К. Е. К. С.

      Гермиона Грейнджер любила свою работу.       После войны её хотели все. В смысле, не было отбоя от приглашений на работу. Её звали в «Ежедневный пророк», Макгонагалл возжелала, чтобы она поработала во благо образования в Хогвартсе, Кингсли почти умолял работать на Министерство. Приходило несколько заявок из Аврората и Тайной службы на должность невыразимца. Хозяева книжных лавок, где она часто закупалась, мечтали заполучить её своим работником. Но Гермиону заинтересовала лишь Больница Святого Мунго: они предоставляли ей возможность обучения любой медицинской специальности.       И она выбрала новое для магического мира направление — психологию. С магическим уклоном, хотя в большей степени основанное на маггловских исследованиях. Гермиона подсознательно чувствовала, что ей это необходимо. В то время у неё было много своих психологических проблем и травм. Очень много. Как бывает у человека прошедшего через войну.       Психология помогла ей понять и излечить себя. Её куратор, профессор Дорн, был сквибом. Он провел с ней много времени, разговаривал, изучал, помогал выбраться из депрессии. Профессор досконально знал её жизнь, её привычки и комплексы. Он понимал Гермиону, как никто другой, и однажды высказался: — Все три года обучения и сеансов ты очень зажата и ни с кем не встречаешься. У тебя проблемы в сексуальной сфере? Напиши об этом с психологической точки зрения, опиши свою проблему и подумай, как её можно решить…       Да, Гермиона ни с кем не встречалась долгое время. С Роном у неё не сложилось. Отношения с ним заставили её сомневаться в своей женской привлекательности, и она решила, что не будет и стараться. Гермиона перевернула свои мозги, чтобы избавиться от кошмаров военного времени, но при этом оставалась все той же непривлекательной скучной занудой. Это умозаключение расстроило Грейнджер. И она, как настоящий перфекционист, решила во что бы то ни стало разобраться и с этой проблемой.       Гермиона вгрызлась в гранит науки, пожирая книгу за книгой по проблемам секса, по психологии сексуальных отношений и занялась собою. Год изучения и работы над своей внешностью и внутренним ощущением себя превратил её в привлекательную уверенную женщину и лучшего специалиста по сексологии в Магическом мире.       Это сказалось и на другой стороне её жизни. Отбоя от мужчин не было. Она раскусывала их, как орешки. Каждый день кто-то из её ухажеров присылал ей огромный букет или корзину со сладостями и фруктами, предложения выйти замуж летели пачками. Казалось бы, живи, радуйся и наслаждайся. Но ей этого было мало и скоро совсем надоело. Пришло время остепениться и сделать что-то полезное для мира. Гермиона всегда была из тех, кто из лимона может сделать лимонад, а потом и лимонный пирог.       И вот уже около года Гермиона Грейнджер владела маленькой частной клиникой под названием К. Е. К. С. — Клиника Естественного и Качественного Секса.       К ней на сеансы терапии заглядывали многие: и простые маги и аристократы из высших сословий. Даже лучшие друзья Гермионы Гарри и Джинни успели пару раз побывать в её клинике. Подруга жаловалась, что после того, как она родила, Гарри почему-то перестал привлекать её как мужчина. Они полгода не занимались сексом. А друг признался, что начал поглядывать налево, что его совершенно не устраивало. Гермиона помогла им. Их чувства разгорелись с новой силой. За что те не раз её благодарили и не стесняясь рекламировали на весь магический мир, чем привлекли в её клинику ещё больше клиентов. После того, как Гермиона проработала проблему Поттеров у них появился Альбус, а за ним Лили.       Гермиона втайне посмеивалась — её работа повышала не только потенцию мужчин и либидо женщин, но и демографию магического общества.       Всё это приносило ей огромную радость. Пока однажды на приём не пришла одна семейная пара, которую она не ожидала встретить в своей клинике никогда.       Чета Малфоев.       И это было начало конца…       Многие клиенты записывались под чужими фамилиями, осторожничали, боялись, что фамилия всплывёт в Магическом мире и тогда не оберешься проблем. Вот и Гермиона ждала в этот летний немного прохладный лондонский денёк семейную пару Джонсонов.       Она поливала цветы на шкафчике, стоя на деревянной стремянке под потолком, когда дверь без стука открылась, и в кабинет вошли. Гермиона увидела у своих ног две светловолосые головы. Блондин поднял лицо и удивленно вздёрнул бровь.       Драко Малфой, чёрт его побери!       Гермиона заметила, как взгляд серых глаз прогулялся по её ногам, нагло заглянул под короткую юбку, и на лице аристократа появилась ехидная полуулыбка.       Да, она носит красные кружевные трусики, что в этом такого? Она любит красивое белье. Гермиона ответила ему уверенным взглядом: — Добрый день! Джонсоны? Прошу, присаживайтесь на диван.       Астория Малфой тоже скользнула взглядом по её ногам и смущённо зарделась: — Простите, мисс Грейнджер, мы без стука. Не хотелось бы встретить кого-нибудь знакомого. Говорят, вы хороший специалист. И у вас бывают мои подруги - надеюсь, что у них не будет повода для сплетен.       