С тобой я чувствую себя особенным

Юнги нашёл Чимина там, где менее всего того ожидал: горько плачущего в мужской раздевалке. Изначально, когда он только начал свои поиски, то в первую очередь проверил очевидные места: обошёл все книжные стеллажи в библиотеке, просканировал футбольное поле и заглянул в учительскую. Юнги даже припугнул одного из одноклассников Чимина, пока тот не признался, что последний всё ещё не ушёл домой. Записка, которую кто-то прикрепил к шкафчику Пака, никуда не делась, а это означало, что он не забрал свои вещи. Потерпев неудачу, Юнги решил сдаться и попробовать в другой день, будто не он потратил две недели, отслеживая все перемещения Чимина по школе. Просто тот всегда был чертовски занят. Он выполнял поручения учителей, ходил на тренировку по футболу, украшал постеры для мероприятий, занимался репетиторством и школьным кружком. Юнги смирился с тем, что завтра ему придётся предпринять новую попытку. Он размышлял над тем, сможет ли поймать Чимина в дверях школы, и внезапно осознал, что забыл куртку в раздевалке. Всё из-за того, что Юнги отказался переодеться в спортивную форму на физкультуре, поэтому в качестве наказания учитель назначил ему уборку раздевалки. Испытывая лёгкое раздражение, Юнги устало поплёлся обратно в надежде забрать свою куртку, но нашёл именно того, кого искал всё это время. Теперь же он неловко завис в дверном проёме, наблюдая за плачущим Чимином. А тот будто и не заметил чужого присутствия: сидел, прижав колени к груди и уткнувшись лицом в руки, пока его плечи мелко сотрясались от рыданий. В ногах лежали остатки разорванного в клочья плаката. Юнги не знал что делать. У него весьма ограниченный опыт в утешении плачущих парней, особенно когда речь шла о Пак Чимине — президенте класса, футбольной звезде, золотом мальчике средней школы Апкучжон. Пак Чимин — парень, в которого Юнги год влюблён. Остановившись у скамейки напротив Чимина, Юнги неловко прочистил горло. Тот вздрогнул от неожиданности и резко поднял голову. Его щёки и нос покраснели, слёзы текли вниз по шее, ресницы слиплись. Заметив Юнги, он удивлённо распахнул глаза и тут же начал стирать с лица слёзы маленькими ладошками. — Эм, — хлюпнул носом он. — Я тебя не заметил. Юнги потёр заднюю часть шеи и, поколебавшись мгновение, поднял кожаную куртку со скамейки. — Забыл её здесь. — А-а, — Чимин тёр кулаками глаза с такой силой, Юнги был уверен, он выдернул несколько ресниц. А потом снова всхлипнул. — Я как раз собирался уходить. Сейчас или никогда. Возможно, момент был не самый подходящий, но, с другой стороны, он мог стать идеальным. — По правде говоря, я тебя искал. Чимин моргнул, на лице ясно отразилось удивление. Конечно, для него это стало неожиданностью. Нет абсолютно никакой причины, чтобы кто-то вроде Мин Юнги искал кого-то вроде Пак Чимина. — Если это по поводу расписания обедов, я знаю, что должен был давно закончить, но всё будет готово к зав... Юнги переступил с ноги на ногу, а потом подошёл к Чимину и сел рядом на скамью. Устроив руку на согнутом колене, Юнги краем глаза следил за Чимином. — Ты ещё и график обеда корректируешь? Ты когда-нибудь отдыхаешь? Чимин сидел в напряжении какое-то мгновение, а потом расслабился. Его губы изогнулись в горькой усмешке. — По правде говоря, я уже слишком долго отдыхаю. Чимин указал рукой на разбросанные вокруг клочки бумаги. — Не думаю, что когда-либо видел кого-то столь же занятого, как ты, — признался Юнги. — Клянусь, куда бы я не повернулся в этой чёртовой школе, я вижу тебя, выполняющего какие-то обязанности. Чимин удивлённо моргнул. Горькая усмешка трансформировалась в мягкую улыбку. Чимин до такой степени красив, что на него было физически сложно смотреть. Юнги громко сглотнул и отвёл взгляд в сторону. — Не знал, что ты уделял мне столько внимания, сонбэ. Юнги едва не фыркнул. Если