The Beach

Сегодняшний день начался непозволительно рано. Бабушка несильно толкала парня в плечо, с каждым разом всё сильнее. — Юнги! Ну наконец-то, думала, не разбужу! Вставай давай, — немного отойдя от кровати, она стала, уперев руки в бока, смотря серьёзно. — Мальчик мой хороший, ты по каким местам так долго ходил? Я же сказала тебе, что мы сегодня в лес по ягоды с грибами идём. — Какие ягоды? — Юнги прищурился, солнце через окно светило ему прямо в глаза. Он потёр их, пытаясь привыкнуть к освещению и убирая кисляки с уголков глаз. — А можно без меня? Я в душе не чаю, что собирать можно, а что нет! Положу в корзину ненароком мухомор и горели ваши старания! — Не знаешь — научишься, не глупый же, — а тут он мог бы поспорить. Бабушка кинула полотенце на кровать и стянула с парня простынку. Холодно же! — А теперь тапки надел и марш в ванную! Чтобы через пять минут сидел, завтракал! — женщина, шлёпая по деревянному полу тапочками, вышла из комнаты. Юнги сморщился как изюм, от нежелания вставать с кровати, не то чтобы куда-то идти, но перечить бабушке себе дороже. Заставит ещё её клумбу всю выполоть! Ноги в руки и попиздовал! Из открытого окна дул прохладный ветер, отчего по коже прошлись мурашки. Натянув тонкую простыню чуть ли не на глаза, парень потопал босыми ногами умываться, бубня себе под нос. — Где мои тапочки? И вообще, холодно! Ну вот зачем надо меня тащить в такую рань, тем более в лес? Утро создано для того, чтобы спать, а не переться ни свет ни заря в какую-то канаву. Я возмущён! Без меня что ли не справятся? Лежал бы себе в тёплой кроватке, пока солнце в жопу не напёчёт. За что этот мир так со мной? — громко вздохнув, едва не упав, споткнувшись об порожек, он с горем пополам дошёл до этой несчастной комнаты. — Ужас, да что за утро! — Доброе утро, Юнги! — мама стала в проёме двери, сонно зевая. — Мама и тебя подняла? Никому в этом доме поспать не дала. — Что говоришь? — бабушка неожиданно появилась сзади, улыбаясь. — Говорю: так хочу уже пойти! Вчера весь день об этом мечтала, — женщина, что не ожидала быть услышанной, быстро зашагала к умывальнику. — Ну вот и замечательно! Я как знала, что вам понравится! — ехидно улыбнувшись, она добавила: — Завтрак уже готов, поторопитесь, остынет. — Да она вообще с нашего мира? Как можно проснуться в такую рань ради продуктов, которые продаются на каждом углу, разбудить всех, ещё и так радоваться! — женщина тихо жаловалась, дабы не быть вновь услышанной, а Юнги с полным ртом пены согласно мычал в ответ. — Согласен! — раздалось сзади. Мама от неожиданности аж на месте подпрыгнула, а Юнги просто подавился водой. Отец, что сидел на унитазе, остался каким-то образом всеми незамеченным. Это утро доведёт каждого. — Ты с ума сошёл так пугать? — женщина ахнула, повернулась, посмотрела на мужа, нахмурив брови. — Я виноват ещё что ли? Это вы вломились ко мне без стука! — Двери закрывать надо! — Мы такими темпами до кухни только через месяц доберёмся, — недовольно крикнул Юнги. Наблюдая за этой картиной, можно даже сказать, что они любящая, счастливая семья. Если честно, парню хотелось, чтобы это было без “даже”. Хотелось утром вставать в лес за грибами, а не нахуй, ибо вчера поздно вернулся. Хотелось с мамой жаловаться на ранний подъём, а не быть с криками выгнанным ею из дома. Хотелось иметь дома любящих людей, которые поймут и помогут, а не осудят и обесценят всё, что с тобой связано. Хотелось... — Земля вызывает Юнги, — мама щёлкнула пальцам перед его носом. — Шуруй завтракать. — Иду.

