Чёрное Солнце: Чума

У Инспектора полиции готова была взорваться голова, пока он слушал разгневанную миссис Филифьонку. Она ворвалась внутрь и начала ругать его за… Ну, он не знал, за что. Женщина безостановочно молола чушь последние пятнадцать минут. - Госпожа Филифьонка, вам нужно остановиться. Я не понимаю ни слова из того, что вы говорите! – довольно громко и быстро сказал Инспектор. Когда она наконец замолчала, он сказал: - А теперь начните с самого начала, и не торопитесь, пожалуйста. Миссис Филифьонка наклонилась и принялась рыться в рюкзаке. Инспектор подумал, что наверняка не придал бы этому значения, когда был новичком. Сейчас же он терпеливо ждал, пока Филифьонка найдёт то, что ей нужно. Когда она наконец нашла, то распрямилась так быстро, что её спина неприятно хрустнула. Инспектор поморщился. Филифьонка с недовольным ворчанием кинула на стол целый куст, с землёй и корнями. Инспектор вопросительно смотрел. - Вот в чём проблема, господин Инспектор! Инспектор медленно вдохнул. Теперь он почувствовал головную боль ещё сильнее. - Что это такое, миссис Филифьонка? - Один из моих кустов. - Да, я это вижу. Почему ваш куст у меня на столе? - Чтобы показать вам, что с ним сделали эти варвары! Инспектор полиции ущипнул себя за переносицу. - Кто эти варвары и что именно они сделали? Филифьонка жёстко ткнула пальцем в куст: - Они объедают мой сад уже две недели как! - Повторюсь — кто они? - Не знаю! Я просто знаю, что каждую ночь слышу шум, иду проверять, никого не вижу, а с утра обнаруживаю, что кто-то объедает мой сад! - Хорошо, хорошо, пожалуйста, успокойтесь, - Инспектор потёр виски, - Как вы думаете, может ли это быть животное? Филифьонка не ответила. Инспектор вздохнул. - Я передам это садовнику, может быть он сможет узнать, кто ест ваши продукты. - Садовые растения, - поправила миссис Филифьонка, принюхиваясь. - Разумеется. Я уверен, что он сможет распознать, от чьих зубов остались эти следы. Она ведь не уйдёт, пока он не пообещает ей этого. Филифьонка кивнула. - Спасибо, - уже уходя, она останавливается у двери. Оглядываясь через плечо, она заговорщическим тоном сообщает: - А ещё я видела, как Муми-тролль отправляется в лес. Опять! Инспектор застонал. - Госпожа Филифьонка, мы уже проходили это... - Я просто думаю, что ребёнку не стоит быть в лесу одному. Кто-нибудь вообще знает, что за твари там водятся? - Садовник? - Помимо него! Инспектору пришлось согласиться. Жители долины помнили многое об окружающем их лесе. В таком маленьком и сплочённом сообществе, как у них, обычно не лезут в чужие дела, но... - Мы очень ценим вашу заботу. Однако в этом нет необходимости. Мальчик умён и находчив. Да ведь только на прошлой неделе он помогал мне в участке. Хотя мне было немного неловко, что я подключил его к делу. Ему здесь было нечем особо заняться, - это был редкий случай, когда полиция действительно была нужна в Муми-доле. Филифьонка ещё раз фыркнула. - Отлично. Хорошего дня вам, Инспектор! - Дверь с резким грохотом захлопнулась за ней. Инспектор откинулся на стуле, глядя в потолок. Наконец-то немного отдыха. Было несправедливо так думать, но Филифьонка намеренно издевалась над людьми. Инспектор был уверен, что она всё прекрасно понимает. Чиновник посмотрел на забытый на своём столе куст. Филифьонка определённо наслаждалась своим умением выводить людей, с этим трудно было поспорить. На долю секунды он подумал о том, чтобы выбросить куст в корзину для мусора. Однако почти сразу он избавился от этой мысли. Он был слишком подготовлен к своей нервной