Гермиона, аккуратно пятясь задом, спустилась с лесенки. Она знала, что выглядит в этот момент совершенно порочно в своей короткой юбчонке. Когда Грейнджер обернулась, Малфой сделал непроницаемое лицо и отвернулся. Он разглядывал её кабинет с брезгливым выражением. На стенах висели колдографии с изображением обнажённых людей, занимающихся сексом. Картинки совершенно непристойно двигались, и он осуждающе цокнул, нехотя усаживаясь на диван.       Мерлин, когда это чёртов Малфой стал таким пуританином? — Грейнджер, вот чем ты теперь занимаешься? — хмыкнул он. — Опустилась ниже некуда. Копаешься в чужом грязном белье. Хотя что ещё можно ожидать от грязно… — Так! — Гермиона тут же нахмурилась. — Мистер Джонсон, оскорблять меня можно только если это вас заводит, но в другое время и за отдельную плату. Я не копаюсь в белье! Меня больше интересует, что под ним и как вы этими богатствами распоряжаетесь. Я всё же полагаю, вы пришли решить какую-то личную проблему, так давайте поговорим об этом.       Малфой недовольно фыркнул, но рот прикрыл. Она уселась напротив них в кресло. Медленно положила ногу на ногу. Серые и голубые глаза внимательно проследили за её движениями. Гермиона облизнула губы, соображая, мелькнули ли её красные трусики или у неё получилось сделать всё аккуратно. Хотя, если эти сдержанные аристократы пришли поднять либидо, пусть любуются. Женщина в красном нижнем белье, короткой юбке и красной блузке без бюстгальтера хороший стимулятор страсти в постели. Даже если на неё просто смотреть. Гермионе не раз говорили, что она ходячий секс. Она сдержанно улыбнулась и изучающе оглядела своих посетителей. — Лично у меня нет проблем, — Малфой надменно скривил губы. — Говорите с ней… Доктор Грейнджер.       Астория тяжко вздохнула. Гермионе было ясно, что это она притащила своего муженька-сноба в кабинет. Впрочем, как обычно. Мужчины часто так самоуверенны и не видят дальше собственного носа. А этот хорёк, наверно, совершенно никчёмный в постели, а считает себя необузданным драконом.       Гермиона ругнулась мысленно за свой непрофессионализм. Сейчас перед ней два человека, которым нужна помощь. И она сделает всё, чтобы им помочь. — Драко, пожалуйста, — умоляюще прошептала Астория. — Мисс Грейнджер, да, у нас есть проблемы. — «Мисс Грейнджер»… — раздражённо передразнил Драко. — Решает проблемы с «этим», а сама всё ещё мисс. — Мистер Малфой, с «этим»? — строго выговорила Гермиона, пропуская мимо ушей намёк на незамужность. — Давайте называть всё своими именами — вы имели ввиду секс, так ведь? Повторите за мной — секс!       Малфой, изумленный её властностью, приподнял бровь и скривил губы. — Драко, повтори, пожалуйста… — чуть не заплакала его женушка.       О, Боже, невероятно! Астория, скорее всего, терпит этого ублюдка, сносит все его капризы и молчит о своих желаниях… Ничего, и это излечимо! — Повторяйте за мной! — ещё громче приказала Гермиона, чувствуя, как блондин заводится от злости. — Секс! — Секс, — выплюнул он, прищурился и склонил голову набок, словно спрашивая — «довольна?» — Вагина, влагалище, половые губы, клитор! — требовательно продолжила Грейнджер.       Она давно не краснела произнося эти слова, а вот аристократ вдруг порозовел, но повторил за ней сквозь зубы: — Вагина… Влагалище… Половые, черт возьми, губы… И гребаный клитор! Это что, шутка такая, Грейнджер? — взвился он. — Половой член, яички, мошонка, головка, крайняя плоть… — стойко продолжала та, прищурившись. - Повторяйте за мной.       Он не выдержал, зарычал, как зверь. — Что за...?! Я ухожу! — подорвался с дивана, но не прошёл и двух шагов, как Гермиона встала перед ним и выдохнула в лицо:  — Слабо принять то, что ты ханжа? Стыдливый робкий Драко Малфой, который боится слова «секс». А знаешь, иди, и пусть у тебя в сексуальной жизни всё остаётся так, как есть. Скучно и однообразно. До свидания, мистер Джонсон!       Ох, как она любила этот приём на «слабо». Он не первый нервный мужик, срывающийся с криками «Да вы охренели! На фиг я сюда пришёл?!»       Малфой вперился в неё своими серыми, острыми, как бритва, глазами, а потом скользнул взглядом ниже, задержался в глубоком декольте. Ухмыльнулся, тряхнув головой, и повернул обратно к своей испуганной супруге. — Вот и прекрасно, — Гермиона облизала губы и уверенно уселась обратно, в этот раз она гораздо медленнее положила одну ногу на другую. Малфои оба стрельнули глазами ей под юбку.       Ха, сегодня, возможно, у них всё получится так, как надо. И они больше к ней не придут.       Так думала она тогда, наивная… — Для начала, я бы хотела, чтобы вы заполнили вот эти анкеты. — Гермиона взмахула рукой, и с её стола слетели два пергамента. — Я помогаю парам наладить сексуальные отношения. Помогаю улучшить качество секса. И мне нужно знать все подробности этого самого секса. Не стесняйтесь. Пишите всё, как есть. Как будто вас напоили Веритасерумом. Или в противном случае мне придётся вас им напоить.       