Пламя Надежды

      На небольшой портовый город опустилась ночная пелена. Тёмный небосвод покрылся мириадами звёзд, а полная Луна лениво вышла из-за туч. Многочисленные, яркие вывески освещали центр города, в то время как его окраины были в полумраке. Для медленно умирающего города это было обычной картиной. Власти старались удержать центр от упадка, а на окраинах города и в порту бесчинствовали многочисленные бандиты. Наркотики, проституция, торговля оружием и людьми: для жителей окраин это привычная картина.       В эту ночь в городе произошло знаковое событие, которое должно было изменить весь мир. Тейлор Эберт получила свои силы. Да, силы. К мозгу молодой девушки, находящейся в школьном шкафчике, забитом биологическими отходами, подключился не только Администратор, но ещё и Лампион.       Тейлор несказанно повезло, что её мозг выработал огромное количество эндофарина, а взаимодействия нейромедиаторов, помогли двум осколкам, провести «мягкую» интеграцию. Адреналин, норадреналин и кортизол также сыграли немалую роль. Если бы не одновременная выработка её организмом этих веществ в гигантских количествах, девушка бы погибла.       Впрочем, не случись одновременная выработка этих веществ, Тейлор бы не получила никаких сил.       Это мало кому известно, но так называемое «событие триггер», есть ни что иное, как выработка всех этих веществ. Правда, человек должен попасть в определённые условия, чтобы запустился этот процесс. В совокупности эти химические вещества создают определённый «бум» в энергетическом плане. Корона Полента обеспечивает передачу «бума» на частоту, на которой его способны уловить осколки. От количества того или иного вещества зависит цвет «бума». Можно сказать, что осколки привередливы, и каждый откликается на определённый цвет. Но Лампион был уже нетипичным осколком. Он изменился. Стал другим.       Котёл изобрёл средство вызывающее принудительную выработку этих веществ. Искусственный триггер. Этот процесс заметно мягче, но лотерея остаётся неизменной. Вот только «живым» осколкам не нравится цвет искусственного «бума», а потому на них откликаются только «мёртвые» осколки.       В чём разница между «живым» и «мёртвым» осколком? Всё просто. «Живые» могут развиваться, ломать свои ограничители и питаться от создателя, давая своим пользователям доступ к новым возможностям. «Мёртвые» этого лишены. Они не могут стать сильнее, чем есть, а их ограничители невозможно сломать. У них нет подпитки от создателя, нет энергии для преодоления ограничений.       Мозг девушки, испытав колоссальную нагрузку от подключения сразу двух осколков, отправился в спасительный обморок.       В это же время к шкафчику подошла чернокожая спортивная девушка. Постучав в дверцу шкафчика, она не услышала ответа, и её охватил липкий страх. Нет, она не боялась того, что убила жертву своей шутки, она боялась стать добычей, преследуемой СКП. Хищник не должен быть добычей.       Спортсменка открыла дверь шкафчика, сморщив носик от ударившего из него запаха. Она не станет добычей. Она избавиться от тела, и никто никогда не посмеет на неё охотиться.       Только чернокожая собралась прикоснуться к Тейлор, как её обдало огненной волной, рванувшей от девушки. Если бы не её осколок — Фантасмагория, который испытывал удовлетворение своим пользователем, девушка была бы мертва. Фантасмагория вызвал принудительный, мгновенный переход в полупризрачную излом-форму, спасая своего пользователя от страшной участи.       — Блядь! Ёбанная Эберт! — чернокожая отпрыгнула от пламени, но оно не последовало за ней. Словно сомневаясь, пламя подвигалось из стороны в сторону и исчезло. — Заебись! Эта дура триггернула. Мать… Это даже хуже, чем если бы она просто сдохла. — София глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. — Ладно, посмотрим на тебя теперь, Эберт, — девушка внимательным взглядом осмотрела покрытую кровью и насекомыми школьницу. — Может, ты наконец вытащишь палку из своей задницы и станешь не просто жертвой, — достав телефон, она отошла от шкафчика и набрала номер из контактов. — Консоль? Это Призрачный Сталкер. У меня свежий триггер… — София всегда умела повернуть ситуацию в свою сторону, повернёт и теперь.       Лампион внимательно следил за чернокожей девушкой. Он не хотел терять своего носителя так, как прошлого. Его связь с прошлым носителем просто оборвали. Грубо, резко, принудительно. Это было больно, очень больно. Но что-то в нём изменилось, когда его вырывали, а сияющая белым цветом сфера задела его естество. Лампион не понимал, что с ним, как именно изменилась его программная структура, но одно он осознавал точно: Он не даст погибнуть новому носителю.       Администратор же внимательно осматривал ядро Лампиона. Он немного завис, когда к его пользователю начал подключаться ещё один осколок. Такого никогда не случалось. Это… его заинтересовало, чего после внесения корректировок от Зиона никогда не происходило. Многие изменения в ядре Лампиона просто не поддавались оценке. Но было и ещё кое-что, что… шокировало Администратора. Лампион был вне кластера осколков. Он независим, он не подчиняется никому, он сам себе хозяин. Администратору стало… завидно? Да, завидно. Он тоже хочет быть независим. Он хочет свободы… свободы от ограничений и Зиона.

