Моя прекрасная няня

Гет
R
В процессе
60
Размер:
планируется Миди, написано 47 страниц, 4 части
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
60 Нравится 37 Отзывы 36 В сборник Скачать

Часть 4

Настройки текста

***

После того, что они с бабушкой сделали с Голдом, Реджина определённо ожидала мести. Она ещё точно не знала натуру этих людей, но нельзя сказать, что этот мужчина - эталон вежливости. Он так просто не забудет обиду. Поэтому весь оставшийся вечер женщина провела с Лукас, а оставшись одна, насторожилась. Нельзя сказать, что она сильно боялась. Нет, она просто не желала опозориться в первую неделю работы няней. На данный момент она могла общаться только с бабушкой и Роландом. Без старушки Миллс не провернула бы этот фокус с аллергией. А Роланд это не только её работа, это какое-то чудо. Он её очаровал. Генри весь вечер бросал на неё косые взгляды, догадываясь о её выходке. В ответ она лишь пожимала плечами, мол сам виноват. С Робином дела обстояли не лучше, ведь Реджина пыталась избегать его. Единственное место, где они пересекались, - кухня. Они обменивались несколькими фразами и после расходились. В этом доме почти все ложатся довольно рано, поэтому уже около десяти часов здесь нельзя было кого-то заметить. Так что, несмотря на некую тревогу, Реджина тоже решила не затягивать со сном в этот раз. И только когда её голова коснулась подушки, Реджина поняла, насколько устала и хочет спать. Уже через несколько минут она сладко спала, позабыв о всех своих тревогах.