работе, чтобы делать что-то подобное. Инспектор поднялся и направился к двери. Он запишет, что завтра после перерыва сразу же вызовет садовника. Перерыв от чего? От расследования варварского обгрызания кустов? Решения домашних ссор, вышедших за стены дома? Или как насчёт того случая, когда мистер Хемуль искренне верил, что кто-то украл его коллекцию марок, хотя на самом деле он просто положил их в ящик для носков? Инспектор стоял на крыльце и осматривал приятный глазу пейзаж. Он мог бы остаться в участке и умирать со скуки (днём и ночью), или пойти на прогулку и убедиться, что всё в порядке (по-прежнему, как обычно, всё в порядке). Прогулка определённо звучала лучше. Муми-тролль и Снусмумрик прибыли к участку. Они шли молча. Муми-тролль не хотел говорить, сосредоточившись на пути. Снусмумрик воспринял тишину как хороший повод для того, что бы запомнить дорогу. Даже самые мелкие детали имели значение, и Снусмумрик знал это, как никто другой. Когда они прибыли на место, Снусмумрик оглядел участок и понял, что его в действительности сложно было назвать таковым. Это было больше похоже на хижину, слишком маленькую, чтобы внутри одновременно находилось более трёх человек. Когда он спросил, Муми-тролль подтвердил это кивком. - Их двое — начальник участка и офицер полиции. Хотя, он больше инспектор, - тролль нахмурился. Снусмумрик сразу же обратил на это внимание. - Что случилось? Муми-тролль указал немного в сторону от хижины. - Филифьонка сейчас там. Снусмумрик последовал туда, куда указывал Муми-тролль. В конце пути оказалась небольшая группа детей. Они были красновато-коричневыми, в одинаковых красных пальто и остроконечных шляпах, с лицами, похожими на мордочку хорька. Они стояли в ряд, не двигались и не издавали ни звука. «Как скучно», - подумал Снусмумрик. Он повернулся к Муми-троллю. - Держу пари, ты знаком с этой… Филифьонкой? Муми-тролль кивнул. - Она что-то вроде соседки моей семьи. А ещё настоящая заноза в заднице. Снусмумрик задумался. - Почему бы и с ней не поразвлечься? Как там говорится? Двух зайцев одним выстрелом? Муми-тролль усмехнулся. - Потом. Я не хочу, чтобы её дети видели это. С ним определенно весело играть. Придется наслаждаться, пока есть такая возможность. Снусмумрик осмотрелся. Внутренний двор был немногим больше участка, его окружал забор. Муми-тролль жестом велел Снусмсмрику оставаться на месте. Муми-тролль вышел вперед, остановившись перед детьми. Они смотрели на него, но, казалось, не проявляли никакого интереса. Муми-тролль улыбнулся: - Эй, ребята. Где ваша мама? Один из них указал в сторону участка. Было слышно, как внутри Филифьонка на кого-то кричит. Муми-тролль смог разобрать только «кусты» и несколько слов, которые ему запрещалось говорить. Судя по звукам, это займет некоторое время. Что же, придётся действовать. Муми-тролль кивнул. - Я понимаю. Скажите, почему бы вам не пойти к нам домой? Мама будет готовить блины и клубничное варенье. Звучит неплохо, правда? Дети смотрели друг на друга со смесью неуверенности и соблазна. Они посмотрели куда-то между Муми-троллем и полицейским участком. Муми-тролль ободряюще кивнул. - Не волнуйтесь. Я скажу вашей маме, где вы. Обещаю. Это было всё, что требовалось. Дети отправились в Дом Муми-троллей. Муми-мама только что приготовила завтрак, здесь он не соврал. Оба его родителя всегда говорили ему о том, как важно спокойствие и хладнокровие. Муми-тролль смотрел им вслед. Было несколько забавно, как легко было заставить детей делать что угодно за вознаграждение. Он повернулся, чтобы позвать