А.т.т.и.л.а.

Астер Наблюдать за тренировками уже не так интересно, как раньше. Скорее всего, это вина Блэра, который слишком помешан на традициях. Я внимательно наблюдала за ним, пока он яростно кричал на какую-то блондинку. Ничего не меняется — как орал два года назад, так и орёт до сих пор. Как пёс, ей богу. Когда он только прибыл, сразу стало ясно, что он уже занимался фехтованием на Земле. Поначалу нам казалось, что это большой плюс: он занимался сам, в своём темпе, помогал обучать других, но через какое-то время мы заметили, в чём была его проблема. Парень был слишком обучен, как бы странно это ни звучало. Он не мог продвинуться дальше, потому что не мог отойти от того стиля, которому его обучали. То, что он уже знал, предназначалось для сражения с человеком, у которого тоже есть меч, но никак не для сражения с трёхметровыми инопланетными существами. Именно поэтому после неудачной вылазки он стал капитаном для новеньких, а не пошёл по карьерной лестнице. Пускать его на передовую было слишком рискованно и абсолютно все с этим согласились. Все, кроме самого Блэра. Он стремился вверх и факт того, что из-за одного прокола его спустили, злил не по-детски. Прокол то был один, вот только он мог стоить ему жизни и, если в тот раз ему повезло, что я была рядом, это не значит, что подобное повторится. И его агрессия всё только ухудшала. Я просто надеялась, что он не сделает из своей команды таких же, как он сам. Мне нужны бойцы со ртутами, а не гладиаторы. И хотя на первой тренировке он лишь научит их стойке и основным приёмам атаки и защиты, я всё равно пришла, чтобы проследить за ним. Его реакция на моё присутствие даже немного забавляла. Он то и дело косился в мою сторону, движения стали дёрганными и роботизированными, а голос в моментах срывался на хрип, от чего ему приходилось постоянно откашливаться. Такой смешной. У него были парочка новичков, которых я отметила как способных. Они и здесь преуспевали. Хорошая стойка, пальцы уверенно держали рукоять, а движения были, хоть и не идеальные, но уже вполне приемлемые. У остальных тоже не было больших проблем. Наверное, стоит заглянуть и к остальным командам, чтобы сравнить результаты. Я тяжело вздохнула, понимая, что очередной выходной проведу за работой. От этих новичков так много проблем и пока что они абсолютно бесполезны, только переводят продукты. Меня ужасно раздражало, что процесс шёл так медленно и ускорить его не по силам даже мне. Я итак сократила полугодовую программу до четырёх месяцев. Исключила все ненужные тренировки, некоторые наоборот совместила. И сейчас это определённо был наш предел. Поток мыслей мигом развеял металлический звон, неприятно ударивший в уши. Я окинула всю толпу быстрым взглядом и, кажется, нашла причину: какой-то парень стоял с трясущимися руками, возле его ног лежал меч, а напротив стояла знакомая мне пепельноволосая девушка, крепко сжимающая рукоять обеими руками. Её лезвие было направлено на него и выглядело всё так, будто она его атаковала, но по стойке можно было понять, что жертва здесь Изабель. Ноги стоят неуверенно и слишком далеко друг от друга. Такое может быть, если она отпрыгнула, и, скорее всего, именно это и произошло. — Стоп! — послышался бас Блэра, который незамедлительно подбежал к паре и встал перед трясущимся парнем, — Как тебя зовут? — Барри Томпсон, — дрожащий писк, который издал парень, жутко раздражал. Его состояние даже нельзя назвать шоком — это был конкретный испуг от простого падения меча. Уверена, сейчас начнётся драма на пустом месте, которые я так ненавижу. И всё же интерес толкает меня вперёд и я медленно иду в их сторону, стараясь сильно не шуметь. — Барри, в следующий раз слушай меня внимательней. Я сказал не махать мечом во все стороны. И это значит, что нельзя махать мечом во все стороны, — почти по слогам произнёс Блэр, подавая ему меч, — Ты только что чуть не задел свою сослуживицу. Тебе повезло лишь потому, что у неё достаточно хорошая реакция и физическая подготовка. Твоя задача была отработать упражнения