Clavus Clavo

Ночью Ясон проснулся от крика, доносящегося из соседней комнаты. Блонди сел на постели, пытаясь понять, что случилось. - Рики? Неловко, одной рукой, Ясон подтянул кресло ближе к кровати и перебрался в него. Из-за волнения ему не сразу удалось толком ухватиться за рычаг, отпирающий изнутри дверь, который был откровенно высоковат для сидящего человека, однако ему это удалось, и вскоре, проделав ту же манипуляцию, блонди открыл дверь комнаты Рики. Парень беспокойно метался на узкой кровати. - Рики… - негромко позвал его Ясон, касаясь конвульсивно вцепившейся в простынь руки. С громким стоном Рики открыл глаза, содрогаясь всем телом и судорожно ухватившись за пальцы Ясона. Несколько секунд парень бессмысленно оглядывался по сторонам, не в силах выйти из сна, а потом, наконец, проснувшись окончательно, выдохнул: - Ясон!.. Как хорошо, что ты здесь… Лицо у Рики было мокрое от слез, и он все еще дрожал, обеими руками цепляясь за Ясона, словно утопающий. - Все хорошо, - тихо сказал блонди. – Это был ночной кошмар? – спросил он у парня, спрятавшего лицо у него на плече. Рики кивнул, снова вздрогнув всем телом. - Не уходи, ладно? - попросил он. – Ляг со мной, пожалуйста. - Конечно, - поспешно согласился блонди. Кровать была такой узкой, что ему пришлось крепко прижать Рики к себе, и тот немного нервно рассмеялся. - Сам виноват!.. - Что тебе снилось? – спросил блонди, когда они окончательно устроились, приглаживая мягкие черные волны волос. – Это… это был… - … Дана Бан? – закончил за него Рики. – Возможно. Я не помню. Я никогда не помню своих кошмаров, только чувство ужаса, и это все. Тебе снятся сны, Ясон? - Нет, никогда. Каково это? - Это трудно объяснить. Иногда ты снова проживаешь какие-то ситуации, только всегда переломленные, как в кривом зеркале. А иногда вообще живешь не своей жизнью. Иногда ты грезишь и все время понимаешь, что это только сон. А иногда просыпаешься и еще долго не можешь отойти, и кажется, будто это было на самом деле. Иногда сновидения могут подарить тебе счастье – что-то такое, чего не хватает в твоей жизни, или что-то, что ты очень хотел бы иметь. А иногда ты просыпаешься в холодном поту от собственных криков и боишься засыпать снова. Господи, меня до сих пор трясет! Но что бы ты ни увидел во сне: мертвых, чудовищ, искаженную реальность – ты никогда не удивляешься этому. - Это звучит… тревожно, - заметил Ясон, обнимая Рики. - Ну, возможно, как все, чем мы не в силах управлять. Но, по-моему, это, скорее увлекательно. - Не сомневаюсь, - тихо пробормотал Ясон. - Спокойной ночи, - прошептал Рики, устраиваясь поудобнее. * Проснулся Рики около четырех часов утра и какое-то время смотрел на безлунное небо, видневшееся в открытом нараспашку окне, откуда тянуло ветерком, шумом волн и запахом моря. Он перевел взгляд на спокойно спящего рядом Ясона, уткнувшегося лицом ему в грудь. Золотые волосы блонди засыпали всю постель. Рики поцеловал светлые волосы, осторожно выбираясь из постели. Еще не проснувшись, Ясон отодвинулся, давая ему встать. Рики наклонился и коснулся губами бледной скулы. - Ты куда? – в полусне прошептал Ясон. - Тише… Мне пора на аэродром, у меня полет через четыре часа. А ты поспи еще. Вернусь – поговорим, ладно? Блонди, не открывая глаз, пробормотал что-то, соглашаясь. На той широте, где находился Вавилон, не бывало предрассветных сумерек, поэтому, пока Рики одевался, на абсолютно темное небо вдруг выкатило большое красноватое солнце, окрасив в розовато-золотистые тона всю комнату. Длинные ресницы Ясона отбросили тени на бледное лицо, когда блонди, забавно поморщившись во сне, повернулся на бок, чтобы солнечные лучи не мешали спать. * Окончательно проснулся Ясон еще часа через три-четыре и неожиданно поймал себя на том, что ему совсем не хочется вставать, а куда больше нравится просто лежать, бездумно глядя в потолок и слушая шум прибоя, несмотря на неудобную кровать. Впервые за долгое время это оцепенение без размышлений не терзало Ясона, а несло покой, и молодой мужчина цеплялся за это чувство, опасаясь скорого возвращения непроглядной тьмы отчаяния. Ясон Минк, просто блонди, за всю жизнь не видевший ни единого сна, мог сейчас поклясться, что прекрасно понимает слова Рики, каково это - бояться