Снусмумрика, но обнаружил, что тот уже был перед ним. Тролль отступил на шаг. Снусмумрик скрестил руки за спиной, глядя на двор. Он подошёл к распахнутым воротам. Табличка на лицевой стороне гласила: ВНИМАНИЕ! ВЫСОКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ Снусмумрик, читая его, удивился: - Неужели? Муми-тролль пожал плечами. - Так было раньше. Его поставили, чтобы препятствовать правонарушениям несколько лет назад, но из-за того, что ничего подобного не произошло, его отключили. Наверное, табличку оставили на всякий случай. Снусмумрик задумчиво похлопал себя по подбородку. - Неважно. У меня есть идея получше. … Следует отметить несколько моментов. Во-первых, масло легко воспламеняется. Во-вторых, обращение с ножом требует умелых рук. … Снусмумрик и Муми-тролль ждали. Филифьонка удалялась быстрым шагом, ругаясь — должно быть, её дети опять в этом проклятом доме Муми-троллей! Муми-тролль стиснул зубы, но промолчал. Они подождали пару минут, пока инспектор не вышел. Убедившись, что в участке никого не осталось, они снова вышли из леса. Муми-тролль подошел к двери и небрежно открыл ее, войдя внутрь. Снусмумрик последовал за ним. Тролль стоял рядом и ждал. Снусмумрик подошёл к столу. Кроме куста на нём не было ничего примечательного. Он напевал, размышлял и медленно делал что-то на столе. У него было что-то вроде ручки, идеально лежавшей в руке. Даже в тусклом свете Муми-тролль смог разглядеть, что это нож, по блеску его длинного серебряного лезвия. Тролль молча смотрел, как Снусмумрик без колебаний разрезал себе руку и даже не зашипел, когда лезвие скользнуло по ладони. Порез, казалось, зажил ещё до того, как был закончен. Он дождался, пока кровь почти свернётся, прежде чем схватиться за лезвие. И тогда на ручке проступили руны. Вздох Муми-тролля вывел Снусмумрика из его сосредоточенности. Он поднял голову и увидел, что тролль смотрит на нож не с отвращением или ужасом, а с искренним восхищением. В этих голубых глазах было какое-то ликование, которое сам Снусмумрик испытывал много раз. «Это мило», - искренне подумал Снусмумрик. В темноте он позволил себе нежно улыбнуться. Муми-тролль осторожно коснулся ручки. - Что это значит? - Там написано: зажгите лампу. - Ой. Только и всего? Снусмумрик, не задумываясь, протянул Муми-троллю нож. Он начал обыскивать стол. - Не нужно же мне всё объяснять, смотри сам. Муми-тролль посмотрел на нож. Руны исчезли, ручка снова стала гладкой. Всё это казалось абсолютно нормальным, и Муми-тролль понял, что нож очень привлекателен своей простотой. Он подумал, что если нож способен сам объяснять, что делать, для этого и не нужен сложный дизайн. Снусмумрик наконец нашёл масляную лампу. Поставив её на стол, он порылся в карманах, и, найдя коробку спичек, зажёг лампу. Он подождал немного, но увидел, что огонь утих. Он нахмурился. Ну что ещё? Что-то покалывало его кожу. В темноте Снусмумрик разглядел, что это был куст, который Муми-тролль сунул ему в лицо. Муми-тролль ухмыльнулся. - Это хорошо подойдёт для розжига! Снусмумрик не мог с этим не согласиться. Не дожидаясь ни секунды, он взял куст и коснулся его веток затухающей лампой. Пламя ожило и почти сразу же зажгло куст. Снусмумрик отбросил его за спину. Двое наблюдали, как пламя становилось все больше и больше, потрескивая и извиваясь. Угол участка уже был охвачен огнём, и дым заполнял комнату. Пора уходить. Муми-тролль уже выбежал наружу, когда Снусмумрик вдруг повернулся назад. Он увидел всё больше разыгрывающийся пожар и бросил лампу в огонь. Он побежал за Муми-троллем, пока