. Вот только Арсений её всё же уловил. Он приближается к Антону, хватая за руку и разворачивая к себе. Парень испуганно глядит ему в глаза. — Если хочешь, пошли в парк. Я бы с удовольствием пропустил очередной концерт, который сам же продумывал, — Арсений слегка улыбается, не отводя взгляд с зелёного омута перед ним. Антон смущается ещё больше, нахмурив брови. — Нет. Ты же сам сказал, что должен там присутствовать. Нехорошо будет, если ты что-то пропустишь, — пробубнил Антон, разворачиваясь. Попову ничего не остаётся, как просто следовать за ним. Ничего нового: та же мишура, те же хлопушки, те же краски. Арсений и дальше не ходил бы на этот фестиваль, если бы не его внезапная временная коронация. Всё происходит чётко по прописанному плану: за час до начала все продавцы киосков раскладывают свой товар, зазывая ранних посетителей, за полчаса до начала начинает разливаться музыка, и появляется всё больше людей, и, наконец, ровно в 11 начинается «война», проходящая каждый год и доставляющая кучу хлопот. Конечно, жителям города это кажется весёлым, интересным и запоминающимся, может быть, так оно и было, но только не для того, кто это проектирует и кому потом заниматься уборкой улиц. Антон первые двадцать минут ходил угрюмый, будто погружённый в свои мысли, но после стал более радостным и с интересом осматривал украшения и места, где можно было бесплатно взять цветную краску. Арсений же, который думал, что ничего страшного за час их пребывания там не случится, ужасно ошибался, потому что уже через две минуты одна за одной, подходили девушки, просящие автограф, приглашающие прогуляться, даже дарившие подарки. И всю эту картину наблюдал парень в красной толстовке, тихо посмеивающийся в рукав. Когда подошла уже, наверное, сотая по счёту девушка, всё так же пристающая с расспросами, Арсений просто не выдержал и, развернувшись к Антону, сказал: — Мне всё равно, что здесь будет, я просто хочу поскорее отсюда сбежать! Парень в этот раз по-настоящему рассмеялся, смотря на недоумевающего графа. — Значит, мы всё-таки пойдём в парк? — спросил Антон, отходя от приступов смеха. — Даже если этот парк находится на краю вселенной! — Попов тут же хватает красный рукав, направляясь к выходу. И неважно, что это видели несколько любопытных глаз, успевших сделать фото. — Отпусти меня уже наконец! — взмолился Антон спустя долгих два квартала, — Ты думаешь, я не успеваю или что? Арсений опускает взгляд на всё ещё сжимающие рукав пальцы и тут же отпускает, улыбаясь уголками губ в качестве извинения. — До парка аттракционов идти чуть больше десяти минут, давай поговорим, что ли, — произносит Антон, засовывая руки в передний карман толстовки, — Тебе действительно неинтересен фестиваль? — Не то чтобы он мне не интересен, — Арсений тяжело вздыхает, думая, как сформулировать мысль, — Просто я настолько часто всё это видел, столько раз всё придумывал и обустраивал, что меня уже тошнит от одного упоминания. И это касается не только фестиваля, а любых праздников вообще. Наверное, поэтому даже свой день рождения я решил благополучно забыть, — последнюю фразу граф произносит очень тихо, надеясь не быть услышанным, но Антон поворачивает голову в его сторону, нахмурившись. Арсений ожидает этого провокационного вопроса, который задаёт каждый, когда слышит эту фразу, однако его не следует. Странно. Ему же интересно, почему он не спросит? Отвечать на него уже в миллионный раз, конечно, не хотелось, но и то, что парень молчит, подтверждает ненужные теории в голове, — Почему каждый наш разговор сводится ко мне и моим проблемам, давай лучше поговорим о тебе хотя бы разок. Антон стушевался и быстро заморгал глазами, не ожидая резкой смены темы в его сторону. — Ладно, если ты так хочешь. Есть какие-то вопросы, которые тебя интересуют? — Парень старается выглядеть непринуждённо, но в его голосе всё равно слышится легкая дрожь. — Как ты оказался в Питере? — в Арсении была уверенность, что парень не отсюда. Слишком жизнерадостный, что ли. Все люди, прожившие всю жизнь в Санкт-Петербурге, выглядели блёкло и замученно, казались серыми тучками только и умеющими, что работать, по крайней мере, графу так казалось. Антон же выделялся из толпы, хотя бы своей нереально яркой одеждой. — Я переехал сюда в семнадцать. Хотел выучиться на менеджера и спокойно работать в какой-нибудь фирме, но что-то не задалось, — парень улыбнулся своим мыслям, продолжая рассказ, — На втором курсе один из одногруппников предложил сходить на мастер-класс начинающего бариста, а я подумал, почему бы нет? И как-то затянуло на несколько месяцев. Там же и с Катей познакомился, она сказала, что