уснуть снова после пережитого ужаса ночного кошмара. Яркое солнце светило в окно, но от этого тени, спрятавшиеся по углам, казались еще чернее, и как будто напоминали, что свет этот ненадолго, а потом вернется прежний мрак. От этого было еще тяжелее. * Дверной звонок прозвучал примерно в полдень, и Ясон сразу же ощутил тревогу – для возвращения Рики было еще слишком рано, и с чего бы ему звонить в собственную дверь? Звонок прозвучал снова, резко и неприятно в тишине пустого дома. Ясон дернул рычаг, открывая дверь, и увидел стоящую на пороге девушку лет двадцати пяти-двадцати шести в темно-голубой форме пилота гражданских аэроотрядов, на фоне которой ярко-рыжие волосы сверкали еще сильнее. - Господин Минк, не знаю, помните ли… - Капитан Лебрен? - Вы меня помните! - морковного цвета губы девушки раздвинулись на секунду в улыбке, которая, впрочем, тут же увяла, и лицо Лючии приобрело прежнее напряженно-испуганное выражение. - Разумеется. Прошу проходите, - ответил на это Ясон, посторонившись с креслом. Лючия прошла внутрь особняка, надрывно закашлявшись от необыкновенно спертого воздуха. Блонди закрыл дверь и присоединился к неожиданной гостье в холле. - Что вам предложить? Что предпочитаете пить? - Ничего, когда я на работе, - покачала головой Лючия, против воли внимательно рассматривая мужчину перед собой, которого первый и последний раз видела в день их с Рики прибытия на Спэро. Ясон выглядел встревоженным и от этого каким-то более живым. Глядя во внимательные умные голубые глаза, Лючия, наконец, поняла, что же так привлекло непосредственного и жизнерадостного Рики в холодноватом блонди. Впрочем, кроме внимания и ума в глазах Ясона отчетливо читался еще и вопрос, который Лючия не могла оставить без ответа. - Боюсь, я к вам с не лучшими новостями, - осторожно начала она. Ясон кивнул. Ничего другого он и не ждал – тени не зря не исчезали, а лишь прятались по углам. - Что-то от Рики? – высказал блонди довольно банальное предположение. - Не совсем… не от Рики, а о Рики. - Что случилось? – после паузы негромко спросил Ясон. Голос у него не дрожал. - Два часа назад его эхолет пропал с радаров, - сказала Лючия и остановилась, потому что Ясон побледнел так быстро и так сильно, что она испугалась, не упадет ли он в обморок. Однако ничего подобного не произошло, и Лючия продолжила. – Диспетчеры всех аэродромов, более или менее лежащих на пути его следования, пытались выйти на связь, но она не работает. Его эхолет должен был приземлиться в Иерихоне полчаса назад, но этого не произошло. Господин Минк? - Все в порядке. Я вас слушаю, - отозвался смертельно бледный блонди. Ясон отстраненно думал, что даже не удивлен. Солнце ушло за облака. Гостиную спеленала тьма. - Никакого официального заявления, конечно, еще нет, но мы решили, что вам следует сообщить… Я подумала, что будет лучше, если я приеду и скажу все лично… - Вы поступили правильно, - подтвердил Ясон, а потом задал все же вопрос, которого так боялась Лючия всю дорогу сюда. – Вы считаете, что его эхолет потерпел аварию? - Это не исключено. Два эхолета вылетели, чтобы проследить тот же маршрут вслед за пропавшей машиной, они увидят эхолет, если была незапланированная посадка, или… - … Или его обломки, если это была авария, - закончил за девушку Ясон. Ему было легче сказать это самому, чем ждать, пока скажет она. Лючия молча склонила голову. * Выпроводив гостью, Ясон связался с одним из своих многочисленных работников, и уже через четверть часа коммлинк блонди был подключен к нужной информационной линии аэроперевозок. Так что следующие несколько часов Ясон мог сидеть и слушать диспетчеров, которые уводили остальные машины с маршрута, на котором борт №51-33-42 Зверь, возможно, потерпел крушение. Поочередно то одна Башня, то другая безуспешно пыталась связаться с пропавшим эхолетом. Примерно раз в четверть часа объявляли «минуту тишины», и эфир умолкал, пока диспетчерские установки отчаянно стремились засечь сигнал, каким бы слабым тот не был. В два часа дня об исчезновении эхолета было сообщено официально. После этого Ясон закрыл глаза и лишь слушал переговаривающийся эфир. Со стороны могло показаться, что блонди спит. * Борт №51-33-42 Зверь приземлился на крошечном островном