В груди всё сжимается от ожидания. О, как она ждёт его реакции! Как она её жаждет. Такой холодный, вечно спокойный и собранный Микаэль. Такой растерянный и недовольный, стоит делу коснуться Малека. Она ведь чувствует его. Слышит тяжёлые вздохи, подмечает тихие взгляды. Разве что мысли не слышит – а ведь иногда так хочется! Она ведь не дура. Почему же он такой дурак?

Эрика была одной из тех старшеклассников, которые не выделялись из толпы. Её основной задачей было закончить последний год обучения в школе и хорошенько оторваться на вечеринках, а если удастся, то и подцепить себе какого-нибудь парня. Однако её планам помешала её одноклассница, Алекс, которая на одной из таких вечеринок накинулась на девушку с поцелуем. И казалось бы, что в этом такого, ведь многие девочки целуются на желание, но кто бы мог подумать, что всё выльется в новую часть жизни обоих.

Пойти на вечеринку после тяжёлого дня было явно не плохой идеей. Но вот идти поздно вечером домой в одиночку... Идиотка, признаю. И, если бы меня не спас проходящий мимо человек, я была бы уже валялась где-нибудь в канаве. Кто же мой герой? Ну да, конечно. Кто бы это ещё мог быть, если не моя одноклассница Саша. Кто бы ещё мог спасти гордую представительницу гомофобов, если не знаменитая лесбиянка класса? Но отблагодарить её точно стоит. И, кажется, я даже знаю как.

Бэй Доу никогда не была прилежной ученицей. Но отчего-то сегодня молчит и слушает, не смея оторвать глаз от доски. Нин Гуан проплывает от парты к парте, заполняя кабинет пьянящей мелодией голоса и звона каблуков. Красива, с досадой подмечает Бэй Доу, вновь и вновь упираясь взглядом в разрез облегающей юбки. Если бы глазами можно было раздевать, женщина бы уже давно вела урок обнажённая. Если бы глазами можно было жечь, от блондинки бы уже давно остались одни угольки.

Брюнет улавливает сладкий аромат Dior, чувствует зарывающиеся в кудри пальцы, царапающие кожу ноготки. Тело реагирует на лёгкую боль с двойной силой. И сердце колотится уже не в груди — отдаёт барабанной дробью в ушах, в висках, в кончиках пальцев. Ладонь сама собой ложится на тонкую талию, ведёт линию вдоль живота, проверяя натяжение ткани. А в голове лишь мысли о том, как ему хочется. Как она ему позволяет. Как он может.