В погоне за спокойствием

Казармы, Д6 Около 11 утра. ОЛУ.

— Просыпайся. Девушка немного поморщилась от моего голоса, затем прикрыла лицо ладонью и потянулась. — Давай-давай. - попытался разбудить я свою напарницу, что крепко спала и явно не хотела просыпаться. — Скоро не мы, а нас будут ждать. — Ульман, иди в пень... - прошипела Марина с улыбкой, пытаясь дотянуться до меня, чтобы легонько пихнуть в плечо. Я усмехнулся на её действия и отошёл чуть назад. — Кое-кто вчера прожужжал мне все уши, что нельзя опоздать на завтрашнюю, а теперь уже сегодняшнюю, свадьбу Артёма и Ани. - спокойно произнёс я. После моих слов рыжеволосая убрала руку с лица и непонимающе похлопала глазками. Она взглянула на наручные часы и удивилась. — То-то же. И этот кто-то сейчас проснулся позже обещанного. — Господи!.. - вздохнула Вербицкая, вскакивая с кровати. — Кыш с комнаты, мне нужно переодеться. Я с улыбкой поднял руки вверх и покинул комнату, закрыв за собой дверь. Коридор бункера, естественно, в столь позднее время пустует, ибо все разошлись по своим делам. Да и плюс ко всему, после тех «пострелушек»‎ за Д6 большинство бойцов погибло, и всех людей в бункере стало вдвое меньше. Из Полиса, увы, никого не хотят отправлять сюда. Но, что самое худшее, так это уход Артёма из Ордена. Все хоть и адекватно отнеслись к этому, потому что парень молодой - ему бы своими делами заниматься, жизнь построить нужно в конце концов, однако Аня не смогла оставить это без своих пяти копеек, поэтому тоже ушла из Ордена следом за Сухим. Они начали возиться вместе, пока не поняли, что любят друг друга. Марина после моего признания в симпатии начала теплее относиться, однако взаимности пока нет. Да и к чему мне спешить события? Может, я не в её вкусе, в чем я очень сомневаюсь. Как только ушла Мельникова, рыжеволосая начала бегать, как в мыле: лучшего снайпера теперь нет – пришлось освоить снайперскую винтовку через силу и нежелание, но по специальности она осталась штурмовиком. После той самой войны за комплекс, как только Мельник оклемался и приловчился к креслу-каталке, Георгия, меня и Марину вроде как перестали заставлять работать до потери пульса, но все же мы часто пропадали на заданиях. Красные, к слову, не показывались от слова «совсем»: затихли – и ладно. Настал ли тот мирный час в нашей спартанской жизни? Или это затишье перед бурей? Дверь позади меня открылась, полностью отгоняя мои раздумья в сторону. Из своей комнаты вышла Марина буквально другим человеком: взъерошенные после неожиданного пробуждения волосы мигом были превращены женскими руками в аккуратную гулю; на верхней части туловища надета белая (на самом деле, не очень) рубашка, как и на мне, но только вместо галстука – бабочка; на ногах строгие чёрные брюки. — И вот зачем им такие формальности? - фыркнула рыжеволосая, поправляя воротник рубашки. — Мне больше интересно, откуда Аня и Артём взяли эти костюмы. - хмыкнул я. — Кстати. Хочу отметить, что тебе очень идёт официальный стиль. Ты прямо девушка-мечта: что не форма – всё к лицу. — Товарищ майор, Вы смущаете меня этим. - зеленоглазая отвернулась от меня, скрывая свою улыбку и пунцовые щёчки. Я самодовольно усмехнулся. — Пусть это будет Вам наказанием, старший лейтенант, за то, что проспали. - ответил я, медленно шагая в столовую, в которой нас, по сути, должны были ждать молодожёны. Точнее, ещё не молодожёны, но будущие. Удивительно, что они захотели отпраздновать свой брак в бункере, а не на родной станции Артёма – ВДНХ. А может хотят сделать «подарок» такой, увидившись с нами спустя чуть меньше года. Девушка в ответ наигранно недовольно цокнула, а затем, обогнав меня, пошла вперёд почти вприпрыжку. Спартанцы, что спокойно отдыхали на небольших темно-зеленых диванах, с интересном разглядывали нас и форму. Необычно видеть доверенных лиц полковника в таком виде, так? Мне кажется, что мы больше похожи на секретных агентов или личную охрану, каких когда-то показывали по телевизору в боевиках. — «Закрыто с десяти до двенадцати часов.» - вслух прочитала Марина надпись на табличке, подходя к автоматическим дверям столовой. К слову, стеклянные вставки, то есть окна, были прикрыты тёмной тканью, чтобы, наверное, не разглядеть происходящее внутри. — Два часа на празднества... Не мало ли? — А ты хочешь продолжения вечера? - усмехнулся я, поправив галстук на шее. Вербицкая обратила внимание на мои действия и подошла ко мне ближе. Она положила свою ладонь на мою и убрала её, чтобы дать себе возможность помочь мне. Девушка мастерски перевязала галстук на моей шее почти что за полминуты и, оглядев результат, довольно улыбнулась. Ох уж эти женщины. Я кивнул ей в знак благодарности и продолжил говорить: — Например, в виде бухих гостей-спартанцев. Ну или жениха с невестой. Потом будем ещё искать их. А может ты что-то сделаешь? Вдруг произойдёт перебор алкоголя? — Ой, знаешь что, Эд? - засмеялась рыжеволосая. — Что? Она легонько пихнула меня в плечо ладонью, а я, в свою очередь, закрыл лицо рукой, негромко выдохнув. — Мисс, прошу аккуратнее, ведь после того ранения хоть и прошло много времени, но я по-прежнему являюсь хрупким мужчиной. - сказал я, сначала постучав в двери кулаком, а потом открыл их, пропуская зеленоглазую вперёд. Как только Марина только зашла внутрь, та лишь смогла только ахнуть вместо слов: все столы были сдвинуты вдоль стенки, тем самым образовывая один длинный прямоугольный стол, на поверхности которого стояли множества порций с самой различной едой – начиная от обыкновенных грибов и заканчивая рыбой и мясом, – и маленькие свечки, что давали все освещение в столовой и добавляли этому скудному в прошлом месту... романтики? — А вот и опоздавшие. - хмыкнула Аня и, поправив фату, отошла от стойки, ведущей на кухню. Вербицкая с лучезарной улыбкой подбежала к невесте и крепко обняла её, показывая всю радость встречи. Артём, что стоял рядом со своей будущей женой, ухмыльнулся, а затем подошёл ко мне и протянул руку для приветствия. — Вновь секретные дела под грифом «любовь» вас задержали? - спросил Сухой с улыбкой во все тридцать два. — От Ани таких приколов набрался? - хмыкнул я, стукнув парня легонько по плечу. Он недолго, но искренне посмеялся. Молодые выглядели счастливыми, посматривая на друг друга взглядом полным любви. Кто бы мог подумать, что люди, которые готовы было в любую свободную минуту подколоть партнёра, просто-напросто влюбились? На самом деле, это было ожидаемо. К слову, жених с невестой тоже одеты формально: Аня с чёрной юбкой до колена и такой же чёрной рубашкой на теле, а на голове – белая фата из одного слоя ткани; Артём же почти как я – рубашка, штаны, галстук. Просто, стильно, красиво. — ...Как же я рада тебя видеть, особенно в таком виде, то есть счастливой. - радостно произнесла Марина, отойдя от Мельниковой. — Столько времени прошло с нашей последней встречи. — Я тоже соскучилась. И по дураку Ульману, и по папе. По всем знакомым и незнакомым. - ответила Аня, затем посмотрела на меня и хитро улыбнулась. — А у вас когда свадьба? — Ань... - шикнула на девушку рыжеволосая и отвела взгляд в сторону, чтобы спрятать вновь покрасневшие щеки. — Не успела приехать, а уже всех смущаешь. - сказал Артём, взглянув на меня. — Ну, вообще... Вопрос хороший. Эд? В ответ я лишь улыбнулся и перевёл свой взгляд с Сухого на Вербицкую. Она тоже посмотрела на меня. Девушка продолжала краснеть, но отворачиваться не собиралась. — Я думаю, как только – так сразу. - ответил я, пожимая плечами. — Тогда осталось дождаться, пока Марина признает, что по уши влюблена в Эдика. - негромко хмыкнула Аня, потом вновь вернулась к стойке, где не так давно стояла с Артёмом на пару. Брюнетка стала перебирать чистые столовые приборы, а парень, махнув нам рукой, чтобы мы следовали за ним, пошёл вдоль длинного стола, в конце которого стояли стулья. Я удивлённо осматривал все вокруг: это самое «всё» просто блистало для торжества. Как они только успели подготовиться за такой короткий промежуток времени? Вчера и сегодня рано утром столовая была открыта, а сейчас все готово. Чудеса совместной жизни. — Рассказывайте. Что у вас тут нового? - спросил Артём, присаживаясь на один из стульев. — Всё по-старому. - коротко ответила Марина. — Я так не думаю. - улыбнулся парень. — Что-то ведь да произошло за эти полгода. — Ну, она права – действительно всё по-старому. Только если не считаться предельной нагрузки, что появилась после твоего с Аней ухода. Марина, вон, вообще в снайпера заделалась. Принудительно, если быть наиболее точным. — Эд, не преувеличивай. - хмыкнула рыжеволосая, отмахнувшись. — Всё ведь прекрасно. Я довольна. — Кто бы говорил. - усмехнулся я. — Потом устаёшь и спишь без задних ног. Артём, чтобы ты понимал, как она "довольна", эта леди чуть не проспала вашу свадьбу. — Ну... Блин, это сегодня так получилось. — Как скажешь. Тема недолго посмеялся, не отрывая взгляд от нас. — А у вас с Анькой что нового? Как там на ВДНХ? - все же решил докопаться я до парня. — Ульман... - шикнула Марина, а затем пихнула меня локтем в бок. — Ну что? Мне ведь интересно: как из друзей они превратились в без пяти минут семью. — Всё хорошо, Мариш. - хмыкнул бывший боец Ордена. — На ВДНХ, к счастью, все спокойно. Чёрные больше не тревожат, как и кошмары многих людей на станции. А вот насчёт Анюты... Не знаю. Завертелось как-то непонятно для всех. Но, наверное, я первый осознал это, как только она пошла следом за мной. Поддержала мечту. Даже мой отчим меня не понял. Ну и, выходит, с тех пор начали вместе бегать, возиться. Правда, ругались часто. — Из-за чего? Из-за желания найти жизнь? Там, наверху? - поинтересовалась рыжеволосая. — Верно. - подтвердил Артём. — Частые выходы на поверхность сказывались на нашей совместной жизни: Аня оставалась одна, работала до ночи. Плакала. А я... А я не могу оставить это дело в покое. Я слышал в твоей рации голоса, когда были на Останкинской телебашне, понимаешь, Эд? Мы не одни живы! Но ты просто проигнорировал это. Сказал, что показалось. Однако может это наше общее спасение – найти выживших, переехать на свежий воздух без радиации из этих, пропитанных страхом и смертью, войной и предательством, туннелей метро... — И их ты пытаешься «зомбировать»? - фыркнула Аня позади нас, и мы синхронно обернулись. — Тема, мы с тобой много раз это обсуждали. — Ребят... - встрял в диалог я, но мне не дали договорить. — Вспомни, сколько раз ты выходил на поверхность? Сколько раз не слышал других людей? Сколько раз никто тебе не ответил? Сколько раз ты получал огромные дозы облучения? Скажи, сколько? - нервничала Мельникова, но все же продолжала говорить. Парень опустил голову, на желая слушать и не желая объясняться. — Ожидаемо. — Ань, успокойся. - встала со своего стула Вербицкая и подошла к брюнетке. — Ничего никому он не «втюхивал». Давайте не будем ссориться из-за этого. В конце концов, сегодня такой хороший день – день вашей свадьбы. Молодые что-то проворчали себе под нос, но все же посмотрели друг на друга. Оба виновато взглянули на друг друга, и, как только рыжеволосая отошла от дочери полковника, Аня и Артём расплылись в улыбке. Сухой поднялся со своего стула и, подойдя ближе к своей невесте, завлек её в нежный поцелуй, начав поглаживать ту по спине. Марина усмехнулась, взглянув на пару, но потом отвернулась, не желая смущать их. Я, в свою очередь, улыбнулся из-за действий своей напарницы. Некогда закрытые за нами двери резко распахнулись, и в столовую буквально влетели шесть человек в спартанской форме. Все они были в шлемах, поэтому лицо не удалось разглядеть. Однако, что я заметил, бойцы были, ну, скажем грубо, разных форм и размеров: кто-то выше своих товарищей, кто-то ниже. Всех их объединял сегодняшний день. — Э, я не понял. - возмутился один из Спартанцев, подняв забрало шлема. Хоть я и не был знаком с ним, что логично, но он мне напомнил того самого друга Ани, который во время подготовки к войне за комплекс, отозвал её в сторону и так не появился больше. — Не дождались нас. Эх, праздник испорчен. — Да подожди ты, Князь. - усмехнулся другой неизвестный, положив свою руку на плечо бойца. Он полностью снял шлем и взглянул на меня с Мариной, после на Аню с Артёмом, которые до диалога успели разорвать свой поцелуй. — Нужно сначала разобраться, кто на ком женится. — Дай-ка подумать, Серёж... - засмеялась Аня. — Ну, наверное... Хм... Я? — Ладно-ладно. - вклинился Артём. — Снимайте бронежилеты со шлемами, а то словно как войну приперлись. — Вот это дело! - радостно произнёс Князь, самым первым перевоплотившись в обычного рабочего спартанца то есть просто оставшись в костюме. — А где папа? - уточнила Мельникова, указывая всем на стол, чтобы мы могли присесть. — Мне он сказал, что с каким-то парнем – забыл имя – подойдёт чуть позже. - сообщил некий Сергей. На моё удивление, из этих шести человек общались только два. Странно. Может, непривычно находиться с такими же неизвестными, как для нас, людьми? — Всегда в своём репертуаре. - хмыкнула брюнетка. — Что же, значит...у нас есть время познакомить вас друг с другом. — Итак. Все эти завалившиеся в столовую ребята являются той самой охраной полковника, про которую вы, Марина и Эд, слышали, но, возможно, не видели. - начал Артём. Спартанцы выстроились, судя по всему, по рангу и одарили нас дружелюбной улыбкой. Вербицкая встала наравне со мной напротив бойцов. — Начну со свидетелей, но не Иеговых. Марина – спартанец-штурмовик, в Ордене служит достаточно долго, однако в доверенных лицах бегает почти год. Одна их всех, кто нарушил приказ полковника о битве за Д6. Естественно, получила за это по первое число. Старший лейтенант. — Приятно познакомиться. - сказала Вербицкая, кивнув всем новым знакомым. — ...