аэродроме, находящемся далеко в стороне от его маршрута, в 15:07, через пять часов и семь минут после того, как пропал с радаров. * Информация об этом появилась в эфире в 15:15 минут, и, услышав ее, Ясон глубоко вздохнул, почти задыхаясь и чувствуя, как безумно застучало сердце в груди. * Рики позвонил в 15:50. Хотя Ясон и ждал этого звонка, он почти не поверил, когда услышал знакомый голос, говорящий: «Привет, ты как?». - Хорошо, - попытался ответить блонди, но голос его не послушался, так что ему пришлось откашляться и повторить. – Хорошо. Что с тобой, Рики? Где ты? - Со мной все в полном порядке, но я в больнице, и меня не хотят пока отпускать. Собственно, мне и звонить-то не разрешали, но… - Мне приехать? – перебил его Ясон. Рики помолчал немного, очевидно раздумывая. - Нет, не надо. Я надеюсь, что скоро выберусь отсюда, так что жди меня дома. - Я жду, - ответил Ясон, а потом разорвал соединение. * Рики приехал домой к ночи, измотанный и произошедшими событиями, и бесконечными перелетами. Врачи настоятельно рекомендовали ему остаться в больнице хотя бы до утра, но он отказался наотрез, так что служебная машина парамедиков довезла его до самого дома. И стоило Рики встретиться взглядом с голубыми глазами Ясона, как все приготовленные слова разом выскочили из головы, и он едва сумел выдавить из себя: «Привет…» - Здравствуй, - еле слышно отозвался Ясон, глядя на него во все глаза. – Я… очень рад, что ты дома, - произнес он и сразу же возненавидел себя за эти слова. – Как твое самочувствие? – надо признать, что вторая фраза вышла еще хуже первой. - Я цел, все нормально. Кроме того, я ненавижу больницы, ты знаешь. Ты очень волновался? Мне жаль, что так получилось, Ясон. - Это не та вещь, за которую нужно извиняться. И вот после этого ответа Рики страстно захотел вытряхнуть Ясона из кресла и пару раз врезать блонди по лицу так, чтобы до кровавых брызг, потому что, черт возьми, тот Ясон, которого он знал, никогда в жизни не отреагировал бы так смиренно на подобное происшествие. Словно ощутив его невольный порыв, Ясон развернул кресло. - Я, пожалуй, лягу. Очень голова болит. Блонди помедлил пару мгновений, но Рики ничего не сказал. * Когда Ясон скрылся за дверьми своей спальни, Рики уселся на пол в гостиной, отодвинул декоративную решетку от камина и включил его. Парень очень долго сидел неподвижно, глядя на голографические языки пламени и пытаясь сосредоточиться на какой-нибудь одной мысли. Рики чувствовал себя абсолютно опустошенным. На журнальном столике стоял включенный коммлинк и полный бокал с красным вином. Рики представил, как Ясон сидит здесь часами, проверяя все сводки, ожидая с надеждой и ужасом новостей, как он наливает себе вина и не пьет его. Внезапно Рики сделал то, на что не решился бы, если бы не эти сумасшедшие последние дни. Он встал, взял со столика бокал, отпил несколько больших глотков и, поставив его куда-то по дороге, вошел в кабинет Ясона. Воздух тут был душным, но не настолько, чтобы Рики задыхался. Он взял со стола пачку бумаг и стал их проглядывать, потом посмотрел, что лежало в ящиках для документов, а под конец открыл сейф. Минут через двадцать он вернулся в гостиную. Из всех бумаг, над которыми бесконечно «работал» Ясон, он нашел лишь отчеты о делах корпораций за предыдущие несколько лет, и Рики ни за что не поверил бы, что именно это требует от Ясона столько времени. Ему следовало бы раньше догадаться, что от их проблем Ясон сбегает с помощью бумаг ничуть не хуже, чем он сам с помощью мотоцикла. Рики открыл ящик в коридоре и вытащил ключ от чулана. Он знал, что ему следует сделать. * Рики распахнул дверь спальни Ясона без стука и, не зажигая света, вошел внутрь. Ясон, укрытый одеялом, даже не шевельнулся, когда парень подошел к кровати, несмотря на чуткий сон и мгновенную реакцию, свойственную блонди. Рики тихо улыбнулся этому. Он тешил себя мыслью, что понимал Ясона. Иногда ненавидел, иногда страстно любил, но понимал всегда, все эти годы. Так когда же и что же разучило его понимать вот такие безмолвные признания в любви от Ясона, когда тот доверяет настолько, что даже врожденные инстинкты отступают? Рики решил, что это был огонь Дана Бан, ослепивший его болью и отчаянием. Он осторожно присел рядом с постелью и