Посмертный танец

Отношения становятся счастливыми не потому, что люди так здорово ладят друг с другом, а потому, что они упорно преодолевают те моменты, где они не ладят.

* * *

— Господин Тайя, что вас так развеселило, когда вы заходили в главный зал? — глаза девочки горели любопытством, а губы изогнулись в мягкой улыбке. Цзян ЯньЛи держала за руку Юймин, придавая ей больше уверенности и спокойствия, но вдруг почувствовала лёгкое сжатие своей руки. Переводя взгляд на сестру, А-Ли увидела, как на щеках девочки вспыхнул нежно-розовый румянец. — Сестрёнка А-Мин, почему ты покраснела? С тобой что-то случилось? Дети в таком возрасте еще наивны, не вступали в период зрелости, а уж тем более не могли понять физиологию и внезапно вспыхнувшие чувства, будто это что-то далекое и неизведанное. ЯньЛи, будучи из детей самой старшей, не сразу может догадаться о причине красных щёчек маленькой девочки. Вэй Усянь, который вприпрыжку шел между своей сестрой и господином Ло, резко затормозил на месте, и, потеряв равновесие, начал заваливаться на бок. К счастью, мальчуган смог совладать со своей неуклюжестью, и, вместо того, чтобы упасть, присел на корточки, касаясь рукой влажной земли. Его по-детскому милое личико нахмурилось, брови сошлись на переносице, а губы плотно сжались в одну линию, сам А-Ин косо поглядывал в сторону Ло Тайи. Эмоции и мимика так быстро поменялись, в одно мгновение ока! Сначала мальчик был веселый и радостный, с беззаботной улыбкой на лице, что сияла подобно солнцу, а потом нахмурившийся, серьезный человек, по милому с надутыми щеками. Юймин ещё гуще покраснела от слов своей сестры и отвернулась в другую сторону, стараясь не смотреть на ЯньЛи, и тем более отвечать на ее вопросы. Впервые девочку поставили в такое затруднительное положение, от которого вроде и стыдно, а вроде и приятно от доброты и проявляющейся привязанности окружающих за короткий промежуток времени. Уж слишком стеснительной была малышка Вэй. И это очень мило. Молодая дева Цзян, увидев реакцию двойняшек, вопросительно посмотрела на господина Ло, с надеждой ожидая всех ответов от него. А-Ли искренне пыталась узнать причину веселья, смущения и тихой злобы окружающих людей. Девочку переполняло желание узнать все, до единой капли, будто бы это касалось ее саму. — Я просто сказал, что Вэй Мин вырастет красоткой, и что за ней толпами будут бегать мужья, — мужчина сощурил взгляд, исподтишка наблюдая за реакцией А-Сяня. — А Вэй Ин ответил, что его сестра не выйдет замуж. И потому я решил спросить: даже если ее мужем буду я? Последние произнесенные слова господина Ло буквально добили двойняшек. Юймин вся то горела красным цветом, то бледнела, становясь похожей на куклу. Смущение, стыд затопили ее полностью, а воспоминания ближайшей давности только подслащали ситуацию, заставляя крепко вцепиться в руку ЯньЛи. Юймин крепко зажмурилась и отрицательно покачала головой, прогоняя назойливые мысли из головы, которые поступали с большей силой. Воспоминания заставляли девочку мимолетно кинуть взгляд на мужчину, чьи глаза явно усмехались, но, кроме этого, в них было что-то доброе и нежное, как в детстве, когда отец любил подкалывать их с братом. Одни сходства… Девочка не раз отмечала сходство их характеров, даже некоторые действия были похожи. Хотя, что тут и думать, ведь они скорее всего были знакомы и даже провели много времени бок о бок, рядом с Главой Ордена Цзян. А это значит, что он также был лично знаком с их матерью, хотя они могли и не видеться лично, но былая слава разлетается быстро, подобно мелодиям на ветру. — Вот оно что, — протянула ЯньЛи, улыбаясь заглядывая в глаза сестры, тихо посмеиваясь. — А-Мин, не обращай внимания на господина Ло, он часто несет всякую несусветицу, за которую порой стыдно даже старейшинам. А-Ли заговорчески подмигнула девочке, крепче сжав ее руки. Юймин с благодарностью взглянула на сестру, став немного увереннее, а яркий румянец пропал с ее бледного личика, придавая ей более спокойный вид. — Вот-вот, А-Ли права, — поддакнул Вэй Ин, воодушевившись словами сводной сестры. — Тебе должно быть стыдно за свои слова! — Дети такие дети… — Вы сами ещё как ребенок! — воскликнул мальчик, бросив вызов мужчине, встав в стойку, а-ля "тебе-не-победить-меня". — Я? — театрально вздохнул Ло Тайя, схватившись за сердце. — Ах ты, маленький негодник! Мужчина быстро подхватил мальчонку на руки и подкинул высоко вверх, смеясь. Вэй Ин, чье лицо было недовольным, вдруг стал весёлым и он принялся безудержно хохотать, маша руками, словно птица. — Ты как птичка, — улыбнулась ЯньЛи, так волшебно, что Юймин оживилась и стала вместе с сестрой улыбаться брату и новому старшему. В этот момент беззаботным не остался никто, мужчины умеют сглаживать неловкости, развевая скуку и обиды. Ох уж эти мужчины...