***

Чонгук вернулся домой за полночь. Дядя, должно быть, уже давно лёг спать, не застав его приход. С лица не сходила глупая улыбка. Мыслями он остался на той поляне, зажимая в своих объятиях Юнги. Кто бы мог подумать, что этот гордый воробушек может быть таким нежным и ласковым. Чонгук вообще его расцеловать хотел, но, еле сдерживая себя, он всё-таки решил не торопить события. Юнги от него всё равно никуда не убежит, даже если захочет. Быстро стянув с себя грязную одежду, он лёг, но сна не было от слова вообще. Чонгук чувствовал себя влюблённой школьницей, у которой мысли все сводятся только к одному человеку. Это не есть хорошо, но он с этим сделать ничего не может (читайте как: не хочет) и не будет. Этому мальчику самое место рядом с ним. Заснуть было сложно, но проснулся он даже раньше обычного и на удивление с очень хорошим настроением и желанием покорять мир. Ну, если быть точнее, то покорить хотелось только одно сердце, но это так, детали. Дядя сидел в гостиной и пил кофе, читая газету. Чонгук сел рядом на диван. — Доброе утро! Ты сегодня рано встал, — сказал парень хриплым ото сна голосом. — Доброе, Чонгук. Ты тоже, — сделав маленький глоток горячего едкого напитка, он отложил газету на столик рядом. Мужчина посмотрел на него с улыбкой. — С кем это наш мальчик так долго гулял вчера, а? — С Юнги. Знаешь его? — парень посмотрел на дядю с прищуром. Может, получится у дяди что-то узнать про Юнги или его родню. — Юнги? Знакомое имя, — мужчина почесал бороду, пытаясь вспомнить, кто же это может быть. — Не думаю. А что? Понравился? — мужчина улыбнулся своим догадкам, наблюдая за быстро бегающими в растерянности глазами племянника. — Да, то есть нет... ну, может быть. Ой, мне бежать надо, у меня ребёнок, ну тот, который Джордж некормленый, — пулей подорвавшись с места, он быстрыми шагами вышел на улицу, хлопнув за собой дверью. Стыд-то какой! Быстро его, конечно, раскрыли. — Внук тёти Джи что ли? Надо будет спросить у неё на наличие такого внука, — мужчина, захватив пустую кружку, пошёл на кухню готовить завтрак себе и этому чуду.