А это Ульман, или же просто Эдуард, – тоже спартанец-штурмовик. Почти с пелёнок находится в Спарте: был «подобран» Мельником. Постоянно шутит, где надо и где не надо. Напарник Марины. Майор. После того, как меня познакомили с остальными, я сделал небольшой наклон вперёд. Сухой сказал что-то на подобии «О чём я и говорил», и в ответ раздался синхронный смешок. — Тогда я представлю других гостей. - сказала Аня. — Сергей, он же «Идиот». Не потому, что идиот. Всего лишь назвал себя так в честь героя одноимённого романа Достоевского. Наверное, могу считать его заменой Хана, – разговаривая, упоминает различные философские штуки или может поставить перед фактом какой-то вопрос, на который нет ответа. Но когда дело доходит до боя, он чёток и беспощаден. — Ань... - немного смутился мужчина на последней фразе. Идиот сделал небольшой шаг вперёд, вновь показывая себя, затем слабо кивнул нам с улыбкой на лице. Сам он выглядел на лет тридцать пять, максимум сорок, ростом со мной. Ну, раз Аня сравнила его с Ханом, значит стоит ожидать каких-то фраз по типу «Куда привела тебя судьба?» и подобное. Что же, не привыкать ведь. — Рад знакомству. — Игорь Князев, или просто Князь. - усмехнулась брюнетка и, подойдя к парню ближе, потрепала его волосы. — Самый молодой из нас, самый храбрый и, наверное... Дурила. Лишь недавно стал разведчиком рейнджеров и готов отправиться на любое задание. Молодой спартанец встал рядом с Сергеем и с довольным выражением лица помахал нам рукой. На вид Игорю явно не больше тридцати. Борода немного могла сбить с толку при подсчёте возраста, но в наших-то условиям жизни и не такое увидишь. На самом деле, я сначала подумал, что это брат Жоры, ведь они оба молоды и не так давно в Спарте, но только ситуация как с Мариной – одна за красных, вторая за Орден. Однако нет. — Ульман, ты, кстати, должен поладить с ним. Только не дай бог оба будете свои шутки вставлять куда не попадя. - хмыкнул Артём. — А это Степан. - указала девушка на «большого» мужчину. — Может показаться, что он очень злой и хмурый, но на самом деле Стёпа самый добрый человек на свете. Даже несмотря на все трудности, готов прийти на помощь к товарищам. Так же, как и Идиот, за свой дом и друзей порвёт в клочья. Служит верой и правдой полковнику уже почти пятнадцать лет. — Не строй из меня монстра! - улыбнулся Степан и все посмотрели на него. Мужчина, выше меня на два головы, вышел из строя и показался нам: борода, шрам, морщины – все указывало на закалку. Не знаю, выглядит, как по мне, на сорок пять максимум. Кто ж знает индивидуальную физиологию каждого? — Сэмюэль «Сэм» Тейлор, личный телохранитель Мельника. Американец. Увы, в Судный день оказался в посольстве Москвы, после чего был найден папой. Считайте, что вместе с Эдом на службу вступили, а познакомились только сейчас. Достаточно смышленный, ибо может предугадать любое действие, поэтому все решения полковник обсуждает с ним. — Сенк' ю, Аня. - произнёс Сэм. Марина с удивлением, а потом с какой-то ноткой радости в глазах, посмотрела на американца, удивляясь его акценту. Хм, непривычно видеть и понимать это... Но интересно. Тейлор вышел немного вперёд, и то через толчок лысого парня с татуировкой, потому что, наверное, смущался от такого количества глаз, прикованных к нему. — Найс ту' мит ю. — А это у нас безнадежный ловелас и романтик Алёша... - вздохнула Мельникова, кивнув в сторону того самого парня с татуировкой и с небольшим шрамом на лице, как и у Марины. Он широко улыбнулся, посмотрев на мою напарницу, и, все же решившись подойти к рыжеволосой, взял её за руку и почти невесомо дотронулся губами до тыльной стороной ладони. Я остался немного в недоумении. Что этот, кхм, Алёша себе позволяет? Я уже хотел было спросить за это, но Аня остановился меня всего лишь взглядом. — Если бы не желание найти девушку, да и не исполнить свой долг, то был бы реально отличным бойцом. Тоже один из рейнджеров-разведчиков, поэтому бегает с Князем на пару. — Ну, а это Николай «Тэтэшник» Токарев. - продолжил вместо своей невесты Сухой, показав ладонью на мужчину в вязаной чёрной шапке невысокого роста. — Опытный техник Ордена. Можно сказать, брат по делу с Андреем Кузнецом: чинит, мажет, собирает. И ведь знает толк в своём деле! Как только мы узнали немного о друг друге, и как в знак проявления дружелюбия, я с Мариной пожали каждому из новых знакомых руку. Неловко было ощущать себя в этом официальном костюме перед «гостями», ведь они выглядят мужественно, по сравнению со мной. Боже, я, что, хочу выпендриться? Очень несвойственно для меня. Но мужики они толковые. Главное, чтобы приколов не было в общении, как получилось с Жорой. — Кстати, друзья. - вновь заговорил Сэм после небольшого молчания, и все взглянули на него. — Чтобы скрасить время ожидания полковника, мы принесли магнитофон. — Почти, дядя Сэм. Магнитолу. Давай ее сюда. - сказал Алёша. Американец подошёл к стойке, в углу которой стоял большой походный рюкзак, и, расстегнув его на полу, извлёк оттуда серую магнитолу, затем мужчина передал ее другому бойцу. К слову, он был до жути похож на ту самую магнитолу, что когда-то Марина забрала с поверхности, но потом благополучно разбила. Девушка на это тоже обратила внимание, приковав свой взор именно на технику. — Чего желаете, леди и джентльмены? А хотя, у меня есть вариант, который точно понравится всем! Лёша бесцеремонно залез рукой вглубь чужого рюкзака, но Тейлор никак не отреагировал, лишь с вопросительно поднятой бровью смотрел на своего русского приятеля; и немного пошарился там, после достал небольшой диск, бережно завернутый в несколько слоев бумаги, на которой было написано чёрным маркером или такими же чернилами четыре буквы. В перевернутом виде их сложно разобрать, однако я все равно догадывался, что сейчас будет играть. Парень поставил технику на стойку и, взявшись за провод, потянул его к ближайшей рабочей розетке. Открыв крышку и вставив под неё диск с музыкой, Алёша перевернул обертку лицевой стороной вниз и начал нажимать на кнопки «Вперёд» и «Назад», чтобы найти какую-то определенную песню. В итоге, с победной улыбкой, он почти гордо нажал на кнопку «Воспроизведение» и посмотрел на всех нас, пытаясь увидеть какую-то реакцию.

Кино – Группа крови

— Да уж, хоть музыкальные вкусы у всех совпадают – голову ломать не придётся. - хмыкнула Аня и, взяв Артёма за локоть, повела его в другой конец столовой. Как я понял, свечки неожиданно «потухли», поэтому нужно и зажечь, и, естественно, почему бы не оставить нас одних? — Развлекайтесь, пока нет отца! — Вредная. - констатировал Тэтэшник и усмехнулся. — Никогда не умела знакомить людей, лишь тактично уходила. — Тогда... Пользуясь случаем. Марина, Эдуард. - обратился к нам Степан. — Как давно вы знакомы с этими голубками? — Я, лично, буквально со своего вступления на службу здесь. - начал я. — По крайней мере с Аней точно. А вот с Артёмом чуть позже – только тогда, когда тот пришёл просить помощи спасти его родную станцию. Ну а если быть ещё точнее, то я его спас два года назад из плена Рейха – вы, наверняка, слышали об этом. — Похожая история. - тихо сказала Вербицкая. — Только вот... С Мельниковой я знакома лет пять точно, то есть, с момента, как я сюда сбежала, а с Сухим год с копейками. — В смысле «сбежала»? - удивился Князь, и из-за чего получил небольшой пинок локтем от Идиота. — Ну что? Мне же интересно! Да и вам, думаю, тоже. — Даже если и так, то мы нарушим личное пространство человека. Может, Марине не нравится об этом говорить. - сказал Сергей. Молодой рейнджер обиженно взглянул на мужчину, а после медленно перевёл взгляд на рыжеволосую, думая, что та все же расскажет какую-то историю. — Ничего страшного, Серёж. Я скажу, но без подробностей. Мучайся. - сказала девушка. — Однажды я попала на Красную линию с надеждой найти упокой там, но увы - взяли в плен за нарушение каких-то правил станции. Пробыла очень долго там, уже начинала сходить с ума, ибо сидела в одной комнате постоянно, но потом все же смогла сбежать. И во время побега наткнулась на отряд Ордена, в котором была Аня. Так с ней и познакомились. — Всегда удивлялся силе рашн женщин.. - хмыкнул Сэм и все засмеялись.* — С чего смеёмся, бойцы? - громко спросил Мельников, и все одновременно обернулись, почти автоматически выстроившись в одну линию, но потом немного расслабились. Я даже не заметил и не услышал, как открылась дверь, хоть даже и не был увлечён диалогом: пытался думать о чем-то другом. Но не получилось. Полковник, с улыбкой на лице впервые за несколько месяцев, сидел в кресла-каталке и осматривал всех вокруг, кроме Жоры, что стоял позади. Ну, чисто физически все равно бы не смог. Караваев брезгливо, а затем и с усмешкой, осмотрел меня и опустил взгляд. — Пап, что это у тебя за тряпки? - спросила Аня, подойдя к нашему «построению». И в правду: на ногах Мельника была большая простыня как одеяло, которое закрывало их. — А это, Анечка... - заговорил Идиот и обернулся к девушке. — ...наш подарок. И от Андрея Кузнеца тоже. Довольный их же подарком Тэтэшник подошёл к Святославу Константиновичу и, взявшись за край ткани, резко потянул её в бок. Полковник поставил ладони на рукоятки кресла и немного оттолкнулся на них, пытаясь подняться со своими новыми железными протезами. Я с Мариной даже рот приоткрыли от удивления, а Аня и подавно: прикрыла ладонью рот, и тонкие полоски слез, исходящих их уголков глаз, текли прямо на эту ладонь. Мельников же уверенно зашагал, совершенно без поддержки, в сторону своей дочери, как будто он уже умел ходить и не боялся возможного падения. — Не избежать мне с тобой, Мариш, железных пендалей под мягкое место... - прошептал я своей напарнице, и от услышанного девушка негромко захихикала. — Но меня напрягает то, что от нас, возможно, тоже ждут какой-то подарок. — Об этом я уже позаботилась. - коротко ответила Вербицкая и, обернувшись, медленно пошла назад. — Скоро вернусь. Зеленоглазая успела коснуться пальцами моей ладони, перед тем как исчезнуть из вида через открытые двери столовой. Что же, придётся прикрыть её, пока она там бегает. Даже как-то неловко, что Марина помнит о подарке, а я позабыл... Надо заодно подумать, как отплатить напарнице. — Аня, дочка... - заговорил полковник спустя минуту объятий. По щекам брюнетки уже текли огромные ручьи слез, которые Мельникова постоянно вытирала рукавом. — Успокойся, солнце. Почём зря слезы проливать, м-м? У тебя сегодня такой светлый и большой праздник! — Как ты...так ходишь? - выдавила из себя девушка, немного отойдя назад и осматривая новые протезы отца. — Так же, как и раньше. Правда, первое время тяжко было, но, как видишь, - научился. - гордо произнёс Святослав Константинович. — Ты так говоришь, будто совершенно не рада. Что, хотела, чтобы старик до конца своих дней в кресле сидел? — Нет!.. - хмыкнула Аня. — Тогда все, цыц. - вновь улыбнулся Мельник, а затем обернулся к нам. — Я, как самый старший по званию, заявляю: свадебная церемония моей дочери начнётся через пять минут! — Ну а куда твоя подружка убежала? - тихо спросил у меня Жора. — Неужто напугал её своей кислой мордой? — Грабли любишь? - вопросом на вопрос устало ответил я. — Чего? — Не вынуждай меня ломать тебе нос в очередной раз. — Она же тебя не любит. - засмеялся Караваев. — Наверняка надоел Марине. Ох, если бы ты знал, что между нами было... — Если ты закончил свое информирование, то можешь быть свободным. - сказал я. Блондин что-то пробормотал себе под нос, но все же отошёл от меня и от всех нас, оставаясь единственным в стороне. К этому времени, в помещение вернулась Вербицкая с коробочкой среднего размера. Девушка немного тяжело дышала после небольшой пробежки, но все же выглядела довольной. Марина подошла ко мне ближе и, протянув эту самую коробку, вздохнула. — Что там...стучит? - спросил я, удивлённо треся подарок. — Тише ты. - шикнула рыжеволосая. — Патроны. — Так много? — Ну а что? С каждой зарплатой откладывала на чёрный день, но в итоге получилось на белый. - спокойно ответила она. — По гроб обязан тебе. - всё, что я мог ответить напарнице. — Это пустяки. - отмахнулась зелёноглазая. Я поставил подарок на стол и взглянул на девушку. Прядь волос, что выбилась, пока Марина шла сюда, свисала на глаз и мешала нормально видеть, поэтому я аккуратно пальцами взялся за локоны рыжих волос и заправил их за ушко напарницы. Она посмотрела мне прямо в глаза, от чего мы оба застыли, вновь изучая друг друга, но только уже с улыбкой. — А ты мне говорила, что я ничего не могу сделать. - ухмыльнулся я. — Я, как бы... Ничего такой держатель для твоих волос. — Кхм, прошу прощения, что мешаю. - подошёл к нам Токарев, почесывая затылок. — Раз вы свидетели, то возьмите эти кольца. Потом, как полковник скажет свою речь, вы протяните их молодым. Тэтэшник достал из кармана небольшие подушечки, в которых торчали кольца разных размеров – на палец Ани и Артёма. Большое кольцо он отдал Марине, а мне маленькое. Как я понял, чтобы Тема смог надеть кольцо своей возлюбленной, и наоборот. — Пошли уж, держатель для волос. - хмыкнула Вербицкая и, второй ладонью взяв меня за руку, повела за собой к месту, где уже стояли бывшие напарники и полковник. Рыжая встала рядом с Аней, а я с Артёмом, соответственно. Как только гости встали в небольшой полукруг, показывая свою готовность, Мельник вздохнул и на секунду прикрыл глаза. — Мне сложно, но я просто обязан произнести эти слова с гордостью в голосе. - заговорил тот. — Сегодня прекрасный день – свадьба наших товарищей по делу. Свадьба моей дочери... А ведь ты совсем недавно бегала по штабу, рисовала какие-то картины на важных документах, играла в куклы. Хорошо, что хоть дожил до этого момента. — Ну пап! - почти смеялась Аня. — Для меня, Степана и Николая ты останешься такой же маленькой дурочкой. - невозмутимо продолжал Мельников. — Сегодня вы оба вступаете на новый этап жизни. Сможете ли вы вместе пройти все невзгоды, особенно в таком мире? Сможете ли поддерживать ваш брак в целости и сохранности? Аня, согласна ли ты взять в мужья этого оболтуса и быть с ним хоть в горе, хоть в радости? — Согласна. — А ты, Артём, согласен ли взять в жены эту психичку? — Согласен. — Тогда объявляю вас мужем и женой! Новая компания захлопала в ладоши, и кто-то даже засвистел. Пара взяла с наших ладоней кольца, предназначенные друг для друга, и обменялись ими, не отрывая взгляд друг от друга. Как только традиция с кольцами была соблюдена, молодые слились в одном долгом поцелуе, не желая его заканчивать. — Чи'рз!