* * *

Солнце двигалось к закату, раскрашивая небо в фиолетовый, как флаг ордена, оранжевый и ярко-алый цвет. Так красиво и волшебно, словно сказка, так завораживающе, как новое приключение. На цветном полотне стали появляться новые маленькие звёздочки, а в месте, где заходило приветливое светило, стала подниматься гордо новая луна. Время летит быстро, день пролетел незаметно. В пристани лотоса настало время ужина, где собиралась вся главенствующая семья: глава, его супруга и их дети. Теперь к ним добавилось ещё два маленьких человека, совсем новых и незнакомых, брат и сестра, такие маленькие, хрупкие, будто фарфоровые игрушки. Всё, что фарфоровое – бьётся легко. К вечеру в главный зал успели доставить два котацу и прилагающиеся к ним подушки. В самом конце зала, в центре сидел глава Ордена, по правую сторону его супруга, а по левую дети и наследники. Также предоставили место Ло Тайе, правой руке главы Ордена, его нередко звали к различным трапезам, но часто отказывался из-за различных форс-мажорных ситуаций. Он был приглашен для того, чтобы детям было комфортно находиться в этом обществе. Поначалу это действительно сложно, даже испытывая ободряющие взгляды Главы Ордена и Молодой Девы Цзян (это такая невесомая поддержка в критических состояниях). Она была такая искренняя, что ощущалась даже на большом расстоянии, так приятно грела сердце и душу. Детишки были премного благодарны за такую честь быть сейчас в самой Пристани Лотоса! Наконец обрести семью... А-Мин и А-Сянь ни раз задумывались о своем будущем, как они будут выживать, как построят свою дальнейшую жизнь, и даже представить не могли, что окажутся прямо здесь в данный момент. Даже, пусть их не примет Мадам Юй или кто-то ещё другой, за ними будет стоять Глава Ордена, который заменит им семью, покажет, что такое быть частью любимого и ценного... Юй Цзыюань тяжёлым взглядом окинула двойняшек Вэй, заставив их тем самым вздрогнуть, дети старались не показывать своего страха, но получилось очень плохо. Властный, изучающий взгляд прошелся по детям с ног до головы, будто пытался найти там нечто скрытое и плохое. Мадам Юй не собиралась быть милосердной к ним, доброй и ласковой, она хотела проверить их: на сколько они сильны морально и не сломала ли их судьба? — Как вам удалось выжить? — перед тем, как подадут еду, женщина хотела узнать о кое-чем, обычно маленькие дети не выживают в суровые зимы с холодными ветрами Юньмена. — Здешняя погода бывает немного сурова... — Госпожа, нам пришлось многое пережить, — тихо пробормотал Вей Ин, пытаясь спрятаться от взгляда, съежившись будто от холода. — Когда ты хочешь выжить, ты будешь делать все ради того, чтобы проснуться на следующий день, — Юймин говорила тихо, но ровно до того момента, как взгляд Мадам Юй переключился на нее. Внутреннее нутро сжалось так крепко, словно все говорило об опасности, что они не переживут этот разговор. Девочка словила на себе подбадривающую улыбку Ло Тайи, и все таки осмелилась посмотреть женщине в глаза. "А она не робкого десятка, — подумала Юй Цзыюань, мысленно восхитившись этим, но не подала виду. — Да и брат ее такой же, но все таки не дотягивает." — Моя Госпожа, — любезно улыбнулся Цзян Фэнмянь, — давайте отложим наши разговоры на потом, еда стынет. И снова, раз за разом, Ло Тайя и Глава Ордена спасают их от резкой и иногда грубой, с тем же мягкосердечной, Мадам Юй. Ее можно понять, незнакомые ей дети, тем более старых товарищей и соперников, но в них течет кровь Саньжэнь и Чанцзе, это видно по их ясным глазам. Ужин начался.