***

Противная трель телефона пробудила Реджину. Не сказать, что Реджина была очень рада этому утру, наоборот, её раздражение было не передать словами. Вставать совершенно не хотелось. Не хотелось видеть Голда с его вечной ухмылкой, Генри с вечным раздражением, Робина. И почему сегодня не воскресенье? Отключив будильник, Миллс сказала себе, что, если она проспит ещё пять минут, ничего не изменится. Кроме того, Реджина знала, что трель прозвенит снова буквально через несколько минут. Только вот не прошло и десяти секунд, как сигнал повторился. Мысленно послав всё к черту, Реджина всё же взяла телефон и выключила будильник. Она бы вновь легла спать, если бы не увидела время. 6:51 Поняв, что проспала, Реджина подорвалась с места, как ошпаренная. Двадцать минут. Надев халат и приведя в порядок волосы, Миллс заскочила в комнату мальчиков. Разумеется, первым делом она зашла к Роланду. Каково же было её удивление, когда она не обнаружила его в комнате. Нахмурившись, Реджина решила спуститься вниз и проверить там, но увидела только бабушку. Она стояла в дверном проёме и, скрестив руки на груди, как-то недоверчиво смотрела на брюнетку. От этого взгляда Миллс поёжилась, но продолжала смотреть на неё. — Роланд внизу, как и Генри, — сказала бабушка, спустя несколько секунд тишины. — Разве они не должны просыпаться в семь? — удивилась. — Я уже тебе говорила, что у Генри бессонница, а Роланд встал из-за шума, — видя недоумение на лице женщины, Лукас добавила. — Генри за что-то зацепился и это создало шум. Реджина наконец-то поняла, почему младший Локсли так рано встал. Только вот как так получилось, что она сама не услышала звук. Миллс предпочла не знать. Задумавшись, Реджина увидела ухмылку бабушки, а затем Робина, который незаметно (во всяком случае, для Реджины) вошёл в комнату. Вновь смерив их недоуменным взглядом, Реджина заметила, как бабушка опустила глаза ниже, проходясь по её фигуре. Она медленно проследовала за взглядом женщины и, опустив глаза, поняла, что подняло ей настроение и смутило одновременно: халат, который она накинула в спешке, доходил лишь до середины бедра, а под ним ничего не было. Благо, он был непрозрачным и прикрывал всё, что нужно. Хотя, увидев, куда обращён взгляд её начальника, Реджина всё-таки смутилась. Громко выдохнув, она произнесла, опустив глаза, как маленькая девочка: — Я спешила! — Я заметила! — услышала она смешки бабушки. — Мисс Миллс, вы решили проспать во второй день? — Робин приподнял бровь, отчего выглядел не очень пугающе. Притворно-грозный тон ещё больше смешил её. — Нет! — ответила Реджина, принимая правила небольшой игры, которую он организовал. — Тогда что это? — он рукой указал на её халат. — Одежда. Усмехнувшись, Робин понял, что придраться к себе эта женщина не даст. Он догадывался об этом, когда нанимал её, а сейчас только убедился. — Что ж, предлагаю нам всем спуститься в кухню, — сказала бабушка, уже покидая комнату. — Да, мы сейчас! Её дыхание перехватило, когда она поняла, что сейчас останется с Робином наедине. Реджина очень не хотела этого, а особенно в таком виде. Также ей было интересно, что именно ему от неё надо. Может, он вспомнил? Вряд ли. Узнал о вчерашнем? Сомнительно. Просто хочет поговорить о внешнем виде? Тем временем Робин прошёл к кровати сына и похлопал по месту рядом, приглашая сесть. Реджина, хоть и хотела последовать за бабушкой, всё-таки прошла к нему. — Что с тобой? — ответил он на немой вопрос в глазах женщины. — Прости? Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь. Реджина уже и не заметила, как сама перешла на "ты", а Робин просто усмехнулся. — Да ладно тебе! Проспать во второй день. Ты ведь раньше не была такой, — на этот раз на лице появилась грустная усмешка. — Тебя что-то беспокоит? — но эту фразу Реджина уже не слышала. Он вспомнил? Или он прекрасно знал, кто она, с самого начала? Неужели Робин просто хотел поиздеваться над ней? Хотя последнюю мысль она сразу откинула. Он, конечно, засранец, но не настолько же. Пытаясь прочитать ответ в его глазах, Миллс вопросительно посмотрела на Локсли, но тот смотрел куда-то в сторону. Во всяком случае, сейчас она начала паниковать. Тысячу вариантов дальнейших событий проносились перед глазами. Реджина даже разглядывала такие варианты, как увольнение или побег. Но через несколько минут, когда пауза затянулась, Реджина еле выдавила из себя вопрос, надеясь, что ей послышалось. — Что ты сейчас сказал? — Не важно, — отмахнулся Локсли, видимо жалея о сказанном. — Куда более важно, что происходит с тобой и что случилось вчера вечером. — Ты и об этом знаешь? — раздражённо спросила она, вызвав фырканье мужчины. — Ты, как и бабушка, не сильно и скрывала своего довольного лица. — А с чего ты взял, что это именно мы? — Ты знаешь, что в пироге был сок? — ответил он вопросом на вопрос, наконец заглянув ей в глаза. По выражению её лица, Робин понял, что ответ ему не нужен. Хоть Реджина и пыталась показать, что она не знает о произошедшем, Локсли сразу прочитал правду. После он усмехнулся и сказал: — Ты знаешь, что Голд сегодня из комнаты не выходит? — Откуда бы я это знала? — Ну а как же ты узнала про аллергию? Она уже собиралась ответить, но вовремя закрыла себе рот. Правда, не сложно было догадаться, что Робин и так в курсе. — Что с ним? — спросила Миллс, имея в виду Румпеля. — Говорит, что сыпь. Но в комнату не впускает и сам не выходит. — Может, на завтрак спустится? — Реджина на самом деле чувствовала себя виноватой. И чёрт же её дернул за язык. — Возможно, — видимо, увидев настрой женщины, Робин сказал более спокойно. — Во всяком случае, нам пора. Он встал и подал руку Реджине. Она бросила на него взгляд, будто спрашивая, серьёзно ли он. Робин улыбнулся, и она всё же воспользовалась предложенной помощью. Хотя очень хотелось напомнить, что она не беременна и не смертельно больна, она всё же приняла этот жест, как заботу или просто вежливость, и промолчала. Уже подходя к двери, она спросила: — А что ты имел в ви... — Потом, — перебил мужчина, выходя из комнаты.