на защиту, команды ускорять темп не было. Следи за собой, если не хочешь кого-нибудь убить. А Фриман не плохо справляется с ролью тренера-ублюдка и без моей помощи. Думаю, спустя время вся команда начнёт его ненавидеть. Если уже не начали. Я уже подошла впритык к Изабель, когда Блэр закончил. Он держал свой суровый взгляд на дрожащем парне ещё пару секунд, а после развернулся и пошёл на своё место, не забыв при этом заострить свой взор на мне. Это ужасно забавляло, если учитывать тот факт, что он меня боится. Этот огонёк страха я могу разглядеть почти у всех, кто работает со мной. Действительно, а кому не будет страшно в компании генерала Тёрнер с такими-то слухами обо мне? Послушать людей вокруг, я и детей на завтрак ем, и людям жизни ломаю, и вообще у меня глаза огнём стреляют. А что я могу на это ответить, если они даже моё молчание превратят во что-то страшное и опасное? Приходится жить с осознанием того, что большая часть подчинённых меня боится, а остальная ненавидит и уважает одновременно. Меня на деле оба эти варианта вполне устраивают. Все уже вернулись к тренировке, а Изабель стояла всё так же. Кажется, неожиданное нападение потрясло её сильнее, чем можно было ожидать. Я вспомнила тот взгляд, которым она смотрела на меня пару минут назад. Испуганный, но в нём я чётко видела брошенный мне вызов. Не у каждого хватит смелости взглянуть мне в глаза после моей проверки на прочность. Лишь единицы способны выдержать в таких ситуациях. Андерсон справилась на половину. Я бы не сказала, что это был полный успех, но у неё есть все задатки стать отличным бойцом. Что-то зацепило меня в ней и я приблизилась почти вплотную. — Молодец, Андерсон. У тебя хорошая реакция. Реакция у неё оказалась действительно отменной. Девушка тут же отпрыгнула от меня как ошпаренная и направила на меня клинок. Ладно, мы квиты. Я тихо засмеялась и шутливо подняла руки в примирительном жесте. — Тебе лучше опустить меч, если не хочешь остаться без рук, — я хмыкнула, замечая резкие перемены в её лице. Изабель вытаращилась на меня и тут же опустила лезвие. Она продолжала недоверчиво смотреть на меня, пытаясь выдержать мой взгляд, но хватило её не на долго. Серо-голубые глаза быстро соскочили в сторону, а брови недовольно сползли вниз. Девушка была явно не довольна собой. Простояв в этой напряжённой атмосфере ещё пару секунд, она учтиво кивнула мне и отвернулась, тем самым завершив наш небольшой разговор. Какой-то односторонний получился диалог. В итоге мне оставалось лишь покорно пойти обратно на своё место и продолжить наблюдение. Эта девчонка не боялась меня. Нет, не без этого конечно, но здесь было что-то ещё. Что-то совершенно другое. И я всё никак не могла понять, что именно. Я шла спиной, продолжая неотрывно смотреть на девушку, пока не упёрлась в стену. Изабель, в отличии от остальных, ни разу не взглянула в мою сторону. Обычно реакция людей на моё присутствие абсолютно противоположная. Особенно если я прижимаю их к стенке и давлю на самолюбие — их злость и интерес не позволяют им просто стоять в стороне и бездействовать. Будут стискивать зубы, шипеть и ненавидеть самих себя, но всё равно обернутся. Андерсон в этом плане была совсем другой. Интересно, она узнала меня? Хотя нет, вряд ли. Не думаю, что Маркус рассказывал ей обо мне. Я даже не уверена успел ли он написать хотя бы одно письмо родным. Может у нас и есть возможность писать на Землю, но в ограниченном количестве. Примерно раз в месяц. И то, их тщательно проверяют, дабы не допустить утечки информации. Если увидят, что ты написал что-то лишнее, то получишь наказание — ещё несколько месяцев без писем. Новичкам это ещё предстоит узнать. Не стоит перебарщивать с нагрузкой. Пусть боятся меня и сам Марс, но в меру. Изабель таки посмотрела в мою сторону. Короткий взгляд, который я словила совершенно случайно. Он, собственно, ничего мне не дал. В отличии от улыбки, в которой она расплылась пару секунд спустя. Нахальная, может даже слишком довольная для сложившейся ситуации. Слишком смелый шаг для