* * *

Сразу после проведенной вместе трапезы, дети отправились по своим покоям. Во время совместного ужина двойняшки Вэй чувствовали себя неловко, сердце готово было выскочить из груди, а если внимательно присмотреться к их движениям, то дрожь в руках выдавала их беспокойство. Малышка Юймин старалась не пересекаться взглядами с Госпожой Пристани, только изредка переглядываясь с братом. Даже страшно смотреть на главу Ордена. А Вэй Усянь наоборот всех разглядывал, несмотря на свой собственный взгляд, также он часто переглядывался с А-Ченом и Цзян Фэнмянем, одна ЯньЛи улыбалась своей матушке. В целом, вечер прошел даже лучше, чем ожидалось первоначально. Все остались довольны, несмотря на какие-то скрытые переживания и недосказанности. Юймин попросилась остаться на ночь у своей сестренки в тайне от Мадам Юй, зная, что она будет против такого и не останется в восторге. Юй Цзыюань всегда будет ставить своих детей выше тех чужаков, которых приютил ее муж, будет стараться отгородить их от детей, думая, что они плохо повлияют на ЯньЛи и ВаньИня. Радостное солнышко Вэй Ин сверкал своими глазами, словно звездочка на небе, также пытался наладить контакт с угрюмым Цзян Ченом, который грубо пытался отпихнуть от себя объект раздражения, но А-Сянь так просто не сдавался. Малышка А-Мин осталась на ночь у своей старшей сестренки. Ее глаза так сверкали, словно фейерверки, душу и сердце переполняли тепло и радость, что кто-то стал так близок. Юймин никогда бы не смогла подумать о том, что станет дорога дочери Главы Клана всего лишь то за пару дней, будто бы Цзян ЯньЛи могла видеть людей насквозь, их замыслы и душу, намерения и желания. Юная Дева пропиталась к девочке теплыми родственными чувствами, словно знакомы уже несколько лет. Может, это потому, что они похожи? Пускай Цзян Чэн категорически не хотел видеть Вэй Усяня, в глубине души он боялся предательства. Боялся привязаться так, чтобы потом возможно почувствовать, как твое сердце рассыпается на миллионы маленьких осколков от потери, которая станет сокрушающим ударом. Молодым Господином правил страх потери внимания отца из-за новых детей в их семье, потери свой имидж и статус, но стоит ли так сомневаться в своем собственном отце и новом члене семьи?

