Часть 4
29 июля 2022 г., 10:18
— Я, конечно, понимаю, что завтрак — самый важный приём пищи, но ты опоздал на целый час, Юнги, — немного нервным от усталости голосом отчитывает парня Намджун. — Мы должны были встретиться с заказчиком. Ты должен был.
Мин поднимает на друга виноватый взгляд и протягивает ему его любимый кокосовый раф. Таким образом парень пытается показать, что действительно сожалеет и что это не очередной его творческий брык.
— Прости, Нам, — заметив краткий кивок, означающий, что его извинения приняты, Мин, заметно расслабившись, продолжает: — Мне нужно было подумать: в последнее время слишком много мыслей.
Намджун работает с Юнги вот уже восемь лет — так долго Кима ещё никто не терпел. Парень бывает чрезвычайно нудным и не в меру рассудительным, порой доводя окружающих до состояния летаргического сна. Однако большую часть времени Мин действительно может назвать друга источником света в кромешной темноте, а его милейшие ямочки и внушительный багаж высокого и не очень юмора заставляют простить все его косяки.
— Ладно, — усевшись в своё кресло, Джун делает несколько глотков своего сладкого бума и тяжело вздыхает. — Заказчик сказал, что лирика недостаточно чувственная. А биты превосходные.
— О, правда? Пусть тогда платит за биты и пиздует на все четыре стороны, гурман хуев, — саркастично закатив глаза, отвечает Юнги с явным раздражением в голосе.
Он и сам знает, что текст не огонь, но что ему с этим поделать? За свои двадцать семь лет он ни разу не влюблялся. Даже пик полового созревания прошёл гладко: пара девочек, пара мальчиков и никаких привязанностей.
— Не кипятись, — забавляясь такой реакцией брюнета, произносит Намджун. — Расскажи лучше, что происходит. Вчера со мной целый день не разговаривал, уставился в комп как баран. А ночью прислал смс, в котором говорил, какой я хороший друг и ваще красавчик, — парень поправляет чуть растрепавшиеся белые волосы, взволнованно уставившись на друга.
— Ох, ёпт, — смущённо зарывшись лицом в ладони, Мин утробно рычит. — Надо завязывать пить. Да. Скоро завяжу. И не только с алкоголем — со всем, — тяжело вздохнув в конце, Юнги наконец переводит взгляд на Намджуна. Тот сидел нахмурившись, видимо, серьёзно испуганный его словами.
— Что ты несёшь? — Нам отставляет свой напиток на столик и складывает руки у лица, всем своим серьёзным видом демонстрируя, что он готов выступить в роли отменного слушателя и мыслителя. — Рассказывай.
— «Ласт» был. У меня, — Юнги произносит это спокойно, почти безэмоционально, даже голос остаётся ровным. И кажется, что всё действительно не так страшно, пока Намджун не заглядывает в глаза напротив — погасшие, почти безжизненные, с едва заметно плещущимся на их дне отчаянием. Юнги очень больно.
— Блять, — раздаётся в студии спустя длившуюся вечность минуту молчания.
***
Вероятно, ждать, что Юнги позвонит ему в ближайшие несколько часов, весьма глупо, но Чимин ждёт, то и дело поглядывая на экран своего телефона, однако новых уведомлений о звонках или смс там так и не наблюдается. — Ты меня слушаешь? — немного обиженно спрашивает Тэхён, замечая чрезмерную заинтересованность парня собственным гаджетом. Довольно изнуряющая репетиция подошла к концу, и теперь у уставших актёров оставалось немного свободного времени перед окончанием рабочего дня. Пока Чимин лежит на диванчике в общей гримёрке, наслаждаясь возможностью растянуться на горизонтальной поверхности, Тэхён сидит неподалёку в кресле-качалке и возбуждённо тарахтит о вчерашнем вечере, проведённом в компании милого официанта. — Да-да, я слушаю, — Пак переводит взгляд с дисплея на сияющего ярче новогодней ёлки Кима. — Ты говоришь, что Чонгук был в курсе, что ты пялился на него два месяца, и специально взял выходной, чтобы наконец-то познакомиться с тобой? Щёки Тэхёна вновь становятся пунцовыми, и парень глупо хихикает, принимаясь весело раскачиваться туда-сюда в своём кресле. — Я думал, что сгорю от стыда, но он быстро сменил тему, так что мы просто болтали до самого закрытия, — Ким широко улыбается, мечтательно прикрывая глаза. — Ведёшь себя как влюблённый придурок, — весело усмехается розововолосый. — Я и есть влюблённый придурок. — Так и чем закончилось ваше свидание? — любопытствует Чимин, перекатываясь на живот и укладываясь щекой на