новичка. Слишком дерзкое поведение для только что дрожащей под моим взглядом девушки. Не может быть, чтобы она и вправду меня узнала. У нас была одна фотография с полным составом первой команды, где был и её отец, но вряд ли она вглядывалась в незнакомые лица. Не знаю почему, но мне не очень хотелось, чтобы она знала о нашей дружбе с Маркусом. Это не было какой-то тайной, но вряд ли ей понравится новость о том, что шесть лет назад у её папы была двадцати однолетняя подружка, которая в тайне его любила. Хорошо хоть хватило ума не признаться ему. Звук свистка неожиданно громко пронёсся по всему помещению, заставив меня едва заметно вздрогнуть. Блэр с каким-то уставшим выражением лица объявил долгожданный перерыв. Как я его понимаю. Обучать новеньких не так просто, как может показаться на первый взгляд. Сама прошла через это и могу с уверенностью сказать — мои нервы окончательно сдохли именно тогда. Вся команда распределилась по скамейкам, пытаясь отдышаться. Да, со стороны тренировки могут показаться лёгкими, но на самом деле они очень утомляющие. До сих пор помню, как болело всё тело на следующий день. Даже после тренировочного меча, который значительно легче настоящего, мышцы рук просто горят, а спина молит о пощаде. Про ноги я вообще молчу — их остаётся лишь сложить в отдельную коробочку и положить под кровать на подзарядку, надеясь на лучшее. Это меня и раздражает в людях. То, что замедляет процесс и заставляет ждать. Их тела, их слабости и боль, на которую просто невозможно закрыть глаза. Это то, что раздражает меня в самой себе. К Андерсон подошла блондинка и положила свою руку на её плечо. Они начали о чём-то болтать и, кажется, даже не собирались уходить с места. Я заметила, как её подруга кинула осторожный взгляд на меня. Неужели разговор идёт обо мне? Ох, даже приятно как-то. Изабель последовала примеру подруги, вот только она ещё долгое время удерживала свой взор, сцепив свои глаза с моими. Как будто я резко перестала её пугать. Она отдала подруге меч и пошла ко мне ровной походкой, не прерывая зрительный контакт. Видимо, интерес всё же взял верх. Однако меня напрягает та улыбка, с которой она идёт в мою сторону. В ней нет ничего вражеского, но именно это мне и не нравится. Какого чёрта она мне улыбается? — В чём дело, Изабель Леон Андерсон? — первой начала я, пока девушка не подошла вплотную. Я попыталась состроить максимально самодовольный вид, будто я и добивалась того, чтобы она подошла ко мне. — Запомнили моё полное имя? — Не обольщайся, у меня хорошая память. Она улыбнулась ещё шире и слегка опустила голову, смотря на меня снизу вверх. Я была не на много выше её, но разница всё же ощущалась. Эта девчонка так похожа на Маркуса. У неё его глаза. Такие же проницательные. Она смотрит на тебя и появляется ощущение, будто твоя душа перед ней раскрыта нараспашку. И ничто не скроется от этих всевидящих глаз. Я вновь ощутила это чувство. На самом деле, я не могу сказать, что оно из приятных. Захотелось закрыть эти серо-голубые пятна рукой, чтобы больше никогда не видеть. Чтобы она не прочла и строчки из моей истории жизни и испарилась. Стоит рявкнуть что-то колкое и обидное. Может тогда она уйдёт и больше не вернётся? — Вам что-то нужно, Андерсон? И это единственное, что я выдаю. Браво, Астер, просто гений мысли. Изабель поправила выбившуюся прядку за ухо и встала рядом со мной. Было ощущение, что она пытается пародировать меня. Скрестила руки, одной ногой опёрлась на стену. И всё также неотрывно смотрит мне в глаза. Не сказать, что меня это нервирует, но и не радует это точно. Всё моё тело говорит, что здесь есть какой-то подвох. Какая-то часть меня вовсе не хочет доверять ей и продолжать этот разговор, будто она может сказать что-то такое, что сможет меня задеть. Открыть давно затянувшуюся рану и вспороть душу заново. И даже осознание того, что я могу ударить сильнее, никак не меняет это ощущение незащищённости рядом с ней. — Просто хотела поговорить. Вы вроде не заняты. Или я ошибаюсь? — Ошибаешься. Если у тебя остались