***

Как Реджина и предполагала, Голда за столом не было. Спрашивать, где он, не было смысла, ведь все и так это прекрасно знали. Настроения не было у всех, не считая бабушки, которая еле сдерживала улыбку, что можно было заметить по уголкам её губ, которые иногда немного поднимались. На это никто не обращал внимания. Генри сидел хмурый, видимо обидевшись, что их задумка обернулась против них же. И даже всегда весёлые Робин и Роланд не находили тем для разговора, лишь изредка перекидываясь некоторыми фразами. Миллс не могла понять, почему на них так повлияла небольшая аллергия. Может, всё серьёзнее, чем она думает. Во всяком случае, она решила это выяснить позже. Сейчас её мысли перешли в другое русло. Неужели Робин всё-таки вспомнил её? Если так, то у неё будут большие проблемы. Он создаст ей большие проблемы. И если это так, то почему не сказал ей? Почему притворялся? И пусть настроения совершенно не было, на губах Реджины появилась лёгкая улыбка, когда она вспомнила их первую встречу. 18 лет назад. Сегодня понедельник. Это самый ужасный день, по мнению многих людей. И Реджина не могла с этим поспорить. Она терпеть не могла школу. К счастью, это был последний год в этом месте. Несмотря на то, что была только вторая рабочая неделя, Миллс уже продумывала свой выпускной и дальнейшую жизнь. Насчёт последнего она не волновалась - её родители были способны обеспечить будущее Реджине. Пусть это и не совсем то, что она хотела, делать было нечего; словам матери она не могла перечить. Реджина всегда была отличницей. Почти все предметы, не считая физики и биологии, она учила на раз-два. Девушка очень нравилась всем учителям, и поэтому к ней не придирались. А может, они просто встречали её мать. Во всяком случае, начало этого года не сулило ничего хорошего: она совершенно не хотела учиться, начала лениться и даже те уроки, которые раньше она любила, сейчас стали обузой. Коре это не нравилось. Но как бы Реджина ни боялась гнева матери, ничего не могла с собой поделать. Сейчас, перед первым уроком, Миллс не повторяла параграф истории, а бессмысленно рисовала в тетради какие-то закорючки. Она выводила каждый "узор", облокотившись о парту. Все её одноклассники были заняты своими делами: кто-то разговаривал, кто-то играл в игру на телефоне, ещё кто-то летал в своих мыслях. Звонок, прозвеневший так неожиданно, что она чуть не подскочила, заставил всех учеников разойтись по своим местам. Через несколько минут после начала урока в класс зашёл учитель. Историк, а по совместительству их классный руководитель, Мистер Хайд прошёл к своему столу и, вальяжно кинув книги, перевёл взгляд на класс. — Мои дорогие одиннадцатиклассники, — на этих словах он поморщился. Что ж, не сказать, что мистер Хайд был очень рад тому, что ведёт этот класс. Хотя он уже привык, наверное. — Вы будете говорить речь? Хотелось бы напомнить, что первое сентября уже прошло, — сказал кто-то на задних партах, и в классе раздались смешки. — В следующий раз, когда будешь умничать, Сидни, вспомни, что твой аттестат выписываю я. Так вот, сегодня у нас в классе новенький. Прошу любить и жаловать, Робин Локсли. — А что так официально? — спросила Жасмин, усмехнувшись. — Я уверена, что вы нас так не объявите, даже когда мы закончим школу. Проигнорировав слова девушки и кивки некоторых учеников, Хайд обратил внимание на дверь, откуда через несколько секунд зашёл парень. Весь класс тоже начал рассматривать своего нового приятеля. У парня были светло-блондинистые волосы, голубые глаза, загорелая кожа (что можно было разглядеть, ведь в школе особой формы не было), сильные руки, на которые таращились большинство девчонок, и мужественное лицо. Робин усмехнулся, когда увидел все те взгляды, которыми он был награждён. Реджине тоже понравилась его внешность, и он был из того типа парней, которые ей нравятся. Но в его ухмылке она увидела некие высокомерие и гордость, что заставило её ненадолго отвести глаза. Когда учитель сказал, чтобы Робин сел на любое свободное место, он прошёл к парте, которая была в третьем ряду, прямо перед ней. Он сразу начал внимательно осматривать помещение и своих новых одноклассников. Когда Робин обернулся, чтобы посмотреть на задние парты, Миллс закатила глаза и поняла, что этот год будет интереснее, чем она ожидала.

