12
13 марта 2021 г., 22:25
Шатен по-детски похныкал, разлепляя карие глаза. Обычно более холодное, жёлтое освещение сменилось на тёплые, оранжевые тона.
« – Свечи?» – Тэхён настороженно присел на кровать, вылезая из-под уютного покрывала, пахнущего свежестью и…. Аллисумом душистым? Это он понял по едва уловимому, сладковатому аромату, характерному для этого многолетника. Всё казалось слишком странным. Что вообще происходит и где, чёрт возьми, его ненаглядная красавица? Ответы на свои вопросы он мог получить, только выйдя из комнаты, поэтому почёсывая затылок и потягиваясь после пробуждения, он направился, конечно же, на кухню.
Ещё в коридоре он услышал аромат свежеиспечённого пирога, что только подогревало его любопытство и усиливало боль голодного желудка.
– О, ты проснулся, – Кира с любовью обняла лохматого Тэхёна. Он чутко прижал её к себе поближе, улыбаясь и утыкаясь подбородком ей в макушку.
– Я долго спал? – усевшись поудобнее на стул, мужчина наблюдал, как Кира отрезала сочный кусок пирога с какими-то ягодами – сложно было разобрать издалека.
– Ты не поверишь, что расскажу, – казалось, девушке не терпелось поведать нечто ошеломительное, словно она только и делала, что ждала, когда же он проснётся.
Пока она раскладывала тарелки с едой, колдун внимательно рассматривал свой щедро отрезанный кусок: земляника и, кажется, крыжовник. Задумчиво и ещё не совсем понимая, он откусил немного, переведя взгляд на Киру, занявшую себе место напротив. До ещё немного сонного сознания колдуна медленно начало доходить: откуда взялись эти ягоды?
– Я всё иссушила! – довольная своей проделанной работе девушка погрузила сладкий кусочек в маленький ротик, наслаждаясь вкусом, – ты проспал почти два дня!
Глаза мужчины причудливо округлились, как и его рот, отчего кусок недожеванного пирога смачно упал на тарелку.
– Ёнтан! – он беспокойно вскочил, да так, что стул от резкости с грохотам упал на спинку, – если моя магия перестала работать, когда я отключился, значит, Ёнтан вернулся в свой мир! Мои овцы! – мужчины схватился за голову, неосторожно броня себя за слабость.
Ощущение лёгкой тяжести женской руки на своём плече вернуло в реальность. Он растеряно посмотрел на улыбающуюся Киру, после чего пришёл в чувства.
– Твои овцы сами пришли и их очень много, – девушка сделала акцент на слове «очень», чем сильно расслабила парня. Тэхён накинулся на заклинательницу с объятиями от нахлынувшей радости, и, недоедая пирога, бросился на улицу.
Сложно было поверить после такой бурной реакции, что совсем недавно этот человек намеревался зажарить баранью тушку самолично. Кире трудно было понять, что у колдуна на уме, но его чудаковатость не вызывала ничего, кроме смеха. Делать было нечего, оставив свой пирог одиноко лежать недоеденным, она поспешила на улицу.
Лучи яркого солнца неприятно светили в глаза, из-за чего парень поморщил нос и сощурился, выбравшись на свежий воздух. Большое стадо немытых овец полностью заполонило пространство перед хижиной. Сначала здесь было не пройти из-за той огромной лужи, а теперь из-за скота, что-то в этой жизни не меняется. Блеяние овец оживляло это место, но также могло и привлечь опасных хищников, что было одной из причин, из-за которой Тэхён содержал их в деревенском хлеве.
– Мои родненькие, – мужчина спустился по ветхой лестнице к своему стаду, которое тут же облепило его со всех сторон, ласково трясь своими башками об его ноги.
Колдун, выглядя абсолютно счастливым, шустро начёсывал овечью шерсть в обе руки, отчего животные, подобно собакам, которым чешет пузо хозяин, блаженно похрюкивали.
– Ты так заботишься о них, – девушка едва подобралась к своему мужчине сквозь толпу «поклонниц», с умилением наблюдая за его ребячеством.
Тэхён вдруг остановился, оборачиваясь к Кире, гладящей маленькую овечку. Его щёки заметно покраснели, а взгляд зацепился на каком-то корявом сучке, неуклюже торчащего из земли, так, словно ему стало безумно стыдно за себя. Действительно, что это с ним? С каких пор он стал вести себя как простодушный ребёнок, любящий иногда нарушать маленькие мамины запреты в своём беззаботном детстве? Эта черта всегда была ему присуща, как человеку доброму и доверчивому, но чем дольше он жил в этом мире, полном жестокости, тем более заметным изменениям подвергался его характер. Бесхитростный кролик вырос настоящим змеем-искусителем, легко манипулирующим людьми и умеющим получать от них то, что нужно. Так, когда всё вернулось к стартовому началу, как он мог пропустить и не заметить этих перемен?
– Это мило, – обеспокоившись его внезапной смене настроения, Кира непринуждённо потрепала его за мягкую щёчку, перехватывая его взгляд и оставляя его на себе.
Точно. Всё дело в ней, именно с ней он чувствует себя столь свободно и спокойно, что его детская натура, надёжно спрятанная взрослым дядечкой Тэхёном в недрах души, вырвалась в свет, вольно действуя по своему усмотрению. Овечья голова коснулась мужской ладони, настойчиво требуя внимания к собственной персоне. Мужчина расслабился, вновь улыбнувшись.
– Надо бы оградить территорию забором, чтобы их дикие животные не обижали, пока я буду доставлять тебя домой.
– Когда отправимся? – нежные руки девушки продолжали гладить ласковых овец, почёсывая то за ушком, отчего они податливо тянули шеи, то за мягкие бока.
– Завтра. Сегодня забор поставим, а завтра, думаю, смогу призвать Ёнтана во второй раз.
– Ёнтана? Мы на нём добираться будем? – девушка не ожидала такого поворота событий, она думала, что им предстоит долгий и тяжёлый путь на своих двоих.
– Так будет быстрее всего, побежим по лесу, не прямым путём, чтобы нас никто не поймал, верхом скачущих на волке.
Так, они занялись возведением высокой, деревянной оградой. Конечно же, не без помощи магии. Тэхён вернулся к излюбленному делу: верчению палочкой туда-сюда. Пока они колдовали, он поведал, что на самом деле, когда-то у мужчины уже был забор здесь, возведённый для всё тех же овец. Но держать их самому ему было проблематично: однажды, он так сильно погрузился в изучение новых заклинаний, что не выходил их дома несколько дней. Тогда бедные животные чуть не погибли голодной смертью, настолько худыми они выглядели. Надеюсь, в этот раз овцам повезёт больше.
Мягкий, коралловый свет изящно подчёркивал смуглый цвет кожи колдуна; хотелось запечатлеть этот момент в своей памяти, выгравировать приятным воспоминанием на сердце. Они закончили на закате, когда солнце удалялось в пёстром небе.