набирает команду для кафе, и меня пригласила попробовать. Теперь вот работаю в «Счастье» почти уже год. — А почему переехал, если не секрет? — У Арсения появились и другие вопросы, но задать он решил именно этот. — Не секрет, — однако было видно, что Антону не очень приятна эта тема. Возможно, он рассказал только потому, что Арсений, в свою очередь, тоже делился болезненным прошлым, — Мои родители решили, что ничего путного из меня не выйдет, — он грустно улыбнулся, на несколько секунд зажмурив глаза, — Как только я закончил девятый класс, они вышвырнули меня из дома, закрыв вход на тысячу замков. Я не знал, что мне делать, куда податься. Хорошо, что тогда у меня были давние друзья, которые переживали за меня. Дима, его ты видел в кафе, помог мне перебраться сюда и даже ничего взамен не попросил. А мне, собственно, и так дать нечего было. Антон внезапно прекращает свою речь, уставившись вперёд, и, быстро проведя рукой по глазам, сообщает: — А вот и парк. Пора забыть о грустном и оторваться, — Арсений лишь кивнул, не решаясь сбивать настрой парня. — Как насчёт сладкой ваты? Не ел её, наверное, лет с десяти, — восторженно подмечает Антон, увидев вдалеке киоск. — Конечно, почему бы нет, — только и отвечает Арсений, снова погружаясь в раздумья. Из-за чего родители могут так просто выкинуть родного ребёнка? Нет ничего важнее него, и всё же он оказался один, просто выброшен, как ненужная игрушка. Сам того не замечая, теперь граф смотрел на парня по-другому. С осознанием того, что он тоже не идеален, у него тоже были проблемы, с которыми он справился. И теперь было понятно, почему он понимал Арсения, как никто другой. Потому что тоже через это проходил. Женщина мило улыбается и отдаёт Антону большой комок сладкой ваты розового цвета, из-за чего парень улыбается, оторвав кусочек и отправляя в рот. Попов, не думая ни секунды, отдаёт несколько купюр, натыкаясь на недоумевающий взгляд зелёных глаз. — Сегодня праздник, так что мне несложно. И даже не думай о том, чтобы мне что-то возвращать, ясно? — Антон расплывается в улыбке и кивает, отправляясь глубже в парк. Людей оказывается не так уж и много: в основном — это работники, снующие туда-сюда от безделья, и зеваки, которые просто решили не идти на фестиваль. Антон пристально рассматривает все аттракционы, но ни на какой не идёт, хотя Арсений даже не прочь прокатиться. — Давай сходим на колесо обозрения? Мне кажется, оттуда должен быть шикарный вид, — сказал Антон, доев вату и выкидывая оставшуюся палочку в ближайший мусорный бак. — Хорошая идея, давно не осматривал окрестности, — соглашается Арсений, направляясь в сторону нужного аттракциона. Старушка на кассе протягивает два маленьких билета, хитро улыбаясь, а немолодой мужчина запускает их внутрь. Как ни странно, на колесе они одни. Антон с интересом прислоняется к стенке кабинки, всматриваясь в даль и восторженно улыбаясь. Арсений тоже рассматривал дома и людей внизу, но более сдержанно. — Мне почему-то казалось, что я боюсь высоты, — произнёс Антон, когда колесо начало потихоньку опускать их вниз. Он поворачивает голову и чуть не сталкивается носом с Арсением, который разглядывал профиль парня. На секунду он замирает, удивлённо всматриваясь в глаза напротив. Арсений не может сдвинуться с места, краем глаза замечая, как Антон облизывает губы, быстро опустив взгляд. Юноша сглатывает, закрывает глаза и чуть наклоняется вперед, касаясь его губ своими. Арсений забывает, как дышать, отдаваясь ощущениям, и медленно отвечает на поцелуй. Антон придвигается ближе, боясь, что это ему только кажется и, если он откроет глаза, всё закончится. Граф касается языком языка парня, осторожно дотрагиваясь пальцами шеи. Не хватает воздуха, кажется, что сейчас во всём мире есть только они и никого больше. Арсений слегка отстраняется, смотря прямо в глаза и тяжело дыша. Быстро приходит осознание происходящего. Антон только что поцеловал его. И он ответил. В глазах парня виден испуг: наверное, он и сам не ожидал от себя такого. Колесо заканчивает свой путь, и мужчина в кепке отстегивает маленькую цепочку, открывая выход. Антон тут же вылетает из кабинки, несясь прочь, и даже не оглядывается. А Арсений не идёт за ним. Потому что шок настиг внезапно и не давал сделать что-либо. Почему Антон это сделал? И, самое главное, почему Арсений ответил? Он не понимал самого себя, и голова опустела, не выдавая никаких мыслей по поводу ситуации. Всё произошло слишком быстро, и теперь уже ничего не исправить. Вот только он не понимал, а нужно ли что-то исправлять?
Примечания:
Оставляйте отзывы, прошу!)
Так я буду знать, нравится вам или нет))