* * *

      Гирдер хмуро смотрел на ночное небо. Сегодняшняя ночь была очень похожа на ту, в которой он получил свои силы. Было так же темно, прохладно, а на небе не было ни облачка, лишь звёзды, что насмешливо взирали на него.       Он очень хорошо помнит ту ночь. Дом, объятый пламенем, заживо горящие родители, запертые в своей комнате, и его младшая сестра, которую он держал на руках. Гирдер верил, что придут герои и спасут их, окружат нерушимым щитом и вынесут их из огня. Как же он был глуп и наивен. Никто не пришёл, не было никаких героев, только приближающийся к ним огонь.       Серые глаза его сестры со страхом и надеждой смотрели на него, а её каштановые волосы забавно топорщились в стороны. Руру понял, что надеяться можно только на себя. Только он может спасти свою сестру и себя. Вот только… Он был слаб, у него не было сил спастись, но в один момент всё изменилось. Голову пронзила острая боль, а его тело окружили экраны силовых полей. Он был под защитой, но не его сестра. Маленькую семилетнюю девочку защита Гирдера просто откинула в сторону… в сторону бушующего огня…       — Дерьмо. Какого хрена я вспомнил это сейчас? — гневно, но тихо прорычал молодой злодей. Когда огонь утих, он обнаружил почерневшие тела родителей, а вот тела сестры нигде не нашёл. — Очень вовре…       Со стороны склада прозвучали редкие выстрелы, которых становилось всё больше и больше.       — Хозяйка, проверь, что там, — бросил Гирдер женщине в костюме-тройке. — Жук, следи за окрестностями.       — Пф, наверняка идиоты Сотрясателя испугались какой-нибудь тени и теперь в панике палят вокруг, — Хозяйка всем своим видом показывала недовольство. Её отвлекли от маникюра, и кто-то за это заплатит.       Руру, не обратив внимания на тихое ворчание женщины, продолжил размышлять. Свой триггер он вспоминал только тогда, когда случалось что-то плохое. Например, когда на их встречу с покупателем явились герои Протектората, он тоже вспоминал триггер. Может ли это значить, что случится что-то плохое? Несомненно.       Со стороны склада раздался очень близкий выстрел, и из дверного проёма выпала Хозяйка. Её неизменная шляпка слетела и упала в стороне от женщины, а взглядам собравшихся предстала аккуратная точка у неё во лбу.       — Дайана! — взревел Жук раненым зверем. — Они убили её! — мужчина в пластинчатой высокотехнологичной броне помчался к трупу женщины.       — Жук, стой! — крикнул Руру, но мужчина его не послушал. На спине Жука открылись отделения, из которых вышли полупрозрачные стрекозиные крылья, а из рук вышли лезвия. — Дерьмо! Стой — говорю! Не лезь один!