***

Юнги шёл позади всех и витал в облаках, рассматривая лес вокруг. Кажется, здесь они вчера были с Чонгуком, но было достаточно темно и, на самом деле, лес — это последнее, что он стал бы разглядывать. Зато сейчас у него была уйма свободного времени для этого, ибо старшие, после того как он всё-таки чуть не срезал ядовитый гриб (а он предупреждал, что так может!), сказали ничего не трогать и просто идти следом. Но он честно был готов поклясться, что это был рыжик! Ну хер с ним уже, не сильно он этим и горел. Вокруг было много высоких деревьев, кустиков всяких разных. С плодами и без. Знать бы ещё как эта вся растительность именуется — вообще шикарно было бы. Но Юнги уроки биологии прогуливал и потому в душе не ебёт. Но красиво, конечно. В суете сегодняшнего утра у него не было времени думать о вчерашних событиях (с постоянными нагоняями от бабушки у него не было времени подумать вообще ни о чём, так-то). Мысли о Чонгуке, что вызывали сплошные вопросы и недоразумение, сейчас не грызли его. Будь что будет. Пожалуй, раньше он слишком много придавал этому значения, и всё равно всё шло из рук вон плохо и выходило из-под его контроля, как только он его видел. Смысл корить и точить себя за то, что в любом случае произойдёт? Сколько бы он себе там не думал, при встрече с ним эмоции и действия ему не подвластны. Вот и хуй с ним. Думать, прежде чем делать, — хуйня для взрослых, а ему всего семнадцать. Но всё же. Как Чонгук поведёт себя в следующий раз? Сделает вид, что ничего не было или будет проявлять инициативу? А какой реакции хочет он сам? Что если они будут вместе? Ну, чисто в теории. Наверное, Юнги сможет обнимать его, когда того захочет; откровенно пялиться на него и не отворачиваться, пряча алые щёки от Чонгука, что всё-таки что-то да заметил. У него получится провести всё лето с человеком, что ответит взаимностью на его тактильность и неожиданные всплески нежности. Бегать от чужих глаз на безлюдные поляны. Провести всю ночь вместе и встретить рассвет на берегу озера. Звучит просто замечательно. Жаль только, что на словах. Обратная сторона медали так же имеется, и она уже не такая красочная. Как бы тот не храбрился, он слишком хорошо знает родителей и что они могут сделать. Но Юнги предпочтёт сейчас не думать об этом. Лучше будет мечтать о их проведённом вместе времени и не тяготить себя лишним. Придумает им замечательно проведённые вечера вместе, как они вместе будут жить в их квартире где-нибудь в другой части света вместе с питомцем. К слову. Интересно, как там Джордж? Уголки губ ползут вверх при упоминании этой собаки. Конечно, она слишком активная для ленивого Юнги, но всё равно классная, он хотел бы сейчас с ним поиграть. — Юнги, ты сейчас в дерево влетишь! Ты сегодня сам не свой, что с тобой? — бабушка достала бутылку воды из рюкзака, чтобы помыть ягоды. — Всё нормально, просто задумался, — быстро пробормотал парень в надежде избежать лишних вопросов. Вот кто-кто, а бабушка всегда умела выводить его на чистую воду. Мама расстелила покрывало в тени большого дерева, чтобы трава попу не колола. Отец развалился, заняв больше всех места и взяв больше всего малины. Наглость — второе счастье, хотя в его случае основное. — Кстати, мне вчера с работы звонили, — мама отложила пустую корзину в сторону, обращаясь к отцу. — Нам на работу через два дня выходить. Нам проект утвердили, нужно его презентовать на ближайшем совещании с директором. А там уже, если всё успешно пройдёт, на неделю нужно будет в Сеул съездить. Нужно сегодня вечером выехать. — Уже? Нам же сказали, что меньше двух недель займёт, если не больше, пока его утвердят. И чего раньше не сказала? Времени немного осталось. Нам тонну материала к презентации нужно подготовить, — мужчина, что до этого момента сидел расслабленно, сейчас хмуро пялился в одну точку. Он хотел спокойно провести время с семьёй. Хотел видеть жену утром рядом в постели, а не просыпаться от её криков с кухни, ибо они уже опаздывают. Он не хотел приходить поздно вечером домой раздражённым из-за работы и срываться на сыне, а утром видеть его пустую кровать, понимать, что домой он так и не вернулся, от этого ещё более взвинченным уходить из дома и так по кругу. Видимо, судьба плевала на его хотелки. Что ж. — Почему так? Вы же только как неделю приехали! — бабушка хмуро смотрела на них, ничего не понимая. Не горела она желанием отправлять их домой сейчас. Им же ещё столько всего нужно показать! — Когда надо, могут затянусь весь процесс как можно дольше, зато сейчас очень всё оперативно сделали, — мама с тихим вздохом встала, струсив грязь со штанов. — Давайте обратно идти, нам собираться надо. Настроение вмиг у всех упало. Атмосфера вокруг стала угнетающей, что ли. Отец уже не травил свои глупые, но всё равно смешные шутки. Бабушка не рассказывала истории, связанные с этим местом. Мама просто молча шла рядом. Юнги, что ещё не совсем понял происходящего, тоже молчал.