запустил руки под одеяло, обнимая Ясона и притягивая поближе к себе. - Рики… - сонно прошептал блонди, - что ты делаешь? - Тсс… - тихонько отозвался парень. – Иди ко мне. Он несколько неловко поднял на руки блонди, оказавшегося гораздо легче, чем думалось – возможно, из-за протезов. Ясон слабо противился, видимо, опасаясь сопротивляться в полную силу, чтобы Рики его не отпустил и не грохнул об пол. - Рики, прекрати… Перестань… Рики!.. Ты меня уронишь… - Нет. Я тебя держу, - лишь отозвался тот, снося Ясона вниз по пандусу. Больше он ничего говорить не стал – берег дыхание, поэтому просто отнес блонди к гостиную и бережно уложил в длинный ворс лежащей у открытого камина шкуры какого-то неведомого животного. Ясон пораженно оглянулся по сторонам. Гостиная была загромождена пятью мохнатыми пуфиками, четырьмя округлыми, будто надувными, креслами, одних неправдоподобно высоких крошечных столиков Ясон насчитал шесть штук. В углу высилась этажерка с какой-то дешевой белибердой на полках. На столиках были расставлены едва-едва разгоняющие темноту светильники, которые вкупе с работающим камином тем не менее оставляли в комнате практически полный мрак. - Что это, Рики? – спросил блонди, пытаясь ухватиться за что-нибудь рукой и сесть. - Это?.. – рассеянно переспросил парень, что-то разыскивая на едва видимом в темноте кресле. – Это?.. А вот! – обрадовано воскликнул он, укрывая блонди огромным пушистым пледом. – Это, Ясон, то, что я вернул на место из чулана. Диваны и люстру мне одному установить назад не под силу, извини, - говоря все это, Рики быстро разделся, уловив, как у Ясона перехватило дыхание, и скользнул к нему под плед. - Зачем?.. - Зачем? – так же задумчиво переспросил Рики, прижимаясь к блонди. – Ты мой партнер, мне хочется побыть с тобой… В твоей спальне мне нужен кислородный баллон… в моей кровати чьими-то стараниями на двоих места нет… остается коврик у камина… Блонди крепко притиснул его к себе, горячо целуя черные волосы. Рики положил голову ему на грудь, поглаживая нежную кожу. - Это было какое-то облако заряженных частиц сегодня… - после очень долгой паузы сказал Рики. - Вот как?.. - Да… Я вообще не думал, что такое бывает – разом закоротило всю электронику… даже аварийную систему… Говорят, это все уже давно подлежало списанию из-за износа. Автопилот выключился… но самое страшное – радар и рация… Летишь слепой, как робот с перебитыми датчиками… мне так уже приходилось летать, но на космолете – это проще: расстояния больше, маневров меньше… - Вы поэтому оказались так далеко от своего маршрута? - Да… Я думаю, еще и пару кругов заложили… Орпа, как оказалось, давно разучилась высчитывать маршрут просто по картам, без электроники … Автопилот не работал, так что я ей и помочь не мог. Мы все время пытались связаться с каким-нибудь диспетчером, но безуспешно… Летели вообще непонятно куда – кругом вода, океан – около четырех с половиной часов. А потом попали в зону турбулентности… и тогда выбило люк в салоне – система стабилизации-то уже не работала. Стюардесса… Руфь… ее вытащило в люк в первую же секунду… ударило о борт кабины – я это почувствовал, почувствовал, понимаешь - как ее голову размазало о мою кабину! Когда я вышел, уже на земле, я увидел на борту… след, отпечаток… у меня в глазах все поплыло, думал, рухну… Его всего трясло, голос вдруг сорвался, как будто перехватило горло… Ясон еще сильнее прижал дрожащее тело к себе, осторожно покачивая. Рики понемногу справился с дыханием, и блонди тихо напомнил: - Люк… - Да, люк…Там произошел очень резкий перепад давления, огромная масса воздуха вошла в салон… Обшивка не выдержала – может, износ, не знаю – и ее сорвало. От всего эхолета осталась одна наша кабина и хвост… Все остальное – это лишь пол и на нем кресла с пассажирами. Ни стен, ни крыши не осталось – я сам не поверил своим глазам, когда увидел, что в таком состоянии можно было еще лететь! Чудо, что он вообще не развалился в воздухе на куски!.. У меня сорвало 35 квадратных метров фюзеляжа…¹ - Да, в новостях показывали снимки севшего эхолета… - По счастью, все были пристегнуты и больше никого, кроме Руфи, не унесло. Эксперты говорят, что ветер в «салоне» был 500 м/с – в пять раз сильнее ураганного – а температура минус 45 