Падший демон

      Он сидел на спинке кресла, закинув ногу на ногу, и улыбался. Обычный такой стандартно-красивый мужик из тех, кто ослепительно скалится с тысяч рекламных билбордов и миллионов обложек пафосного глянца. Этот тоже ослепительно скалился. Белоснежные зубы сверкали, как бриллианты на выставочной витрине, мягко подсвечивая лицо. Смотрелось криповато, в отличие от рекламы. — Ты кто? — испуганно прошептал Тошик. — Чёрт, — пожал плечами мужчина. — Ну или демон, если тебе так больше нравится. — А где рога? — Не поверишь, спилил. Даже хвост купировал, — ночной гость повернулся боком и вильнул бедром, демонстрируя аппетитное полупопие. — Всё для тебя, сладкий. Контровый свет полной Луны чётко очертил его седалище, и Тоша хватанул ртом воздух, в ужасе выпучив глаза. Мужчина не сидел на спинке кресла, он парил сантиметрах в десяти над ней — ещё и пытался поудобней умоститься, елозя задницей по воздуху. По воздуху, блин! От этой картины у Тошика все волоски на теле встали дыбом и замерли по стойке смирно, а сердце от страха упало в район трусов. — Хр-р… сги… гн-н… — прохрипел он, как получилось, слова изгнания нечистой силы, но перекреститься рука не поднялась — ослабла от страха. Хорошо, что мозг быстро вышел из тупого оцепенения и, сопоставив некоторые факты, выдал успокаивающую версию происходящего: «Это сон, хозяин, не бзд…, не бойся, в общем». Тоша поверил. — Ты мне снишься, — то ли убеждая себя, то ли подсказывая мужчине ответ, произнёс он. — Нет, — быстро ответил тот, мгновенно переместившись к кровати, и, наклонив лицо, выдохнул в губы Тошика: — Надеюсь, нам будет не до сна в ближайшее время. Называй меня Дейнис, малыш. И вот тут Тошика накрыло. Его вкусовые и обонятельные рецепторы буквально взвыли в экстазе, ощутив потрясающе вкусный, сногсшибательный ароматический коктейль. Крепкий чёрный кофе с коньяком, терпкая сосновая смола, нота высушенных листьев табака и лёгкий мускусный шлейф — словно сидишь на поляне в хвойном лесу, попиваешь любимый напиток под дорогую сигару и предаешься разнузданным сексуальным фантазиям. «Ащ-щ-щ!» — Тоша едва не захлебнулся слюной. Пугливое оцепенение прошло без следа, растворившись в томно-жаркой неге предвкушения. Губы сами потянулись к обладателю восхитительного запаха, не столько целуя его кожу, сколько жадно заглатывая аромат, желая насытиться им на всю оставшуюся жизнь. Почувствовав сильное головокружение, Тошик запоздало вспомнил, что гипервентиляции лёгких может привести к потере сознания, и хотя это была здравая мысль, она стала последней перед тем, как накрыла темнота.

***

«Уиу-уиу-уиу!» Громкая сирена ударила по барабанным перепонкам. Тоша подскочил в одеяльном коконе и с ненавистью хлопнул по клавише навороченного будильника. Он бы с удовольствием сменил рингтон, но, к сожалению, ни одна даже самая зубодробительная мелодия не гарантировала своевременную побудку на работу. А вот звук сирены с этим справлялся отлично, от неё не спасали ни беруши (был такой опыт), ни ладони, прижатые к ушам, ни пуховая подушка, зафиксированная для надёжности одеялом. Ну не принимал организм такие звуки на подсознательном уровне. Тошик — в официальном миру Антон Алексеевич, симпатичный двадцатишестилетний холостяк, менеджер туристического агентства «Мир», не состоял, не участвовал, не привлекался — со стоном уткнулся в подушку. Звук противного рингтона смыл сонливость, как холодный душ, но Тошик не горел желанием вставать. Почему-то сегодня хотелось понежиться в кровати, тело фонило отголосками приятной истомы, и было откровенно пофиг на возможное опоздание на работу. Необычное и приятное ощущение — как после яркого эротического сна. Стараясь вспомнить, что же ему приснилось, Тоша второй раз подскочил в одеяльном коконе. Мозг выдал чёткую картинку рекламно-красивого самца с ослепительной улыбкой и сногсшибательным запахом, и то, как он вальяжно сидел в воздухе, потом телепортировался к кровати и подарил нежно-сладкий поцелуй. А назвался мужчина… Дунканом? Далтоном? Нет, кажется Дейнисом. Точно! Чёртом или демоном Дейнисом. Же-е-сть. Приснится же такое! Тошик облизнулся и внезапно похолодел, судорожно сглатывая слюну. На губах ощущался отголосок кофейно-коньячного вкуса и яркий шлейф древесно-мускусного аромата. Как такое может быть? Никак, если в гости не забегал живой и настоящий демон. Выходит — забегал. Тоша истерично хихикнул. Мысль отдавала тяжёлой клиникой и принудительной путёвкой к мозгоправу. А