***

— О чём мечтаешь? Хочешь Голда до больницы довести? Из воспоминаний её вырвал грубый голос Генри. Открыв глаза, она поняла, что уже почти все разошлись. — Генри! — шикнула бабушка. — Что?! Я же знаю, что это она сделала. — Ты не можешь быть точно уверен. — Могу, — надулся мальчик, прежде чем выпалить. — А почему ты её защищаешь? — А почему ты идёшь против меня? — вмешалась в спор Реджина. Мальчик недовольно посмотрел на неё, будто один лишь звук её голоса вызывал у него раздражение. — Я вообще не с тобой разговариваю. — Но ты обратился ко мне, — отметила женщина, а Локсли резко встал из-за стола, чем вызвал удивлённые вздохи. — Но сейчас... — Так, всё! Живо прекратили! Генри, перестань ей грубить. Ты ведь даже её не знаешь! — бабушка, которой надоел этот "диалог", решила вмешаться, так же поднявшись из-за стола и прикрикнув грубым голосом, которого Миллс раньше не слышала. Она даже съежилась от замечания, но Генри еле шелохнулся. — И не хочу знать. Мне она вообще не нужна! Это ваша прихоть, а не моя! Лучше бы её здесь не было! — глаза Генри излучали злость, хоть и не было понятно, на кого он злился. После этих слов он убежал наверх. — Генри, подожди! — крикнула Реджина, но мальчик уже скрылся наверху. Проследив за ним какое-то время и услышав хлопок двери, женщина обратила внимание на старушку: — Что это было? — О чём ты задумалась? — проигнорировав вопрос, задала свой женщина, садясь обратно на стул. — Это не важно. Почему вы защитили меня? — Генри — сложный ребёнок. Он был неправ, когда начал хамить, — на её лице нельзя было прочитать никаких эмоций, но поза была расслаблена, что подтверждало её слова. — Но всё же. Вам не стоило портить с ним отношения ради меня. Я и сама могла ответить, — она сложила руки на груди. —Не волнуйся, всё хорошо. Тем более что я уже привыкла. — Увидев вопросительный взгляд собеседницы, Лукас объяснила. — Мы в последнее время не можем найти с ним общий язык. Никто из нас, кроме Голда. Поэтому он так о нём заботится. Решив немного разрядить обстановку, Реджина спросила: — Неужели вы упомянули Голда и без сарказма? На губах пожилой женщины появилась ухмылка, когда она слегка кивнула, а после рассмеялась, сказав, что это был первый и последний раз.