***

Чонгук бежал позади Джорджа, пытаясь догнать его. Получалось, конечно, плохо, но было всё равно весело. Пёсель время от времени останавливался, дожидаясь своего хозяина, а потом весело бегал вокруг него, мотая хвостом из стороны в сторону. Дурной такой. Парень больше любил выгуливать (кто кого выгуливал?) его вечером, ибо утром уже солнце напекало голову и гоняться за ним было сплошным адом. Да и Чонгук всегда надеялся во время прогулки встретить одного воробушка. Подуставшая уже собака спокойно шла рядом, моча лапы в воде. Чонгук любил гулять с ним возле озера. Иногда, если было желание, он мог искупаться вместе с ним. Что, собственно, и собирался сделать сейчас, пока не заприметил белую макушку, лежащую на песке. Песок-то холодный, простудится! Ужас, совсем о себе не заботится. — Привет, — Чонгук остановился прямо над головой парня, смотря с улыбкой. — Вставай давай, песок холодный, — сказал он, протягивая руку. Быть честным, он не совсем понимал, как себя вести с Юнги сейчас. Они вроде как обнимались в прошлую встречу, а это, между прочим, для него очень много значит! Он кого попало не обнимает. Чонгук надеялся, что Юнги того же мнения. Хотя, наблюдая за чужим смятением и румяными щеками, сомнений почти не осталось. Чонгук немного по-глупому улыбнулся, решив проявить инициативу первым, и притянул его к себе, крепко обнимая и взъерошивая чужие мягкие волосы. Парень обнял его крепко в ответ, утыкаясь своим носом-кнопкой ему в шею. Ну само очарование, ей-богу. Даже крепкое сердце от такого может треснуть. Такой Юнги его точно доконает! Неожиданно рядом послышался лай. Юнги, что изначально не заметил его, дёрнулся в руках Чонгука. Джордж запрыгнул на них, как в первый день, охотно мотая хвостом, требуя внимания и на себя. Вот наглый пёс, такой момент ему испортил! Юнги сел на корточки, чеша того, где только можно. Довольные такие. — Как его зовут? — Юнги поднял голову вверх, смотря с улыбкой. Чонгук сейчас коньки откинет, серьёзно. — Джордж. — Этого замечательного мальчика зовут Джордж? Да? — чесал ластящегося пса за ухом, повторяя, какой он хороший. Нет, Чонгук не будет ревновать его к своей собаке. Не будет. — А в первую встречу он тебе не очень понравился, — парень сел рядом, немного недовольно смотря на них. Можно Юнги будет к нему так приставать? Он посмотрел на него, тихо смеясь. Уж слишком очевидно его недовольство. — Тебе показалось. Как такой хороший мальчик может не понравится? — Юнги сел вплотную рядом с ним, кладя голову Чонгуку на плечо. Ну всё. Это финиш. Чонгука переполняли тёплые эмоции к нему. Объясните ему, как может в одном человеке поместиться столько всего самого нежного к одному человечку? А он, между прочим, ничего такого не сделал! Чонгук, принимая все его действия за зеленый свет, решил не отказывать себе в спонтанных желаниях и поцеловал того в макушку, одной рукой опираясь о песок, второй же поглаживая по волосам. Юнги обнял его за талию, не оставляя между ними ни миллиметра. От него так приятно пахло шампунем. Он просто не мог не обратить на это внимание. Да в Юнги куда не ткни — всё идеально. Джордж, уже в край вымотанный, лёг Чону на колени, засыпая. — Гук, — о Боже. Чонгуку ничего не надо больше, только пусть ещё раз так назовёт его. — Ты смущаешь меня, — сказал он, тихо хихикая. Он-то? Это Юнги здесь главный провокатор! — Извини, я специально, — смеясь ему в ответ, он снова поцеловал его в макушку. — Вот опять! — Юнги поднял голову, тут же краснея. Их лица находились слишком близко. Настолько, что каждый чувствовал дыхание друг друга. Они встретились взглядами, не двигаясь. Никто из них не пытался отстраниться. — Я хочу использовать своё желание, — Чонгук прошептал это тихо в чужие губы, аккуратно отодвигая прядь чужих волос за ухо, притягивая к себе. Осторожно, со всем трепетом, что в нём бушевал океаном, коснулся чужих губ, не веря в происходящее. Волнение отошло на второй план, когда чужие руки легли ему на шею, а на поцелуй ответили с тем же желанием. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой! Хотя слово просто “хорошо” сюда не подходит. Это идеально. Мягкие губы двигались навстречу его. Чонгук о таком только мечтал. На улице начало холодать, они сидели в одних футболках, но никто на это не обращал внимания. Невысказанные слова уже были не нужны. Тут и без них всё понятно. Они отстранились, посмотрев друг другу в глаза, глупо улыбаясь. Настолько счастливыми никто из них себя не ощущал. Это было слишком, слишком... — Я теперь могу официально называть тебя своим парнем? — Чонгук смотрел на парня так, как не смотрел никто: со всем обожанием и желанием оберегать от всего мира. — Я ещё не услышал официального предложения, — с издёвкой посмотрел на него Юнги. Маленький дьяволёнок, но такой миленький, что дыхание спирает. — Мин Юнги, согласны ли вы стать парнем Чон Чонгука, быть им целованным каждую минуту, ходить с ним гулять как можно чаще и быть готовым к сахарному диабету? — Ваше предложение слишком заманчивое, не в моих силах отказаться, — и улыбнулся. Эта улыбка - самое прекрасное, что Чонгук мог когда-либо увидеть в своей жизни. — Иди сюда, — он притянул Юнги к себе, ложась на песок, устраивая чужую голову у себя на груди. Без лишних слов. Кажется, они смогли пролежать так целую вечность, ничего не говоря. Никто не хотел портить эту идиллию лишними словами. Но. — Мне нужно домой, родители уезжают, — Юнги очень сильно не хотя, но встал с такого уже полюбившегося им места. Стоп. Родители уезжают? А Юнги? Вместе с ними? Не дав парню окончательно накрутить себя, он перебил его тираду мыслей. — Нужно попрощаться. Они, скорее всего, вернутся только в конце лета, забрать меня. — А. Ты так не пугай! — вздохнув с облегчением, он продолжил: — Я провожу тебя.