стёкла лопались, а дым окутывал и насквозь пропитывал собой одежду. … Снусмумрик нашел Муми-тролля глубоко в чаще, тот ожидал его на поляне с парой пней. Почти мгновенно тролль схватил его, и они стали танцевать какой-то неаккуратный, дёрганный танец. Смех Муми-тролля был громким и раскатистым, но в то же время таким лёгким и искренним. Снусмумрик был удивлен, обнаружив, что смеётся вместе с Муми-троллем. Когда двое наконец остановились, Муми-тролль выпустил его из рук и отошел. - А ты умеешь хорошо провести время! Снусмумрик поправил одежду, наблюдая, как тролль отворачивается от него, продолжая смеяться. Снусмумрик промолчал, но уголки его рта дернулись вверх. Это было весьма воодушевляюще, весь этот пожар. Муми-тролль остановился. - Я почти забыл! Он подошёл к одному из пней. Когда он повернулся и пошел обратно, Снусмумрик увидел нож в его руках. У него перехватило дыхание. Как он мог так просто забыть столь важный артефакт? Гнев закипел в его груди. Он никогда не был таким неряшливым. Он подавил эту мысль, когда тролль протянул ему нож. Тролль держал его за лезвие, чтобы Снусмумрик мог взять его за рукоять. Тот почувствовал, что его внезапный гнев сменился… чем? Благодарностью? Снусмумрик протянул руку. - Я уж было подумал, ты оставил его в разорённом полицейском участке. - Он же не мой, и вообще, как часто можно встретить такой нож? - удивился Муми-тролль. - Очень редко, - улыбнулся Снусмумрик, схватился за рукоять ножа, и лезвие разрезало ладонь Муми-тролля. Крик Муми-тролля был коротким, но очень болезненным. Он отшатнулся, сгорбился и схватился за окровавленную руку. Казалось, что его рука горит, и куда хуже, чем в тот раз, когда он случайно схватился за горелку. Его не волновало, что слёзы потекли по его лицу, и он медленно поднял руку, что бы осмотреть её. Разрезанная кожа стягивалась и срасталась на глазах, боль утихала почти сразу же. На ладони осталась только кровь. Муми-тролль встал и посмотрел на Снусмумрика. Снусмумрик не отрывал взгляд от Муми-тролля, прежде чем взглянуть на нож. Он вспомнил, как впервые прочувствовал рану от этого ножа и знал, что тролль чувствовал то же самое. Снусмумрик не собирался резать его, но теперь, когда это уже произошло, он был заинтригован — какое же сообщение появится на ручке? Долго ждать не пришлось. Руны чётко проступили на ручке. Снусмумрик нахмурился, читая сообщение. Он был сбит с толку и озадачен, что могло означать увиденное им сообщение. - Снусмумрик?…. Снусмумрик вернул нож в ножны. - Что? - Что… Что там написано? Снусмумрик не ответил на вопрос. Он подошел к Муми-троллю. Муми-тролль попытался отступить, но Снусмумрик не позволил ему. Он заключил тролля в объятия, если эту хватку можно было назвать объятьями, и крепко сжал его. Муми-тролль затих. Он даже не был уверен, дышит ли он. Затем голос Снусмумрика, низкий и властный, раздался прямо возле его уха. - Иди домой. Сейчас же. Не останавливайся и ни с кем не разговаривай. Муми-тролль ощутил, как весь мир ускользает от него. Снусмумрик почувствовал, как Муми-тролль напрягся, прежде чем выйти из его объятий. Он смотрел, как тролль побрёл в лес, его шаги затихли, Снусмумрик резко развернулся и пошёл в противоположном направлении. Идя по лесу, он вынул нож и осмотрел его. Руны все еще были там. … Инспектор стоял там, где когда-то был полицейский участок. Ничего не осталось, кроме выжженной земли и обугленного дверного проёма. Начальник полиции, должно быть, убьёт его. Инспектор был вне себя от радости. Наконец-то дело, которое он может раскрыть.