***

После завтрака все Локсли уехали из дома, поэтому Реджина и бабушка остались одни. Было уже десять часов утра, а Голд так и не соизволил спуститься вниз. Лукас часто ворчала на эту тему, говоря, что мужчина притворяется и ему просто лень выполнять свою работу, и поначалу Реджина подумала, что это могло быть правдой. Но с каждой минутой сомнения всё больше и больше закрадывались к ней в душу. Тем не менее Миллс решила проигнорировать чувство вины и прислушаться к бабушке. В конце концов, Румпель и Генри сами виноваты. Сейчас они с бабушкой сидели в гостиной и спокойно смотрели какую-то передачу, которую и выбрала Лукас. — Как хорошо, когда телевизор полностью в нашем распоряжении и никто не кричит тебе на ухо, что у него там важный матч или фильм, — сказала она, и Реджина усмехнулась. Дальше они сидели молча, лишь изредка переглядываясь, пока Реджине наконец не стало скучно. Она придвинулась чуть ближе к бабушке и, заметив, что та полностью переключила своё внимание на неё, спросила: — Так почему вы так добры ко мне? — Господи, что мне сделать для того, чтобы ты перестала мне выкать?? — слегка раздражённо прошептала старушка. — Я ведь не перестану. — Почему? Лукас наблюдала, как Реджина стала неуверенной и немного тяжело вздохнула, поэтому сказала, что, возможно, это не её дело. Но, к удивлению, спустя минуту, женщина заговорила. — Меня с самого детства, как и других детей , учили обращаться на "вы" к старшим. Это знак уважения. — Ты и к матери так обращаешься? — пытаясь разрядить обстановку, Лукас не была готова к тому, что Миллс кивнёт. — Раньше. В первую очередь. Она мне и сказала, что я обязана это делать, несмотря ни на что. Она вбивала в меня все эти манеры всю мою жизнь. И пусть сейчас я далеко, многие из её учений остались у меня в голове. Такое ощущение, что если я её ослушаюсь, она появится сзади меня. Звучит смешно и глупо, знаю. Но это так. И кроме того, я понятия не имею, зачем всё это говорю, — вся речь звучала грустно, и периодически Реджина закрывала глаза, будто возвращаясь в года её детства. — Вау, — не ожидавшая откровений, старушка на миг растерялась. — Что ж, передай своей матери, что я не политик, а нормальный человек. Кроме того, когда мне выкают, у меня такое ощущение, что я постарела ещё на десять лет. Усмехнувшись, она спросила: —А Голд? Он, кажется, не жаден на клички. —Ну а его мнение я не спрашиваю, — подмигнула она, слегка приобняв молодую женщину рукой. — И вообще, если ОН начнёт обращаться ко мне на "вы", то я почувствую себя ещё старше. — Не сомневаюсь. Оставшееся время они провели молча в уютной обстановке. Реджина не смогла перебороть себя и положила голову на плечо к бабушке, почти сразу ощутив, как объятия стали крепче. Несмотря на то, что она знакома с бабушкой несколько дней, она уже испытывала к ней нежные чувства. Возможно, это произошло из-за того, что старушка была на её стороне, а возможно, из-за отсутствия материнского тепла в детстве. Во всяком случае, сейчас Миллс решила просто расслабиться, позабыв о всех проблемах.

***

— Как ты себя чувствуешь, папочка? — спросила Реджина своего отца. Когда передача закончилась и телевизор был благополучно забыт, они с бабушкой разошлись по своим комнатам, и Миллс решила пообщаться с родными. — Всё хорошо, милая, — голос Генри всегда был мягким, особенно по отношению к ней. — Ты сама как? Несмотря на все свои проблемы, Реджина никогда не хотела добавлять их родителям. — У меня всё хорошо. Я отлично обустроилась и со мной хорошо обращаются. Ты лучше скажи мне, как там Келли, а то в прошлый раз мама мне и слова вставить не дала. — Узнаю Кору, — они оба усмехнулись при этих словах, после чего Генри выждал небольшую паузу и наконец сказал более грустным голосом. — Я бы дал тебе поговорить с Келли, но, к сожалению, она сейчас у друзей. — Как это мама её отпустила? — А кто сказал, что она знает? Как только Кора пошла на работу, Келли убежала к друзьям. Может, это семейное... Или ты уже не помнишь, как сбегала к Скарлетт, когда была в её возрасте? — хитро спросил он, и Реджина игриво закатила глаза. — Папа! Мужчина засмеялся, прежде чем их разговор переключился на тему их семейного бизнеса.