градусов. Вторая стюардесса… она пыталась добраться до кабины, чтобы переговорить с нами, но это было невозможно… Мы с Орпой тоже старались как-то связаться с салоном, безуспешно, конечно… Я тогда понял, что что-то с обшивкой – вся аэродинамика изменилась - но такого, что там было, я и представить не мог… - Страшно было? - Безумно. Даже в Дана Бан далеко такого страха не было. А здесь… за спиной сотня человек… И что ты там везешь – сто человек или уже сто трупов, или там вообще никого нет – ничего неизвестно… худшая пытка. А потом Орпа все же услышала эту крошечную диспетчерскую Башню… Мы совсем рядом оказались… чисто случайно… просто чудо… Не спрашивай меня, как мы сели – я сам не понимаю… Я даже положенный круг над аэродромом после связи с Диспетчером сделать не решился – боялся, что на второй круг эхолет уже не выйдет. Думал, он развалится на части, когда садиться будет… Обошлось… Я даже успел вместо Орпы перемены в аэродинамике пересчитать для посадки… - Ужасно, что тебе пришлось такое пережить, - прошептал блонди, снова целуя его. – Но то, что тебе удалось, это поразительно, даже если это было чистым везением. - Я многое понял… - сказал парень, приподнимаясь так, чтобы заглянуть блонди в лицо. - Ты знаешь, терпеть крушение – это не так быстро, как в фильмах показывают, так что у меня было время подумать… - И о чем ты думал? - О тебе, - напрямую ответил Рики, и Ясон отвел глаза в сторону. – Еще о том, взорвется ли третий центральный двигатель… но в основном о тебе. Ясон, ты ведешь себя как законченная сволочь, потому что я так ушел в свои дела, что не замечаю, насколько тебе больно и плохо? Глаза у Ясона подозрительно засверкали в полумраке, и он прикрыл веки, надеясь справиться с подступившими слезами. Ему это почти удалось. - Я скучаю, Рики. Я скучаю по тому времени, когда мне не надо было искать инвалидное кресло, чтобы встать ночью, если мне захочется воды. Я боюсь, мне не под силу удержать тебя рядом с собой, так как понимаю, что это невыносимо для тебя… Я чувствую, что разрушаю тебя своими словами и тем, что делаю… и самого себя тоже. И я не в силах остановиться… Это… это отчаяние, оно заполняет все мое время, все мои мысли, каждую мою секунду, минуту, всего меня… У меня такое чувство, будто я захлебываюсь, тону, погружаюсь в эту тьму все глубже и глубже… и мне уже никто не поможет, потому что я не в силах даже принять эту помощь… Каждый раз я говорю этой темноте, что ее нет, что она должна исчезнуть… и понимаю, что она была, она есть… и я весь… в ней. Я чувствую, что пытаюсь схватиться за соломинку, чтобы остановить падение, а эта соломинка рвется, и мои руки хватают лишь пустоту…. И у меня нет ничего, что могло бы удержать меня на краю и не дать упасть… - У тебя есть я, - еле слышно подсказал Рики. - Ты?.. Ты… Рики, боюсь, мне никогда не приходилось воспринимать твою жизнь отдельно от моей собственной. Раньше это не было важно… у меня была уверенность, что я смогу заставить тебя оставаться со мной… благодаря привилегиям, которые у меня были, правам или... или насилием. Теперь… у тебя своя жизнь, Рики, и я не уверен, что мне есть в ней место… и я не уверен, что… твоей эмоциональной привязанности хватит для того, чтобы оставаться со мной. Я безумно боюсь тебя потерять. - Ты не можешь меня потерять, - возразил Рики. – Я люблю тебя больше жизни. Просто не отталкивай меня, Ясон. - Разве я отталкиваю тебя? Откуда такие мысли, Рики? Ты мне дороже всего на свете. - Ты не был настолько хорош, чтобы полностью скрыть свое состояние, но ты достаточно замкнулся в себе, чтобы заставить меня все это время гадать, что с тобой происходит…. Это так мучительно, Ясон, что ты даже представить себе не можешь. Почему ты просто не сказал все? - Сказать что? – резко спросил блонди. – Сказать, что я скучаю по тому времени, когда я мог надеть на тебя кольцо, заблокировать его и быть уверенным, что ты никуда от меня не денешься?! - Ты мог сказать мне и так, я бы понял, - отозвался Рики и, поймав на себе недоверчивый взгляд блонди, поправился, - ну может, не сразу – но я бы понял. Ясон, ты думаешь, только ты скучаешь? Я всю жизнь прожил на Амой. Хотя моя жизнь не была так благополучна, как твоя – там все мои друзья, все, что вообще составляло мое