подлокотник. — Он вбил в мой телефон свой номер, подписав зайчонком, — наблюдать за Тэхёном сейчас одно удовольствие: несмотря на явное смущение, на лице у парня по-прежнему красуется яркая квадратная улыбка — искренняя и счастливая. — А ты как у него записан? — Чимин не может не улыбнуться в ответ: он по-настоящему рад за друга. Ким на пару секунд замолкает, словно пытаясь потянуть время, и, потупив глаза в пол, тихонько пищит: — Смурфик. — Очень оригинально, — Чимин весело хохочет, едва заметно закатывая глаза. — Эй! — возмущается Тэхён. — Не наезжай на моего зайчонка! А то я наеду на твоего любителя блинчиков… Кстати! Как твой план? Ты виделся с ним? — Ким нетерпеливо ёрзает на сидении, ожидая очередного рассказа. — Я дал ему свой номер! — гордо делится Пак и, немного подумав, добавляет: — И ты прав: он снова ел блинчики, — улыбаясь этому факту, Чимин приподнимается с дивана, чтобы захлопнуть отвисшую челюсть друга. — Как ты это делаешь?! — откинув голову на спинку кресла, Ким тихо воет: — Зайчонок мне так и не написал. — А ты чего не напишешь? — недоумённо спрашивает розововолосый. Тэхён поднимает голову с таким видом, будто друг сказал что-то поистине идиотское. — Дай телефон, — командует Пак, и Ким тут же подрывается, всовывая свой мобильник в его руки. Чимин находит в списке контактов заветное «Зайчонок» и, на секунду задумавшись, принимается что-то быстро печатать. — Только не переборщи, пожалуйста, — умоляет Тэхён, пытаясь подсмотреть в экран. — Я и так вчера полвечера как помидор сидел, — стараясь уловить хоть часть сообщения, парень даже залезает на ноги Чимина, которому, кажется, лишний груз вовсе не мешает. — Отправил. Ждём, — Пак кидает мобильник на диван, тут же расплываясь в подозрительно хитрой ухмылке. Ким, почуяв неладное, тут же бросается к телефону и, судорожно разблокировав его, пробегает глазами по тексту сообщения. «Во сколько ты сегодня заканчиваешь? Я хочу тебе кое-что показать 😉» — Чимин! Я не могу так сразу! — жалобно ноет Тэхён, взглядом побитой собаки смотря на друга. — Зачем ты так? — Что ты не можешь, извращенец? — Пак весело подмигивает ему, вытаскивает из кармана ключи и, чуть поболтав ими перед ошарашенным лицом друга, добавляет: — Возьми их. Это ключи от театра. Я сказал, что хочу порепетировать подольше. Приведёшь своего зайчонка посмотреть на твой второй дом, — Чимин кидает Тэхёну связку и тепло улыбается. Тэхён, до глубины души тронутый такой явной заботой Чимина, лишь смущённо поджимает губы, зачем-то сдерживая рвущуюся на лицо широкую улыбку, и искренне благодарит розововолосого, налетая на того с крепкими объятиями.***
Разумеется, Намджун уже давно в курсе про «Ласт». Ким гордо носит звание лучшего друга Юнги ещё со средней школы. В те времена они вместе записались в баскетбольную команду, что, к слову, абсолютно не пришлось по душе старшим игрокам, которые принимали в свой состав только самых крутых. Юнги и Намджун никогда не входили в круг элиты, так что востребованными в команде не являлись — их даже прессанули в школьном туалете. Ну, вернее будет сказать, что хотели прессануть: Мин и Ким, слаженно сработав, раскидали всех мажоров по кафелю. С того самого дня их дружба была скреплена кровью. Всё-таки двое на четверых — не лучший расклад. В старшей школе парни серьёзно увлеклись рэпом. Один начал — другой подхватил. И уже через пять лет усердной работы ребята неплохо прославились. Скопив приличную сумму, они открыли небольшую компанию, где промышляли написанием музыки и текстов на заказ, а оставшееся время посвящали собственным альбомам. Намджун свой уже выпустил — даже получил неплохие отзывы критиков, — а вот Юнги всё тянет. В целом он доволен — не каждый сможет так кропотливо сидеть за работой, — но чего-то как будто не хватает. И пока он не поймёт, чего именно, — альбом не увидит свет. — Как раф? — закончив свой небольшой рассказ об ощущении последнего дождя, спрашивает Мин в попытке перевести тему. — Какой нахер раф? — возмущённо вскрикивает Намджун. Человеку, не знавшему его так хорошо, как Юнги, со стороны может показаться, что парень очень зол. Вот только Мин знает, что прячется за маской видимой злости: Ким очень расстроен. — Джун, так бывает. Всё нормально, — на самом деле всё не нормально, но для сохранения психики