* * *

Пристань Лотоса являлась огромной резиденцией в несколько десятком ли, с прилегающими лесами и озером с лотосом, обширными просторами полей и кучей красивых, загадочных мест. Но само здание резиденции было огромно: много различных пустых комнат, море свободного пространства. Молодые Господа этого места находились в теплых отношениях друг с другом, но все равно имели отдельные покои друг от друга, их собственный укромный уголок, личная территория, где каждый чувствовал себя хозяином. Там можно было переждать бурю в душе, наслаждаясь тишиной и чистым воздухом. Но тем не менее, у них также имелись общие покои, в которых они по максимуму старались коротать время вместе, как муж и жена. Это даже не какой-то долг друг перед другом, а вера и надежда, поддержка и взаимопонимание между ними, как единое целое. Там они были всем, целой стороной одной монеты: не по отдельности, а именно вместе. Они семья, несмотря на ненастья. Они семья, несмотря на непогоду. Они семья, несмотря на трудности. Они семья, даже со всеми ссорами, криками и обидами. Они семья, потому что любят друг друга и готовы на все, чтобы сохранить ее!

* * *

Каждый раз, когда Цзян Фэнмянь находился в своей резиденции, мужчина старался находиться и ночевать вместе со своей супругой, пускай грубой, как подобает аристократке, и нежной, как подобает матери и жене. Уже темно. На небе не единой звезды. Тишина. Яркий свет луны, проникающий в покои. Она. Он. Они. Вместе. Супруги. Две части одного целого. Мадам Юй, сидя перед высоким зеркалом, медленно доставала нефритовые шпильки из своих волос — крупная, темная, длинная копна рассыпалась мерцающим каскадом на хрупкие плечи, шелковистые и мягкие пряди. Сидя недалеко от супруги, Цзян Фэнмянь из-под опущенных ресниц наблюдал за женщиной. Ему нравились ее волосы... Ухоженные, вкусно пахнут сливой и медом, сверкающие в ночи. Пускай, у них был брак по расчету, мужчина все равно со временем стал питать теплые эмоции к этой женщине, несмотря на ее сложный характер. — Мне позвать лекаря? — в голосе Мадам Юй чувствовалось волнение, сердце застучало быстрее, чем обычно, сжимаясь в тугой ком. — Фэнмянь, не молчи! В зеркале женщина видела и наблюдала за своим супругом, как он наблюдал за ней, а потом вдруг резко вздрогнул и всем телом накренился вниз, сжав руками виски. Головные боли мучали его довольно часто, но такие резкие и сильные пару раз в месяц. За своей непоколебимой и твердой натурой скрывались глубокие чувства к напротив сидящему человеку. Такие чувства вызывают что-то типа симптома единства. Боль партнера ощущается как своя собственная, а сердце кровью обливается от мысли, что ему больно... Недавно на ночной охоте Глава Ордена был ранен сильным ядом, находился в полубредовом состоянии, а его супруга была рядом с ним. Всегда. Была и будет. — Все хорошо, моя госпожа, — Цзян Фэнмянь резко запнулся, с нежностью глядя в глаза жены, и пытался выдавить умиротворенную улыбку, чтобы показать, что все хорошо. — Не ври мне, — тихо прошептала женщина, поднявшись с подушек, с какими-то переменными эмоциями, от волнения до серьезности, заглянула ему прямо в душу, пытаясь отыскать его боль. Плавно подошла к ложе, аккуратно уложила супруга на постель, стараясь не делать резких движений. Окунула свои руки в холодную воду из рядом стоящей огромной чаши, приложила к вискам. Медленно и нежно массировала точки давления, по немногу вливая в них свою охлаждающую и успокаивающую духовную силу. — Все хорошо, я сам должен справиться, мне не нужна пом... — мужчина потерял дар речи, когда холодные губы супруги коснулись его раскаленного лба. Такое чувство, что она коснулась ядра самого ада. — Ты весь горишь, — Мадам Юй немного опешила, что так открыто заботится о взрослом мужчине. О ее мужчине. И больше ничего госпожу не волновало, чего велела ее душа, то она и делала. — Запомни, у тебя всегда есть Я, и у меня есть Ты. И вместе образуем Мы. Уясни ты это же, Цзян Фэнмянь!

Крепка бывает та семья, Где нет владений буквы "я", Где правит только слово "мы", Где есть совместные мечты.