Пламя Надежды

      Желтоволосая, молодая девушка грустно смотрела в окно своей звукоизоляционной комнаты. Огни ночного города отражались в опечаленных глазах, а сопровождал их тяжелый вздох. Довольно известная певица-кейп уже третью неделю сидела в здании СКП Нью-Йорка и ждала следующего заседания суда, на котором решится её судьба. Хотя, всё уже решено. Птичка будет в Клетке, иных вариантов нет.       Молодая певица ещё раз вздохнула, а её перья, казалось, поникли ещё сильней. Она больше никогда не споёт людям, не поднимет им настроение, не вселит в их сердца надежду. А всё из-за нескольких слов, произнесённых на эмоциях. С одной стороны Пейдж радовалась, что ублюдок, бывший её парнем, страдал, но вот с другой… Она не раз уже пожалела о случившемся, но в суде это мало кого волновало. Певица не могла и слова сказать на этом самом суде, чтобы хоть как-то оправдаться или защитить себя. Её боялись. В мимолётных взглядах, которые девушка успевала заметить, был страх, презрение и ненависть. Даже с кляпом во рту, который не давал возможности двинуть даже языком, а рот держал открытым, её всё равно боялись. Как же, Властелин-девятка, она их всех превратит в своих марионеток… Идиоты…       — Скорей бы уже этот фарс закончился, — певица поморщилась и потёрла ноющую челюсть. — Надоело позориться, — кляп не только отнимал возможность издавать звуки, но и очень сильно позорил Пейдж. Из открытого рта, зафиксированного кляпом, капала слюна, создавая вид умственно отсталой или чем-то больной прокажённой.       — Больше я не увижу огней мегаполисов… — Пейдж, казалось, сама не знает, по чему будет скучать больше. Слишком многое она любила, и ещё больше была готова полюбить. — Я не увижу людей, ждущих меня на сцене, своего менеджера, интересных мест, этих пауков… пауков?! — певица замерла и с широко распахнутыми глазами уставилась на механические ноги, которые начали прорезать стекло её временной клетки. — Что за?       На тонких механических лапках вылезли маленькие стволы, из которых ударил красный луч. Лазер споро прорезал аккуратное отверстие в защитном стекле. По окончании этого вопиющего акта вандализма к паучку подбежали его собратья, на лапках которых были присоски. Они подцепили и вытащили стеклянный прямоугольник наружу, а затем отошли в сторону, зависнув недалеко от отверстия.       Не успела Пейдж Маккаби и пикнуть, как в отверстие в стекле начали заползать различные механизмы. Не все из них были паукообразные, многие были гуманоидной и животной формы. К своему ужасу, певица заметила, что на всех механизмах были пульсирующие органические части. Кожа, мясо, вены и органы — всё это пронизывало стальные конструкции машин.       Три паука встали напротив стекла и начали соединяться в некую конструкцию. Механические лапки с проходящими по ним венами, раскрывались, обнажая розовую, сочащуюся сукровицей плоть. Один из механизмов упал на спину, вытянув лапки вверх, а из его брюшка вылезли восемь конечностей, на конце которых были длинные шприцы с зелёными колбочками. Послышался негромкий звук похожий на сверление стены, и второй паук подпрыгнул, приземлившись своими лапками на лапы товарища. Иглы первого паука незамедлительно вонзились во-второго и запустили в его розовую плоть своё содержимое. Плоть на лапках вздулась и начала сращиваться с плотью первого паука. Как только соединение было завершено, металлические щитки закрылись, сплетаясь в единую конструкцию. Третий паучок медленно заполз по своим товарищам и, выпустив иглы на своих лапках, вонзил их в тело второй биомашины. Его брюшко, развернутое к дыре в стекле, раскрылось, показывая гарпун, что, немного повертевшись, тихо загудел и замер.       Остальные машины направились к двери с электронным замком. Похожий на собаку механизм встал на задние лапы и направил морду к электронному замку. Что делал этот биоробот, Пейдж не видела, но минуту спустя белая коробка замка пискнула, а его лампочка загорелась зелёным. Дверь клетки Канарейки была открыта. Машины тут же рванули в открывшийся проём и скрылись в недрах здания, а певица стояла, не зная, что ей делать.       