***

Три месяца спустя. ВДНХ. ОЛМ.

Ульман молча лежал на моей маленькой кровати, прикрыв глаза. Я же сидела рядом с ним и, стараясь не тревожить его дремоту, а может уже и сон, читала какую-то книгу, что нашла на полке у напарника и принесла сюда. Дни на родной станции Артёма проходят совершенно долго и нудно: никто не знает чем себя развлечь, кроме как стоять в дозоре, – и то не факт, что там можно встретить что-то необычное. Вообще, нас сюда послали, чтобы помочь ВДНХ справиться с нашествием мутантов-крыс и им подобных. К счастью, уничтожили мы их ещё в первый день, потратив на это около четырнадцати часов бесперерывной стрельбы. Повезло только Ане, Артёму, Полковнику и Тэтэшнику, так как они не участвовали в этом, зато все остальные спали потом как младенцы. Хотя, как по мне, на таких кроватях хрен выспишься – Ордену, как почётным гостям, предоставили более или менее хорошие комнаты, но все равно для нас они оставались очень маленькими и неудобными после огромных-то казарм в бункере. Даже не представляю, как молодая семья Сухих ютится в таких каморках. Кстати говоря про Аню с Артёмом: ребята не могут прожить без ссор ни дня. И все в основном из-за мечты парня. Он постоянно ходит на поверхность, чтобы попытаться найти хоть какую-то частоту, на которой есть человеческий голос, и из-за этого шанс завести здорового ребёнка уменьшается – Аня волнуется, но все равно продолжает его отпускать. А потом случаются истерики. Эдуард настолько устал от них, что даже нормально не высыпается последнюю неделю, ведь его комната находится через стенку с комнатой пары. Ульман частенько приходит ко мне поспать, так как мне повезло больше остальных: место отдыха находится почти на краю линии других комнат и, естественно, оно всегда находится в тишине. Строчки и буквы прыгали перед глазами на странице, а мысли были совершенно о другом. Сосредоточиться на чтении я никак не могла, так как это, порядком, надоело. Закрыв книгу, я положила её на стол, а затем поднялась с кровати, чтобы не потревожить сон своего напарника – устал после восьмичасового дозора в туннелях. Моя очередь на пару с Идиотом уже должна подойти через полтора часа после смены Князя и Алёши. Я аккуратно взялась за ручку ветхой деревянной двери, толкнула её, но петли предательски громко скрипнули, от чего я обернулась. Эд лишь перевернулся на другой бок, никак не отреагировав на это, поэтому я спокойно вышла в коридор и закрыла за собой двери. — Марина! - шикнула позади меня Аня, и я резко обернулась от неожиданности. — Господи боже... - выдохнула я и посмотрела на девушку, рядом с которой стоял Артём. Оба готовились к выходу наверх, так как на них была химза оранжевого цвета, а на плечах у Темы висел большой рюкзак с переносным радио. — Как из неоткуда взялись. — Вообще, мы планировали заходить, но ты вышла сама, поэтому вот... - сказал парень, почесывая затылок. — Ладно, не суть. - опомнилась брюнетка. — Так как ты единственная, кто видела нас именно здесь, хочется попросить, чтобы ты не говорила отцу, где мы. — То есть вы хотите уже ОБА свалить на поверхность, а потом ссориться из-за того, что у вас не получается завести детей? - фыркнула я. — Марин, ну... Пожалуйста. С охранниками мы договорились, осталась только ты. - тихо сказала Аня, оглядываясь по сторонам. — Идите с глаз моих долой, пока я вам тут профилактическую беседу не устроила. Девушка улыбнулась и крепко обняла меня в благодарность за молчание, после чего она на пару со своим мужем быстро зашагала в сторону выхода со станции, ведущего на поверхность. Я лишь недовольно помотала головой, представляя себе, как я проведу вечер за прослушиванием соплей девушки о том, какой Артём противный, и то, что у них не получается...это дело. Развернувшись в сторону, откуда пришли Сухие, я медленно поплелась через узкие «аллеи», если так можно назвать, домов местных жителей к КПП, что вел в туннели между ВДНХ и Алексеевской. Мне с Сергеем предстояло находится на разветлении туннеля: первая ветка является стандартным переездом, а вот о второй ходят разные слухи – кто слышал какие-то голоса и оставался там навсегда, кто находил в себе силы сбежать оттуда. В общем, разные сказки. Почему-то метрожители с родной станции Артёма разглядывали новоприбывших бойцов – Орден – как что-то большее, чем просто солдат. Дети и подавно заглядывались, пытались равняться на нас. Хотя, это объяснимо. Станция на самом севере, и поддержки никакой. У края платформы с охранниками в обычных ватниках болтали мои новые друзья: Сэм, Степан и Идиот. Мужчины перекидывались каким-то фразами с перерывами на смех. Серёжа, мой напарник только в дозоре, стоял около небольшой лавочки, на которой лежали некоторые из моих вещей. — О-о, хай зэр', Марина! - поприветствовал меня американец, так как он первый, кто меня заметил. — Привет, мальчики. - поздоровалась я в ответ и подошла поближе к компании. — Не помешала? — Нет, ну что ты. - улыбнулся Степан. — Рады видеть. — Готова к дневному дежурству? - спросил Сергей, протягивая мой рюкзак. Я повернулась к нему спиной, и Идиот помог надеть мне его. — Решил твои вещи забрать, чтобы по несколько раз не бегать. — Спасибо. - поблагодарила я мужчину и улыбнулась. — А вообще да – всегда готова. — Готова прыгнуть в постель к первому встречному? - раздался знакомый голос Георгия позади, и я обернулась. Блондин, судя по всему, проходил мимо поста, но решил заглянуть к нам на огонёк. — Забыл, кого комплиментами час назад обсыпал? - уточнила я. — Да нет, скорее защищаю Ульмана от такой...ну, скажем, «любительницы новых знакомых.» - продолжал язвить тот. — Молоко на губах не обсохло, чтобы такое говорить, мелюзга. - рыкнул на Жору Стёпа, от чего парень немного опешил, но все же пытался выглядеть невозмутимым. — Уже за тебя готовы драться какие-то деды? - хмыкнул Караваев. — Ну, могла бы кого-то помоложе выбрать. Чё ж тебя так на старых тянет? — Жора, я уже успела тысячу раз пожалеть, что спасла тебя в Бот.саде. - вздохнула я и отошла на шаг назад от парня. — Знаешь, я тебе не Рита – не смогу адекватно ответить. Просто скажу, чтобы ты не забыл потом побегать за мной, попросить прощение, а после поудивляться, почему я тебя игнорирую. Уйди отдыхать и не маячь перед глазами. Георгий заиграл желваками. Он хотел было что-то сказать, но все же воздержался. Караваев развернулся, перед этим зло зыркнув на каждого из нас, затем медленно поплелся в жилой комплекс. Я повернулась к своим товарищам и смущённо опустила взгляд в пол: многие охранники, да и сами друзья, удивлённо наблюдали за ситуацией вплоть до её разрешения. — Искусство войны... - тихо хмыкнул Серёжа. — Часто ли у него такие, эм...козлики? - спросил Тейлор, смотря блондину в след, пока тот полностью не удалила за стенами станции. — И что за стрендж' Рита, которую ты упомянула? — Вот молодые совсем от рук отбились! - продолжал недовольно ворчать Степа. — Не обращай внимания, Степан, друг мой. - вздохнул Идиот и посмотрел на меня. — Вечно обиженные судьбой и неразделенной любовью могут и не так себя вести. Ладно, не суть. Так что за, как сказал дядя Сэм, упомянутая леди Маргарита? — Леди, м-да... Вам действительно хочется знать? - спросил я. Друзья переглянулись между собой, а потом, повернувшись ко мне лицом, синхронно кивнули, тем самым давая ответ. Я немного задумалась: надо ли рассказывать им об этом? Хотя... Мне нечего боятся. Это – мои друзья. — Полтора, а может и больше, года назад по бункеру начали ходить слухи, что якобы сам Генеральный Секретарь Красной Линии похож на меня, но я тогда не обращала внимания. А вот как только попала в личную свиту полковника, на многих заданиях, в основном связанных с красными, меня постоянно путали с ГенСеком. Я начала догадываться, вернее сказать, понимать, что моя сестра жива, однако пыталась не зацикливаться на этом. Но когда меня отправили на Красную Линию под видом этого самого Секретаря, и когда Жора сказал, что у руля Маргарита – моя тогда живая сестра-близнец, – все стало на свои места. Ну, если говорить про Караваева, то он был в отношениях с Ритой. Когда сестру убили, Георгий попытался влюбить меня в себя, ведь я копия его бывшей. А самого парня я спасла в Ботаническом саду, ибо его раненого бросили свои же товарищи. — Странный тип, бай зе' вэй... - задумчиво произнёс американец. — И странные методы общения с девушками. — Да черт с ним. - отмахнулся Степан. — Главное не обращай внимания на него. — Каждый раз приходится это делать. - улыбнулась я. — Ладно, друзья мои сердечные. - заговорил Сергей, подходя к лавке, где лежал мой Калаш. — Думаю, нам уже пора отправляться в дозор. Заодно, может, застанем там Алешу с Игорем – скрасим окончание их дежурства. — Гуд лак! - сказал Сэм. Идиот взял моё оружие в руки и протянул его мне. Я кивнула в знак благодарности, принимая автомат, и, попрощавшись с товарищами, мы отправили в тёмные туннели метрополитена. Перед распределением дозоров и патрулей, меня предупреждали, что туннели полны опасности и всякой ереси, но я бы так не сказала. Проходы были хорошо освещены, ну а если света где-то не хватало, то поджигали факелы и охраняли их, не допуская возможного пожара; работяги, в основном мастера-техники, с трех независимых станций – ВДНХ, Алексеевской и Рижской – прокладывали телефонный кабель для будущих коммуникаций и вообще как знак крепкого союза между ними. И, естественно, какая бы дурная слава не ходила, все равно каждый возможный проход, кроме одного, имел в себе хоть одну живую душу, даже проходящую мимо. Из-за своих мыслей я даже не обратила внимание на то, как мы с Идиотом быстро дошли до пункта, где должны было дежурить. На старых поддонах около костра стояли Князь и Алёша, которые что-то обсуждали, активно жестикулируя и показывая на заброшенный туннель в обход Алексеевской. — Как насчёт напугать этих двоих? - тихо спросил у меня Сергей, хитро улыбнувшись. Я немного смутилась от предложения, ведь точно не ожидала такого, и уж особенно от Идиота, однако идею все же поддержала, одобрительно кивнув. Мужчина после получения ответа прильнул к левой стенке туннеля и начал двигаться медленнее, чтобы не издавать никакого шума, а я же, в свою очередь, продолжала идти по рельсам, ибо пара дозорных стояла именно вместе и именно на левой стороне. — Не верю я как-то в эту байку. - услышала я фразу уставшего Игоря, как только оказалась ближе к парням. — Боишься? - усмехнулся Алексей. — Ещё чего. - отмахнулся Князь и вздохнул. — Я ничего не боюсь! Ох, как же хотелось это опровергнуть и, наверное, не только мне. Мой напарник, оказавшись за спиной молодого рейнджера, взглянул на меня и стал ждать, пока я тоже подойду ближе к Алёше. Как только мы оказались на равном расстоянии от наших жертв, я с Идиотом одновременно положили ладони на плечи наших друзей с непонятным шёпотом, что мог действительно напугать, если речь идёт о том, кто чего боится. Дежурные вздрогнули от неожиданности в первые секунды, затем, решив, что надо действовать, отпихнули меня и Серёжу назад, пытаясь выиграть время, чтобы снять автоматы с плеч. Удержать равновесие мне не удалось, в отличие от Идиота, поэтому я плюхнулась на мягкое место и, подождав, пока Алёша с Князем развернутся, решила увидеть их реакцию на настоящую «нечистую» силу. — Марина? Идиот!? - удивился Игорь, опуская Калаш. Я начала хохотать с Сергеем на пару, от чего оба мужчины удивились, но все же потом немного оттаяли и тоже улыбнулись. — Странно, что ты сказал, мол, ничего не боишься, а тут такое... - хмыкнула я. — Так вы ещё и подслушивали? - по-детски обиженно произнёс парень. Серёжа ответил ему лишь кивком. — Ты не ушиблась? - заметно занервничал Алёша, закинув за спину автомат, и протянул мне руку, чтобы помочь встать. — А то я...