Они нервно вздрогнули, а она рассмеялась: — Шутка…       Малфой закатил глаза и откинулся на спинку дивана, подхватывая лист с анкетой и ручку. Положил длинную ногу на другую и принялся ставить галочки, постоянно фыркая и брезгливо морщась. А Гермиона приметила, как хорошо выглядит этот хорёк. Стройный, холеный, с аккуратной причёской, маникюром. В дорогущем сером твидовом костюмчике и сверкающих лакированных чёрных ботинках. Его бледные голые щиколотки привлекали взгляд. Можно было принять его за гея. Но то, как он смотрел на её ноги, а потом сверлил взглядом блузку, на которой ясно прорисовывались очертания её сосков, эту теорию перечеркивало.       Астория под стать мужу тоже выглядела великолепно. Тоненькая блондинка, немного выше Гермионы, ухоженная. Кукла Барби одним словом. Только вот на лице ни капли счастья. Один сплошной зажим. Надо с этим разобраться.       Через десять минут Грейнджер собрала анкеты, просмотрела их и сразу всё поняла. Мистер Малфой совершенно не умел расслабить свою вторую половину, не умел быть нежным и очень торопился. Интересно куда? Нет, так не пойдёт. Надо научить его чувствовать свою женщину.       А вот Астория была очень зажатой и боялась сделать лишнее движение. С этим тоже придётся поработать. — Скажи-ка, Малфой, ты знаешь, что такое прелюдия? — спросила Гермиона деловито. — Что? Хм… Ты о музыке? — аристократ пожал плечами. — Ясно. Ты свою жену ласкаешь перед тем, как войти в неё? — она уже знала, что нет, но ей же надо было как-то плавно перейти к проблеме. — Зачем? — Малфой скривил губы. — Я захожу в спальню и… Да почему я должен отчитываться перед тобой, Грейнджер? — Забудь, что я — это я! Перед тобою доктор! Говори, как есть. — Гермиона снова включила всю свою властность. — Я просто трахаю её! И всё! — прорычал он недовольно, а Астория сжала руки в кулаки. — То есть ты не целуешь её грудь, не лижешь и не посасываешь её соски, не поглаживаешь нежно пальцами половые губы? — Грейнджер сделала непроницаемое лицо, хотя в душе просто кипела от возмущения.       А ведь в Хогвартсе про него ползали такие горячие слухи, что он эдакий слизеринский бог секса, невероятный секс-гигант, а его член — настоящее произведение искусства. Вот тебе и гигант!       Он нервно сглотнул, скривил губы и словно выплюнул: — Что? — Ты не делаешь ей куннилингус? — ещё чуть-чуть, и её начнёт потряхивать от его брезгливой хоречьей морды.       Тот сморщился, как старая тыква, и замотал головой. — Н-нет, конечно! Ты совсем чокнулась?! Чтобы я себе позволил так опуститься?!       Малфой на самом деле не понимал или притворялся?! Так, успокойся, Гермиона, ты справишься… — Но женщинам важна прелюдия! — она еле сдержала визг, который из неё рвался. — Некоторым нужно долго разогреваться, прежде чем произойдёт сам акт. — Она моя жена! — закричал Малфой, краснея, как помидор. — Она обязана быть готовой, чтобы принять меня в любое время! Я не должен лазить пальцами в её органах и облизывать её, чтобы получить своё!       У Гермионы чуть челюсть на пол не упала, и она не выдержала: — Господи, вот ты трудный! Ты настоящий нарцисс! Думаешь только о себе!       Мерлин, она никогда не была так возмущена. — Ты не смеешь так говорить! Это непрофессионально! — рычал аристократ. — Ещё как профессионально! Ты вообще любишь свою жену? — Гермиона аж подскочила в кресле. — Хм… Я здесь… — Астория помахала ладошкой, чтобы привлечь их внимание, но Гермиона и Драко сцепились ненавидящими взглядами и не замечали никого и ничего вокруг. — Я люблю её! — кричал он. — Я тоже тебя люблю, Драко, — тихо ответила Астория. — Тогда почему твоя жена неудовлетворена! Она ни разу не кончила с тобой! — воскликнула Гермиона и вскочила со своего места. — Ты знал об этом? Ты хоть раз поинтересовался у неё, нравится ли ей?       Драко тоже вскочил и навис над своей бедной женушкой в ужасе вытаращившей глаза. — Астория, ты ни разу не кончила? Но ты же говорила… — возмущённо воскликнул он. — Я не хотела тебя расстраивать! — проблеяла блондинка, делая брови «домиком». — Что?! И я это узнаю вот так? В кабинете этой? — он был несказанно разъярен и чуть не проткнул Гермиону своим длинным холеным пальцем. — Я бы попросила! — она оттолкнула его острую конечность. — Да пошли вы обе! — взбесился тот и, окинув их звериным опасным взглядом, бросился к дверям.       Когда его нервные шаги затихли, Гермиона бросилась к несчастной пациентке. Да, она не должна была так разговаривать! Она не должна была так резко всё это выливать на Малфоя… Но где-то в глубине души маленькая негодница Грейнджер хихикала над тем, как смогла выбесить этого мерзкого придурка, который доставал её с друзьми в школе!       Нет, Гермиона, это непрофессионально! Мерлина ради! — Не плачь, Астория! Хорошо, что он узнал правду, — Грейнджер все-таки вспомнила, что она здесь не для своей мелкой мести. Она врач и она сделает все, чтобы помочь. — Он расстроился… Я не хотела… — аристократка плакала навзрыд на плече Гермионы. — Почему ты не говорила ему? — Гермиона движением руки призвала хрустальный кувшин с водой и налила Астории воды. — Он не спрашивал, а я стеснялась сказать… — блондинка жадно выпила и вытерла губы салфеткой. — Но мне так хочется, чтобы… Я хочу…       Гермиона отметила, как хороша девушка, сидящая перед ней. Её бледная чистая фарфоровая кожа будто светилась, губы были розовые и пухлые, а голубые глаза большие, как у куклы. И в целом она была идеальна. Как может этот чертов Малфой обижать свою настолько прекрасную жену? — Ты хочешь того же, чего хотят все женщины — получать удовольствие от секса. — Гермиона ободряюще погладила её по плечу. — И это не стыдно. Это правильно. Это полезно для здоровья и настроения. Британские учёные выяснили, что женщины, получающие оргазм, дольше живут. — А как они это выяснили? — заморгала аристократка удивлённо.       