силы говорить, то лучше бы ты вернулась к тренировке. Мой ответ её явно не устроил. Улыбка испарилась, будто её и не было вовсе, а взгляд стал необычно серьёзным. Даже в какой-то мере злым. — Я успела в чём-то Вам не угодить? — совершенно спокойно начала она, — Я стала причиной Вашей жизненной неудачи или Вы просто решили выместить на мне всю свою злость? Чем я заслужила столь пламенное приветствие? Тем, что родилась в его семье. Носишь его фамилию. Имеешь такие же черты лица и цвет глаз. Ты заслужила мою ярость тем, что проигнорировала весь здравый смысл и прибыла сюда. Стала болезненным напоминанием спустя шесть долгих лет. От одного взгляда в твою сторону меня корёжит, выворачивает изнутри, а руки тянутся к мечу, которого в данный момент даже нет. Ты заслужила загибаться под моим взглядом, потому что твой отец — мой страшный сон. Кошмар подсознания, который невозможно забыть. А он бьёт меня снова и снова, дробя кости на мелкие кусочки. И теперь в этом сне я буду видеть ещё и тебя. Очередного Андерсона. — Лучше будет сразу перейти к следующему вопросу. У тебя же их много, да, Андерсон? Весь тот яд, собравшийся в моих мыслях, впитывается в последнюю фразу и выходит вместе с ней. Я токсичная, я подобна бомбе замедленного действия. Прекрасно это знаю, но сделать ничего не могу. В моих жилах течёт эта ядовитая смесь старых обид и страхов, которые я медленно выплёскиваю наружу каждый божий день. Срываюсь на других, пугаю до дрожи в коленях, до остановки сердца, а потом ухожу, захлёбываясь в этом ощущении удовлетворения. Потому что уже и не знаю, как можно справляться с болью по другому. Это не я такая зазнавшаяся стерва генерал или какой-нибудь энергетический вампир. Нет, просто у меня не было выбора. Я ведь не была такой. Я такой стала. И теперь каждый, кто хоть раз переходил мне дорогу, знает одну простую истину — я кусаюсь до металлического привкуса во рту. Однако Изабель больше не попадает под мой удар — уворачивается от атаки так, будто и вовсе не заметила моего колкого замечания. А тот яд, который должен был отравить и отпугнуть, так и улетает в никуда, растворяясь в воздухе. И девушка даже немного веселеет. — Вовсе нет. Всего парочка, — она потирает затёкшую шею рукой и что-то в этом движении меня цепляет. Пленит сознание и уносит куда-то далеко, успокаивая простой мелодией из трёх повторяющихся нот. И всё моё раздражение сгорает дотла, — Просто подумала, что вряд ли у меня появится ещё один шанс поговорить с Вами. Я даже не могла подумать, что Вы будете присутствовать на наших тренировках. — Это только сегодня. У меня выходной, так что я могу позволить себе немного расслабиться. — И что, смотреть на тренирующихся неумех Вас расслабляет? Я усмехнулась. Назвать себя и товарищей неумехами? А она соображает, что к чему — они действительно неумехи. Но это пока что. — Моя работа включает в себя наблюдение за новенькими, — враньё, — так что это моя обязанность. — снова враньё, — Но у меня не так много свободного времени, так что сегодня я присутствую здесь в первый и последний раз. И вновь враньё. Уверена, что ещё зайду на их тренировку. И даже не один раз. Изабель вновь улыбнулась мне, а после опустила голову так, что я больше не могла видеть её глаз. Она будто набиралась смелости для следующего шага. Её сердцебиение никак не успокаивалось после тренировки и я даже могла услышать тяжёлое дыхание рядом с ухом. Ей что, плохо? — Могу я задать Вам один личный вопрос? — неожиданно тихо спросила она. — Задать можешь, а получишь ты на него ответ или нет — решать мне. — Почему Вы здесь? — я вопросительно посмотрела на неё, но она так и не подняла на меня взгляд. Пауза немного затянулась, поэтому она продолжила, — Я имею в виду, все, кого я знаю, имеют хоть какую-то причину быть здесь. Какая же у Вас? Мне нравилось, как она уважительно обращается ко мне. Вы, Вам, Вас. Это забавляло и придавало нашему разговору какую-то свою изюминку. Но вот всё остальное, что она мне говорила, было странным. Почему это вообще её волнует? — Не