просто... — Не переживай, все в порядке. - отмахнулась я, но все же приняла помощь парня. — Слушайте, ребят. - вновь заговорил Князь. — А чего вы так рано пришли? До вашей смены ещё полчаса. — Будто ты против. - хмыкнул Идиот. — Решили скрасить ваше дежурство. Ну, как видишь, у нас это получилось, не на шутку перепугав вас. — Не-а, товарищ. - сказал Алексей. — Это кажется вам, что напугали. На самом деле, мы подыграли. Я посмотрела на своего напарника и, не выдержав, усмехнулась, а следом за мной и все остальные спартанцы. — Ладно-ладно. Как скажете. - сказала я. — Ну а вообще, как тут обстановка? — Да все как обычно. - принялся докладывать нам Князь. — Тихо, спокойно. Скучно, правда, восемь часов сидеть, но все же. — Уж получше, чем сидеть в комнате шестнадцать часов или сколько там, глядя тупо в потолок. - подытожил Сергей. — На жизнь ВНЕ хотя бы посмотрим. — Ну, раз такое дело... - начал Лёша и, осмотрев нас с ещё заметной ухмылкой, засунул руку в разгрузку и достал оттуда коробочку с колодой карт внутри. — Предлагаю улучшить наше настроение. — О, я «за»! - обрадовался молодой разведчик, сел на деревянный поддон и аж заёрзал на месте. — Думаю, я тоже не против. - сказал Сергей и сел рядом с Игорем. — Марин? — Одну без меня. - ответила я. — Хочу посмотреть, с кем имею дело. — Гениально. - улыбнулся Алёша, начиная тасовать карты. — В любом случае, это тебе не поможет: я выиграю. — Не перетрудись. Алексей закатил глаза, после показал мне язык. Я лишь отвернулась от него и переступила рельсы, тем самым встав на правую сторону небольшого КПП. Мужчины около костра взяли в руки разданные карты и посмотрели на них. Идиот спокойно, буквально без эмоций, взглянул на «картонки»; Князь немного погрустнел, а Алёша, гордо подняв голову, сложил шесть своих карт в небольшую стопку и уместил её в ладони, не показывая другим. Старший по званию разведчик взял остальную кучку карт и положил её по середине, перед этим вытянув из-под неё одну карту – козыря, – а именно пики. — У кого низшая? - спросил Сергей. — У меня. - ответил Игорь, вытянув из веера шестёрку пики, и продемонстрировал её играющим. — Но на кого ходить-то? — А пусть решит один независимый человек. - протянул Лёша и обернулся ко мне. — Ну тогда пусть и ходит на тебя. - сказала я. Мужчина кивнул мне как благодарность и обернулся к своим товарищам, чтобы продолжить играть. Князев немного задумался, но через секунду достал семёрку бубновых и положил её рядом с колодой дополнительный карт. Второй разведчик быстро среагировал и, достав карту той же масти, положил её на атакующую. Так как значение отбивающей было и у других игроков, Сергей и Игорь подкинули на отбитые карты ещё по одной штуке, чтобы Алексею «жизнь мёдом не казалось». — Отбой. - сказал Идиот, как только одинаковые карты закончились и сам «отбой» достиг пяти пар карт. Мужчины отложили новую кучку карт в сторону, а после по очереди хода начали набирать к себе в веер новые карточки. Хоть за игрой было и интересно наблюдать, особенно с новыми друзьями, но все равно невольно я отвела взгляд в сторону, а именно на заброшенный туннель а-ля обход станции Алексеевской, о котором шла дурная слава: если кто-то шёл один по этому проходу, то бесследно пропадал, или же возвращался сумасшедшим, или, например, мутанты какие-то странные появлялись – люди рассказывали что-то необъяснимое, но на деле...что там может таиться? Даже как-то удивительно, что соседний туннель вполне приличный. Мне кажется, что жители трех, но в данном случае двух, станций не достаточно хорошо обследовали этот обход, так как стандартный туннель, ведущий на Алексеевскую, ничем не отличается от проклятого, и находится рядом через толстую стену бетона. Обернувшись к спартанцам вновь, меня удивил тот факт, что Идиот сидел без карт и наблюдал за немного напряжённой игрой своих товарищей по оружию: Алексей держал в своих руках около семи или восьми карт, имея все шансы на победу, в то время как Игорь пытался справится с десятью, внимательно осматривая их. Решив схитрить во благо победы другого рейнджера, я аккуратно заглянула в веер Лёши, так как он сидел спиной ко мне, в надежде, что хоть какие-то карты смогу запомнить. Перейдя рельсы, я присела на поддон рядом с Князем, получив на себе два удивлённых взгляда играющих. — Позволишь?.. - спросила я у Игоря. Он недолго похлопал глазами, но, поняв, что я хочу помочь ему, зная кое-какую «информацию», протянул мне карты и улыбнулся. — Так не честно. - возмутился Алёша. — А ты представь, что я – Князь. Карты то те же, но игрок другой. - хмыкнула я. Мужчина хитро улыбнулся и довольно заерзал на месте, понимая, что, действительно, – терять нечего, – и что он сейчас выиграет, но как жалко, что я запомнила его карты, перед тем, как сесть играть. Разведчик выкинул на небольшое поле игры крестовую десятку, как будто зная, что у Игоря были только красные и пару козырей. Не долго думая, я отбилась самым мелким имеющимся козырем, то есть шестёркой пик. Он покачал головой, показывая, мол, без подкидывания, и поэтому я отложила карты в сторону. Когда настала моя очередь ходить, я на секунду задумалась, однако после выкинула из веера две красных семёрки, от чего мой оппонент замешкался: у него одна красная карта, правда, без понятия какой масти, а остальные – козыри. Алёша недовольно цокнул, отбив мои карты козырными и лишившись этим верной победы. Удача была на моей стороне, и как только я увидела, что в козырях была цифра «восемь», я положила поверх их ещё две своих карты, и тоже красных. Получилась палка с двумя концами: и загребать под конец игры не очень круто, да и выбрасывать все козыри тоже не весело. Однако в следующий момент решение было принято, поэтому парень взял все карты себе и позволил сделать ход мне. Я достала из веера вальта бубней и положила на поддон, но Алексей отбил его козырным королём. Мне на секунду показалось, что госпожа Удача тоже решила поиздеваться над мужчиной, и по счастливой случайности у меня в «имении» оказалась такая же карта, но другой масти: я подкинула ему на эту же колоду короля червы. Лёша с лёгкостью отбился, и я произнесла долгожданный «Отбой». Спартанец, думая, что сможет победить меня, положил на поле девятку крести, но я не оправдала его надежды и отбилась последней козырной картой – «десяткой». На руках остались две красные «семёрки», и если вдруг у него окажутся эти карты других мастей, то будет не очень легко закончить игрой. — Отбой. - протянул Алёша, почесывая ещё заметную щетину, и как только он это произнёс, на моем лице появилась улыбка, на которую обратили внимание все. — К сожалению... - начала я, немного приподнимаясь с колен, и, наклонившись чуть вперёд, я положила на плечи рейнджера-разведчика две карты. — Возможно, Вы были понижены в звании, однако это Вам на погоны. — Прекрасно. - засмеялся Сергей, не отрывая взгляд от удивлённого Алексея. — Я поддался. - улыбнулся спартанец. — Ну а вообще, я бы выиграл Игоря, если бы не ты. — В этом и дело. - пожала плечами я и, поднявшись с поддона, провела ладонями по штанам, вытирая осевшую грязь. — Но ты держался молодцом, ах-ха. — Спасибо, Марина! - произнёс довольный Князев, чуть ли не хлопая в ладоши. — Было бы за что. — Ладно, благодарю за игру. - вздохнул Алёша, и мы с Идиотом кивнул и ему в ответ. — Но, по счастливому, или не очень, стечению обстоятельств наша смена закончилась. Пойду хвастаться новыми погонами! Пост сдал. — Хорошего дежурства. - улыбнулся молодой спартанец и, схватив оба рюкзака – свой и товарища, – отправился быстрым шагом в глубь туннеля, ведущего назад на ВДНХ. Алексей же салютнул на прощание и тоже быстро удалился с глаз, оставляя меня с напарником наедине с туннелями. — Пост принял. - тихо сказал Идиот, затем поднялся с импровизированного сидения и подошёл к баррикаде, состоящей из мешков с песком. — Что же. Открываю восьмичасовой марафон скуки. Собрав в единую колоду карты, которые благополучно забыли предыдущие дежурные, я убрала её в карман, чтобы после смены вернуть «забывакам», а после обратно переступила рельсы и вернулась на свое место. Все же Серёжа верно подметил, что это марафон скуки. Самое интересное происходило тогда, когда мы только пришли на помощь ВДНХ, а сейчас просто коротаем время за этими сменами, ожидая, что полковник решит вернуться в бункер. Хоть молодой паре и удалось повести первый месяц после свадьбы, то есть, как говорят, медовый, без нервотрепки отца, однако дальнейшее пребывание на родной станции Сухого превратилось в сущий ад: для Мельника, как шанс встретиться с Артёмом и Аней, выпало предложение об охране независимой станции, а мы – спартанцы, – чтобы «не натворили дело каких», были схвачены за шкирку Дедом и отправлены следом за ним. Красота. Но вот в дозоре мы могли стать свидетелями чьей-то жизни, увидев какую-либо ситуацию. Например, караванщики со своими детьми и/или жёнами, одинокие путешественники, а может просто обычные люди, которые шли к своим товарищам на другую станцию. Многие из вышеперечисленных останавливались около недопоста и спрашивали, как дела и не нужно ли нам часом что-то из провизии. Для меня это так необычно. — Всё в порядке? - осторожно спросил у меня Идиот, и я посмотрела на его. — Выглядишь уставшей. — Нет, что ты... - вздохнула я. На самом деле, так и есть – устала, но не из-за того, что на смене уже целых три секунды, а из-за Ульмана, который оккупировал мою кровать и я не смогла выспаться, хоть могла и пойти в другую комнату. — Задумалась просто. — Поделишься мыслями? — Да они...ну скажем, не будут понятны тебе. - пожала плечами я и опустила взгляд в бетон. — Мне самой они иногда не понятны. Идиот, как когда-то сказала Аня, был чем-то похожим на Хана – вечно какие-то странные философские фразы, от которых становилось не по себе, и мировоззрение. Глупо, с моей стороны, было говорить, что мои мысли непонятны, ведь, в принципе, Серёжа являлся некой моральной опорой в этом плане не только для меня, но и для всего Ордена: друзей, незнакомцев – поможет везде и всегда. — Жизнь здесь мне кажется чем-то новым, что ли. - начала я. — Я ведь пришла буквально с центра метрополитена в прямом смысле. Там, в этом злополучном центре, обосновались люди разных закалок, начиная от простых гражданских и заканчивая безбашенными отморозками из фракций, и, естественно, я привыкла жить в обществе, где каждый день увидеть ситуацию, в какой лучший друг перегрызет своему товарищу глотку за кусок хлеба или час с какой-то проституткой, считалось нормой. А тут совершенно иначе... Даже несмотря на принадлежность, кроме как бандитов и мародеров, подойдут и спросят, какое настроение сейчас и не хотим ли мы перекусить. — Прекрасно тебя понимаю. - задумчиво сказал Сергей, пальцем проводя по ткани мешка. — На днях задумывался об этом. Мысли словно из одной пробирки выведены. Не знаю, если честно, как ответить на это, но все же больше склоняюсь к тому, что в, как ты говоришь, центре метро выживает сильнейший, а тут... Небольшой союз из трех станций создал систему государств, то есть федерацию, и живёт своей жизнью вдали от других. Они развиваются. А те, кто живёт на какой-нибудь...хм... Венеции, знают как бороться только за себя и не более. — Я сама с Венеции, знаю, какого это. Сбежала вовремя, пока меня не сожрали местные дикари. — Удивлен. - на выдохе произнёс Идиот, не отрывая взгляд от меня. — Тогда понимаю, почему у тебя такие мысли возникают. Однако, что за «дикари»? Если неприятно вспоминать, можем опустить этот момент. — Да там... - я махнула рукой. — Врач-псих, который убил моих родителей на моё же восемнадцатилетие, а после хотел разобраться со мной. Когда я попала на Красную Линию и пыталась сообщить Москвину об возможной угрозе, я узнала... — ...что этот врач был связан с ними, так? - перебил меня мой напарник. — Извини, что так резко вставил реплику, но я знаю, о ком идёт речь. Мы давно пытались его выкурить, но в итоге он бесследно пропал. С тех пор и не вспоминали, но тут так события складываются. — Супер секретное задание обсуждаете, товарищи вояки? - спросил один из челноков с большим рюкзаком на спине, но это было неожиданно, поэтому я неосознанно вздрогнула, как будто дотронулась до чего-то горячего. — Ох, прошу простить, милая леди. Я не хотел Вас пугать. — Ну что Вы, все нормально. - ответила я. — Вы, может, хотели чего? — А, да! - радостно сказал седой мужчина и, сняв с пояса небольшой складной нож, показал его сначала мне, а потом Идиоту. — Хотел показать вам острые ножи, которые тащу на продажу. Не представляете, насколько они острые и смогут выручить вас в люблю секунду. Он достал из-за спины небольшую картонку и, приставив к ней нож, провел им по материалу, показывая остроту предмета. — Ими вчера, кстати, кошку побрили. - усмехнулся тот. — Кошка довольна. Я не смогла сдержать улыбку после его слов и посмотрела на Серёжу, который тоже с небольшой ухмылкой помотал головой, но все же отвел взгляд в сторону. — Извините, конечно, но у нас своего снаряжения хватает, что аж девать некуда. — Грустно, к сожалению. Но если все же передумаете, то ищите меня на ВДНХ в течение всего следующего дня. - сказал челнок и, убрав все предметы, махнул нам рукой на прощание. — Хорошей смены. Это, наверное, было и будет единственным событием за всю смену, ибо дальше время тянулось неимоверно долго и нужно. С Идиотом мы уже успели обсудить разные темы, своих друзей, поговорить про туннели и тому подобное. Да, это и в правду помогало не страдать от скуки, но когда темы для разговора закончилось, приходилось в тысячный раз обводить берцем на бетонном полу какой-то рисунок и каждый раз томно выдыхать, когда я смотрела на наручные часы. Сейчас начинался самый пик работы, и поэтому многие метрожители были заняты на своих станциях, зарабатывая себе на жизнь, и поэтому, соответственно, туннели пустовали. — Марина! - закричала рация на моем плече, эхом раздавшись средь стен. — Бросай абсолютно все, где бы ты не была и что бы ты не делала. Бегом на станцию, это приказ! — Есть! - моментально ответила я и вскочила со своего места, затем отключила рацию и посмотрела на Серёжу, который успел задремать. — Тебе нужно кого-то вызывать в пару? — Не стоит. - отказался тот и немного потянулся. — Ты, лучше, спеши на станцию, иначе Батя тебя разорвёт за каждую секунду ожидания. Я тут один справлюсь, пока все спокойно. Я кивнула ему в ответ и, схватив свой рюкзак, рванула в сторону ВДНХ. Так, и что же могло произойти, пока меня не было? Натворить я что-то не могла по понятным причинам. Либо Мельник узнал про Аню с Артёмом и решил вызвать меня на допрос с пристрастием, либо ему вновь нужна личная охрана. Но тогда непонятно, зачем он вызвал именно меня, ведь есть куча свободных спартанцев, а я была на дежурстве.