Гермиона замялась: — Ну, не знаю… Как-то нашли способ…       Астория расплылась в довольной улыбке, становясь ещё привлекательнее.       Гермиона выдала ей стопку разных бумажек. — Астория, — ласково произнесла она, чувствуя небольшую вину за то, что произошло в этом кабинете. — Я думаю, всё будет хорошо. Я дам тебе вот эти брошюры. Когда твой муж придёт в себя, почитайте их на досуге за чашечкой чая… — На досуге… За чашечкой чая… — та скривилась, увидев, что на обложке буклета девушка в маске, скрывающей глаза, мастерски делала минет.       О, Мерлин, кажется, эти двое стоят друг друга… Гермиона вздохнула, увидев в её глазах совершенное неприятие к такому роду постельных игр. — Астория, в анкете написано, что вы женаты уже три года. Неужели ты ни разу не делала мужу…? — она скосила глаза на буклет.       Та порозовела и нервно выдохнула: — Я боюсь его… — Кого — его? — сразу же напряглась Грейнджер, решив, что её психованный муженек — абьюзер и Астория таким образом просит о помощи.       Но жена Малфоя закусила губу и ткнула пальцем на член на картинке. — Его…       Гермиона хмыкнула. Интересно. Что там за зверь у Малфоя? — Астория, ты, наверно, преувеличиваешь? Это же член, обычный… Вот посмотри… — она развернула лист, и перед ними предстала картинка с мужскими фаллосами разных размеров, цветов и форм. — Какой из них похож на агрегат твоего мужа?       Аристократка вскрикнула в ужасе и вскочила с дивана. Она закрыла глаза руками: — О, великий Салазар! Мама Мия! Господи!       Гермиона еле сдержала смех. Боже, эта женщина замужем три года и все ещё стыдится каких-то картинок! Но та вдруг отняла руки от лица и прошептала: — Нет, то, что ты мне показываешь, это всё досадные неприятные мелочи… — В смысле мелочи? — не поняла Гермиона и пересмотрела обучающие колдо для женщин, желающих доставить удовольствие своему партнёру. Всех этих мужчин на колдографиях она лично сама выбирала и снимала на колдоаппарат. И там были довольно достойные на вид господа. — У Драко ооочень… Очень-очень… Он у него… Ммм… — замялась блондинка.       А это уже было интересно… Очень-очень, значит…       Гермиона покачала головой: — Хорошо… Сделаем так. Запишитесь на следующий приём через неделю, а я подумаю, что мне с вами делать… — А если он не захочет больше приходить? Я и так его еле уговорила, — закусила губу аристократка. — Скажи ему, если он не придёт, значит Грейнджер снова его уделала, — она вспомнила, как крепко врезала по его бледной наглой мордахе на третьем курсе в Хогвартсе. — Хм… Или, что это будет полезно для его саморазвития, — добавила Гермиона, она все же врач, а не глупая злая третьекурсница.       Астория моргнула и бросилась её обнимать. — Спасибо! Спасибо большое! Я верю, что у нас всё получится…       Ох, если бы Гермиона знала, чем всё это закончится…

***

      Они пришли через неделю.       Малфой был уже на взводе и еле выдержал её лекцию о полезности оргазма у женщин, о том, что прикосновения и объятия, то есть тактильные взаимодействия между двумя близкими людьми, очень важны для здоровья. — Кто придумал всю эту ерунду? — не выдержал он. — Какие ещё тактильные взаимодействия? Что ты тут несёшь, заучка чёртова?! Какой хрени ты начиталась и теперь впихиваешь это в неокрепший мозг моей жены? Все эти пошлые брошюры!       Он вытащил из кармана пачку бумаг, которые она давала Астории в прошлый раз, и швырнул их на пол под ноги Гермионе. — Все эти гребаные плакаты! — он соскочил с дивана и содрал несколько со стены. — Твой дурацкий кекс! — Гермиона спокойно следила за тем, как нервный аристократ двумя широкими шагами оказался рядом и ткнул в неё пальцем. — И ты! Ты ничего не изменишь! Потому что ты ничего не знаешь! Ты мелешь какую-то хрень, и я за это не буду платить свои чистокровные галеоны. Мне не жалко денег, но меня как-то не прельщает отдавать их тебе, Грейнджер, просто так!       Сегодня она была в чёрном платье до середины бедра с глубоким декольте, снова без лифчика и сидела в том же кресле. А Малфой навис над ней, благоухая своим чертовски дорогим парфюмом. Почему-то этот аромат её взбудоражил. Она обожала такие терпкие немного мускусные сочетания.       Гермиона выпрямилась, чтобы как можно незаметнее вдохнуть это великолепие глубже, а Малфой вдруг чуть приоткрыл рот, разглядывая сверху её грудь в вырезе. Которая почти вываливалась на его обозрение.       Чертов засранец! Да у него сейчас слюни потекут.       Она нахмурилась и отстранилась от него. — Ты всё сказал?       Малфой тут же пришёл в себя и отошёл от неё на шаг назад, скрестив руки на груди. — Нет, не всё! Почему я должен слушать тебя, Грейнджер? Скажи мне?       