Лунный свет

Ночь. Ночной ветер плавно колыхает занавеску. У открытого окна стоит мужчина и смотрит в сумеречную гладь. Казалось бы, шаги Виктора были тихими, но лишь для человеческого слуха. — Рад, что ты пришёл, - не отрывая взгляда от ночной тиши, проговорил Ноэль. — Я надеюсь, что для тебя это будет правильным выбором, но хочу спросить снова, - на этот раз светловолосый мужчина повернулся к парню. — Уверен ли ты в полной мере, что хочешь умереть? - взгляд Ноэля был твёрдым, словно камень, и острым, будто лезвие ножа. Взгляд Виктора не уступал ему. Сумеречная прохлада касалась его волос, нежно трепав их. Ночной ветер дотронулся до ещё розового румянца на щеках парня. Твёрдый и уверенный голос сказал: — Да, я уверен. Ноэль пристально оглядывал его. — Знаешь Виктор, многие называют это проклятием. Я же зову это благословением. Это дар свыше, благородство, не иначе. Но многие вампиры совершают такие поступки, которые трудно назвать даже проклятием. Мы стараемся не нарушать и без того хрупкого баланса. Я хочу, чтобы для тебя это стало благословением, а не карой. Ты, прежде всего, мой сын, я воспитал тебя. Ты знаешь, как я отношусь к людям. Уважение ко всем, кто бы то ни был, - вампир сделал паузу. — Мы не пьём человеческую кровь, поэтому для начала ты будешь учиться контролировать себя. Если твоей силы воли не хватит, — вампир сделал вдох, — мне придётся убить тебя. Виктор послушно кивнул. — Виктор, подойди к окну, пожалуйста, — Ноэль отошёл от распахнутого окна, впуская в комнату ночной воздух. — Я хочу, чтобы ты насладился последними минутами своей человеческой жизни. Вдохни полной грудью, прислушайся к каждому прикосновению ветра к листве, прочувствуй всем телом красоту ночи, взгляни на луну, — мужчина уже говорил где-то за спиной парня. Виктор стоял у окна. Холодный порыв ветра обдал его лицо. Воздушный поток пробирался под каждую складочку его чёрной шёлковой рубашки, будто хотел забрать его с собой в эту ночную гладь. Прикрыв глаза, Виктор сделал вдох. До его ушей, откуда-то совсем издалека, донеслось уханье совы. Он слышал каждое прикосновение ветра к листве рядом стоящего дерева. Зелёные листки шуршали, будто перешёптываясь между собой. Вместе со вдохом ночной прохлады он почувствовал запах сырой земли, запах капель росы, мирно спящей на травинках. Виктор чувствовал ночное спокойствие и умиротворение. Он был совершенно другим. Открыв глаза, он поднял голову вверх, устремив свой взгляд в ночной простор. Маленькие светящиеся огоньки украшали тёмно-синее полотно неба. Звёзды. Так близко и так далеко. Сколько ещё людей, из века в век, будут видеть одну и ту же картину у себя над головой ? Виктор завороженно смотрел в небо, будто хотел найти ту самую звезду. Ноэль стоял сзади, не смея мешать сыну. Сложив руки за спиной, он так же любовался ночными пейзажами. Мужчина понимал последние минуты наслаждения человеческой жизнью. Спустя минуты, голос Виктора будто сам вырвал его из лап темноты. — Я готов, — его взгляд был по-прежнему устремлён в темноту за окном. Ноэль подошёл бесшумно. — Виктор, помни, ты очень много значил для своих родителей. И невероятно много значишь для меня. Принимай правильные решения, — мужчина обнажил клыки. Резкая и сильная боль пронзила шею юноши, его глаза широко раскрылись. Казалось, в воздухе был слышен его невидимый крик. Жгучая агония разливалась по всему телу, он чувствовал, как внутри него начинает пылать огонь, касаясь его изнутри своими горячими языками. Пронзительная боль, исходящая от шеи, разливалась по всему телу. Виктор, тяжело дыша, приподнял дрожащую руку. Он с усилием перевёл свой взгляд: синяя веточка вен становилась красной. В этот момент он устремил свой взгляд в ночную пустоту, которая плавно ползла к нему. Виктор понимал: сейчас она доберётся до него, медленно кутая в свои объятия. Не в силах противостоять, он закрыл глаза, замертво упав на пол.

***

Комната погрузилась в темноту, мешая пробиваться солнечному свету сквозь тёмные занавески. Из-под пушистых ресниц показались кроваво-красные зрачки. Ноющая боль отдавала вглубь тела, не давая забыть о том, кем он стал. Виктор испуганно раскрыл глаза: он лежал на полу. Комната была пуста, окна были аккуратно занавешены. Он недоверчиво поднял руку: никаких следов прежней ночи. Медленно поднявшись, Виктор стоял, не смея пошевелиться. Он аккуратно осмотрелся вокруг себя: взгляд упал на стол, он увидел отпечатки пальцев, волокна дерева, покрытые лаком. Переведя свой взгляд на занавески, укрывающие комнату от солнечного света, он увидел каждую ниточку, тесно переплетающуюся с другой, которые вместе создавали незамысловатый узор. Резкая боль пронзила голову юноши, духота комнаты давала о себе знать. На тяжёлых ногах он дошёл до окна, надеясь впустить в комнату хоть немного воздуха. Виктор коснулся занавесок, впуская солнечный свет в комнату. Яркий поток света ослепил его. Интуитивно подняв над своим лицом ладонь, он ощутил, как плавится его кожа. Солнечный свет, будто язык пламени, обжигал его. Тотчас же занавеска была завешана. — Я смотрю, ты уже подружился с дневным временем суток, — улыбаясь, сказал мужчина. Виктор медленно опустил руку. Рана, образовавшаяся на ней, начала затягиваться. — Чудеса регенерации, — усмехнулся светловолосый мужчина, его лицо тотчас же стало серьёзным. — А теперь нам предстоит много работы, Виктор.