***

В это же время, Западное КПП. ОЛУ.

— Короче, как только она сюда придёт – пулей на восточное КПП! Я с Караваевым будем ждать вас там. - отдал команду Мельников и, пихнув Георгия в плечо, быстрым шагом удалился из моего вида, скрывшись за «квартирками» обычных жителей. Жора вновь скорчил недовольную рожу, но вскоре тоже скрылся. Я устало вздохнул и повернулся лицом к туннелям, чтобы сразу увидеть Марину, которая, по сути, бросила дежурство и сейчас направляется сюда. Интересно, может она знает, в чем дело и почему полковник так недоволен всем и вся. Но это не так важно, как состояние моей напарницы: мало того, что она не выспалась перед сменой, так ещё и должна куда-то переть. Только я хотел присесть на одну из лавок охранников станции, как из туннеля появилась запыханная Вербицкая, с волнением осматривающая вокруг себя всё, и как только она заметила меня, девушка немного успокоилась и выдохнула. — Ты чего так спешила? - спросил я, как только моя напарница поднялась на перрон. — Значит, это не со мной связано. - хмыкнула она. — Спешила, потому что полковник чуть дистанционно меня не убил, пока вызывал на задание. Ты, кстати, не знаешь, что за этакое задание? — Что-то про поверхность бубнел, но я так и не понял суть. - подал плечами я и, махнув рыжеволосой рукой, пошёл вперёд. — Ладно, задание подождёт. Как ты вообще? — В поряде. - улыбнулась зеленоглазая. — А ты? Шумные соседи не мешали спать? — Не могу поверить, что вновь вырубился, когда разговаривал с тобой. Уж извини. И извини, что не дал тебе выспаться перед дежурством. — Ты чего? Все хорошо ведь. В любом случае, моя смена скоро бы началась. — Цены тебе нет. - вздохнул я и тоже улыбнулся. — Заканчивайте свои разговоры. - зло рыкнул полковник, увидев нас. За нашим диалогом я, правда, не заметил, как дошли до противоположного блокпоста, но не суть. — Потом поворкуете. — Товарищ полковник, вы хотя бы объясните, что за задание. - спросил Георгий, который стоял рядом с «железноногим» и мусолил ремень оружия. — А ты будто не в курсах? - фыркнул Святослав Константинович. — Во-первых, Анька моя с Артёмом пропали... Как понял, парень и её теперь таскает на поверхность. А во-вторых, нам кровь из носа нужно попасть в Ганзу. — Так а почему мы не пошли через то КПП? - удивился я, из-за чего Мельников посмотрел на меня так, словно готовясь убить. — Оттого я и позвал вас сюда, чтобы некоторые личности не растрепали все до нашего похода. - ответил тот и, стянув с пояса противогаз, протёр его стекло рукавом комбинезона. — Надевайте противогазы: сейчас выходим на поверхность. Меньше разговаривайте и просто идите за мной от греха подальше. Всё расскажу позже. Мы послушно повторили действия командира, надев на лица противогазы. Как только Мельник обернулся к большим гермоворотам, бойцы, что взволнованно бегали глазами по нашей троице, быстро спохватились после свирепого взгляда полковника и принялись открывать дверь. Меня немного смутил факт того, что эти самые охранники странно себя повели после услышанных ими имён Аня и Артём, как и моя напарница, которая тоже необычно для своего поведения отреагировала так. Видно, они что-то знают. Да и вообще нетрудно догадаться, что эта парочка отправилась на поверхность за лишними рентгенами. «Свежий» морозный воздух ударил по всему телу, так как мы вылезли из тёплой, скажем так, берлоги, а яркий свет постапокалиптического солнца начал резать глаза из-за долго пребывания под землёй. Одни только Жора с Мельником почти не дрогнули от этих факторов, в отличие от меня с Мариной. Полковник ещё раз оглянул всех нас, а после встал одной ногой на первую ступеньку нерабочего эскалатора, проверяя её целостность, и, убедившись в этом, начал подниматься наверх. Следом за ним отправился блондин, затем я пропустил Марину вперёд, ну и, в конце концов, я. С каждой преодолевшей железной ступенью металл под ногами противно скрипел, и ко всему этому в каких-то дырах спуска завывал ветер, напоминая, какие ужасы нас ждут наверху. Мы поднялись в холодные объятия мёртвой Москвы – город, погребенный временем в толщи пыли и свои же радиоактивные останки. Появилось желание поскорее закончить заданную миссию полковника и вернуться в свою небольшую комнату. Оно усиливалось небольшой метелью на улице. Под ногами хрустел снег, а точнее сугробы, в которые мы благополучно наступали и проваливались по колено, особенно Святослав Константинович со своими железными протезами, но в этой ситуации больше всего повезло Марине – рыжеволосая оставалась на снегу и глубоко не «падала». Девушка иногда посматривала на меня и тихо хихикала, видя мою неуклюжесть и положение в сугробах. Хоть на улице и был поздний февраль, но погода была такой, что казался максимум январь: весна абсолютно не хотела приходить. Может, в других регионах она уже во всей красе, но кто знает... Жизни там нет. Путь наш лежал, как я понял, через закрытую Ганзой от сталкеров зону. Не знаю, правда, что мы здесь забыли, однако полковник вёл нас к пункту назначения именно через эту территорию. Действительно всё серьёзно, раз не хотят, чтобы даже сталкеры или мимопроходцы что-то знали о самом Мельнике и его бойцах, а также мутки с Ганзой, которые, не знаю, как других, но меня очень напрягали. Вдалеке что-то загрохотало, словно начинался гром, но звук становился все ближе и ближе. Я уже было потянулся за Калашом на плече ввиду своей настороженности, но полковник остановил меня жестом руки и резкой остановкой, от чего Марина, шедшая наравне со мной, чуть не врезалась в Мельника. — Без паники. - невозмутимо произнёс Батя. — Проходим спокойно дальше за мной и не сворачиваем ни на шаг. Мне показалось, что это какой-то перегон техники по поверхности, и чтобы через Ганзу Спарта смогла доставить её к себе в комплекс. Но что же это на самом деле? К чему такая секретность? Через пять минут ходьбы по более или менее ровной дороге с тонким слоем снега, мы вышли на разрушенный мост, что находился над железной дорогой. Рядом с ним была старая бетонная лестница, которая тоже не в очень лучшем состоянии, но хотя бы что-то. Вид, конечно, крышесносный, но Мельник нас сюда не за этим привёл: он быстро спустился по той самой лестнице вниз к железнодорожным путям и кратко посмотрел по сторонам, а затем начал ожидать своих бойцов. Мы по очереди спустились вниз к командиру, осторожно оглядывая окрестности, которые были абсолютно пустыми, что неестественно для поверхности, поэтому, в принципе, волноваться не стоило. — Значит так. - сообщил полковник, одновременно шагая в сторону огроменного здания, находившееся в метрах пятисот от нас. — Этот здоровый ангар впереди – ангар хранения Ж/Д техники от Ганзы, по совместительству является вторым штабом этой фракции, но уже на поверхности. И да, сразу отвечу на ваш вопрос, что мы идём именно туда. — Скорее, интересует не куда, а ЗАЧЕМ мы туда прём. - пожал плечами я, пытаясь все же понять, на какое задание мы пошли. — Настырный какой. - фыркнул Святослав Константинович. — Просто...нужно обсудить кое-какую вещь с их главным, а он, как раз-таки, находится на данный момент в этом самом штабе. — Дайте угадаю. - начал Караваев. — И мы будем стоять около кабинета или, если не повезёт, то у входа в ангар? Мельников ничего не ответил и, наверное, даже не собирался, лишь ускорил свой шаг, что сделали и мы, тем самым оказавшись быстрее около злополучного терминала или депо – черт разберёшь. Ещё подходя к нему, нас ослепило пару огромных прожекторов, которые были направлены на нас, чтобы понять, кто подошёл к зданию, однако через секунду они выключились. Патрули, бродившие вокруг ангара, поприветствовали полковника, отдав ему честь, а затем один из отрядов включил рацию на своём плече и сообщил о том, что Орден уже на месте. — Здравия желаю, товарищ Мельник! - заговорил, судя по всему, главарь Ганзы по громкоговорителю на главном входе. — Рад видеть Вас и ваших бойцов. Проходите пока внутрь, я встречу вас там. Железные огромные ворота штаба начали открываться, на удивление, без скрежета, но только с грохотом, который смешивался со все ещё непонятным для меня шумом позади. Стоило мне обернуться, чтобы понять, откуда исходит этот звук, как я услышал, ну и не только я, короткую очередь из автомата, а после душераздирающий крик человека – женщины или мужчины; зарычал двигатель «буханки», которая вскоре появилось на мосту, что мы не так давно преодолели. — Не стой как истукан, пошли уже. - недовольно произнёс Жора. Я обернулся и хотел ему сказать, что не стоит мне указывать, как Марина взяла меня за локоть и потянула к себе, чтобы я наконец зашёл внутрь. Боковым зрением при повороте я успел заметить, как вдалеке ехал... Поезд!? Рабочий поезд на поверхности? Нет, не может быть, мне наверняка показалось. — Пройдемте за мной, джентльмены...и леди. - сказал один из ганзейцев на входе, после того, как увидел девушку в составе небольшого отряда. — Что это за чертовщина была? Ты слышала? - спросил я у своей напарницы, пару раз обернувшись на все ещё открытые ворота. Рыжая свела брови вместе и тоже обернулась. — Слышала. - ответила Вербицкая. — Видно, ганзейцы сталкера поймали. Но я не думаю что они – сталкеры – будут так верещать. А ещё я вижу впереди надвигающийся поезд. Рабочий... Чудо. Значит, не показалось. Огромная железная махина начала приближаться к ангару, и в это же время на небольшом псевдоперроне забегали бойцы в хим.защите с длинными шлангами для того, чтобы дезактивировать поезд. Чтобы не злить и не задерживать Мельника, я все же поплелся следом за товарищами. Перед моими глазами открылся интересный вид: в соседней пристройке, в которую мы попали через небольшой переход-шлюз, стоял огромный бронепоезд Ганзы, полностью обвешанный разными средствами обороны – пулемёты и ему подобные. По сравнению с ним, я, да и все находящиеся здесь, казались какими-то букашками. Впервые за двадцать лет я вижу рабочую железнодорожную технику на поверхности, если не считать ту, которую все мы так привыкли уничтожать ради своего же блага. — Противогазы можете снять. - вновь заговорил тот «гид», что ответ нас в соседний ангар. — Здесь безопасная зона. — Приветствую уже вблизи! - усмехнулся лидер торговой линии и охраны, помахав рукой. Мужчина лет пятидесяти в каком-то чёрном мундире с погонами, как рейховец, стоял на железной лестнице, ведущей к его кабинету, оперевшись на её ограду ладонью. Орденский командир словно растаял после прогулки по улице: невольная улыбка появилось на его лице, и он довольно зашагал к подъему. — И да, товарищ Мельников... Если не составит труда, то скажите свои бойцам остаться здесь, то есть не подниматься. Я своим оболтусам тоже сообщу. Диалог предстоит тет-а-тет. — Вы сами все слышали. - обратился к нам полковник и развернувшись, а дальше вновь возобновил движение в кабинет. Ганзейский лидер сказал что-то своему личному небольшому отряду, и те, переглянувшись, начали спускаться со второго этажа. Марина подошла к колонне недалеко от лестницы и оперлась об неё спиной. Я скептически оглянул спускавшихся бойцов, после решил подойти к своей напарнице. Жора же, недовольно фыркнув, пошёл в противоположную сторону, одновременно изучая просторы. Личный отряд главаря Ганзы, что уже спустился, громко смеялись, даже несмотря на присутствие двух командиров. Караваев раздражённо взглянул на них, однако бойцы никак не хотели прекращать. — И вот почему все доверенные лица каких-то «шишек» абсолютно всех фракций, кроме нашей, ведут себя так? - прошептала мне Марина, сложив руки на груди. — Даже мы себе такое не позволяем. — Но это ведь Ганза – им бы иметь побольше армейских патронов, да пушек каких крутых прикупить. - вздохнул я. — Никакой дисциплины: зачем? — Э, ребят. - вдруг заговорил один из солдат и указал пальцем на блондина, что мирно стоял и осматривал поезд. — А это случаем не тот чёрт, который на Красной Линии ошивался и хотел кинуть нас? — Действительно он. - подтвердил второй — Кормушку ты свою закрой, дружочек, а то кузнечик залетит. - огрызнулся Жора. — Какая разница, где я был и что я там делал? Ваша задача – стоять молча и в тупую выполнять приказы. Слово давали? — Ой, мальчик, так ругаться в Спарте научили? - снова засмеялся первый тип, потом, вроде, успокоился, и обратился ко мне с Вербицкой. — А может вы тогда ответите? Парень на секунду задумался, увидев перед собой девушку. Он повернулся к своим друзьям, что-то прошептав, от чего я немного смутился. — А толку вас спрашивать? Уже даже баб начали на службу брать после войны: такая нехватка людей, ужас... — Ты за языком своим следи. - возразил я. Марина схватила меня за ладонь, пытаясь остановить, но эти «солдатики» начали выводить меня из себя. — Какая «баба»? Перед тобой стоит милая леди, которая наверняка дослужилась до большего звания, чем ты. — Даже интересно каким образом. - заржал первый боец. — Переспав с Мельником? — А ты как дослужился до такой «почётной» должности? - продолжал