Она всё-таки вдохнула его аромат и, облизнув губы, которые он тут же поймал взглядом, проговорила: — Малфой, если тебя смущает наше не самое радужное прошлое, то в этом кабинете забудь об этом. Пожалуйста. Я просто доктор, психолог и тренер в одном лице, а ты мой пациент. Это во-первых. Во-вторых, я действительно хороший специалист. Но я не могу тебе сказать, кому я помогла, потому что, как ты понимаешь, лечение конфиденциально. Я не могу ничего никому рассказывать. Всё, что происходит в этом кабинете, в нём и остаётся.       Малфой внимательно выслушал её, хмыкнул и вернулся на диван к своей жене, сверкая странным взглядом. — Если ты не хочешь что-то менять в своей сексуальной жизни и сделать свою жену, а соответственно и себя, счастливым, то у меня действительно ничего не получится… Поверь мне и слухам, я могу помочь. Сейчас всё зависит только от тебя, Малфой, — проговорила Гермиона уверенно. — В любом случае я верну деньги, если у вас в постели не произойдёт изменений в лучшую сторону.       Она сделала его королём ситуации. Теперь он решал, что же дальше. Было ясно видно, что ему это пришлось по вкусу. Малфой тут же задумчиво потёр подбородок, оценивающе её разглядывая. Гермионе не понравился этот взгляд. Вдруг он улыбнулся кончиком губ и повелительно махнул ладонью. — Чёрт… Хорошо. Давай попробуем, раз ты даёшь такие гарантии. И что же я должен делать, доктор Грейнджер?       Астория радостно заморгала ресничками и благодарно погладила его колено. — На этой неделе задание простое — касаться друг друга чаще. Больше обнимайтесь и целуйтесь. Это же не трудно?       Она облегчённо выдохнула где-то глубоко в душе. Согласился, значит дело пойдёт.       Но оно пошло не так, как предполагала Гермиона.       Когда Малфои в очередной раз ворвались в её кабинет без стука, она как раз искала серёжку под диваном, стоя на коленях попой кверху в коротком синем платье. Обычное Акцио не помогало, видимо, ювелирное изделие зацепилось за ковёр. — Грейнджер, прекрасный вид! Неужели ты всех так встречаешь или это только нам такая честь? — услышала она насмешливый голос за спиной и резко выпрямилась, не преминув удариться головой о край дивана. Она ахнула и зажмурилась от боли. — Драко, ты напугал её! — недовольно воскликнула Астория и бросилась к Гермионе.       Малфой лишь посмеивался: — Грейнджер, мне понравилось! Приветствуй нас так почаще! Ты согласна, Астория? — Дорогой, прекрати, пожалуйста… — блондинка помогла Гермионе подняться и теперь нежно гладила её по кудрявому ушибленному затылку. — Тебе больно, дорогая? Не слушай его, иногда он просто невыносим!       Грейнджер мило улыбнулась ей и закатила глаза на реакцию аристократа. — Боже, Малфой, сколько восторгов. Вы точно увеличили уровень тактильных взаимодействий? Ты так радуешься, как будто никогда не видел свою жену в такой позе! — Грейнджер, я действительно не видел свою жену в такой позе, да и тебя тоже. И ты знаешь, я думаю, это именно то, чего мне не хватало в жизни, — он уселся на диван и расположился довольно вальяжно, как кот, который наконец привык к обстановке. — Какая же грустная у тебя жизнь… — не сдержалась Гермиона от шпильки. — Вам бы стоило попробовать что-то новенькое, например, заниматься сексом в позе собаки или в других девяносто восьми позах!       Но он лишь закусил губу, разглядывая её снова тем самым странным взглядом, с примесью похоти.       О, да как он смеет, прямо при жене! Та уже сидела рядом с ним и улыбалась милой улыбкой. Гермиона ответила ей тем же и села в кресло напротив: — Что ж, я хочу вас послушать…       Но, как оказалось, трудные аристократы остались верными себе. Никаких подвижек к страстному сексу не наблюдалось. Всё та же скучная миссионерская поза, поцелуи в щеку среди дня и ни одного оргазма.       И это длилось ещё пару недель. Они заходили без стука, с довольными лицами и каждый раз приходилось почти пытать их, чтобы понять, на какой стадии развития их сексуальная жизнь. Эти Малфои словно решили её совершено выбить из равновесия. Как можно быть такими… чопорными! Слов у неё уже не было! Нужно было действовать!       Гермиона потихоньку начинала сомневаться в своих способностях лучшего специалиста-сексолога и в их желании что-то менять. Она снабжала Малфоев брошюрами, показывала маггловские порно-фильмы, посоветовала массу интересных книг, но те только морщились. Такое было впервые в её практике! Они говорили, что делали всё, что она им задавала на дом, но Астория так ни разу и не кончила, а Драко только разводил руками, изображая недовольство. Он постоянно критиковал советы Гермионы и откровенно посмеивался над её потугами что-то им внушить. — Боже, Боже! Нет! — она в очередной раз готова была убить эту парочку и закопать очень глубоко, чтобы они больше не возвращались к ней. — Вы издеваетесь?       Гермиона стояла перед ними, уперев руки в боки, и отчитывала, как нерадивых школьников. — Почему вам это так сложно? Малфой! — Гермиона не знала на кого ещё слить свое раздражение — Астория была слишком мила и доставалось снова этому несносному аристократу. — Ты нашёл её эрогенные зоны? Ты вообще искал их? Вы пробовали хоть что-то из того, что я вам говорила? Почему твоя жена всё так же не удовлетворена?       