Torment

Как только Зуко снова начал привлекать внимание на окружающих, он отдал недвусмысленный приказ гостям успокоиться, а его охрана следила за всеми, как ястребы. К счастью, ситуация обострилась не сильно — хотя его сестра определенно пыталась действовать людям на нервы. Сделав массу саркастических комментариев в адрес своей семьи и его друзей, пока все они неловко праздновали эту новость, или, скорее, свою радость по этому поводу. Девушка вежливо «предложила», чтобы любой из гостей, который хотел сделать то же самое, подошел к ним за стол поговорить. Зная, что им придется так сделать, поскольку это та простая «вежливость», которую дворяне предлагали друг другу и королевской семье в такие моменты, была в значительной степени негласным правилом. Молодой Лорд Огня догадывался, что это не самая мудрая идея, но не мог не согласиться с ней. Азула заслужила это удовольствие. Буми, конечно же, был первым, кто поздравил их, и единственным, кроме Тоф, Тай Ли и Кии, которые, казалось, были на 100% удовлетворены ситуацией. Другие гости, однако, были явно очень смущены и потрясены, несмотря на то, что старались не показывать этого, и Зуко мог видеть, как их глаза расширялись каждый раз, когда он и его сестра смотрели друг на друга, а их челюсти отвисали всякий раз, когда он брал ее за руку, обнимал или целовал в щеку. Благородные семьи, которые пытались женить Зуко с любой из своих дочерей, были особенно возмущены, потому, что Азула считала обязательным кормить его виноградом или просила кормить ее вишнями, пока они разговаривали. Когда Мей и ее мать пришли поговорить с ними, вероятно, потому, что Мей уже устала иметь дело с таким количеством людей и старалась поговорить с королевской семьей. Так у ее матери не стало бы предлога задерживать ее, когда она неизбежно пыталась улизнуть, Азула просто села к парню на колени и начала шептать и кусать его за ухо, обвивая руками его шею. Молодой Лорд Огня был уверен, что все его тело покраснело. Когда они отвернулись, Зуко схватил сестру за лицо и заставил посмотреть прямо на него. — Тебе не кажется, что это было слишком? — Его раздраженный взгляд и тон, казалось, только забавляли ее. — Понятия не имею, о чем ты говоришь, Зузу. Он усмехнулся и наклонился, чтобы прошептать ей на ухо. — Будь у нас больше свободного места, ты бы оседлала меня, либо села мне на лицо. — О, и ты бы просто возненавидел это, не так ли? — спросила девушка, слегка потирая его твердеющий член, и Зуко пришлось подавить стон. — Я просто забочусь о том, что принадлежит мне, — она быстро поцеловала его, прежде чем вернуться на свое место. Зуко не смог скрыть своего разочарования, и Азула усмехнулась. Его сестра больше не дразнила его до конца вечера, в основном потому, что друзья Зуко решили вернуться к столу и отвлечь их разговорами буквально о чем угодно, лишь бы не сделать ночь еще более неловкой для всех остальных. Тем не менее, они были довольно цепкими и любящими все время. В конце концов дядя Айро вернулся к их столу, выглядя совершенно изможденным, и начал бессвязно болтать о важности семьи и о том, насколько благословлены дети… А также снова и снова повторял, что не понимает их отношений. Вообще. Икем попросил слуг отвести «усталого» (пьяного) генерала в его покои, затем еще раз поздравил их, Урса с Кии сделали то же самое. Через несколько часов Азула начала уставать, перестала так много говорить, и в конце концов положила голову возлюбленному на плечо, заставив его улыбнуться. Как только пир, наконец, закончился, Зуко пришлось отнести Азулу в их спальню, так как она уже была в полусне. Он снял с нее туфли, затем убрал цветы с ее волос, освободив их от узла. Потратив немного времени на снятие с нее макияжа, он помог ей снять одежду и вручил ей спальный халат. Когда он также был готов лечь, его младшая сестра уже спала. Он лег рядом с ней, улыбаясь, когда она мгновенно приблизилась к нему, несмотря на то, что даже не проснулась. Он крепко держал ее, все еще невероятно счастливый, наслаждаясь ее теплом, чувствуя себя в полном покое. Ему не потребовалось много времени, чтобы заснуть.