я. Зеленоглазая крепче сжала мою руку. Как она не понимает, что эти придурки унижают её честь? Я пытаюсь защитить девушку. — Отсосал у своего командира? Поверь, она повидала всякого дерьма, ни разу не попросив помощи, каким бы сложным задание не было. Ну а ты? Мне кажется, максимум, что ты сделал за свою никчемную жизнь, так это поднялся и спустился с этой лестницы. Иди на тренировочку сходи, подкачайся. Он скривил недовольную рожу и сделал пару шагов назад, слившись с рядом остальных бойцов. К слову, парень был не в форме, хоть и выглядит подтянуто, однако лишний вес все же выделяется, если детально рассматривать солдата. Все эти ганзейцы покраснели от ярости, особенно тот, кто больше всех говорил, и в итоге получил. — Да вы привыкли на нашей шее сидеть. - вписался в перепалку ещё один боец. — Вспомните, когда мы вам поезд предоставили для задания, в итоге где сейчас техника? — Какое задание? - усмехнулся Георгий. — До такой степени ответственные, что даже красные смогли из-под вашего же носа украсть этот тупой поезд. В итоге где ваши мозги? Правильно, проданы за туеву хучу патронов. Зато богатые, правда? — Куда ты вообще лезешь, краснопузый? Давно в жопу не долбился? - заговорил полный парень. — Хотя, я думаю, что в Ордене каждый день друг друга того самого... Особенно ту рыженькую. Да, детка? Тут уже не выдержал не один я, а ещё и Жора: он выхватил из своей кобуры револьвер с небольшим количеством обвесов, а после навёл его на одного из ганзейцев. Мужчины удивлённо посмотрели на Караваева, но долго ждать себя не заставили, когда резко среагировали и навели на нас троих Калаши. Пришлось поддержать Жору, и я с Мариной на пару стянули свои автоматы с плеч. — Если ты ещё раз откроешь свой грязный рот в сторону Марины, то мы сыграем с тобой в рулетку, но с другими правилами. - почти прорычал блондин. — Кто больше говорит, тот и получит пулю в лоб. Начнёшь первым эстафету. — Тревога!.. - неожиданно для всех по громкоговорителю закричал какой-то мужчина, однако в следующий миг резко заткнулся. Работа многих солдат просто встала, и многие подняли голову вверх, ожидая дальнейших действий. — Что за разборки вы здесь вы устроили!? - свирепо крикнул лидер Ганзы, который выбежал из своего кабинета ещё после непонятного сообщения, смотря на нас. Его отряд сразу же опустил стволы и встал по стойке «смирно», а мы продолжать недоумевать. — Слушаем командира, вылизываем его очко и пытаемся выглядеть отличными бойцами. - тихо произнёс Георгий, но так, чтобы ганзейцы услышали, что они и сделали, зло сверкнув глазами. — Так... Урок усвоен. — Вы, огрызки, даже пяти минут не можете побыть одни!? - на этот раз уже полковник схватился за нас. Я медленно опустил Калаш, не отрывая взгляд от полного солдата, и Марина повторила за мной, а вот Жора никак не хотел спускать с мушки отряд. — Ты, идиотина белобрысая, опусти свой ЧЁРТОВ РЕВОЛЬВЕР! — Мельник, мы с тобой на эту тему ещё поговорим, нужно разобраться что произ... — Внимание! - обратно заговорил громкоговоритель, перебивая лидера. — В командном центре произошла диверсия! Нападающие, предположительно, все ещё находятся на территории базы. — Что ещё за диверсия? - недовольно проворчал главный Ганзеец. — Неужто твои бойцы что-то да сделали? — Чего? - удивился Святослав Константинович. — Меня!? В предатели!? Да это ж охренеть теперь! Они тут стоят! Перед тобой! — Так занервничал, словно знаешь что-то. — К черту тебя. - фыркнул полковник и начал спускаться по лестнице вниз. — Мои ребята, надеваем противогазы и... — ...и сваливаем подальше? - продолжил вместо Мельникова «торговый» главарь. — И ищем диверсантов, или вы хотите продолжить мять сиськи с этими красавцами? Я переглянулся со своей напарницей и ухмыльнулся. Георгий убрал пистолет в кобуру и подошёл к нам, ожидая каких-либо дальнейших приказов. — Отлично. - хмыкнул наш командир. — Я с Караваевым отправимся на территорию вокруг ангаров, а вы пойдёте в сам командный центр. Найдёте его по указателям. — Есть! - мы хором ответили полковнику, а после рванули в разные стороны. — А вы почему стоите!? Ищите врагов! - услышал я позади себя приказ, который был отдан ряду тех придурков, но было уже все равно. Я бежал за Мариной, одновременно оглядываясь по сторонам в поиске каких-то обозначений, где вообще находится этот центр. Конечно, можно было попросить ганзейца указать дорогу, но для начала нужно было найти этого ганзейца. Все солдаты бежали в разные направления, но одна большая группа, как я понял, направлялась в «командник», поэтому мы с девушкой прибились к ней. Один тяжёлый штурмовик выбил железную дверь, которая вела в длинный коридор, и на его конце была такая же дверь, как в начале, с тусклым красным фонарём. Естественно, туда можно было попасть по особому доступу, однако кому до этого дело? — Проверить снаряжение! - сказал какой-то солдат Ганзы. Буквально все бегущие ребята почти одновременно передернули затворы, после снизили скорость шага. — Возможно огневой контакт. — Раз... Два... Три! - крикнул второй солдат и резко ударил плечом закрытую дверь, пытаясь таким способом её открыть. К нашему сожалению, и к счастью производителя, так просто она не открылась, поэтому бедный ганзеец начал дубасить уже ногой, а на пятый удар когда все начали опускать ВСВ'ы из-за долго ожидания, дверь все же поддалась, и так как я с рыжеволосой были наготове, мы вылетели в кабинет. Это оказался небольшой предбанник командного центра, где на полу лежала одинокая табуретка и больше ничего. Тишина вовсе напрягала сзади стоящих бойцов, из-за чего они остались стоять на месте – проникновение в кабинет полностью повисло на мне с Мариной. — Готова? - почти шёпотом спросил я у девушки. Она еле заметно кивнула. После получения ответа, я немного отошёл назад и, замахнувшись, ударил ногой в следующие двери со всей силы. Кажется, если бы она была не железной, то давно бы слетела с петель, но лишь резко распахнулась и ударилась внутренней стороной об стенку. На полу лежали два вырубленных мужчины в форме, одного из которых на коленях держал некий старик в шапке-ушанке и обычной гражданской форме с очками, и когда моя напарница забежала в кабинет, он поднял руки вверх и тяжело задышал. — Не стреляйте! - залепетал тот. — Я свой! Марина опустила дуло автомата в пол и, поднявшись с одного колена, повернулась ко мне. Я лишь пожал плечами, не понимая, что делать дальше, но тут свой ход сделали солдаты, что остались пару минут назад в коридоре. Они как пули влетели в командный центр, махая своими столами, и после, увидев старого дедушку на полу, захлопали глазами. — Ермак!? - удивлённо спросил Яков Борисыч, имя которого я услышал случайно через разговоры небольшого отряда. — А ты тут что делаешь? И что с...? — Да я как только услышал, что тревога, сразу сюда побежал! - начал объяснять так называемый Ермак. — Когда прибежал, дверь на улицу захлопнулась, а эти двое без сознания – живы. Вон ещё и радио ваше совсем испортили. Я повернул голову чуть правее и увидел, что на стене висит огромная карта мира с самыми разными точками-пометками: одна большая красная точка стоит на Москве, а остальные, зелёные, стоят на самых различных континентах. В полной тишине можно было услышать переговоры на всех языках всего света. Это значит... Что мир жив? Не одна Москва спаслась? — Ах она сука... - схватился за голову Таубман. — Вот кто решил оставить эту девчонку из Ордена одну на пару к этим двоим? — В смысле «девчонку из Ордена»? - переспросил я. Мужчина изучающе посмотрел на меня, мол, каким образом ты не в курсе, кто она такая, но, увидев нашу форму, сразу все понял. — Могу точно сказать, что это не твоя рыжая подруга. - ответил он. — Дочь командира вашего. Ещё даже когда ехала сюда, всю дорогу кричала, что мы за это заплатим и за её Тему тоже... — Так стоп. - вмешалась в разговор Марина. — Что значит фраза «мы заплатим за её Тему»? Почему вы вообще не доложили полковнику, который прямо сейчас и даже минут десять назад был здесь? — Больно умная. - фыркнул какой-то солдат, и на него покосились все, ожидая продолжения фразы. — Думаешь, никто не пытался? Рация у нашего командира молчала, и как только мы уже на своих двоих хотели до него дойти с докладом, сразу произошла эта тревога. — И вообще, нехер лезть куда надо. Сами виноваты. Зеленоглазая помотала головой, не желая воспринимать происходящее. От небольшого шока я прикрыл рот ладонью и аж застыл. Не может быть... Нет, я не верю. Как они могли убить Артёма? И где Аня сейчас бродит, устроив такой переполох на базе? Теперь, однако, для меня понятно, чей это был крик и автоматная очередь на мосту, откуда приехала «буханка». — Иваныч, если делать нечего, то вернись на паровоз и будь там – не дай ей туда, в случае чего, проникнуть. А вы, спартанцы, поищите свою боевую подругу, пока не поздно. - сказал напоследок Яков и, махнув своему отряду, скрылся в коридоре, полностью освобождая кабинет. — Мы постараемся их обойти! — О каком союзе может идти речь, если Ганза берет в плен и убивает наших людей!? Ещё и эта непонятная карта с переговорами: что она значит? - негодовала Вербицкая. Она, осмотревшись по сторонам, подошла и уселась на офисное кресло, после поставила локти на свои ноги и прикрыла лицо ладонями. Я, подойдя к девушке, присел на корточки перед ней и положил руки на её колени. Конечно, напарница не плакала, но я отлично понимал, что она чувствовала прямо сейчас – то же, что и я. — Ребята, вы не переживайте за друзей.- заговорил с нами Ермак, который уже поднялся с пола и посматривал в окно, от чего я повернулся к нему лицом и вопросительно вскинул бровь. — Он жив! Артём ваш! И Анна тоже. Я им помог сбежать через выход на улицу, но там сейчас других солдат много... Точно скажу вам, что они хотели сбежать, украв поезд, в чем я им тоже подсоблю. — В смысле жив? - удивилась зелёноглазая, убирая руки с лица. — Когда он попал на базу, я заметил у него на шее жетон, которые есть и у вас, наверное. Вот в этом-то и жетоне застряла пуля – как я понял, стреляли именно туда. — Удивительно, что Вы вообще помогаете нам. - хмыкнул я. — Только почему? — Слишком много знаю, чтобы дальше выполнять приказы этих бессердечных людей. - ответил старик и вздохнул. — Ладно, я побегу. Не хочу получать лишних люлей. Удачи вам! — И Вам. - успел я произнести до того, как Иванович покинул кабинет. — Что мы будем делать? - спросила у меня девушка, и я обернулся к ней, затем поднялся с корточек и подошёл к окну. Бойцов, к сожалению, было достаточно много, особенно около центра, где мы сейчас находимся, поэтому могу предположить, что Аня с Артёмом не могли далеко уйти и прячутся где-то рядом. — Не знаю, мысли абсолютно спутаны... - ответил я, отстраняясь от подоконника. — Для начала, мне кажется, нужно найти пару, а потом что-то решать с ними. Марина кивнула мне в ответ и поднялась с кресла. Я же стянул с пояса противогаз и надел его на лицо, как сделала моя напарница. Подойдя к двери, я схватился за вентиль а-ля клапан и начал его крутить, тем самым открывая нам с рыжеволосой выход на улицу. На, так скажем, крыльце валялись осколки от лампочки, что была над дверью. Судя по всему, постарался Артём, когда пытался быть незамеченным. По всей территории, где были опоры ЛЭП, ходили патрули Ганзы в надежде отыскать своих врагов, но их простаивание на месте около костра не должно приносить результатов. Что же, нужно как-то решить вопрос с ребятами, а после попробовать незаметно провести их к выходу с этой чёртовой базы. Только я хотел включить фонарь, чтобы облегчить себе поиски, меня кто-то схватил за плечи со стороны забора, к которому я стоял спиной, и резко потянул назад, посему равновесие удержать не удалось, и я упал прямо на своего, ам...врага. Мою напарницу тоже схватили и потащили за собой, но только обратил внимание на то, что фигура была достаточно хрупкой, от чего появились кое-какие сомнения в намерениях неизвестных. — Тш-ш-ш. - прозвучал над ухом знакомый голос, чтобы мы не поднимали панику, после чего хватка ослабла, позволяя мне свободно двигаться. Я сразу же обернулся и увидел перед собой целого и невредимого Артёма, а я рядом с ним – Аньку, к этому моменту освободившую Марину из своего цепкого «замка». — Что вы здесь делаете? - сразу начала Сухая. — Неужели Ганза попросила помощи? — По счастливой случайности, тут находится целый букет из Ордена. - ответила ей Вербицкая. — Я, Эд, Жора и Мельников. Последние два ищут вас на территории вокруг базы. — Лучше скажите, что дальше собираетесь делать. Машинист паровоза сообщил, что вы хотели сесть на поезд рвануть. - хмыкнул я. — Но а как же мы? Остальные? Полковник, в конце концов? — Не думали об этом: не было времени. - печально вздохнул Тема. — Однако всегда есть возможность сесть с нами, верно? — И чтобы исполнить эту возможность, вы должны помочь нам. - сказала Аня. — Так как вы вне подозрений, сможете спокойно проходить среди охранников. Мы пойдём через верх – трубы. Если понадобится, то нужно будет вырубить охранников. — Куда идти хотя бы? — Там есть дверь железная с зелёной лампой над ней, из которой выдержали отряды Ганзы. Это ангар, что ведёт к тому самому поезду. - ответил нам парень и приподнялся с корточек. — Ладно, ладно... - сказал я. — Потом будете просто обязаны рассказать, что вы натворили. Ни пуха. — К черту. - тихо ответила Сухая. Я поднялся с земли и после протянул руку Марине, чтобы помочь ей подняться. Девушка приняла помощь, кивнув как благодарность. Для продолжения нашего задания, мне нужно было осмотреть близлежащую территорию, чтобы там не было ганзейцев, что я и сделал, а затем, махнув своей напарнице рукой, вышел из тени крыльца. Рыжеволосая вышла за мной следом и, опустив голову, начала идти вперёд, почти не оборачиваясь по сторонам. Меня смутило такое настроение девушки, ведь она была какой-то...