Он недовольно закатил глаза и ослабил чёрный узкий галстук на вороте своей облегающей нежно розовой рубашки. Малфой выглядел как всегда невероятно сексуально, и Гермиону нервировало это ещё больше. Сексуальный пижон, который ничего не умеет в сексе! Обманчивая картинка за которой пусто! — Не знаю, Грейнджер! — скривил он губы. — Это надо спросить у тебя! Ты у нас доктор, психолог и тренер в одном лице! — То есть это я должна довести твою жену до оргазма? — возмущённо воскликнула она. — А что, я б на это посмотрел… — Драко дёрнул бровью. — Мерлин! — Гермиона всплестнула руками. — Да я легко с этим справлюсь, как и со всем остальным! Но ты её муж! Это твоя задача!       Астория уже привычно поглядывала на их спор с милой улыбкой, приглаживая на коленях свой и так идеальный жёлтый сарафан на тонких лямках. — Я не против… — тихо проговорила блондинка.       Гермиона сделала вид, что не расслышала. — Драко! — она и не заметила, как назвала этого засранца по имени. — Почему задание с прикосновениями к половым органам Астории оказалось таким трудным? У неё что, там зубастая пасть, и ты боишься, что тебя укусят?       Тот недовольно закатил глаза, а Астория прыснула в ладошку. — Она сама не хочет меня трогать там! — вдруг заявил он и указал пальцами себе на пах. — Тори не касается меня и не умеет делать минет! Почему я должен касаться её органов? Она не трогает мой член, я не трогаю её… киску, всё честно. — Господи, вы как дети! — выдохнула Гермиона и покачала головой. — Ты не должен, но ей бы это было приятно! И ты, Астория, — она повернулась к покрасневшей блондинке. — Это всего лишь член, а не страшный змей!       Та нервно закусила губу, а Драко вдруг нахально ухмыльнулся: — Почему ты в этом так уверена, ты же не видела его?       Он засунул руку в карман своих узких серых брюк, видимо, чтобы привлечь внимание к паху, и Гермиона неосознанно сделала то, чего он от неё ждал. Она взглянула и увидела, что даже в спокойном состоянии штаны Малфоя очень нескромно топорщились. Не сказать, что она и раньше этого не замечала, но старалась не проявлять такого внимания.       Хм…       Гермиона поймала его внимательный взгляд. Малфой ждал её оценки. Грейнджер сделала вид, что то, что она увидела, не удивило её. Может быть, он использует заклинание увеличения? Это же Малфой… — Так, я это делаю в первый и последний раз! Видимо, теория не для вас! Поэтому перейдём к практике! Астория, я покажу тебе, как надо ласкать член, чтобы твой муж сошёл с ума! — решилась Гермиона и полезла на полку с магическими макетами мужских и женских органов. — Тебе с вишневым или клубничным вкусом?       Она вытащила парочку членов белого цвета и показала их удивленным аристократам. Астория вытаращила глаза: — Эм… Я не знаю… — Хорошо, мне нравится со вкусом клубники! — решила Грейнджер и поставила на стол двух резиновых красавцев в эрегириванном состоянии. — Будем учиться. Малфой, а ты можешь идти…       Гермиона качнула головой в сторону двери. Но тот чуть ли не лопался от предвкушения: — Ну уж нет! Я обязан тут присутствовать! — Ты уверен? — с сомнением спросила она.       Драко возмущённо нахмурился: — Конечно уверен! И вообще, я хочу, чтобы моя дорогая жена тренировалась на моем члене, а не на этом странном ущербном подобии! Практика так практика!       Гермиона открыла в шоке рот, но потом подумала, что он блефует. Вряд ли его чопорное величество будет трясти перед ней своим «невероятным» достоинством. Такого никогда ещё не было на её приёме, ни один из её пациентов ни разу не делал этого, но она все же убрала один член обратно.       Пусть рискнет. — Хорошо, если ты настаиваешь, Драко. Делайте, как вам обоим удобно. В моем кабинете можно всё, кроме насилия… — Астория, смотри, — она обратила своё внимание на взволнованную раскрасневшуюся аристократку. — Обязательно наносим смазку, для приятного скольжения. Я взяла тоже клубничную… — она незаметным движением элегантно мазнула свою игрушку супер скользкой и увлажняющий смазкой, разработанной ею самой. — Аккуратно и нежно погладь член ладонью. Смотри на него с восхищением, какой бы он там ни был… Не забывай, что мужчины любят глазами, и твой муж должен видеть, что ты обожаешь и эту часть его тела… а не боишься… — Гермиона провела рукой по стволу резинового макета и сжала основание около мошонки. — Не бойся крепко сжимать его и нежно трогать яички… Можно ласкать его руками, но лаская ртом, ты доставишь своему партнёру гораздо большее удовольствие…       После этого проникновенного вступления она медленно облизнула губы, открыла рот, высунула язык и легко коснулась клубничной головки. Вкус смазки тут же заставил её покрыться мурашками. Она знала, что в её консистенции есть немного возбуждающего зелья, и поняла, что урок дастся ей не легко. Гермиона еле сдержала стон.       Она взглянула на парочку Малфоев, не отнимая губ от сладкого фаллоса, и увидела, как Астория сглотнула, а у Драко загорелись глаза, и он задержал дыхание.       Гермиона облизала белый ствол широким языком снизу вверх, словно большое мороженое, ещё и ещё. Грудь Драко вдруг начала часто вздыматься, а Астория закусила губу, наблюдая за её действиями с огромным вниманием. — Давай, Астория, попробуй… — проговорила Гермиона, отпуская свой агрегат с громким и очень пошлым чмокающим звуком. — Драко, сядь удобнее и снимай штаны, начнём наш урок…       Ей хотелось рассмеяться — она чувствовала себя профессором сексологии в Хогвартсе.       