всё из-за чего? Из-за отсутствия нормального секса — ведь смешно приравнивать к нему регулярные упражнения правой рукой и скачки на резиновом члене. «Пора что-то делать с недоебитом», — тяжко вздохнул Тошик и чуть слезу не пустил от жалости к себе. Стандартная для нормальных людей схема «познакомились — понравились друг другу —потрахались» ему совершенно не подходила из-за одной отличительной особенности: исключительной, в сравнении со среднестатистическим человеком, чувствительности к запахам. Не успеет клиент войти в кабинет, а Тошик уже унюхал, что тот ел на завтрак, чем мылся-душился, на чём приехал и даже ароматические шлейфы тех, с кем он недолго общался по дороге в офис «Мира». И вроде ничего ужасного, если бы не отвращение к целой куче запахов или чаще всего — к их неуместным сочетаниям. Обычный человек вряд ли почувствует ароматическую композицию из утреннего гамбургера, растворимого кофе, пряного HUGO BOSS, застарелого сигаретного дыма, крема для обуви и резкого автомобильного освежителя, а Тошика начинало подташнивать от такого амбре уже с полутора метров. На работе удавалось обеспечить комфортное расстояние от клиента широким столом и удачно поставленным стулом, а как это сделать в транспорте или других общественных местах? Всё время затыкать ноздри ватными тампонами? Не вариант: дискомфортно и вредно. Можно, конечно, избегать часов пик, не ходить в клубы и театры, не развлекаться в шумных компаниях, но разве ж это жизнь для молодого, одинокого парня? С интимом дело обстояло ещё хуже. Собственно, его вообще не было. Никогда. Будь Тошик натуралом, проблем бы не возникло. Унюхал приятный или хотя бы не отталкивающий аромат девушки — вперёд: знакомься, встречайся, лишайся девственности, съезжайся, да хоть в ЗАГС веди. Отшила тебя девушка сразу или через какое-то время не срослось с серьёзными отношениями — не беда, другую встретишь. С парнями такое не прокатит. Принюхиваться к ним в гомофобно настроенном обществе сродни самоубийству. Особенно, если залипаешь на рослых, крупных мужчин с пудовыми кулаками и властной аурой настоящего самца или на спортивных, брутальных красавцев с ослепительными улыбками. Первых Тоша шугался, как огня (был опыт, когда за откровенный облизывающий взгляд ему прилетело кулачищем-кувалдой прямо в челюсть), а со вторыми его жизненные пути никогда не пересекались и он подозревал, что не пересекутся. Поневоле приходилось вести жизнь затаившегося гея и придерживаться имиджа социофоба, держась от всех на расстоянии . На работу Тошик всё-таки успел, пришёл минута в минуту, но работник в этот день из него получился аховый. Всё валилось из рук, настроение было паршивым, коллеги и клиенты бесили, а их запахи неимоверно раздражали. Даже послеобеденный заварной кофе с каплей любимого коньяка, порционная бутылочка которого всегда была припрятана в офисном столе, неприятно отдавал смолистой горечью. Тоша в очередной раз возненавидел свою особенность. Ну почему он родился в этой реальности и на этой планете? Ведь бывают же миры, где такие как он живут счастливо и комфортно. Та же вселенная омегаверса, историями о которой он зачитывался не раз. Никаких баб, только мужики с узлами и без них свободно нюхают друг друга и выбирают партнёра по запаху. А ещё есть джекпот в виде истинной пары. Вот где надо было родиться бетой или омегой, тем более, что внешность у него подходящая — стройный, изящный блондин с миловидным лицом и большими, выразительными глазами. Муторный рабочий день, наконец, закончился. Тоша вызвал такси, понимая, что в таком говёном настроении не осилит квест «поездка домой в общественном транспорте», а идти пешком не хотелось: далеко, да и одежда неподходящая. Наскоро поужинав чем холодильник послал (запасы не порадовали, но винить кроме себя некого), завалился с ноутом на кровать и открыл избранное в Фикбуке. Наверное, усталость или плохое настроение повлияли, только с чтением не задалось — глаза просто слипались. Тошик не стал противиться желанию организма и, закрыв ноут, свернулся кошачьим клубком в мягких подушках. *** Он опять сидел на спинке кресла, ослепительно улыбался и смотрел на Тошика. Собственно, тот и проснулся от осязаемого, оглаживающего взгляда. — Приве-ет, сладкий, — сексуально пророкотал демон и в ту же секунду оказался на кровати, — ждал меня? — Я не сладкий, — заворчал Тошик, пытаясь не вдыхать аромат мужчины слишком глубоко, — у меня вообще-то тоже имя есть. Антон. Можно Тошик, так