Намджуна в более-менее оптимальном состоянии лучше притвориться, что всё действительно не так плохо. — Помоги мне лучше советом, — вновь переводит тему Мин, и это работает: Ким заинтересованно смотрит на друга — он готов ради него на всё. — Куда сводить на свидание ангела, чтобы он запомнил это на всю жизнь? Намджун так не ломал мозг со времён вступительных экзаменов. Тогда по всем предметам он набрал сто баллов, но теперь, услышав странный вопрос Юнги, уходит в минус. — Я не успеваю за твоими мыслями, — похлопав себя по щекам, Ким тяжело вздыхает. — Ты теперь и ангелов видишь? — спрашивает он, изумлённо вскинув бровь. — Только одного. Вчера — как раз после «Ласта» — он подсел ко мне в «Рассвете», — Мин не может сдержать улыбку при одном только упоминании Чимина. — Я немного пофлиртовал с ним и ушёл. И никак не рассчитывал, что на следующий день он придёт снова. Мало того, это чудо сунуло мне свой номер. Рэпер демонстративно достаёт сложенный вдвое листок с номером и, развернув его, впервые вглядывается в аккуратно выведенные блестящей голубой ручкой цифры. Этот розововолосый… Откуда он вылез? Точно ангел. Или сказочный персонаж. — Ты серьёзно? Я думал, что у тебя стиль старой девы, — поймав суровый взгляд друга, Намджун поднимает руки в сдающейся позе. — Что? Ты же никогда ни с кем не встречался! — И чё? Как я, по-твоему, клею себе партнёров на ночь? — Юнги саркастично выгибает бровь. — Я думал, ты им платишь… Реплика Намджуна заставляет обоих парней уставиться друг на друга в ожидании чего-то, пока Мин не срывается и не начинает громко смеяться, нелепо трясясь всем телом. Ким тоже не остаётся в стороне: хлопая ладонью по собственному бедру, парень, не уступая по громкости другу, принимается дико хохотать. Возможно, в самой ситуации и нет ничего, что могло вызвать такую реакцию, но парням просто необходимо выпустить пар и напряжение, скопившееся после не самого весёлого рассказа Мина. Спустя несколько минут непрерывающегося смеха ребята наконец утирают выступившие в уголках глаз слёзы и решают хоть немного поработать: их общий друг давно просил подкорректировать его новый трек перед выпуском. А по окончании рабочего дня решено отправиться в бар: есть, что обсудить, да и мрачные мысли не с таким напором лезут в хмельную голову. Заказав по стакану виски, рэперы занимают столик поодаль от бара, чтобы здешний шум не отвлекал от беседы. — Когда будешь звонить? — Ким делает глоток и слегка морщится, ощущая, как напиток обжигает горло. — При тебе уж точно не буду, — хмыкает черноволосый. — Но сегодня планирую, а то он мне уже мерещится, — Мин усмехается, переводя плавающий до этого по залу взгляд на друга, но затем, будто опомнившись, вновь возвращает его к розовой макушке. Не мерещится. Обладатель розовой копны волос действительно стоит возле барной стойки, сияя счастливой улыбкой и смеясь наверняка очень звонко — Юнги даже жалеет, что из-за играющей музыки не имеет возможности это услышать. — Розовые волосы на десять часов, — даёт знак Джуну, не смея оторваться от разглядывания чужой фигуры, сейчас не скрытой под тёплым пальто. Парень, оказывается, очень стройный, с изящной осанкой — без намёка на лёгкую сутулость. Намджун, немного не догнав сначала, о чём речь и на кого так откровенно залипает его друг, всё же смотрит в указанном направлении и действительно видит очаровательно улыбающегося парня с выкрашенными в розовый цвет волосами. Юноша рядом с ним, не менее привлекающий внимание голубой шевелюрой, весело переговаривается с их с Юнги общим знакомым — Чонгуком. В эту же минуту розововолосый, будто чувствуя на себе пристальный взгляд, оборачивается чётко в их сторону. — Чёрт, а он красавчик, — выдаёт Намджун, вновь повернувшись лицом к Юнги. — Наверное, тебе лучше подойти, — и, как только Ким договаривает это предложение, сбоку мелькает чей-то силуэт. — Чимин. Это мой друг — Намджун, — Юнги жадно рассматривает лицо подошедшего к ним парня. — Намджун, это Чимин, — представляет он, не смея отвести взгляд от прекрасной улыбки Пака. Джун ждёт, что Чимин взглянет на него, чтобы поздороваться, но тот, будто не замечая его присутствия, продолжает внимательным взглядом изучать расплывшегося в тёплой ухмылке Юнги. — Кхм, — привлекает к себе внимание Ким. — Привет, Чимин, — он