Блондинка дрожащими руками начала расстегивать брюки мужу, а он не отрываясь смотрел на ожидающего их «профессора» Грейнджер. Она чуть улыбнулась ему и схватилась за мошонку игрушки, нежно поиграла ею пальчиками. Тот проследил за её руками, порозовел ещё сильнее и начал торопливо помогать своей жене. Через пару мгновений он спустил штаны и выпустил на свет…       Чёрт… Малфой не врал… Его член был великолепен!       Он уже был почти твёрд и заманчиво торчал вверх в окружении белых кудрявых лобковых волос. Гладкий, словно шёлковый, идеально толстый, большой, прямой, розоватый с идеальными венками и гладкой, манящей бархатистой головкой… Красивый, как стрела Амура!       Что ж, приличное наследие, есть чем гордиться… Сотня баллов Слизерину!       Гермиона вдруг поняла, что слишком долго и увлечённо разглядывает его невероятно прекрасное орудие. Она поскорее опустила взгляд, чтобы не увидеть превосходства на лице Малфоя. Конечно же, он заметил её восхищение и облизался, довольный своим шоу.       Вот почему в Хогвартсе девчонки кидались на него. Теперь она понимала этого бледного подонка — действительно можно привыкнуть к тому, что делать ничего и не надо, если девки текут только от вида такого достойного достоинства.       Гермиона поймала себя на мысли, что и сама была бы не прочь поскакать на таком…       Мерлин, нет! Это уж слишком, не думай об этом! Нужно срочно сходить на свидание! Сегодня же вечером!       Она деловито вытащила палочку и без всяких слов наставила её на причиндалы аристократа. Тот от неожиданности вытаращил глаза и прошептал: — Грейнджер… Что ты… Я могу уйти… Я больше не буду… — Ох! — она закрыла глаза и рассмеялась. — Прости! Просто… Чтобы все прошло хорошо, нужно удалить эти белые кучевые облака вокруг твоего… ммм… небоскрёба… Так сказать, прояснить обстановку.       Гермиона взмахнула рукой, и блондинистые кудри вмиг исчезли, открывая ещё более нереальный вид на идеальную мошонку Драко.       Мерлин…       Тот вновь расслабился, бурча «предупреждать же надо!», а Гермиона как ни в чем не бывало продолжила тренировку, словно рядом не стояло столбом произведение искусства, которое так и манило лизнуть его: — Кхм… Астория, повторяй за мной, возьмись за основание его члена, — ей все же пришлось взглянуть на него, чтобы проследить за правильностью движений.       Тонкие пальцы Астории осторожно обхватили ствол Драко. Тот только капризно фыркнул: — Я ничего не чувствую! — Астория, сожми сильнее, ты не задушишь Драко. Он дышит другим местом! — командовала Гермиона. — Я боюсь… — прошептала блондинка. — Да покажи ты ей, как надо… — Малфой разыграл раздражение.       Гермиона вздохнула и подошла к ним, не отпуская свою игрушку. — Ты позволишь? — спросила она у аристократа и уселась справа от него.       А тот прерывисто выдохнул и качнул головой, его ноздри чуть приподнялись, а скулы напряглись в ожидании. Гермиона осторожно обняла его член ладонью и крепко сжала, стараясь глядеть только на Асторию. — Смотри, вот так, — она капнула смазку и провела вверх, потом вниз по его шикарному стволу, наслаждаясь этой возможностью прикоснуться к прекрасному.       Малфой закрыл глаза и громко сглотнул, его член под ладонью Грейнджер твердел с каждой секундой все сильнее. — Повтори, Астория… — она нехотя передала рычаг управления в правильные руки.       Малфой снова сглотнул, когда его жена сделала наконец-то всё более-менее умело. — А теперь прикоснись губами. Языком. Пальцами, — проговорила Гермиона и показала как на своём белом клубничном друге.       Астория и это послушно повторила, вызывая у муженька лишь хриплые удивленные вздохи. От смазки её губы тут же распухли, а глаза заблестели от возбуждения. Гермиона знала, что и она сама сейчас выглядит такой же взбудораженно порочной. — А теперь сделай губы вот так, как я, чтобы зубы не задевали нежную кожу, и… — Грейнджер облизала свою игрушку и вытянула губы.       Она сидела совсем рядом с Драко, её бедро вплотную касалось его ноги и покрывалось мурашками от этого прикосновения. Грейнджер делала сосущие движения, ещё и ещё, облизывая и погружая клубничный фаллос глубже в рот. И внимательно наблюдала, как это делает блондинка. Гермионе так хотелось прикосновений к своему телу, но она заставляла себя не возбуждаться от происходящего. Что было совершенно ей неподвластно…       А Драко в этот момент смотрел совсем не на жену, а на Гермиону. Наблюдал горящим взглядом за движениями её опухших красных губ. И она из вредности начала сосать игрушку всё усиленнее и слаще, тихонько постанывая и причмокивая. Малфой задышал чаще приоткрытым ртом… и вдруг его рука оказалась на её груди. Длинные пальцы дразняще прогулялись по ткани задевая её твердые чувствительные соски… О, нет… Её тело задрожало от желания. Гермиона почувствовала острую необходимость этих прикосновений и застонала громче, выгибаясь ему навстречу.       Наглый, гадкий… Ещё…       Астория подняла на них глаза, но, кажется, увиденное её только разгорячило. Она тихо мурлыкнула и тоже начала сосать и облизывать огромный член мужа ещё быстрее и изощреннее, как будто вспомнила наконец все те брошюры и порно-фильмы, которыми их загружала Гермиона. — Покажи ей, как надо… — шептал Драко, лаская грудь Грейнджер через ткань тонкой кофточки.       