Torment

— Я должна признать, Зузу. Мне действительно нравится это место, — сказала девушка, пока они были на крыше и смотрели на звезды. Зуко сидел прямо за ней, обняв ее. На небе не было ни единого облака, и в ту ночь, казалось, даже звезды сияли намного ярче. — Рад это слышать, — пробормотал он, поцеловав ее в висок, а затем уткнувшись лицом в волосы, — я должен был короновать тебя как свою королеву еще давно. — Ты никогда не схватывал на лету. — Ведешь себя как маленькая, — ответил он, нежно покусывая ее ухо, а затем посасывая шею. Его сестра прислонилась к нему спиной и запрокинула голову, открывая ему большую часть своей кожи. Зуко, не теряя времени, целовал, покрывая ее отметинами, поскольку Азула любила иметь физическое «доказательство» его любви и похоти к ней. И хотя это могло привести к некоторым неудобным ситуациям и шокированным взглядам, он должен был признать, что эму нравилось это так же сильно. Оба задрожали, когда подул холодный ветер, и Зуко просунул руки под рубашку сестры, немного нагрел руки и провел ими по спине, бокам и животу. Затем он снял с нее утяжки и нащупал ее грудь, дразня ее твердые соски. Азула схватила его правую руку, двигая ее все ниже и ниже. Как только она отпустила его, он с залез ей в трусики, медленно позволяя пальцам провести по ее половым губам — слишком медленно, чтобы доставить сестре настоящее удовольствие. — Перестань дразнить, — прошептала она. — Тебе ведь нравится. Зуко потер ее клитор, продолжая целовать ее шею, чувствуя, как она корчится в его руках, затем остановился, заставив Азулу скулить от разочарования. Через некоторое время он снова начал ее дразнить, но прекратил, как только она начала действительно получать удовольствие. Когда он начал двигать рукой в третий раз, она заставила его отодвинуться и прижала к земле, усаживаясь к нему на колени, оседлав его, терлась о его эрекцию и яростно целовала его. Когда девушка прервала поцелуй, Зуко увидел эту опасную искру в ее глазах и улыбнулся ей, а она не смогла не ответить. Азула отстранилась, чтобы раздеться, и он начал делать то же самое. — Не снимай корону, — сказал брат, хотя знал, что она вообще не собиралась снимать ее. Она снова прижала его к земле, взбираясь на него, запрокинув голову стонала. Зуко ухмыльнулся, затем схватил ее за бедра с достаточной силой, чтобы нанести им синяк, желая контролировать ее движения. В ответ Азула поднесла руку к его шее, не позволяя дышать, пока он не ослабил хватку, позволяя ей кататься на нем так, как она того хотела. Она держала руку на его шее, немного нагревая ладонь, чтобы было немного страшно, но все же приятно. В ответ Зуко схватил ее за бедра, делая с ними то же самое. Его сестра продолжала насаживаться на его член, встречая толчок за толчком, доводя его до конца, крича имя своего избранника, когда он снова и снова ударял в нужное место, пока не заставил ее кончить. Тем не менее, она продолжала ездить на нем, тяжело дыша, глядя на него своими нуждающимися глазами, ее грудь подпрыгивала, когда она двигалась вверх и вниз, ее волосы развевались на ветру, а ее корона сияла, как звезды над ними. Это небесное зрелище подтолкнуло его к краю и Зуко вылился внутрь нее. Зуко некоторое время обнимал, целовал и нежно водил рукой вверх и вниз по спине любимой. — Хочешь увидеть нашу спальню? Азула улыбнулась. — Конечно, Мой Лорд. Он снова поцеловал ее. И хотя он все еще беспокоился о том, что случится позже, но прямо сейчас он будет наслаждаться остатком своей идеальной ночи с сестрой.