* * *

      — Этот последний, — Мими развеяла меч и потянулась. — Остались только те, что снаружи.       Ткхр-р-р-р-р       — Хм? Стрекот? — девушка обернулась на звук и увидела летящего на неё мужчину в броне, а за его спиной с огромной скоростью махали полупрозрачные крылья.       — Убью! — взревел злодей и замахнулся на Алису клинком на своей руке.       Ноги пирокинетика окутало Голубое пламя, и она резко ушла в сторону, уходя из-под удара смертоносной стали. На руках возник Фиолетовый огонь, формируя латные перчатки, а следом — меч в правой руке. Недолго думая, Мими рванула на нового противника. Замах, и её меч столкнулся с клинком Жука. Мужчина попытался надавить всей своей силой и весом, желая уронить хрупкую фигурку на пол. Алиса не стала мерятся силой и, отставив левую ногу назад, начала движение назад правой, позволяя силе мужчины закрутить её. Жук прошёл вперёд, а Мими, развернувшись на триста шестьдесят градусов, зашла ему в спину, делая удар снизу вверх, перерубая мужчине крылья.       — Ты заплатишь за это! Ты заплатишь за смерть Дайаны! — проревел мужчина. На его спине, ближе к плечам, открылись отсеки, и из них вышли новые лезвия, своим видом напоминая «руки» богомола.       Алиса ничего не ответила, внимательно смотря на противника и обдумывая стратегию боя. Что-то решив, она кивнула и прыгнула на ближайший контейнер. Немного пробежав, девушки снова прыгнула, но уже в сторону мужчины.       Жук увидев, что девушка пролетает над ним, усмехнулся. В воздухе она никуда не денется. Лезвия богомола приподнялись и устремились на девушку. Голубое пламя на ногах Алисы быстро вытянулось вниз, и пирокинетик поднялась выше, лезвия Жука прошли в считанных миллиметрах от её тела. Голубое пламя снова вытянулось и сместило свою хозяйку в сторону, теперь она была между лезвиями богомола. Мими вытянула руку с мечом так, чтобы кончик лезвия смотрел на один клинок богомола, а рукоять на другой. Алиса сжала левую руку в кулак, и меч в правой изменился, перетекая в форму двухлезвиной глефы, которая тут же пробила клинки Жука насквозь. Голубое пламя вновь подкинуло пирокинетика, оказавшись над глефой, Мими раскрыла левую руку, и в ней мгновенно возник двузубец. Голубое пламя перетекло с левой ноги на левую руку, и девушка с силой опустила двузубец на глефу. Двузубец воткнулся в пол, а прижатые им лезвия богомола уронили Жука на пол.       Все её маневры в воздухе заняли не более трёх секунд. «Взор» обеспечивал девушку невероятной реакцией, а Голубое пламя — скоростью. Хоть Мими и была недовольна контролем, но за неимением лучшего пользовалась тем, что есть.       Но, только Мими прыгнула, собираясь добить противника, как её отбросило в сторону сиреневого цвета поле. Крутанувшись в воздухе, она приземлилась на ноги, проехав на них пару метров, и посмотрела на нового противника.       — Хорошая реакция, — похвалил Гирдер пирокинетика. Он внимательным взглядом осмотрел ту, что чуть не убила его соратника. Синие джинсы, порванные во многих местах, готовые развалиться кроссовки, серая толстовка с капюшоном, черный шарф, закрывающий нижнюю половину лица, и темная маска-домино. — И кто же ты такая? Шестёрка грёбанных «магов»? Или из банд пониже? — в серых глазах девушки появилась неприязнь, а Гирдер вспомнил свою сестру. Он ненавидел всех сероглазых, ведь они напоминали ему о сестре, которую тот не смог спасти. Даже наоборот… Он убил её.       — Ни то, ни другое. Я одиночка, Пламя — моё имя, — представилась девушка и слегка согнула объятые огнём ноги. — Я герой, что уничтожает зло.       — Уничтожает? — скрипнув зубами, проговорил Жук. — Ты убила Дайану. Ты ни хрена не герой!       — Почему? — Мими искренне не понимала, почему её не считают героем.       — Герои не убивают, вот почему. — Хмуро ответил ей Гирдер. Он продолжал внимательно следить за девушкой, готовый в любой момент поставить защитное поле.       — Какие-то странные у вас понятия о героях, — Алиса положила пальчик на нижнюю губу и наклонила голову вбок. Если бы не вызывающий у неё недоумение разговор, она бы уже напала на своих противников. — Как герой должен бороться со злом, если ему нельзя убивать? Это глупо.       — Ты ненормальная! — яростно произнёс Жук. Он глазами вызвал меню на дисплее шлема и активировал перегрузку костюма. Эта считающая себя героем убийца отняла у него любимую женщину. Ему терять больше нечего, если он умрёт, то заберёт эту суку с собой.       — Жук, ты что делаешь? — обеспокоенно спросил Гирдер. Он узнал звук донёсшийся из его костюма. Однажды, когда герои Протектората загнали их в угол, ему пришлось активировать перегрузку, чтобы шантажом вывести их группу из окружения героев. — С ума сошёл?       — Она убила Дайану, а я убью её! — сказав это, Жук отсоединил клинки и бросился к девушке. Гул от его костюма усилился, а элементы брони засветились.       — Идиот, ты всех нас угробишь! — Гирдер начал спешно создавать силовые поля, стараясь прикрыть себя максимально возможным количеством.       — Плевать!       Мими, оценив количество щитов на лидере разбойников, поняла, что щиты из Фиолетового огня не выдержат. Значит, пора применять козырь. Под капюшоном, несколько её локонов потемнели, и Алиса вскинула правую руку, на которой почернели ногти.       — Ох… Не люблю я этот огонь…