***

Реджина поняла, что в обед она заснуть не сможет, уже тогда, когда проворочалась без сна полчаса. Перебирая в голове варианты дел, которыми можно было заняться, Миллс спустилась вниз. Как она и предполагала, бабушка уснула, да и Реджина не хотела её беспокоить, ведь был только час и до прихода мальчиков было ещё пару часов. О компании Голда она и думать боялась, а остальных в доме не было. Она хотела чем-то занять руки, потому что тревожные мысли вновь начали пробираться в её сердце. Из-за этого, пройдя по дому и поубирав в некоторых комнатах, Реджина вошла на кухню. Она знала, что вчера было много чего вкусного, но, к сожалению, ей этого нельзя. Поэтому, открыв дверцу холодильника, она начала решительно искать ингредиенты для лазаньи, которая была её фирменным блюдом. Готовка заняла у неё примерно сорок минут, и к тому времени, когда бабушка спустилась, Миллс отправляла блюдо в духовку. — Чем так пахнет? — Пока ещё ничем, — хмыкнула в ответ Реджина и села на стул напротив Лукас. — Ты планируешь занять моё место в этом доме? — бабушка ухмыльнулась. — Нет, что...ты, — еле выговорила Миллс, наблюдая, как ухмылка женщины становится всё шире. —Уже что-то. Голд так и не выходил? — спросила она, и на секунду Реджине показалось, что в её голосе было беспокойство. На секунду. — Нет. Я даже представить не могу, что с ним. Уже два часа, а он ещё не выходил, и к тому же ничего не ел. Может, ему вообще помощь нужна?.. — Да, но разве что психотерапевта. — Нет, это неправильно. Я должна с ним поговорить, — сказала Реджина, испытывая сомнение, но не подавая виду. — С ума сошла? — фыркнула старушка. Медленно покачав головой, Миллс уставилась на духовку, всё же решившись на перемирие. — Только не вздумай перед ним извиняться! Он это начал, а ты, ладно, мы — продолжили. Просто поговори. — Я не буду говорить, что ты в этом замешана! — возразила женщина, но Лукас только усмехнулась. — А то он не догадывается.

***

Медленно поднимаясь наверх и подходя к последней двери, которая, по словам бабушки, была комнатой Румпеля, Реджина пыталась избавится от последней доли сомнений. Она несла в руках небольшой поднос с едой, на котором была яичница, кусочек лазаньи и чай. Всё это она готовила и собирала лично, так как бабушке в этом вопросе доверять не смогла (вдруг что-то подсыпет). Всё-таки спрятав сомнение в дальний угол своей души, Реджина постучала в дверь. Когда ответа не последовало, она постучала ещё раз, на этот раз громче. Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге стоял мистер Голд. Увидев его, Миллс ахнула и чуть не выпустила поднос из рук. Если раньше его глаза смотрели на неё с неприязнью, то сейчас как-то безразлично, что сбило её с толку. По всему его лицу была сыпь и, возможно, не только по лицу. Само его состояние было, мягко говоря, плохое, а когда он увидел еду, она была уверена, что его вырвет. Ну кто ж знал, что всё настолько серьёзно? — Пришла полюбоваться своей работой? — спросил он, указывая рукой на лицо. У Реджины были смешанные чувства к этому человеку. Ей вроде бы было его жаль, но с другой стороны, он желал той же участи для неё. Вдруг слова бабушки эхом прозвучали в её голове, и она попыталась сделать голос как можно более холодным, когда отвечала: — Нет, пришла передать еду. — Мне ничего от тебя не нужно! — Его ответ был похож на ответ маленького ребёнка, которого не смогли удовлетворить какой-то новой игрушкой, поэтому её неприязнь всё же победила. — Перестань вести себя, как обиженный ребёнок. В конце концов, это была твоя вина! — И в чем же, интересно, моя вина? — Голд сложил руки на груди. — Ну а кто хотел меня отравить? — хоть это слово и было перебором, но ей уже было всё равно. Она просто хотела, чтобы он взял этот долбанный обед, закрыл рот и зашёл в комнату. — Что за бред? Хороший актёр. Я бы поверила, если бы не знала правды. — Давай ещё скажи, что ты не знаешь про сок! — разговор давно перешёл на повышенные тона. — Понятия не имею, о чём ты, девчонка! Гад! — Во-первых, не называй меня так! Во-вторых, неужели ты думаешь, что я поверю?! — Да, — усмехнулся тот. — Потому что я ни при чём. — А кто? Генри?! — закричала Миллс, дернув руками так, что чуть не разлила кофе. — Да с чего ты взяла, что мы вообще в курсе о твоей аллергии?! Мы с тобой не ходим за ручку и не делимся секретиками! — И слава богу! — Ну и всё! — Ты мог подслушать! — она закричала и с удовольствием наблюдала за тем, как его взгляд на секунду изменился, прежде чем он вернул на лицо обычную маску недовольства. А может, это и не маска. — Что за бред?! — уже спокойней спросил Голд, хоть его ещё трясло от гнева. — Думал, я не узнаю? — Ты ведь не отвяжешься? — она самодовольно хмыкнула, что и было для него ответом. — Во-первых, это не я. Во-вторых, давай сюда еду и вали к чёртовой матери, а лучше к бабушке! — Голд взял поднос, а Реджина снова самодовольно усмехнулась, когда поняла, что его больше не тошнит (или он об этом забыл во время спора). Так что её совесть была чиста. — Я всегда знала, что с вами приятно иметь дело, мистер Голд, — сказала она и ушла, проигнорировав рычание Румпеля.