существование. Ты думаешь, я не скучаю ни по чему из того, что оставил? - Ты выглядишь вполне довольным Спэро, - заметил Ясон. - Ну, мне просто не хотелось как-то грузить тебя и окружающих этим… Черт, Ясон, меня точно также до сих пор тошнит от переизбытка кислорода, так что приходилось пару раз блевать в туалетных кабинках. У меня аллергия на все эти запахи растений. У меня кружится голова, если я попадаю к «сверхчистому воздуху» у моря. Мне уже поперек горла стоят все их бесконечные храмы и разговоры о религии. Мне очень не хватает двух лун на небе ночью, и болят глаза от слишком яркого солнца днем. - Это правда, Рики? – настойчиво спросил Ясон, пытливо вглядываясь в лицо парня, и, получив утвердительный кивок, выдохнул: - Какое счастье! Ты не представляешь, как меня мучило, что лишь я терзаю себя и тебя отголосками Амой. - То же и в моих мыслях, Ясон. - У меня какое-то ощущение нереальности… То, что происходит… - это не моя жизнь, она не должна была стать такой… - Но что толку жаловаться на то, какой стала жизнь? Нам надо просто начинать ее заново, Ясон, и начинать здесь. Если все время вспоминать – это не поможет забыть. - Значит, мне тоже надо пытаться. Ты мудрый маленький монгрел, - мягко прошептал блонди, прижимая Рики к себе. Дыхание у того участилось, и Рики приподнялся, находя нежные губы блонди горячим ртом. Тело Ясона под ним слабо затрепетало, на секунду Рики показалось, что он причинил ему боль, но почти сразу он понял, что Ясон дрожит от возбуждения. Сильные руки крепко обхватили Рики за талию, прижимая вплотную, пока он, склонив голову, покрывал шею Ясона поцелуями и покусываниями, скользя раз за разом влажным ртом от уха к ключице и обратно. Тело блонди под ним напряглось, и с губ Ясона сорвался еле слышный стон. Он запрокинул голову, кошачьим движением скользя щекой по ладони Рики, давая больше места для ласк, подставляя горло под поцелуи. Его любовник не преминул этим воспользоваться, покусывая и посасывая нежную кожу, медленно переходя ласками на другую сторону шеи блонди, ощущая, как Ясон заметался откинутой головой по покрывалу. Руки блонди сползли ниже, поглаживая ягодицы, крепче вжимая бедра Рики в себя. Рики, тихонько поцеловав его за ухом, коснулся губами нижней челюсти, и Ясон страстно впился в его губы почти грубым поцелуем. Рики застонал отчаянно сквозь поцелуй, сам изо всех сил прижимая блонди к полу и чувствуя, как в низ живота ему упирается горячая твердая живая плоть. Осторожно он просунул колено между бедер Ясона, легонько потерев напряженный член, и блонди, не сдержавшись, опять застонал. Ясон уже не трепетал – крупно вздрагивал, захлебываясь воздухом. Рики, растрепанный, задыхающийся, приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на распростертого под ним любовника. Ясон, с рассыпанными вокруг него волосами, сияющими глазами полуприкрытыми дрожащими ресницами и легким румянцем, выступившим на бледных скулах, был сейчас так прекрасен и так уязвим, что у Рики горло перехватывало от избытка чувств. Когда он наклонился, чтобы облизать, а потом и прикусить порозовевший сосок, Ясон снова вздрогнул, ощущая, что от контакта языка с чувствительными местечками по всему телу разбегаются вспышки удовольствия. - Нам надо перебраться в спальню… - с трудом прошептал блонди. Все слова казались сейчас бессмысленно-ненужными. - Нет, останемся здесь, - возразил Рики. - Но… - Я все сделаю сам. Лежи спокойно. Ясон хотел было возразить, но лишь глубоко вздохнул, закрыл глаза и откинулся назад, позволяя Рики беспрепятственно целовать его грудь, скользить языком по гладкой коже, сияющей в слабом свете камина, выцеловывать какие-то узоры у пупка. Когда влажный язык лизнул головку члена, у Ясона едва не вырвался всхлип. Его бедра дрожали и наверняка дернулись бы вверх, навстречу горячему рту, если бы только ноги по-прежнему слушались, а не лежали бессмысленным, бесчувственным балластом в ворсе ковра. Когда Рики раздвинул ему бедра, осторожно переложив ноги так, чтобы они оказались разведенными в стороны, Ясон приподнял было голову, чтобы что-то возразить, но вместо этого снова лег, глядя в потолок, на котором странные, причудливые тени, извивались как-то уж совсем сюрреалистически, даже немного пугающе. Блонди ощущал