задумчивой и тоскливой. — Всё хорошо? - осторожно спросил я у Марины, и она посмотрела на меня. — Как-то расстроена, кажется. — Столько событий за последние полчаса. - тихо вздохнула она. — Сначала ссора с Ганзой, далее известие о том, что Артёма убили, и Аня устроила из-за этого настоящий саботаж в командном центре, из которого выползла информация: какие-то города по-прежнему живы, и наконец то, что эта сладкая парочка просто хочет сбежать, бросив всех здесь! — Мариш, давай начнём с того, что нервничать сейчас – лишнее. - ответил я зеленоглазой. — И, насчёт последнего, никто, вроде как, сбегать не собирается. Бросать тоже. Не думаю, что даже если мы с ними поедем, то далеко не уедем, ведь столько факторов влияет на это... Например, топливо, провизия и, в конце концов, железная дорога. — Не знаю... Какая-то я совсем странной стала. Прости. — Нашла за что извиняться. Я тебя прекрасно понимаю и это нормально. - улыбнулся я, и моя собеседница, вроде бы, тоже. — Если честно, то я задумывался об этом ещё в центре, ну а после сразу же во время диалога с Аней и Артёмом. Предлагаю вот что: мы сейчас откладываем эту тему, помогаем нашим самоотверженным друзьям, а после все вместе поговорим. Идёт? — И почему тебе трудно отказать? - усмехнулась Вербицкая. Только я хотел ответить ей, как неожиданно для всей охраняемой территории погасли фонари, и все удивились с этого – проделка Сухих. Я поднял руку к лицу, чтобы включить боковой фонарик на шлеме, а Марина одним быстрым движением включила свой наплечный «свет». И все это было для того, чтобы быть вне подозрений, мол, кто мог выключить свет и этому подобное. — Эй, вы, спартанцы! - окликнул нас впереди стоящий мужчина, приподняв свою ладонь в воздух как знак «стоп». Позади него на корточках сидел ещё какой-то боец и пытался починить свой небольшой фонарик. — Чего тебе? - спросил я у него, подойдя с девушкой чуть ближе. — Как-то спокойно вы разгуливаете тут. - сразу начал тот. — Каким образом вообще собираетесь искать свою девку? — Ну, давай обозначим то, что она не «девка», а девушка. - фыркнула рыжеволосая. — И как по-твоему мы должны её искать? В панике бегать здесь, вызывая достаточно подозрений? — Хотя бы не сюсюкаться. Над головой, то есть в районе труб, что-то хрустнуло, и мужик, с которым мы вели диалог, резко повернулся к источнику шума. Так, это точно не крыса, поэтому списать на неё не получится. Быстро сообразив, пока ганзеец втыкает в потолок, я дотронулся до предплечья Марины, тем самым подзывая её, далее кивнул на охранников и указал пальцем на определенную точку на шее, зажав которую человек не умрёт, а лишь заснёт а-ля потеряет сознание. Я схватил стоящего охранника за плечо и притянул к себе, затем, зажав горло мужчины ладонями, пытался нащупать ту самую точку, и, по счастливой случайности, я нашёл её быстро и он более или менее быстро расслабился, перед этим, правда, пару раз ударив меня ладонями по стеклу противогаз, но это не смертельно. Моя напарница же быстро прильнула к сидящему парню и поступила немного иначе: она прижала его к стенке и уже в таком положении начала вырубать охранника. Он, естественно, тоже сопротивлялся, но не так активно. Сверху послышалось еле различимое из-за метели «Спасибо!». — Теперь попробуйте открыть нам дверь. - ещё раз послышался шёпот с высоты труб, и я повернул голову. — Всё сосредоточены около главной опоры ЛЭП, поэтому просто спокойно пройдите. Зелёноглазая поднялась с колен и начала свое движение вперёд к двери, оглядываясь по сторонам, хоть и зная, что противников рядом нет. Я же остался смотреть спину, но также продолжал идти к двери ангара. Девушка в последний раз посмотрела вправо и затем схватилась за вентиль, начиная его крутить. Чуть быстрым шагом я подошёл к железной двери и хотел было помочь девушке, но она успешно справилась без меня, однако я все равно взялся за огромную ручку и потянул на себя. Частые шаги были слышны на трубе, и как только «топтыги» подошли ближе, их стало отчётливо видно в зелёном свете фонаря около входа в ангар. Первой спрыгнула Анька и быстро проскочила внутрь, следом за ним Артём с Мариной, и наконец я, захлопнув за собой и без того противную скрипучую дверь. Как оказалось, это был не сам ангар, а лишь его предбанник с кучей оружия и фильтров – что-то похожее на оружейную или склад. — Ну и кашу вы заварили... - сказал я. — Теперь расскажите, что произошло, и каким боком вы оказались на поверхности, хотя вполне логично просто догадаться. — Я думала, Марина уже все растолковала тебе. Вы ж два сапога – пара. - немного удивилась брюнетка, снимая противогаз. — Решили вновь попробовать испытать удачу и вот что вышло. — А ещё я оказался прав. - хмыкнул Артём. — Мир жив даже после войны, но все это скрывали. А Мельников, оказывается, связан с Ганзой и сто процентов знал об этих глушилках, но все равно молчал. — Тогда... - начала Марина. — Полковник пришёл обсуждать не союз, а эти самые глушилки? — Вполне возможно, но кто знает. - пожал плечами я. — Ладно, нет времени. - отрезала Аня. — Сейчас действуем по такому же плану: вы запускаете нас в ангар, а сами идёте как ни в чем не бывало в сторону поезда под предлогом поиска нас. Я синхронно кивнул со своей напарницей и, пока пара проверяла снаряжение и что-то добросовестно конфисковывала у ганзейцев, мы подошли к очередной железной двери и вместе налегли на неё, тем самым открывая. Перед нами открылся вид уже второго поезда, который мы видели, как только заходили на базу: с виду обычный, как пассажирский или грузовой, паровоз, и с огромной красной звездой на носу. На крыше самого здания болталась красная мигающая лампочка, означающая тревогу, что логично, а рядом с самим поездом были патрули охраны. В полуприсяде Сухие пошли вперёд и, свернув влево, спустились под поворотный механизм и начали двигаться в определённом направлении, а я с Вербицкой, закрыв за собой дверь, пошли прямо, скрывая волнение. — Там Ермака в плен взяли, смотри. - прошептала мне рыжая, кивком показывая вперёд. — Надо потом его освободить. Около подъёма, то есть лестницы, ведущей на второй этаж, сидел прикованным к решётке машинист паровоза, около которого нарезал круги какой-то ганзеец, активно жестикулируя. Логично предположить, что поезд без него никуда не поедет, и из этого вытекает спасение Ермака. — Ещё и стражи оборону прорвали через канаву. - справа от нас в пародии на небольшой склад стояли два бойца, разбирающих запасы. — Что ж за день-то такой? — Да пофиг вообще. Вон Орденские разберутся со своей дезертиршей, или сколько их там. - покосился на меня второй боец, стоявший около стенки, сложив руки на груди. — Так что продолжай заниматься своим делом. Отвечать смысла не было. Марина прошла дальше, но потом остановилась, указывая на очередного члена Ганзы, стоявшего к нам спиной. Естественно, могут возникнуть вопросы, почему мы идём именно в сторону, ведь «искать» Аню здесь не стоит и идите-ка вы лучше в другую часть базы. Самый оптимальный способ пройти – отвлечь и вырубить. Рыженькая словно услышала мои мысли и, не обсуждая этот момент, пошла прямиком к охраннику, только показав мне жестом оставаться на месте. Я прильнул к стене, чтобы быть более или менее в тени и не привлекать внимание остальных, например тех, кто стоял позади – два человека. — Скучаешь? - обратилась Вербицкая к одиноко стоящему мужчине, положив локоть на толстую бетонную трубу, перед которой он и стоял. Ганзеец вопросительно хмыкнул, смотря на девушку, явно не понимая, что происходит. Марина постучала пальчиками по поверхности трубы, и затем начала медленно двигать ладонь к керосиновой лампе. Солдат молча наблюдал за действиями незнакомки, а когда она дотронулась до выключателя в виде крутилки с крыльями, хитро улыбнулась. — А темноты боишься? Свет полностью погас, тем самым устраняя улики того, что это были именно мы. Сквозняк все же – так и заболеть скоро. Только патрульный хотел выстрелить в мою напарницу, я прошёл вдоль стенки и, подойдя со спины к противнику, ударил его по вискам, от чего тот потерял равновесие и упал на пол, потеряв сознание. Вон как сильно застудило. — Как думаешь... - заговорил я, переступая «спящего красавца». — ...я бы смог так же очаровать его, как ты? — М-м... - задумалась рыжая. — Смог бы. Сто процентов. Даже двести. — Благодарю, о прекрасная леди. Я пропустил Марину вперёд через бетонную трубу, а после полез и сам. После такого гениального перехода, построенный самими представителями торгового союза, мы оказались чуть ближе к пленному машинисту. Охраняющий его человек, к счастью, стоял спиной к нам и что-то рассказывал Ермаку про дисциплину и его возможное предательство в виде помощи диверсантам на базе. Если осматривать территорию вблизь пленника, то все, в принципе, на нашей стороне, кроме лампочки, что болталась на кабеле прямо над бойцом. — Нужно действовать. - сказал я, оглядываясь по сторонам. — Чтобы ты не полезла в самое пекло, не посоветовавшись, я сам разберусь с ним, а ты сразу же выкрутишь лампочку, чтобы не привлекать лишние взоры. И да: за металлическую часть не хватайся, иначе будет не очень хорошо. Только девушка хотела возразить, как я уже поднялся с одного колена и быстро подбежал к мужчине. Он успел развернуться, но после сразу же оказался заключённым в хватку. Я начал пятиться назад – в тень, – в то время как моя напарница потянулась за кабелем и начала выкручивать лампочку. После наступления темноты, я вырубил беднягу и усадил его около стенки. — Отлично сработано, комрад. Ты молодец. - похвалил я рыжеволосую. Она улыбнулась в ответ. Опомнившись, Марина выхватила из ножен на бедре холодное оружие и подошла к Ермаку, перерезав ему хомуты на руках. Старик облегчённо выдохнул и потёр затекшие руки, что были прикованы к железной решётке уже продолжительное время. — Спасибо большущее! - поблагодарил нас он, пытаясь встать. Я аккуратно взял его за левое предплечье и помог подняться с плитки. — Молодцы. - произнесла позади меня Аня. — Отлично работаете в дуэте. — Иди в пень. - хмыкнула Марина. — Успею ещё. А сейчас нам надо что-то делать, ведь сюда направляются все силы. - ответила брюнетка и тяжело вздохнула. — Андрей Иванович? — А, да. - залепетал машинист. — Отвлеките на себя охрану, а я пока разберусь с поездом, чтобы уже не медлить при вашей посадке. Однако вы все равно должны как-то открыть ворота. Идите через эту лестницу на второй этаж, а с него – на первый, но с другой стороны, и там будет механизм. — Тут уже придётся с боем. - оповестить Артём. — Не встретить бы только полковника здесь. Ермак протиснулся между нами и запрыгнул на приваренную лестницу паровоза, махнув рукой на короткое прощание. Тёма сразу развернулся и ударил ногой по решетке, не очень культурно, так сказать, открывая нам проход на второй этаж. Сухой же, так как стоял ближе остальных, проскочил первым, одновременно скидывая ВСВ, а после него побежали девушки, и наконец-то я, закрывая цепочку атакующих. Около кабинета, но с другой его стороны, столпились штурмовики: мужчины проверяли снаряжение и кто-то даже кричал на подобии "Убьём Орденских крыс!", "Да здравствует Ганза!". Бодренько, ничего не скажешь. Коридор, ведущей к панели управления, был настолько узок, что вести огонь в нем было довольно тяжело. С учётом того, что Сухие оказались почти в эпицентре перестрелки, их моментально заметили ганзейцы и открыли по ним огонь, а я с Мариной оставались позади пары, прижимаясь к холодной металлической стене. Конечно, не очень удобно стоять и наблюдать, как твои друзья рискуют своими жизнями, но и сделать тоже вряд ли получится – надо постараться, чтобы не помешать и не попасть под перекрёстный огонь. Стоит отметить, что Артём с Аней умело справились с врагами, будто это не люди, а орешки: снайперша легла на пол за косяк проёма и, выцеливая свою жертву, точными выстрелит в голову убивала поступающих или атакующих; молодой спартанец добивал тех, кто попадал в слепую зону своей жены, то есть самых правых. Даже не