бы Чимин только знал. — Не моя вина, что ты вездесущ. Тебя трудно не заметить. — Ну, да. Просто у меня дел по горло. — И именно ты должен выполнять их все? Юнги не хотел, чтобы его слова прозвучали настолько осуждающе, но он видел, насколько сильно Чимин устал. Взвалил на свои плечи непосильную ношу. Чимин скривил губы, но и слова не сказал в ответ. Его взгляд был прикован к испорченному плакату. — Так почему ты плакал? — Сонбэ, — фыркнул Чимин. То, как он это сделал прозвучало мило, да и сам он выглядел просто очаровательно. — Ты должен был притвориться, что ничего не видел. — У-упс, — ни капли не сожалея, протянул Юнги. — Так в чём дело? Чимин вздохнул и поднял клочок бумаги, мрачно его рассматривая. — Я украшал плакат, чтобы разрекламировать футбольный матч в эти выходные. Перерисовывал буквы трижды, но те продолжали выглядеть ужасно. Юнги понятливо хмыкнул. — Вам, ребята, разве нужна реклама? Все и так пойдут на матч. — Мне кажется, что ты нас переоцениваешь, — пробормотал Чимин. — Во всяком случае, дело было даже не в буквах, потому что я не стал бы реветь из-за такого дурацкого повода. Просто… мне столько всего нужно сделать. И я всё должен сделать идеально. — Кто это сказал? Чимин кинул на него взгляд. — Все. Абсолютно все возлагают на меня большие надежды. — Знаешь, ты не обязан потакать желаниям других людей. — Легко сказать, мистер Каждый-день-опаздываю-в-школу. — Эй! — возмутился Юнги, хотя на самом деле его это ничуть не задело. Он уже смирился со свой репутацией в школе. — Всё потому, что я занимаюсь доставкой по утрам. Иногда скутер ломается, а иногда люди меняют свой заказ в последний момент… Чимин улыбнулся. Юнги рассматривал его лицо: сузившиеся от улыбки глаза, сморщенный нос, полные розовые губы. На его щеке появилась маленькая ямочка и Юнги понял, что завис. — Я знаю. — Знаешь? — растерялся Юнги. Щёки Чимина залил румянец. Он отвернулся, поджав губы. Юнги не думал, что Чимин знает о нём что-то, чего не знают другие. — Я, эм, увидел тебя однажды утром во время работы. Знаю, что именно поэтому ты всегда опаздываешь. — Понятно, — Юнги начал мять пальцами ткань куртки, смутившись. — В любом случае, я просто хочу сказать, что тебе стоило бы взять с меня пример. Перестань так сильно переживать о том, кто и что подумает. — Я просто не хочу никого разочаровать, — тихо произнёс Чимин, нахмурившись. Юнги увидел его выражение лица и понял как для него это на самом деле важно. — Я тебя умоляю, — усмехнулся Юнги. — Тебе это не удастся даже если сильно постараешься. Чимин украдкой кинул на него взгляд из-под ресниц. — Ты усердно работаешь, Пак Чимин. Делаешь всё возможное, чёрт возьми. Даже если ты периодически будешь совершать ошибки — никто не заметит. Все от тебя без ума. — Впервые обо всём этом слышу. — Это правда, — настоял Юнги. — Никто не работает так усердно, как ты. Откровенно говоря, мало кому есть дело до тех вещей, которые волнуют тебя. Ты всегда изо всех сил стараешься помочь окружающим. Это достойно восхищения, знаешь? Я тобой восхищаюсь. Теперь Чимин сильно покраснел. — Ты говоришь это из вежливости. — Пак Чимин, ты думаешь я всё это сказал просто из вежливости? Если ты не знал, то это не в моём характере. Я говорю только то, что чувствую. — Сонбэ. — Ты хорошо справляешься. Ты можешь позволить себе брать перерыв время от времени. — Спасибо, — смущённо произнёс Чимин. — Никто никогда… то есть, я хочу сказать, мне такого никогда раньше не говорили. — Потому что все воспринимают тебя как должное, вот почему, — немного настойчиво сказал Юнги. Чимин подарил ему улыбку и начал собирать разбросанные куски бумаги. — Значит ли это, что ты поможешь украсить мне этот плакат, сонбэ? — Я домашнее задание не делаю, ты думаешь я буду заниматься внеклассной работой? Чимин захохотал, тоненько и мило, закрыв ладонью