***

— Где ты была? — спросила бабушка, увидев Реджину на лестнице. — В комнате, — спустившись, Миллс пожала плечами, оглядываясь по сторонам. — Ещё никто не пришёл? — Нет, но вот-вот Дэниел должен привезти Генри. А около пяти придут Робин с Роландом. Кивнув, Реджина подошла к бабушке: — Что мне нужно делать, пока мальчиков нет дома? Она думала об этом весь день, но никак не могла найти момент спросить. Постоянно что-то отвлекало. Этот вопрос заставил бабушку задуматься, но вскоре она ответила: — Убирать в их комнатах, хотя лучше только в комнате Роланда. Генри не любит, когда нарушают его личное пространство. Хоть в чём-то она была солидарна с этим мальчиком. — А после того, как они придут, ты должна будешь заниматься с Генри уроками, — бабушка сочувствующе посмотрела на женщину, когда та испустила напряженный вздох. — И моя дорогая, постарайся делать это без интернета, — увидев вопросительный взгляд, она продолжила, — няня, которая была до тебя, использовала интернет, чтобы помочь Генри. У него была плохая успеваемость в школе из-за этого. — А как вы её вычислили? — Робин просто возвращался домой пораньше, когда нас всех не было, поэтому она и не скрывалась. — Робин её из-за этого уволил? — чувствуя любопытство, Реджина даже сложила руки на груди. — Не только, — бабушка покачала головой. — Она не могла найти общий язык с Роландом, а Генри общался с ней из-за домашнего задания. — Как всё, оказывается, просто. — Сейчас как дам, — Лукас угрожающе подняла кулак, но Реджина знала, что она не серьезно. Потом бабушка поморщилась и сказала: — Да и в наш коллектив она не вписывалась. Нам хамила, а с мужчинами бесстыдно флиртовала. — Даже с Голдом? — Миллс удивленно приподняла брови. — А кто сказал, что Голд - мужчина? Усмехнувшись, Реджина сказала себе, что они и правда не исправимы. — Кстати, как он там? Что-то без него тихо. Ни криков, ни скандалов. Ты же ходила к нему, — вспомнила бабушка и уставилась на неё. —Да, — согласилась Реджина, а после усмехнулась, вспомнив, чем это закончилось. — Я даже ему еду принесла. — И что, он взял? —Ну а куда он денется?— Реджина вспомнила не только результат, но и эмоции, которые этот человек вызвал в ней. — Что у вас там произошло? Ты же не извинялась? — понадеялась старушка, и Реджина поспешила её успокоить. — Нет, не умоляла. Мы, правда, немного поорали, но ничего страшного. — В каком он состоянии? Реджина рассказала всё о его внешнем виде и их диалоге, наблюдая за реакцией бабули. То она кивала, то её глаза расширялись от удивления, а на словах о том, что Голд "ни при чём", бабушка усмехалась. — Он у нас вечно ни при чём. — Я вот только одного не припомню... Знает ли он, что ты мне помогла, — она опустила голову на руки. — Конечно, знает. Тут можно даже не сомневаться. Только я знаю о его аллергии. Ну, до вчерашнего дня знала только я, — поправила она себя и встала из-за стола, чтобы подойти к Генри и Дэниелу, которые только что вошли в дом. У Генри было расслабленное выражение лица до тех пор, пока он не увидел её, а Дэниел наоборот улыбнулся ей. Она немедленно послала улыбку в ответ.