какую-то удивительную пустоту в душе, не мучающую, не тянущую, не сосущую, а, скорее, равнодушную, отупляюще-успокаивающую. Что-то делать, возражать, сопротивляться не хотелось, напротив, было что-то поразительно умиротворяющее в возможности закрыть глаза, расслабиться и позволить кому-то другому решать, что делать с твоим телом, да и душой тоже, если уж на то пошло. Поэтому он не стал возражать и тогда, когда Рики скользнул влажными, смазанными пальцами по промежности, осторожно массируя, и начал нежно растягивать неподатливое колечко мышц. Блонди лишь закрыл глаза и позволил себе сосредоточиться на странных, но волнующих ощущениях, прокатывающихся по телу от непривычной заполненности и двигающихся внутри пальцев. А когда Рики коснулся правильного местечка внутри, голубые глаза снова широко распахнулись. Спокойное лицо Ясона дрогнуло, а мышцы сжались, и Рики тут же поднял голову, чтобы проверить, не причинил ли он блонди боли. Однако тот лишь отрицательно покачал головой. Ясон, похоже, был готов к тому, что Рики постарается отплатить ему грубостью за все, что пережил по милости блонди. К чему он не был готов, так это к тому, что Рики возьмет его очень нежно и осторожно, доведя сначала пальцами почти до безумия, заставив метаться по мере возможности, вздрагивать и почти непрерывно еле слышно стонать. Несмотря на захватившее возбуждение, расслабленное состояние, заставляющее чувствовать себя в руках любовника тряпичной куклой никуда не исчезло, и Ясон едва ощущал, что его перевернули на бок перед проникновением. Все тело ощущалось каким-то чужим, как будто состояло из сплошного протеза, как будто принадлежало не ему. Но наслаждение и удовольствие, которые он испытывал, они определенно принадлежали ему: сладость от того, что тело Рики прижимается к нему, от поцелуев в шею, от скользящих по влажной коже рук… Слепящее блаженство от того, как внутри скользит напряженный член, задевая что-то, и под веками вспыхивают искры, а сквозь зубы вырываются тихие стоны; от того, как чужая рука лежит на напряженной плоти, не поглаживая, а лишь сжимая в такт точкам. Потом этого всего оказалось слишком много, Ясон запрокинул голову назад на плечо Рики, задыхаясь, не силах больше выносить эти ощущения предельного наслаждения, не в силах больше сдерживать рвущийся стон. Рики ускорил движения и рукой, и бедрами. По слитым воедино телам прокатилась волна сладкой дрожи. * Ясон сам не помнил, отчего проснулся. Возможно, оттого, что спать ему пришлось на полу, который, несмотря на пушистый роскошный ковер, оставался несколько жестче постели, к которой он привык. Рики сладко спал, уложив голову ему на грудь, посапывая куда-то в район ключицы. Ясон погладил его по волосам и как-то не в тему вдруг подумал, что могло быть и хуже: например, не чувствовать руки – это определенно гораздо хуже. - Рики, - позвал он, легонько потрепав парня за обнаженное плечо. – Рики, просыпайся… - Ммм… - неохотно протянул Рики и что-то пробормотал неразборчиво и, кажется, нецензурно. - Рики, просыпайся! – настойчиво повторил Ясон. Рики поднял голову, сонно хлопая глазами. - Ну что? Я мог проспать еще пару… лет, – зевая, сообщил он. Выглядел Рики так уютно, что Ясон понял, что, во-первых, монгрелу жесткий пол сна не испортил, а во-вторых, что у него самого уголки губ слегка поднимаются от взгляда на эту картину. Это, конечно, была еще не улыбка, а лишь намек на нее, но Ясон уже забыл, когда последний раз улыбался, так что был рад и намеку. - Я хочу свой завтрак и в душ, - сказал блонди в ответ, - так что, будь любезен подняться на второй этаж и привезти мое кресло. - О’кей, - встал Рики, беззастенчиво демонстрируя обнаженное тело, и отправился наверх. Ясон остался лежать под пледом, глядя на пронзительно голубое небо за окном. Несмотря на то, что вот-вот должна была наступить осень, погода оставалась замечательной. Блонди снова прикрыл глаза, вытягиваясь, насколько позволяли неподвижные ноги, под пледом и наслаждаясь сонным покоем. Вероятно, он слегка задремал, потому что глаза открыл минут через двадцать, поняв, что Рики как-то слишком долго не спускается. В это время, стоявший почему-то на полу сбоку от камина, коммлинк задребезжал на одной низкой и неприятной ноте – звонка