помнится, что они когда-то работали скрытно и без шуму с пылью, в отличие от нас с девушкой. — СТРЕЛЯЙТЕ, ПОКА НЕ ПОЗДНО! - противно высоким голосом закричал на лестнице Таубман, которого я узнал по тону. — ЗАПАСЫ ПОТОМ ВОСПОЛНИМ, ДАВАЙТЕ! Как беду накликал! Шаги, что послышались всем в кабинете и что двигались, судя по звукам, прямо сюда, почему-то стали отделяться, пока вовсе и не пропали. Повисла тишина, из-за которой мы впали в ступор, сыгравший с нами злую шутку. Те вышеупомянутые бочки с, одним словом, топливом действительно стояли не просто так: пару штурмовиков торгового союза выстрелили в бензин, а после по характерному звуку выдергивания чеки швырнули на мостик гранаты. — Ложись! - успел сказать Артём, прежде чем лечь на пол, а Аня упала рядом со своим мужем. Я хотел подбежать к Марине, чтобы хоть как-то уберечь, но времени уже не было. Громыхнул взрыв такой силы (из-за большого количества баррелей и гранат), что стекло, открывающее вид на депо, просто разлетелось вдребезги, однако я прикрыл глаза локтем для защиты зрения. Стекло это ещё цветочки, ведь далее последовало худшее... Опоры, на которых стоял, точнее, держался кабинет, просто разрушились из-за взрывной волны и распространяющегося огня – центр управления начал падать. В голове и в ушах жужжало, но, слава богу, я ещё соображал, что нужно делать. Во время того, как начал съезжать вниз, схватившись за приваренные к полу железные шкафчики, я никого впереди себя не увидел – Артём и Аня уже упали. Повернув голову влево, я заметил держащуюся за тот же дверной косяк напарницу. — Нам нужно выбираться отсюда, пока мы не задохнемся к чертям. - закашлял я: дым поднимался выше. — Ты сможешь съехать? Что там вообще внизу!? — Там много огня! Я не знаю, что делать. - ответила мне Марина, пытаясь ногами оттолкнуться от края разрушенного пола. — А перевернуться есть возможность!? Ну, хотя бы не в зону пожара. — Не-а! - крикнула девушка. — Давай тогда так поступим. - начал я. — Нужно, чтобы ты попробовала схватиться за меня, когда я буду съезжать. Сможешь оттолкнуться от стенки? — Я... Я попробую. Рыжеволосая пару раз перевела взгляд то с полыхающего бензина, то на меня. Вербицкая крепче взялась руками за дверной проем и, в последний раз оттолкнувшись от края так называемой платформы, закинула ногу на косяк, пытаясь левой рукой дотянуться до какого-то выпирающего куска металла. Как только девушка взялась за вроде как арматурину, Марина уже помогла себе поставить другую другую ногу и полностью встать-лечь в проёме. Я же в это время убрал руку со стенки шкафчиков, из-за чего проехался вниз до следующего ряда, ухватившись уже за них: теперь я находился более или менее на уровне своей напарницы, поэтому допрыгнуть до меня ей не составит труда, однако я каким-то образом должен спустить нас обоих. — Эд? - позвала меня девушка. — Не смотри вниз. Подними голову. - сказал я ей. — Теперь, без всяких колебаний, ты прыгаешь, и я тебя ловлю, далее мы с тобой спокойно спускаемся. Зеленоглазая кивнула мне как ответ. Она, убрав руку с арматуры, оттолкнулась ногами от косяка, прыгнув мою сторону и одновременно протягивая мне ладонь. Левой рукой я схватил девушку и попытался притянуть к себе, но мы остались не в лучшем состоянии: рука, которой я держался за шкафчик, адски начала смолеть из-за веса – видно, каши мало ел. Ещё и ладонь предательски вспотела, поэтому удержаться долго в этом центре не удалось. Мы благополучно полетели вниз, однако я успел «приобнять» Марину, чтобы та уже во время приземления упала именно на меня, а не на пол или, не дай бог, я на неё. В принципе, так и произошло. Хоть слишком высоко и не было, однако головой я ударился знатно, а после моя напарница, с которой, после спуска, мы встретились лицом к лицу и застыли на секунду. — Красотка, я понимаю, что неотразим, но давай не в этом месте. - улыбнулся я, немного привстав на лопатки. — Дурак. - шикнула Вербицкая, легонько пихнув меня ладонью в грудь, а после сама поднялась на ноги и прикрыла нос локтем, протянув вторую руку, чтобы помочь мне встать. — Подохнешь тут, альфач. Надо ещё успеть к нашим двоим. Я принял помощь девушки, и мы сразу же побежали к механизму, открывающему ворота, обходя разрушенные части моста или кабинета, а также распространяющийся огонь. Вдоль стены лежали трупы тех бедняг, что попались на пути Сухих, и это был как характерный знак для нас – на верном пути. Через пару метров уже было отчётливо слышны выстрелы, поэтому я с напарницей ещё больше ускорили шаг, чтобы быстрее попасть к своим друзьям. Артем в одиночку крутил здоровый вентиль, а Аня прикрывала его, убивая приближающихся ганзейцев. Без всяких перекидываний фразами, я переглянулся с рыжей, а после разбежались, уходя каждый на разные места: Марина пришла к брюнетке на помощь, вскочив на лестницу паровоза как прикрытие, а я подбежал к молодому парню, чтобы вместе разобраться с воротами. Ухватившись за ручки вентиля, мы налегли назад, медленно проворачивая его, пока тот с лёгкостью не поддался и не начал крутиться без дополнительной помощи. Огромные железные ворота, но уже не те, в которые мы пришли, а противоположные, открылись, показывая нам хорошо изученные виды зимней Москвы, заодно выгнав все тепло из помещения. Паровоз закряхтел, загрязняя несвежим воздухом атмосферу и потиху набирая скорость, чтобы покинуть депо. — Они поезд угоняют! Сделайте что-нибудь! - кричал кто-то из бойцов. — Быстрее запрыгивайте, пока не нашинковали свинцом. - громко «приказала» мне с Артёмом Аня. Рейнджер рванул вперёд, а я следом за ним, пытаясь всячески увернуться от пуль. Из самого поезда тонкая женская рука снайпера помогла помочь взабраться внутрь, ну а после неё выглянул знакомая рыжая макушка, ожидая, пока я подберу на достаточно близкое расстояние. И как только я оказался рядом, Марина схватила меня за руку и потянула на себя, а я, в свою очередь, поставил ногу на край ступени, взявшись за поручень свободной рукой. Одновременно оттолкнувшись от всего, я целым и невредимым попал на поезд. Поставив ладони на свои колени, чтобы отдышаться, я поднял голову и увидел, как Артём обнимал свою жену. Аня же прикрыла глаза и томно выдохнула. Я перевёл взгляд на умиляющуюся Марину, и та, почувствовав чужой взор на себе, повернулась в мою сторону. Она, смущённо улыбнувшись, расставил руки для объятий, чему я и удивился. Обычно рыженькая не пыталась взаимодействовать со мной тактильно, но, видно, на моей улице сегодня праздник. Я, выпрямившись, подошёл к девушке и дотронулся кончиком указательного пальца до носика Вербицкой, после обнял её за талию, притянув ближе к себе. Напарница положила ладони на мои плечи, вставая на носочки для удобства. Бабочки в животе – отлично знакомое для меня чувство, которое появилось прямо сейчас, однако это было словно в первый раз. — Спасибо. - тихо сказала Марина, благодаря тем самым, наверное, за помощь в спуске с горящей и почти разрушенной постройки. Что же, благодарность в таком виде принята. Всему хорошему, как обычно, всегда приходит конец, так? Стекло в рубке, завешанное тонкой тюлью, разлетелось на осколки из-за влетевшей светошумовой гранаты, сразу после того, как паровоз выехал за ворота. Как только граната взорвалась, все находящиеся внутри без исключения ослепли белой вспышкой, а в ушах противно зазвенело; но все же я продолжал чувствовать крепкое объятие напарницы и старался не отпускать её ни при любых обстоятельствах. — Всех на пол! - сквозь продолжающийся звон я разобрал голос и фразу Якова Борисыча. Мощный толчок в спину в районе лопаток заставил отпустить Марину и повалиться на пол, знатно припечатавшись головой об металл, заодно задев осколки. Я болезненно прошипел, почувствовав, как в кожу впивается стекло, но ничего сделать не мог: руки были уже связаны, и кто-то из отряда Таубмана поставил мне на спину ногу. Слепота и оглушение уже почти прошло, поэтому увидеть всю ситуацию в руке я мог с лёгкостью, да и услышать все разговоры. Аню с Артёмом усадили в углу, а Марину, как и меня, оформили на полу. — Сейчас приедет полковник и устроит всем взбучку. - заговорил главарь. — И противогазы им наденьте, а то дохлым – грош цена, особенно Мельниковой дочке. Бойцы послушно, но резко и грубо, сорвали с наших поясов противогазы и слабо затянули их на затылке, даже не обращая внимания на мою рану. Покрасить стекло маски в багровый цвет достаточно хорошая идея. Испуганные глазки рыжеволосой бегали по всем людям, что здесь были, но в основном её взгляд останавливался на на мне. Позади нас, куда я не мог посмотреть по понятным причинам, затопало множество ног: Мельник уже здесь и явно не один. Полковник, когда оказался на паровозе, встал посередине, так скажем, комнаты, но видел я всего лишь железные ноги и самого мужчину по пояс, так как обзор не позволял. После Бати в рубку зашли ещё куча человек, и судя по их форме – это наши спартанцы. — Аня? Артём? - удивился Князь, оглядывая сидящих Сухих. — И они тут не одни... - подытожил Идиот, когда увидел прижатых к полу меня с напарницей. — Чего!? - не понял Мельников. — А ну уберите от них свои клешни! Рейнджеры мигом оттолкнули всех ганзейцев в сторону, сделав каждому подсечку, и особенно тех, кто бессовестно поставил ноги на безоружных меня с Мариной, и всех их поставили на колени, заставив поднять руки вверх. — Какого черта, товарищ Мельников? - возмущался Яков. — Ваши бойцы...они...это трибунал! — Да подожди ты, Борисович. - отмахнулся Святослав Константинович. — Натворила Анька моя с Артёмом делов... Ещё и эта сладкая парочка. Я не стал полностью подниматься с пола, лишь сел к стенке напротив напротив боевой пары. Вербицкая уселась рядом со мной и хотела помочь мне, однако из-за общения нахождения на открытой радиоактивной местности это будет невозможно. — Ничего, это царапина. - сказал я девушке, хоть, конечно, было неприятно, ведь в моем лице находилось стекло, и хотелось поскорее его достать. — Сейчас нужно разобраться, почему был устроен этот побег и что вообще происходит. — Товарищ полковник. - заговорил Алёша. — Почему такая агрессия по отношению к нам от Ганзы? Весна ещё не началась, однако скоро, но все равно. — Папа, может ты объяснишь все!? - негодовала Аня и переходила на крик, вскочив с пола. — Что значит этот командный центр и какие-то глушилки, охраняющие и закрывающие Москву от внешнего мира? — Про что это она? - опустил оружие Степан, осматривая каждого вокруг. Святослав Константинович опустил голову вниз, сложив руки за спиной. Он отвернулся от всех и взглянул на Ермака, мирно сидящего перед панелью управления поезда. Ганзейцы что и дело часто переглядывались между собой, не понимая, что делать дальше и что нужно предпринять для возвращения на базу. — Специально разработанный проект по защите Москвы "ЩИТ" был не просто так задействован. - все же решился рассказать нам о своих делах Мельник, и все с интересом в ставились на него. — Москва никого не слышит и Москву никто не слышит: война до сих пор идёт. Глушилки расставлены по периметру, чтобы всякие нытики в эфире не навлекли новую волну ударов боеголовками. И, благодаря применённому усилию здесь присутствующих они вышли из стоя, потому наш дом вновь открыт для всех, в частности для Мирового ядерного конфликта. — То есть ты все время нам врал? Врал до последнего? - продолжала дочь полковника. — Врал Артёму, который постоянно ходил на поверхности, получая совершенно ненужные рентгены. И все для чего? Чтобы в итоге узнать, что остальной мир есть и жив, но только устроив огромный переполох. — Да я сам доступ получил полгода назад под грифом «Расскажешь – сдохнешь». — Вам по законам военного времени одного расстрела будет мало. - вновь заговорил Таубман. — Отец, как там дорога? - не обратил внимания командир на слова члена Ганзы, обратившись к машинисту. — До сто первого километра дорога в полном порядке! - ответил Андрей Иванович. — Значит этих всех за борт, а дальше полный вперёд. Заодно решим, что будем делать дальше. После получения приказа от полковника, Сэм, Тэтэшник, Алёша и Идиот, схватив ганзейских бойцов за шиворот, потащили из за собой, пока вовсе не выкинули с паровоза пинком. Только поезд освободился, Ермак сразу же заставил железнодорожную технику двигаться, поехав прямо, а после отправил бедного Князя работать кочегаром, чтобы тот постоянно подкидывал угля в топку. Многие недоумевали, что делать дальше, особенно как реагировать на вранье своего же командира, в котором он сам и признался. Только что началась война с Ганзой, для которой мы являемся предателями, и поэтому решаем скрыться на их же поезде... Уссаться. Алёша с Идиотом внимательно изучали карту, найденную в рубке; Степан, Сэм и Мельников обсуждали некую информацию, скорее всего, про дальнейший путь; Токарев с Караваевым ушли к кочегарке, а Аня и Артём разговаривали с Ермаком. — Что же... - сказал Мельник. — Мы самые настоящие вражеские диверсанты, получается?