протягивает руку наконец повернувшемуся к нему новому знакомому, дружелюбно улыбаясь. — Юнги рассказывал о тебе. Последняя реплика, видимо, была лишней: Мин пинает его по ноге под столом, впрочем, так и не посмотрев на друга. — О, я польщён, — щёки Чимина — насколько тусклое освещение бара позволяет заметить — чуть покрылись румянцем смущения. — Ты с другом? — продолжает разговор Намджун, понимая, что Юнги сейчас слишком занят созерцанием своего ненаглядного ангела. — Да, — кивает Пак, махнув рукой в сторону мило болтающей пары неподалёку. — Это Тэхён. Но он сейчас пойдёт на свидание. — С Чонгуком? — неожиданно обретает голос Мин. Лицо Чимина удивлённо вытягивается: он явно не ожидал, что ребята знают официанта. — Вы знакомы? — чуть настороженно спрашивает Пак. — Он как-то записывал у нас песню. Отличный голос, — хвалит парнишку Джун. — Вроде как для своей девушки, да? — он уточняет деталь у Мина и, получив кивок, продолжает: — Но она оказалась той ещё стервой. Мы выступили тогда в качестве поддержки. Если говорить честно, я плохо помню тот день… — Намджун смущённо трёт затылок, неловко улыбаясь и демонстрируя свои ямочки. Пак с некоторой опаской оглядывается на Чонгука, что-то оживлённо рассказывающего ярко улыбающемуся Тэхёну. — Не волнуйся, Чимин, — мягко произносит Мин, вновь обращая внимание Пака на себя. — Чон не причинит ему вреда. — Я тебе верю, — хоть Чимин и улыбается, произнося это, Юнги замечает серьёзный взгляд, обращённый к нему. Пак действительно полностью ему доверяет. На секунду в голову Мина пробирается мысль: необходимо на законодательном уровне запретить быть таким милым. Пак абсолютно точно получил бы за это пожизненный срок, зато спас бы Юнги от сердечного приступа. — Хочешь прогуляться? — неожиданно для самого себя спрашивает Мин. — С удовольствием, — Чимин вновь улыбается, и Юнги больше всего желает, чтобы улыбка никогда не сходила с его очаровательного лица. Ребята быстро прощаются с ехидно посмеивающимся Намджуном и пробираются через подвыпившую толпу танцующих тел к выходу. Оказавшись на улице, Юнги может облегчённо вздохнуть: прохладный ветер остужает чуть захмелевший из-за бокала виски разум. Или же причиной состояния лёгкого опьянения послужила неожиданная встреча с Чимином? Несколько минут парни идут не спеша, молча наслаждаясь компанией друг друга. Пользуясь возможностью, Мин вновь сосредотачивается, прислушиваясь к своим ощущениям. Что ж, либо концентрация его в последнее время подводит, либо «Ласт» действительно не даёт о себе знать. Значит, время ещё есть. Температура воздуха постепенно снижается — Юнги вздрагивает, ощущая пронизывающие порывы холодного ветра, усиливающегося перед наступлением ночи. Мин переводит взгляд на шагающего рядом Чимина: парень едва заметно ёжится и прячет руки в карманах пальто — явно начинает замерзать. Юнги уверен, что ощущения тепла не добавляет и отсутствие розового шарфа — изящная шея полностью открыта. К слову, данного атрибута он не наблюдал и утром. Неужели парень действительно тогда так спешил к Мину, что совершенно забыл надеть свой шарф? — Куда пойдем? — прерывает роящийся поток мыслей Чимин, заинтересованно глядя на Юнги. — Я покажу тебе свою студию. Идти не очень далеко, но всё же… — Мин замедляется, заставив и Чимина остановиться в недоумении. Юнги небрежно стягивает с себя свой чёрный шарф и, пользуясь абсолютным замешательством розововолосого, сокращает между ними расстояние и бережно обматывает им чужую шею. Широко раскрытые в удивлении глаза, внимательно рассматривающие его лицо, сильно смущают Мина, но он стойко продолжает своё занятие. Закутав Пака шарфом по самый нос, Юнги удовлетворённо улыбается, гордясь проделанной работой. — Пойдём, — произносит Мин, с трудом заставляя себя отойти от замершего Чимина. — У меня есть шикарный кофе-аппарат. Правда мы с ним не особо ладим. Кажется, он меня недолюбливает. Вся надежда на тебя, — Юнги тепло улыбается, вновь переводя взгляд на своего спутника. — Я постараюсь справиться, — легко хихикнув, произносит Пак и, уткнувшись носом в чужой шарф, чуть тише добавляет: — Иначе нам придётся идти ко мне: моя кофемашина меня слушается. Осознавая услышанное, Мин невольно краснеет — благо резко нагрянувший румянец можно связать с тем, что он замёрз.