внутренней связи особняка. Окончательно встревоженный Ясон кое-как подобрался к нему и нажал ответ. - Что у тебя случилось, Рики? - Ну… - каким-то странным тоном отозвался тот, - ты только не волнуйся, ладно? Я запнулся о твое кресло, упал и, похоже, сломал ногу, - Рики несколько нервно рассмеялся. - Что? Ты уверен? - Это открытый перелом лодыжки, так что, да – есть кое-какие признаки, - ответил Рики, и Ясон понял, что он просто пытается таким тоном скрыть шок. - Как тебе вообще это удалось? - Не знаю… я не смотрел. Мне не встать на ноги, и я не могу открыть дверь. - Только этого не хватало! – воскликнул блонди, только сейчас осознав еще и эту проблему. - Я позвоню в больницу, пусть пришлют врача. - Который будет рад полюбоваться мной без одежды и на коврике у камина? – раздраженно уточнил блонди. – Мне же никуда не деться отсюда! Кроме того, как он попадет в дом? Дверь закрыта. - Тогда тебе придется открыть мою дверь самому. - Как? Рики, я не умею двигать предметы на расстоянии! Ответом ему была многозначительная тишина. * В мире было много вещей, которые Рики так и не довелось узнать. Например, какое чудо спасло их в горящем Дана Бан, или какие боги были так милостивы, что борт №51-33-42 Зверь не рассыпался на куски в воздухе. То, как Ясону удалось добраться до их спальни, относилось к подобным же явлениям. Вообще-то Рики был даже рад, что ему не довелось этого увидеть. Передвижение без привычных средств для инвалида – дело трудоемкое, болезненное и унизительное. Временами Рики даже было стыдно, что Ясону пришлось пережить подобное из-за него. Ну ладно, немного стыдно. Но даже, когда блонди все же оказался перед запертой дверью, то рычаг, установленный почему-то под рост стоящего человека, выглядел почти издевательски. * Резкое скрежетание слишком быстро опущенного рычага. Шелест открываемой двери. Ясон, падающий на руки Рики. В более или менее вертикальном положении, держась руками за косяк и за рычаг, он пробыл не более нескольких секунд. * Рики дотащил Ясона до постели, усадил на край, чувствуя, как блонди дрожит от перенапряжения, и набросил ему на плечи халат. Через несколько минут Ясон все же пришел в себя настолько, чтобы поднять голову и посмотреть на Рики. - Ты не ломал ногу, - почти обвиняюще заявил блонди. - Нет. Я тебе наврал. Часы внизу в гостиной пробили три часа дня. В доме было тихо. За окном кричали чайки. Между облаками сияла обычная для конца лета на Спэро радуга. - Ты знал, что мне удастся встать? - Ну… догадывался, - признал Рики, стоя на коленях перед сидящим блонди, успокаивающе поглаживая все еще дрожащие мышцы. - Почему? - Во сне ты двигаешь протезами и чувствуешь прикосновения – отодвигаешь ступню, например, - после паузы не очень охотно сказал парень - Как давно ты об этом знаешь? – пораженно спросил Ясон. - Все время. С нашей первой совместной ночи после Дана Бан. - Почему ты ничего не сказал? - А что мне было сказать? Я надеялся, что ты поймешь сам. - Но я не понял… - закончил за него Ясон. – Я и сейчас не понимаю. - Закрой глаза, - вдруг попросил Рики. – Пожалуйста. Ясон выполнил просьбу, и Рики медленно провел пальцами по теплому, на ощупь неотличимому от живого, протезу. - Я ничего не могу чувствовать, Рики. - Молчи и не открывай глаз. Ты только что вставал на эти твои ноги, ты не можешь их не ощущать. Это нелогично и невозможно, разве не так? Ответь мне. - Это… то, что я сейчас ощущаю, - скованно ответил блонди, напряженно вслушиваясь в каждое свое чувство, - это совсем не похоже на прикосновение… - Верю. Но теперь, Ясон, прикосновение будет для тебя ощущаться именно так. Просто привыкни. И сейчас, когда ты вставал, я уверен, ты чувствовал ноги под собой не так, как раньше. Но теперь ты будешь чувствовать их именно так. Понимаешь? - Да, - еле слышно отозвался Ясон, закрывая лицо руками. Рики прислонился лбом к его плечу. Они долго сидели молча, неподвижно, просто касаясь друг друга. За окном кричали чайки. 1. Это почти точное описание реальной авиакатастрофы, произошедшей с рейсом Алоха 243. Подробнее про нее можно прочитать в Википедии или посмотреть передачу на RuTube (<a href="http://rutube.ru/tracks/242537.html">Расследования авиакатастроф: На волосок от гибели</a>). Очень рекомендую. Впечатляет.