Непростительные

Каждый уважающий себя попаданец мужского пола, попав в женское тело, должен устроить истерику по поводу потерянного писюна и впасть в депрессию. Да похер. Чего я ещё мог желать — молодое, здоровое тело, с целыми зубами, идеальным зрением и исправно гнущимся позвоночником? Какая разница, какого оно пола? Я был бы очень рад своему попаданию, но надвигающийся ад заставлял судорожно рыться в памяти, доставшейся мне от Милли, и лихорадочно искать выход из действительно безвыходного положения. Добрая и послушная девочка одиннадцать лет росла у хороших, хоть и недалёких родителей. Жизнь маленькой волшебницы казалась безоблачной, все её беды были Чрезвычайно Важными, но легко решаемыми слезами в объятиях мамы, а очень скоро она должна была поступать в Хогвартс, чтобы найти себе Друзей. Да, в тот самый. Сказка закончилась неделю назад. Её родители умерли от Драконьей Оспы, как заявила внезапно объявившаяся бабка, мать отца. Не успела Милли хотя бы осознать смерть любимых родителей, как бабка утащила её к себе, и начался полный, беспросветный ужас. Карга, как называла её про себя Милли, унижала и пытала заклинаниями и без того запуганную домашнюю девочку. В первый же вечер она испытала на себе пыточное заклинание, после чего её заставили принести Непреложный Обет в том, что она никому не расскажет о происходящем в этом доме. Обет давался старому и безобразному сыну Карги, Дебилу, а скрепляла обет сама Карга. Задыхающаяся от боли и страха Милли принесла Обет, и левую руку окутала чёрная лента, скользнув по руке вверх, до самого сердца. С того момента она не могла даже подумать о том, чтобы попросить кого-нибудь о помощи, сердце сжимала холодная рука даже при мысли о побеге, ведь, сбежав, придётся кому-то рассказать о произошедшем… Впрочем, просить было некого — гости в дом не приходили. В последующие дни с каждым днём становилось всё страшнее и страшнее. Дебил скалился, хватал за ягодицы, выскакивая из-за угла, задирал ей юбку и лапал, Милли кричала, а Карга ругалась на Дебила, требуя обождать. Милли задыхалась от ужаса и не понимала, как такой ублюдок мог быть братом её лучшего в мире папы, и ощущала, что скоро произойдёт что-то страшное. Две недели она почти не спала, забившись в угол выделенной ей спальни, ни о чём не думая и даже не плача. А вчера Карга наконец закончила грандиозное варево зелья, которым провонял весь дом, и потребовала от Милли выучить наизусть написанное на листе пергамента, чтобы принести ещё одну клятву. Милли с трудом прочитала рукописный текст и потеряла сознание. Это была клятва выйти замуж за Дебила и родить ему наследника, а потом защищать его ценой собственной жизни. Наследника, в котором воплотится тот самый Тёмный Лорд, которого боялись все волшебники и которого победил легендарный Гарри Поттер. Милли очень мечтала о том, чтобы Гарри Поттер пришёл и спас, но увы, Гарри не пришёл, поэтому осталось только упасть в обморок. Карга, убедившись, что очнувшаяся Милли её слышит, ещё раз потребовала выучить текст клятвы и ушла на кухню. Наступил вечер. Милли, окончательно осознав, что Гарри совершенно точно не придёт, прокралась в зельеварню, понюхала каждый пузырёк и отобрала всё, что смогла опознать как яд. Её родители были волшебниками и сами варили зелья, объясняя малышке свои действия и правила безопасного поведения в зельеварне, поэтому несколько ядов она точно узнала. Налила каждого яду в чашку, перемешала и выпила, не обращая внимания на жуткую боль в рту, горле и пищеводе, после чего упала и умерла. А потом в её теле очнулся я. В реальности происходящего меня окончательно убедил вопль «Crucio!!!» Карги, стоявшей рядом, и дикая, невыносимая боль. Я задёргался и открыл глаза. Карга мрачно уставилась на меня, поднесла палочку к моему лицу и заявила: — Сука! Ты не сдохнешь, пока не исполнишь свой Долг!!! Слово «Долг» Карга произнесла до смешного пафосно, сделав торжественное лицо и нахмурив брови, но мне было не до смеха. На запястье старухи скалился череп со змеёй, и я был маленькой девочкой в мире Гарри Поттера, которая должна была стать инкубатором Тёмного Лорда. Вокруг булькали котлы, резко пахло лекарственными травами, которыми меня, видимо, и откачали. По полу каталась домовушка, каясь в том, что за мной не уследила, и прижигая себе уши углями из очага. Дебил стоял рядом с Каргой и молча пялился на меня. Рожать Волдеморта не хотелось.