думаю, что могу дать ответ на этот вопрос, — запоздало ответила я и девушка наконец посмотрела на меня. Её взор был направлен в самую душу и она всё продолжала смотреть туда, будто копалась в её архивах. Ей хотелось подробностей, узнать абсолютно всё. Сверлила меня своими глазами так, что я не смогла выдержать и отвернулась. Ладно, так уж и быть, в этом раунде я готова немного поддаться, — Я прибыла сюда шесть лет назад, так что за такое время у меня стёрлись почти все воспоминания. Я не знаю, почему я здесь. — И Вам совсем не хочется вернуться? Я отрицательно покачала головой: — Не то, чтобы не хочу. Просто как можно вернуться к тому, чего не помнишь? — я устало откинула голову назад, соприкоснувшись с холодной стеной, — По идее дома меня ждёт семья, но я уже давно им не писала. Они, наверное, думают, что я умерла здесь. Да я и сама умудрилась подзабыть многое из своей прошлой жизни. Война не щадит никого, Изабель. Никого… Короткие воспоминания о семье, умудрившиеся остаться в моей памяти, разнеслись по телу приятным теплом. Да, я бы хотела снова их увидеть. До сих пор помню голос сестры на больничной койке, когда мы прощались. Помню её красные от слёз глаза, её расширенные зрачки и вымученную улыбку, но дальше в голове абсолютная пустота. Марс сыграл со мной злую шутку, а я покорно просунула голову в его петлю. Я запуталась в его сетях. Да так, что умудрилась забыть имена своих самых близких людей. Не знаю, как так вышло, но я и вправду очень плохо помню жизнь на Земле. Школьные годы, друзья, академия — всё это кажется таким далёким. Будто воспоминания и вовсе не мои. Я ушла в себя и не заметила, как Изабель погрузилась в мою атмосферу и помрачнела. И почему все в их семейке такие странные? Мама у них тоже со своим заскоком? — А почему ты здесь, Андерсон? — Я… — неожиданно, она оторвалась от стены и прошла немного вперёд. Её движения были настолько уверенными, что я уже подумала она уйдёт с концами, но всё же девушка остановилась и с лёгкой опаской посмотрела на меня через плечо, — Я здесь ради мести. Мой отец погиб шесть лет назад. Может, Вы с ним были знакомы. Его звали Маркус. Маркус Андерсон. От упоминания этого имени сердце пропустило ход. Оно уже так давно не доносилось до моих ушей, что сейчас я просто была не готова к нему. Интересно, Изабель чувствует тоже самое? Насколько я помню, Маркус говорил, что они были очень близки. Нас прервал Блэр, свистнувший в свисток. Перерыв окончен. Так же, как и разговор. Девушка направилась к парню, даже не удостоив меня прощальным взглядом. Она так похожа на отца. Просто до боли. Страшно даже думать о том, что же она ещё переняла от него. Какая ещё часть этой девчонки заставит меня вспоминать? И так ли это плохо, как может показаться на первый взгляд? Может судьба специально послала мне её для этого. Чтобы я снова погрузилась в себя, открыла давно запертую дверь и нырнула туда с головой? А Изабель будет стоять надо мной и повторять одно и то же имя вновь и вновь, словно мантру. Потому что давно пора. Нужно узнать её поближе. Нужно пригласить её на обед. Она не сможет мне отказать, это точно. Я отдёрнула себя. Какой совместный обед? Моё помешательство снова вернулось. Я не собираюсь становиться сталкером! Будто у меня и так мало работы. Я уже не маленькая девочка, пора бы вернуться из сладкого прошлого в горькое настоящее. Его больше нет и его дочь не должна быть выше или ниже в моих глазах только из-за этого. Они не один и тот же человек. Приди в себя! Остаток тренировки прошёл без инцидентов. Команда даже сумела достичь определённого прогресса. Я даже удивилась скорости их развития — может Фриман и не такой уж плохой тренер, как я думала. Сейчас уже каждый твёрдо держал меч, стойка была ровной, а движения более плавными и отточенными. Думаю, это даже можно засчитать за первое достижение пятой команды. Изабель, в итоге, сумела выделиться. Её даже похвалил наш привередливый темнокожий парнишка, а это многого стоит. Вот только за всё это время она так больше и не взглянула в мою сторону.