Clavus Clavo

Ясон поднял глаза от книги, когда Рики, одетый в джинсы и теплый светлый свитер, подошел к нему сзади и обнял. - Уже поплавал? – не столько спросил, сколько констатировал он. - Да, вода еще слишком холодная, - сообщил сияющий парень, у которого губы слегка посинели. - Сейчас только май, - заметил Ясон, закрывая книгу. - Ты готов? Ясон встает из кресла, оставив книгу, и они медленно идут вдоль побережья мимо лижущих песок волн, мимо качающихся на волнах птиц с птенцами, мимо выползших на берег крабов, «перещелкивающихся» на каком-то крабьем языке. Пальмы все того же удивительно синего цвета сухо шелестят своими листьями на ветру. Пляж становится каменистым, то тут, то там видны бело-голубые огромные венчики содалитовых цветов – их еще называют морскими анемонами. Небо над головой очень высокое и странного зеленовато-голубого цвета, как бывает только на Спэро весной. Огромное солнце засвечивает часть небосвода. Ветерок слегка треплет чуть отросшие волосы Рики и развевает длинные пряди Ясона. Бриз пахнет солнцем и морем, хоть это и очень странные запахи. Постепенно чуть дальше от побережья, в линии жилых домов поднимается Шаппель Ойкумены, величественное светлое здание с огромными от пола до потолка витражными окнами, изображающими райские кущи. Их приходская церковь. Где они никогда не бывали и вряд ли когда-нибудь побывают. Ни один не заинтересован религией. Рядом с церковью небольшая площадь, которую прихожане посещают в праздники, когда положено прощать врагов, друзей, любимых и себя. Особенно любимых. За ту боль, которую они иногда причиняют тебе. И себя. За ту боль, которую, дай Бог, чтобы иногда, ты причиняешь им. Здесь на сегодняшний день лежит конец прогулки, что они могут пройти вдвоем. Туда и обратно это расстояние составляет сорок десеков Спэро. Вам надо знать сколько это? Это много. Это ровно на сорок десеков больше, чем они могли пройти вместе еще десять месяцев назад. Конец.