меня мама покойная называла, — грустно вздохнул он и внезапно понял, что мозг и сердце единодушно согласились с реальностью существа, абсолютно невозможного в далеком от магии и мистики мире. — Тош-ш-шик, — сексуально прошелестел Дейнис, обнимая его всеми конечностями, — нежный, сладкий, как раз для меня. Пойдёшь со мной? — Куда? — В преисподнюю, — просто ответил демон, как будто речь шла о походе в супермаркет. Он сильнее прижал дёрнувшегося парня и успокаивающе погладил по спине. — Не бойся, не сейчас. Ты должен добровольно захотеть. И чтобы на всю оставшуюся вечность. Дурацкие правила, не я их придумал. Про любовь и страсть не упоминаю, это само собой разумеется и прилагается. — А если я не захочу или не смогу тебя полюбить? — Сладкий, — снисходительно улыбнулся Дейнис, — меня вожделеют даже камни. Кстати, один почти камешек сейчас упирается мне в живот. Тоше не было смысла возражать. Демон прав, ещё как упирается. Разве можно не вожделеть шикарного мужчину с внешностью «ВАУ!», ароматом массового сексуального поражения и тембром Вина Дизеля? На такого самца и у мёртвого натурала встанет, а Тошка живой и о-очень голодный гей, понимающий, что реально существующий землянин с рекламного билборда ему никогда не обломится. Не в этой жизни. Только и доверчивым простачком Тоша не был. Он не стал умничать на тему «любовь не бывает без секса, но может быть секс без любви»; не стал выяснять, по какой причине демон оказался в этом далеком от чудес и мистики мире и почему прицепился к нему, ничем не примечательному парню (время этих вопросов ещё придёт); он просто вспомнил, что является хорошим менеджером и решил поторговаться за бонусы для себя любимого. В конце концов, если исчадье ада обманет, то потом, поджариваясь на дьявольской сковородке, Тоше будет, что вспомнить. — Дейнис, я согласен попробовать, — осторожно начал он, заглядывая демону в глаза, — но у меня есть пара условий. — Пфф, — фыркнул тот, — знаю я твои условия. Я же исчадье ада, не забыл? Не бойся, читать мысли не умею, — добавил он, предупреждая вопрос, — говорил же, правила дурацкие и не я их придумал. Просто на твоём лице всё написано. Хочешь почувствовать себя… Как у вас тут говорят… попаданцем? — А что, это возможно? Параллельные реальности и иные миры существуют? — Тошик затаил дыхание. — А я откуда, как ты думаешь? Ад — такой же мир, как и ваш. Ну не такой же, но вполне реальный, и без этих ваших сказок о поджаривании грешников на сковородках. — И мир без женщин, где рожают мужики и у каждого есть истинная пара — не выдумка? — Ах-ха-ха, так и знал, что о нём спросишь, — весело оскалился Дейнис. — Существует, конечно, причём в нескольких вариациях. Во Вселенной столько миров, и есть такие занятные, что даже вашим свихнувшимся фантазёрам не снилось. Хочешь посмотреть? — глаза демона как-то подозрительно сверкнули. — Вот полюбишь меня больше жизни, захочешь провести со мной вечность, тогда покажу. Тошика от открывшейся перспективы чуть не закоротило от восторга. Нет, он чувствовал подвох в предложении демона, но упускать свой шанс всё равно не собирался. — Знаешь, полюбить человека или демона... не важно, любое существо — не пальцами щёлкнуть: раз и полюбил больше жизни. Нужно встречаться, общаться, узнавать друг друга, время для возникновения глубокого чувства нужно, понимаешь? В нашем мире любовь между мужчинами считается неприемлемым и порицаемым обществом извращением. И хоть тебе на это чихать, я не хочу проблем. Мы даже постоять за себя не сможем, ведь тебе нельзя раскрывать на Земле своё мистическое происхождение и способности, я правильно понимаю? Демон согласно кивнул. Тоша подводил его к своей просьбе плавно, но Дейнис давно всё понял. — Согласен, — припечатал он губы парня пальцами, — отправимся в мир мужчин и запахов. В сущности, нет разницы, где ты будешь в меня влюбляться. Только хочу предупредить: в новой реальности нам придётся знакомиться заново, и проявлять свою демоническую сущность я не смогу — не имею права, так же, как и здесь. И ещё одно: ты не будешь помнить об этом мире. Разве что во сне. — Согласен, — выдохнул Тошик. Дейнис зафиксировал ладонями его лицо и замер, всматриваясь в испуганные голубые глаза. Взгляд демона ввинчивался в мозг, а в чернильной радужке клубился Космос. Он накатывал неотвратимым солитоном, сминая Тошино сопротивление, закручивая, вытягивая сущность кроваво-красным спектром и швыряя в точку невозврата. А потом всё поглотило Ничто.