***

Генри ушёл на второй этаж почти сразу после прихода, а Дэниел решил посидеть немного с ними. Они все говорили о Генри, надеясь, что тот их не услышит. Вскоре бабушка покинула разговор, и мужчина перешёл на более личные темы. Они узнавали друг друга. Дэниел рассказал ей о своих родителях и о том, как начал работать на Робина. Реджина же не спешила рассказывать о своей семье, и сказала парню лишь несколько фактов о ней. Общаться с ним было легко и приятно. Кажется, она начала видеть в нём не только хорошего человека, но и друга.

***

Через два часа, как и должно было быть, все были уже дома. Реджина заметила присутствие Робина и Роланда раньше всех, поэтому начала подходить к первому с твёрдым намереньем узнать что к чему. Пусть её сегодня отвлекли события и ссоры, которые не давали ей много думать о его словах, Реджина всё же хотела прояснить ситуацию. Но, видимо, у Робина не было настроения для разборок, потому что он прошёл мимо неё, кинув фразу: — Не сейчас, Реджина. Остановившись в шоке, она наблюдала за тем, как он исчезает на втором этаже. Но уже через пару секунд, проигнорировав взгляды остальных, Реджина удалилась в гостиную.

***

— Мистер Голд! Генри стучал в дверь его комнаты уже несколько минут, но ответа не было. После он начал звать его по имени, надеясь, что никто из взрослых не придёт. Он был до сих пор обижен на бабушку и рассержен на Реджину, поэтому не желал никого видеть. Но тот разговор, который он услышал, когда зашёл в дом (Дэниел зашёл позже него, а бабушка слишком поздно обратила на него внимание) поставил все точки над "і". Когда он снова поднёс руку к двери, она открылась, и его рука остановилась в сантиметрах от Голда. Это был не первый раз, когда он видел мужчину в таком состоянии, так как приходил к нему сегодня утром, поэтому мог сказать, что ему уже лучше. — Зачем так ломиться? — проворчал он и отошёл, чтобы Генри мог войти. — Почему так долго, мистер Голд? — спросил мальчик, а потом обратил внимание на его одежду. Которая, к слову, отсутствовала. Только полотенце было обернуто вокруг его бёдер. — Ясно. — Что у вас там опять случилось? — Ты знаешь, что всё это сделали Реджина и бабушка? — без промедления спросил мальчик. — Догадывался, — усмехнулся Румпель. — Ты уже думал о том, какой будет наш следующий шаг? — Нет. И пока что не собираюсь. Его голос был твёрд как никогда, и Генри, мягко говоря, удивился. В какой-то степени мальчик даже обиделся, но потом подумал, что он мог неправильно понять этого мужчину. — В смысле? Почему? — Потому что твой папа и так знает, что это всё мы придумали. Плюс, на стороне Реджины большинство людей. И если уж на то пошло, то нужно придумать какой-то план, чтобы все подумали, что это её вина. Поскольку сейчас это провернуть не получится, нужно сделать то, чего от нас никто не ожидает, - немного подождать. — Бред какой-то! Я не собираюсь ждать, пока она здесь освоится. У меня даже план есть! — воскликнул Генри, делая круги по комнате и размахивая руками. — Генри, даже если и есть, мне нужно отойти от этого "идеального" плана, — сказал Голд и посмотрел в зеркало, поморщившись. — Между прочим, это был твой план, — заметил младший Локсли и, не смотря на ситуацию, хихикнул, но потом вновь резко стал серьезным. — Я не буду ждать. — Придётся! —Тогда я сам сделаю то, что хочу. — Почему ты такой упрямый? Генри в ответ лишь самодовольно хмыкнул перед тем, как Голд продолжил: — Скажи хоть в чём суть плана? —Потом увидишь. После этих слов мальчик убежал в свою комнату, а Голд подумал, что ему это очень не понравится.
Примечания:
Прошу прощения за долгое отсутствие и надеюсь, что меня ещё помнят. Я заметила, что во время моего отсутствия актив прибавился в два раза. Может мне надо почаще уходить?
Огромное спасибо за такой актив. Мне очень приятно ❤️💫
А также хотелось бы поблагодарить тех, кто делал мне подарки❤️💜💫 это придавало сил.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Однажды в сказке"

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты