Pair of scissors

Летний дождь заканчивался звонким пением цикад. Моросило неприятно и липко. Бледные облака нездорового цвета уже уплыли за небоскрёбы, а земля сушилась под жарким солнцем. Оно, кстати, только-только вышло и сразу стало бить лучами. Девушка спустилась по лестнице, стуча по плитке каблучками туфелек, которые были куплены ещё в старшей школе. Их потёртые носики выглядели ещё свежими, девчонка явно не успевала выгуливать обувь в подростковом возрасте. Туфли сидели ещё туго. Она подняла голову, держась за перила. Казалось, что белый луч может ударить ей в лицо и столкнуть с ног. Юбка в клетку из ярких розовых и чёрных тонов даже не шевелилась, ветра не было, на улицах Токио стоял жаркий воздух. Она поправила белую блузку с широким ажурным воротником и собиралась сделать шаг дальше. — Мидори, — послышалось сзади. Она повернулась: позади стояла девушка ниже на пару сантиметров. Она была одета в почти такую же одежду, как и Мидори. Окликнувшая помахала подруге одной рукой, в другой она держала лакированную сумку чёрного цвета, а на ручке висел пушистый брелок, такой же, как у подружки. — А, Мэйко! — обрадовалась она. — Ты немного поздно... — У Мидори был очень приятный низкий голос. Она никогда не кричала, а её тон не менялся. — Извини, — выдохнула Мэйко и подошла к подружке. — Я ошиблась поездом... Думала, что еду на верном, но хорошо, что этот останавливается раньше моего, а то уехала бы куда-нибудь, в Нагано... Мидори засмеялась и похлопала подружку по плечу. Они взялись за руки и пошли вперёд. — Ну, туда ты точно не доехала бы, даже если бы попыталась. — Ну да, — закатила глаза подруга с улыбкой и поджала узкими голыми плечами. — Если мы не поторопимся, то опоздаем на урок. — Да, прости ещё раз, — девушка сжала ладонь подруги и стала идти быстрее. Мидори тоже ускорилась, и вскоре они были уже в аудитории. Они дружили ещё с начальной школы, поэтому в университет они пошли тоже вместе. А учились они дизайну. Мэйко много сомневалась в том, чем она хочет заниматься, а у Мидори был целый багаж планов на жизнь, поэтому она потянула подругу с собой на дизайн, а также на работу в салоне. Пройдя курсы визажиста всего за несколько месяцев, девушки получили короткую практику в салоне центра Токио, где их взяли сразу после выдачи сертификата. Мидори всегда оперативно занималась сразу несколькими делеми: тут она шьёт юбку-солнце, а тут стрижёт пожилой женщине модную стрижку, заглядывая одним глазком в журнал «SHOXX». Родные дома девушек были в другом городе, даже в другой префектуре. Они не стремились переехать из своего посёлка, будучи детьми, но Мидори первой загорелась такой идеей, когда старший брат отправил ей заграничные журналы с прилавка в токийском торговом центре. «Chanel», «Valentino», «Vivienne Westwood», «Anna Sui» и другие модные дома вскружили голову юному подростку, поэтому Мидори взялась за все ткани в доме и стала перешивать одежду всех в семье (даже стащила занавески из комнаты брата, «Он ведь там не живёт» — так она обосновала своё действие). А мама с каждым месяцем, наблюдая за успехом девочки, начала понимать её страсть к одежде, поэтому позволяла дочке брать всю ткань, за которую Мидори ухватится. А позже, мать начала покупать разные материалы и нитки. Комната девочки превратилась в мастерскую, можно было найти спящую девушку на полу, а новое платье аккуратно лежало на постели. Увидя такое, мама думала, что дочка сходит с ума от этих тряпок, но она хотя бы чем-то полезным занимается, поэтому лучше, если сойдёт с ума от такого занятия... — Смотри, — Мэйко указала в окно и вскинула бровями. Мидори махнула на подругу и с ухмылкой посмотрела в окно. Оно было открытым, и сквозняк между двумя корпусами теребил окрашенную в бордовый цвет чёлку. Мидори уставилась на двор, где обедала преподавательница английского языка. Сегодня Кристина одета в обычный костюм с золотой брошью на воротнике. Женщине явно нравился Париж. Две юные девушки буквально пялились на учительницу из окна и обсуждали одежду женщины. Освободившись, они, стуча каблучками, побежали в салон. День проходил как обычно, плавно перетекая в вечер. Они вышли, воспользовавшись служебной дверью, её обычно тяжело открывать. Пр пути они стали обсуждать скучную работу, в которой Мидори стала сомневаться со временем. Но для Мэйко эта работа была интересной и успокаивающей, ведь делать причёски и красить лица — никак не может наскучить, каждый раз нужно стараться, чтобы угодить и себе, и клиенту. — Тогда, мне точно нужно поискать новую работу... — Мидори потёрла лоб тыльной стороной ладони и поправила чёлку. Её кисти в конце дня всегда смазаны жирным кремом, поэтому руки у неё всегда приятно пахли ванилью. — Ты серьёзно? — Мэйко наклонила голову, смотря прямо на подругу. — Да... — она покачала головой, подтверждая свои слова. — Это дело давно не приносит мне тот интерес, который я хотела... — Мы же только два года работаем... — Какая разница? — Мидори улыбнулась. — А где ты хочешь работать? — В кофейне, или в журнальной компании, или учительницей, или поварихой в ресторане... — перечисляла она. — Стой, я про реальные цели. Ты не можешь работать учительницей или поварихой без специальных удостоверений и квалификации, но еда у тебя вкусная получается, особенно печенье... — Сказала Мэйко. — Я завтра схожу в бутик с одеждой, он там давно стоит, но всего одна продавщица, она и основательница этого магазина. — Сообщала Мидори. — Да и квалифицироваться я всегда могу, если серьёзно захочу быть учительницей, — она отмахнулась. — Э-ээ, а ты быстро... — удивилась подруга. Утром Мидори надела любимое чёрное платье с рукавами-фонариками и белой вязаной каймой на подоле. Она дополнила образ красными носочками и чёрными туфлями в стиле «Мэри Джейн». Блеск на губах напоминал сладкую клубнику в карамели, а кудрявые волосы собраны назад бархатным ободком цвета её носков. Взяв сумочку с обувной полки, она выбежала, не забыв закрыть дверь на ключ. Брелок с «Хэллоу Китти» прозвенел колокольчиком внутри него и спрятался во внешнем кармане сумки. Мидори всегда шла с идеальной осанкой, а на её свежий флейш оборачивались прохожие. Её всегда забавляло то, как на неё смотрят дети, она вспоминала даже себя. Когда она была маленькой девочкой, она смотрела на очень привлекательных людей и мечтала в будущем быть как они. — Нориаки Мидори... — стройная молодая женщина, лет тридцати, одетая в облегающее белое платье, посмотрела на анкету, а потом на девушку. Она сидела на бархатном бортовом кресле с широкими подлокотниками, под её боками лежали две длинные подушки с бахромой, а длинные пальцы с красным лаком листали резюме. — Да, — Мидори кивнула головой. — Учишься на дизайнера, но занимаешься этим делом с подросткового возраста... — процитировала она задумчиво. Некая надменность послышалась в её тоне. Мидори снова кивнула и гордо подняла уголок губ, хотя ей больше стало смешно с описания себя. — Какой пирог тебе нравится? — внезапно задала вопрос она. — Коябу сан?.. — Мидори назвала её имя. Её изогнулись, но девушка не выдала лёгкого замешательства. — А, можешь звать меня Нао. — Женщина медленно махнула рукой в сторону. — Так, что там с пирогом? — Нао сан, я предпочитаю тонкое тесто и сладкую начинку, особенно вишнёвую, но не откажусь от яблочного с арахисом или шоколадного с бананом. А если начинка несладкая, то я люблю плотное тесто и грибы или сыр, — вдаваясь в подробности, Мидори вспоминала все кафе, в которых она успела побывать за жизнь в Токио. — Я возьму кофе к пирогу и не откажусь от ягодного чая, но это по настроению. Обычно я беру интересные сочетания вкуса... — думала она продолжить. — Мы с тобой поладим, — улыбнулась Нао. — Можешь устраиваться удобнее и изучить каталог. Мидори попала сюда так быстро из-за отсутствия других желающих работать в магазине одежды. Она уже работала тут несколько недель и была довольна этим делом. Июнь кончался, а магазинчик «Curios Tokyo» зажигал тёплые фонари каждый вечер, каждые три дня Коябу меняла цветы в вазе, которые наполняли магазин приятным лёгким ароматом. Как уже стало понятно, две работницы обедали весело, бурно обсуждая бытовые вещи и вкус пирожных. Множество девушек и парней заходили в этот бутик, чтобы приобрести несколько платьев в винтажном стиле или в популярном для этого времени «Visual Kei», которые стояли по другую стену магазина и ярко выделялись. Кожа и латекс не совсем подходили к интерьеру с мелкими цветочками на обоях и коричневому паркету, довольно старому. — Может, уберём их за шторку? — стуча пальцем по подбородку, подумала Коябу. — Но за ними некоторые приходят, пусть стоят, и мне нравятся, такие яркие и крутые... — Мидори провела рукой по вешалке. Тонкий латекс уже покрылся пылью, что Мидори попыталась скрыть, заведя руку за спину. — Ну, пусть стоят. Коябу подошла к зеркалу, надела бежевую шляпку и взяла сумку в руки. Она сказала, что сходит за кофе. — Особые пожелания? — Я буду капучино, пожалуйста, — попросила Мидори. — Без сахара, — как обычно, зная последующие слова девушки, добавила Коябу. — Спасибо, Нао сан. Девушка улыбнулась начальнице и осталась в магазине одна. А вскоре колокольчик зазвенел на двери. Он был тихим и даже нежным, маленьким, его привезла Нао из Англии. Внутрь вошёл парень с крашенными в розовый цвет волосами. — Добро пожаловать, — Мидори поклонилась головой гостю. Парень в ответ улыбнулся. Девушка узнала его. — О, вы... Надеюсь, прошлая покупка не разочаровала вас. — Что вы, вещи здесь прекрасны и по виду, качеству, цене. Просто, мне захотелось брать вещи именно у вас, — он оглянулся. — Нао сан? — Нао сан вышла за обедом, — сообщила Мидори. — А-а, — протянул он и посмотрел на бейджик, на груди девушки. — Спасибо, Мидори. Улыбнувшись, парень стал разглядывать вещи. Он вытащил несколько рубашек с верёвочкой на воротнике и спрятался за шторкой раздевалки. Шторка была плотной и тяжело двигалась. Выйдя, он стал разглядывать себя в зеркале со всех сторон. Мидори подошла к нему с подобной рубашкой более тёплого, даже молочного цвета. — Я думаю, что эта рубашка подойдёт к коричневым или бордовым брюкам, которые вы брали в прошлый раз, — посоветовала она. — М-м... Может быть, — он сравнил две рубашки и взял ту, что в руках Мидори. — Я попробую эту. Вышел он уже в молочной. Она даже лучше сидела на нём. Парень не самый высокий, но носит обувь с каблучком, а само тело в форме, потому рубашка красиво смотрится на нём. Круглые пуговицы он застегнул не до конца и раздвинул воротник в стороны. На его шее висел жемчужный кулон. — Я просто должен взять её, она замечательная, — парень мило улыбнулся девушке и снова ушёл за шторку. Особо никаких эмоций Мидори в нём не заметила... Когда он вышел к кассе, Коябу уже вернулась. Она сразу заметила знакомого человека, частый посетитель. Отложив коробку с двумя стаканами капучино, она обратилась к парню: — Кавасэ, ходишь только к нам? — Конечно, Нао сан, — он посмеялся. — Что на этот раз? — Нао заглянула на кассу. К тому времени Мидори уже пробила покупку и сложила молочную рубашку крафтовый пакет с инициалами магазина «C♡T». — О, мне она тоже понравилась, я говорила это Мидори, правда красивая? — Ага, Мидори посоветовала её мне, теперь мне кажется, что это вы сказали ей продать эту рубашку, — посмеялся он. — Нет, что вы, — улыбнулась Мидори. — Эта рубашка очень красивая, я бы сама носила её, только она дорогая. — Когда новые вещи придут? — поинтересовался парень, пока не забыл. — Хм... Тогда, когда Мидори придумает их, — ответила Коябу. — А? — не поняла Мидори. — Вы дизайнерша? — Кавасэ обратился к девушке с искрами в глазах. — Я только учусь... — неловко улыбнулась она и засмущалась, приподнимая плечи. — Я обязательно приду сюда, когда завезут ваши вещи, — он снова улыбнулся и взял свой пакет с рук Мидори. — Ладно, я уже говорил, что зайду ещё. — Хорошего пути, — пожелала Мидори с румянцем на щеках. — Такуми — хороший парень, а? — Нао облокотилась о кассовую стойку. — Его зовут Такуми? — спросила Мидори. — Ага, Кавасэ Такуми. Он был одноклассником моего младшего брата в старшей школе. Оба были в бейсбольном клубе, а сейчас даже не разговаривают, ну ладно, не мои дела. — Вот как... В остальные дни ничего необычного не произошло. Всё было одинаково: лёгкий завтрак в один стакан, поход на учёбу, работа, обед, работа, ужин и разговор с Мэйко перед сном. Но во вторник двенадцатого числа Мидори встретила подругу у станции, где Мэйко обычно выходила. Они поприветствовали друг друга и пошли вперёд, обсуждая сегодняшние сны. Когда Мэйко закончила говорить своё, Мидори достала из сумки две бумажки. Только остановившись, Мэйко смогла разглядеть то, что написано на них. Это оказались билеты на концерт любимой группы подруг. Большими буквами на двух билетах прописано «KIRAKIRA». Искры в глазах Мэйко светились ярче, чем блестяшки на билетах, она радовалась весь день. — Где ты взяла их?! — радостно поинтересовалась она. — Купила, и на свои деньги, конечно же, — Мидори помахала билетами как веером перед лицом Мэйко. — У тебя же сегодня день рождения, поэтому я подготовила тебе подарок, а концерт... — ВИП билеты?! — Мэйко рассмотрела их и прервала поздравление подруги. — Пятнадцатого числа... — закончила Мидори.