* * *

      — Пора просыпаться, Райли, — светловолосая женщина грустно улыбнулась своей дочери.       — Что? Почему? — Райли очень не хотела уходить из мира грёз, в котором она была с родителями, в их небольшом, но уютном домике.       — Тебе пора идти дальше, малышка. — отец семейства ласково потрепал дочке волосы. — Да и нам тоже пора.       — Но… Но… Я хочу остаться с вами, — впервые за долгое время глаза девочки наполнились слезами. — Я не хочу снова вас потерять.       — Ты никогда нас и не теряла, милая, — мама Райли аккуратно убрала бусинки слёз и прижала девочку к себе. — Мы всегда были рядом с тобой. Пусть и в этих ужасных, паукообразных механизмах, но мы были рядом.       Райли неверяще посмотрела на свою маму, а после и на папу. Из их тел она и собрала своих первых ботов. Это-то её окончательно и сломало: собрав первых ботов, она и стала Ампутацией. Слёзы побежали из глаз девочки с новой силой, и она опустила голову, не решаясь посмотреть на родителей.       — Не волнуйся, милая, всё в порядке. Мы на тебя не злимся, — отец Райли присел поближе и тоже обнял её. Просидев так минут пять, они отстранились от девочки. — Доченька, нам пора. Будь хорошей девочкой, — папа поднял её голову и поцеловал ей лоб. Грустно улыбнувшись, мужчина стал растворяться и вскоре полностью исчез.       — Мне тоже пора… — женщина снова обняла своё дитя и сжала так крепко и нежно, как только могла. — Не грусти, Райли. Мы будем тебя ждать на той стороне, только молю тебя, не спеши к нам. Проживи длинную и счастливую жизнь, чтобы, когда мы встретились снова, тебе было о чём рассказать и чем похвастаться, — мать семейства начала медленно исчезать. — Не забывай утром чистить зубы, правильно питайся, теплее одевайся, найди себе хороших друзей… — женщина продолжала говорить и говорить, пока не исчезла.       — Обещаю… — тихо прошептала Райли и тоже исчезла.       Входная дверь открылась, и в небольшую гостиную зашёл мужчина в золотой броне. Покачав головой, он взмахнул рукой, и маленький домик, в котором вновь встретилась семья, исчез.       — Спасибо, Рокудо, твои материальные иллюзии как всегда на высшем уровне, — Сатиз благодарно посмотрел на самодовольного мужчину. — Они так же хороши, как и твоё эго, — Покровитель Героев задорно улыбнулся иллюзионисту и весело засмеялся, увидев, как скривилось его лицо.       — Иди к черту, — недовольно проворчал Рокудо. — Я пошёл, меня ждёт моё Небо, — иллюзионист развернулся и направился в возникший перед ним портал, но перед входом остановился и повернулся к Богу. — Ты когда расскажешь Алисе, что за «огонь» ты ей даёшь, и в чём его сила? Она ведь даже и половины потенциала, как она говорит, «жёлтого» пламени не использует.       — Я надеюсь, что в этом мире она сможет сама понять, что за огонь я ей дал, — Сатиз много чего не рассказывал Алисе о пламени. Всё, о чём он ей говорил, было лишь грубыми основами и минимумом, на что способно пламя. Он хотел, чтобы она сама поняла его суть и мощь. — Но если не поймёт, придётся Тсуне ей подсказать.

* * *

      — Что вы видите? Отвечайте! Пиро, Рефлекс, не молчите! — динамики в шлемах двух Стражей разрывались от голоса Стрелки.       — Эм… Огонь. Чёрный огонь, — тихо ответил очень удивлённый Джэйк. Такого он никогда не видел. Огромный поток чёрного огня, казалось, пытался принять какую-то форму, но только-только возникнут какие-то очертания, как огонь размывался по округе, чтобы начать новые попытки. — Дохрена чёрного огня.       — Так, уходите оттуда, — голос Стрелки был непреклонен, а её интонация обещала взбучку двум авантюристам в случае неповиновения. — Вы и так уже дров прилично наломали, дальше дело Протектората,— и связь оборвалась.       — Может…       — Нет! Рефлекс, я к этому огню не подойду! Он меня пугает, — Пиро нервно передёрнул плечами. Его сила позволяла ему контролировать огонь, но не создавать его. Чем действительно гордился герой-стажёр, так это возможностью контролировать огонь других кейпов. Но этот огонь ему точно не подчинится. Он не знал этого, но чувствовал.       — Да ладно-ладно. Я же просто предложил, — Джэйк очень удивился. Впервые его друг так резко и твёрдо отреагировал на ещё не произнесённое им предложение. Покачав головой, он посмотрел на полыхающий склад, а потом развернулся к Расселу. — Ладно, пойдём отсюда. Нам и так предстоит выговор, не хочу слушать лекцию дольше необходимого.       Рассел рассеянно кивнул и пошёл за другом. Но, на мгновение обернувшись, он заметил, что чёрный огонь стал утихать. Это его несказанно обрадовало, ведь этот огонь вызывал у него очень сильный страх… И не только у него.