рот. — Соглашайся. Пожалуйста? — Ладно, как скажешь. Чимин чуть ли не сиял, а сердце Юнги, по ощущениям, готово было взорваться. — О, сонбэ, разве ты не говорил, что искал меня? Тебе что-то было нужно? Юнги прочистил горло, снова ощутив дискомфорт. Ему потребовалось много мужества, чтобы решиться на этот разговор. Но теперь, когда Юнги сидел и смотрел на милое от любопытства лицо Чимина, он чуть не пошёл на попятную. Юнги шумно сглотнул. Он не мог уйти, поджав хвост. — У меня, эм, кое-что есть для тебя, — Юнги залез рукой во внешний карман своего рюкзака и вытащил сидибокс с самым обычным диском внутри. Естественно, туда же он вложил вкладыш-обложку собственного изготовления с названием песни и текстом. Выглядело безвкусно, но Юнги и не умел украшать вещи так, как это делал Чимин. Чимин аккуратно забрал у него диск. — Что это? Юнги потёр нос, старательно избегая пристальный взгляд Чимина. — Я написал песню. — О! — воскликнул Чимин. — Ты проводишь всё свободное время в музыкальной комнате, и мой друг сказал, что ты действительно хорошо разбираешься в музыке. Я могу её послушать? — Она для тебя. Чимин застыл, забавно открывая и закрывая рот. Юнги перевёл взгляд на свои ноги. — Для меня? — Да. Потому что ты всегда много работаешь и всё такое. — Ты написал её? — голос Чимина прозвучал очень мягко. — Ты это написал? Юнги согласно кивнул. — Ты написал мне песню? Юнги бросил взгляд в его сторону и заметил, как в глазах Чимина заблестела влага. — Эй, чёрт, только не плачь! Это не должно было заставить тебя плакать… — Это так мило. Для меня никогда и никто не делал таких вещей. — В этом нет ничего особенного. Это просто песня. — Это не так! — воскликнул Чимин. — Ты написал мне песню. — Да, и я надеюсь тебе понравится. — Уверен, мне безумно понравится, — Чимин прижал коробку с диском к груди. — Спасибо, сонбэ. — И ты… — Юнги замешкался. Сердце билось где-то в горле. Билось так сильно, что даже стало страшно вдруг Чимин это услышит. Ладони вспотели и Юнги торопливо вытер их о штаны. Во взгляде Чимина прослеживалось любопытство, но с оттенком нежности. Он коротко кивнул, тем самым призывая Юнги говорить. Чимин продолжал его поддерживать несмотря на то, что понятия не имел о том что именно собирался сказать ему Юнги. Это обнадёживало. — Ты мне очень нравишься. Юнги не знал каким образом смог выдавить из себя слова, ведь язык во рту потяжелел так, будто его отлили из свинца. — Я понимаю, что мы не так хорошо друг друга знаем, но ты мне очень нравишься. И я, эм, хотел спросить, не согласишься ли ты сходить со мной на свидание. Чимин, кажется, даже не дышал. Юнги почти сразу решил отступить. — Ты мне ничем не обязан, я не поэтому отдал тебе этот диск. Я просто подумал, что должен тебя об этом спросить… Всё, правда, в порядке… — Сонбэ, — прервал словесный поток Чимин, а затем протянул руку и положил её Юнги на колено. Губы Чимина растянулись в ослепительной улыбке, щёки порозовели, а самому Юнги показалось, что он плывёт в невесомости. — Я с удовольствием пойду с тобой на свидание. — Ты... серьёзно? Юнги не мог поверить своим ушам. Да, он собрался с силами и признался в своих чувствах, но даже предположить не мог что Чимин согласится. Потому что Чимин — это Чимин, а Юнги — ну… Чимин снова засмеялся — это определённо был ангельский звук. — Да, серьёзно. Может быть, мы поедим мороженое? — Мороженое. Ага. Звуки долетали до Юнги как из-под толщи воды. Голова закружилась. — В пятницу? — уточнил Чимин. — После школы? — В пятницу, — согласился Юнги, — да. Чимин вскочил на ноги и протянул ему свою руку. — Договорились, а теперь пошли. — Пошли? — раскрыв рот, переспросил Юнги. — Ты помогаешь мне с постером, забыл? Чимин произнёс это немного игриво. Юнги был им очарован. Для него он сделает всё, что угодно. — Точно, — кивнул Юнги и взял ладонь Чимина в свою. — Пойдём.