Происходящее возбуждало, но ещё больше злило Гермиону. Этот гад при своей жене лапает её. Даже несмотря на то, что добрая миссис Малфой не против. Да как он смеет! — Я покажу тебе! — воскликнула она возмущённо и стряхнула его руку.       Гермиона подсела с другой стороны, за спиной Астории, и очень медленно провела руками по её бедрам, талии, поднимаясь выше. К груди. И дотронулась до её обнаженных плеч.       Блондинка замерла. — Не останавливайся… Соси его, как вкусный леденец… — прошептала Гермиона ей на ухо, продолжая гладить и ласкать нежную кожу аристократки.       Та взбудораженно вздохнула и принялась стараться дальше, а Гермиона подняла взгляд на кусающего губы Малфоя. — Смотри… — прошептала Гермиона, и тот раскрыл глаза шире.       Она стянула лямки сарафана и лифчика Астории ниже, чтобы её белая упругая грудь вывалилась наружу. И Гермиона, глядя прямо в потемневшие глаза Драко, облизала свои пальцы и стала ласково массировать розовые возбужденные соски аристократки. Та громко застонала, сотрясая член мужа вибрацией своего голоса. Драко выдохнул через открытый рот: — Чёрт… Это прекрасно…       Грейнджер делала всё так, как сделала бы для себя. Она тихо шептала Астории, направляя её губы, язык и рот. При этом руки Гермионы без остановки доводили блондинку. Она играла на ней, как на музыкальном инструменте. Астория вкусно пахла цветами и свежестью, и Гермиона целовала её плечи, гладила её бедра, иногда касаясь её промежности, пока та делала всё для своего мужа. — Драко, коснись своей жены между ножек… Она хочет этого… — проговорила Гермиона и направила руку аристократа в жаркое влажное лоно его жены.       Драко кусал губы и стонал, наблюдая за разгоряченными девушками. Его рука что-то вытворяла в трусиках жены, отчего та громко ахала, пытаясь сделать совершенно потрясающий минет. Гермиона, заметив что они оба подходят к пределу, скользнула пальчиками в штаны к Малфою и ласково сжала яички, страстно шепча своей ученице: — Никогда не забывай о его мошонке… — Драко вздрогнул и громко вскрикнул: — О, Мерлин… Твою ж магию! — и он беспомощно дёрнулся, кончая своей женушке в рот, а Астория от неожиданности проглотила его фонтан и тоже застонала, судорожно изгибаясь под пальцами мужа между ног и руками Грейнджер на её пышной груди. — Прости, дорогая… Я не успел тебя предупредить… — еле дыша выговорил Драко. — Ничего, милый… Мне даже понравилось… — прерывисто выдохнула та, упав на спинку дивана рядом с ним.       Драко повернул порозовевшее лицо к жене и, склонившись ближе, осторожно поцеловал её в щеку. Видимо, брезговал пробовать вкус своей спермы с её губ. — Спасибо, Тори… — Драко по-хозяйски вернул лямки сарафана и лифчика обратно Астории на плечи, скрывая её грудь.       Та блаженно улыбнулась. — Это не мне, это нашей Мими спасибо!       Она схватила Гермиону за руку, горячо поцеловала её ладонь: — Ничего, что я называю тебя Мими? Мерлин, ты волшебница… Это… Это было невероятно…       Гермиона легла около неё, ощущая внутри себя пульсацию неудовлетворенного возбуждения и грохот мыслей о том, что она поступила непрофессионально. Очень непрофессионально. Она безэмоционально уставилась в потолок: — Ничего, Тори… Эм… Драко, твоя жена больше не боится минета… Следующий шаг с тебя…

***

      Боже… Наконец-то они ушли…       Гермиона встала у шкафа и дотронулась до своих промокших трусиков. Эти двое были прекрасны и ужасны одновременно. Они оба, словно два сексуальных вампира, заставили её сделать им хорошо, но оставили совершенно раздраженной…       Ей хотелось… продолжения… Она облизала губы. Сдвинула трусики и прошлась пальчиками по своей возбужденной влажной плоти. Одно только воспоминание о том сумасшествии, что произошло совсем недавно в её кабинете, заставляли Гермиону гореть. Она оттянула вырез кофточки, дотронулась до груди и сжала отвердевший сосок, жаждущий ласки…       Мерлин… Да…       Острое желание пронзило её ещё сильнее… Ей нужно что-то внутри… Она двигала пальчиками по своим разгоряченым складочкам, задевая клитор… Всё быстрее и быстрее, но это было не то… Перед её глазами встал идеальный, прекрасный… — Представляешь мой член, Грейнджер? — услышала она хриплый голос около уха и застонала, чувствуя, что все её тело завибрировало от возбуждения.       Гермиона ахнула, когда его пальцы ворвались внутрь, а горячий рот с тихим стоном прошёлся по шее. Мягкий бархатный язык жадно лизал, а зубы оставляли острые отметины. Все произошло так быстро и неожиданно, что Гермиона закричала, когда содрогнулась от оргазма. Сильные руки крепко обняли её, держа за грудь и обнажённые бедра. — Малфой… Ты же ушёл… — еле выговорила она. — Я забыл кое-что доделать… — Гермиона обернулась и увидела, как Драко облизывал свои пальцы, только что побывавшие в ней, его глаза горели огнём, и он тяжело дышал. — Спасибо тебе, Грейнджер, за науку… Сладкая, клубничная, дрянная девчонка в короткой юбке…       Его язык вновь опалил её шею, и Малфой исчез за дверью кабинета.       Она думала, что это был конец, но это было начало падения…