В пернатой голове Канарейки проносились сотни разных мыслей, среди которых была и мысль о её спасении поклонником. Но было видно, что пришли явно не за ней. Тряхнув головой, вызвав шелест перьев, девушка посмотрела на открытую дверь. Возможность сбежать была прямо перед ней, свобода, о которой она уже и мечтать забыла, была в нескольких метрах от неё. Сделав нерешительный шаг к двери, Пейдж замерла. Простояв десять минут, смотря на дверь, девушка вздрогнула и обняла себя за плечи.       — Что я делаю?.. — тихо спросила она саму себя. — Я же в здании СКП, как я убегу? А даже если убегу, не докажет ли это мою вину? — девушка грустно рассмеялась и провела рукой по лицу, смахивая выступившие капельки слёз. — Дура, тебя и так, и так упекут далеко и надолго…       — О, а ты кто? — тихий голос с небольшой хрипотцой отвлёк певицу от грустных мыслей.       — Что? — обернувшись на голос, Пейдж увидела сильно бледную, невысокую девочку. На ней была надета простынь на манер тоги, и, как поняла Канарейка, под этой простыню ничего не было. Позади неё стояло несколько биороботов, а в руках, прижимая к груди, она держала небольшого и, казалось, нелепо выглядящего паука. Этот паук, как и другие, нёс в себе не только металлические части, но и органические. Но было видно, что сделан он довольно грубо, некоторые части были больше других, а местами и просто не подходили, выступая за края, что явно мешало его движениям. — Я-я… Я птичка…       — Это я заметила, перья тебя выдают с головой, — кивнула певице её неожиданная собеседница. — А как они вообще крепятся к твоей голове? — В глазах девочки зажёгся огонёк интереса, а губы начали растягиваться в улыбке, но стоило ей сделать шаг в сторону Пейдж, как паук, что она держала на руках, ткнул её своей лапкой. Бледнолицая вздрогнула, а её глаза опустились на механизм. — Блять, это будет проблемой, — тихо пробормотала она и снова посмотрела на Канарейку. — Прости. Так как, ты говоришь, тебя зовут?       — Эм, Пейдж. Пейдж Маккаби, — неуверенно проговорила певица. Девочка же, казалось, очень сильно удивилась, а её практически незаметные брови поднялись вверх.       — Серьёзно? Я твоя большая поклонница! — радостно воскликнула, а затем зашлась в коротком кашле малютка. — Чёрт, горло ещё не готово к громким звукам. Неважно, я рада увидеть своего кумира, — продолжила менее громко девочка. — Твои песни меня нередко вдохновляли на новые проекты, и именно под них я делала свои шедевры. Я даже не раз предлагала взять тебя в… мою бывшую группу по интересам.       — Шедевры? — переспросила певица и, немного сбледнув, посмотрела на роботов. — И-их? Я-ясно… А ты к-кто? — сильно нервничая, спросила Пейдж, внутренне моля, чтобы кто-то пришёл и забрал её от пугающей фанатки.       — Я Апму… Райли. Меня зовут Райли. Только так, и пока никак иначе, — немного грустно улыбнулась ей Райли.       — Рада познакомиться с тобой Райли, — выдавила из себя улыбку девушка и намного тише добавила: — наверное… — девочка явно услышала, но не стала это комментировать, только тяжело вздохнув.       — У тебя концерт в СКП?       — Ч-что?       — У. Тебя. Концерт? — медленно и терпеливо переспросила Райли. — Хотела бы я на него попасть, — мечтательно улыбнулась девочка. — Жаль, бежать надо.       — Эм, у меня нет концерта в СКП. Я вообще-то под арестом, — Пейдж отвернулась от Райли, чтобы скрыть не вовремя вылезшие слёзы. — Я сделала кое-что плохое и теперь меня судят.       — Да ладно. И что же такого сделала? — Райли несказанно удивилась, о таких проблемах своего кумира она не знала. По правде говоря, она вообще мало знала о самой Пейдж Маккаби, её больше интересовали песни певицы. Слушая их, Райли отрывалась от мира и уносилась куда-то далеко, в свои мечты. Нередко песни Канарейки помогали ей отогнать плохие эмоции после кошмаров.       — Я послала своего бывшего в жопу… Ну, используя свою силу… — голос пернатой становился всё тише и тише.       — И? — вопросительно выгнула бровь Биотехнарь. — У него это получилось? — Райли действительно было это интересно. Как мозг, получив невыполнимую команду, собирался её выполнить.       — Эм, нет, у него ничего не вышло, — певица отрицательно замахала руками. Если быть честной с самой собой, то Пейдж немного расстроилась, что у него ничего не вышло. — Но он изувечил себе задний проход, засовывая туда… всякое.       — Да? Очень интересно. Видимо, его мозг, не сумев исполнить приказ, немного его скорректировал. «Иди» было заменено на «засунь», — Райли провела большим и указательным пальцем по подбородку, словно гладила бороду. — Ладно, это очень интересная тема, но сейчас не о ней, да и спешить мне надо, времени осталось мало. Сильно большой штраф грозит?       — Очень… Клетка называется, — на глазах Пейдж снова выступили слёзы, а голова опустилась к полу. — Сейчас идёт суд, больше похожий на фарс, но решение однозначно. Так мне сказал адвокат.       — Хреново… — сказал девочка, а конструкция из пауков выстрелила гарпуном в открытое окно. — Я тут тоже пленница. Мне если не смерть, то тоже светит Клетка, поэтому я решила покинуть столь гостеприимные стены. Ты как, со мной? — спросила Райли, а Канарейка неверяще на неё уставилась.       — Ты предлагаешь мне сбежать? — неуверенно спросила девушка, но её глаза были полны надежды.       — Конечно, — весело ответила ей Райли, а один из пауков подошёл к ней со спины и начал закрепляться на ней. Как только он закончил, девочка оказалась закована в своеобразный экзоскелет. Нелепый паучок, которого она держала в руках, перебрался на голову и аккуратно на ней закрепился, став подобием шлема. — Ну? Ты идёшь или как? Скоро мою диверсию заметят, и поднимется тревога, если и бежать, то прямо сейчас.       Пернатая огляделась по сторонам, осматривая свою стеклянную клетку. Мысли набатом скакали в её голове, но в итоге остановились на одной — свобода. Кивнув, певица подошла к улыбнувшейся Райли, и на её теле стал закрепляться другой паук.       — А куда мы пойдём? — решила прояснить этот вопрос Канарейка. Бесцельно слоняться по улицам, скрываясь от СКП, ей вовсе не хотелось.       — Мы отправимся искать мою… наверное всё-же подругу, — как-то неуверенно ответила Биотехнарь, пока обхвативший её паук цеплялся к тросу. — Мне нужно сказать ей спасибо. И вскрыть череп. Желательно тяжёлым и тупым предметом, — Райли ухмыльнулась себе под нос, но её глаза светились благодарностью. — Она мне кое в чём помогла. Очень сильно помогла. Но… М-м-м… скажем так: сделала это с грацией слона, за что я хочу ей врезать.       — Наверное она очень хорошая подруга, — решила похвалить подругу Райли певица.       — О-о-о, не то слово, — на лице девочки появилась пакостная улыбка, которая не предвещала ничего хорошего. — Я первая, как только достигну крыши — твой паук протянет лапку к тросу. Подойдешь, он закрепится, а дальше с разбегу прыгай в окно. Только не ори, нам нужна скрытность, — сказав это, Райли побежала в прорезанный её машинами проход и с озорной улыбкой прыгнула в окно.       — Чёрт… Я же высоты не боюсь, да? — нервно хихикнула Канарейка. — Боже, неужели я правда убегаю? — девушка ещё раз осмотрела комнату, в которой провела не один день. За недели нахождения тут Пейдж возненавидела эту комнату. В ней она была самой настоящей птичкой в клетке. — Да, я убегаю.       Лапка обхватившего её на манер экзоскелета паука потянулась к тросу. Девушка, ни секунды не размышляя, подошла к конструкции из пауков, а её компаньон начал крепиться к тросу. Закончив, тот потянул лапку, которой закрепился на её левой руке, указывая на дыру в стекле. Тяжело вздохнув, Пейдж побежала навстречу пропасти. Зажмурив глаза, она прыгнула и почувствовала, как всё её тело напряглось. Решившись приоткрыть один глаз, певица увидела то, что заставило распахнуться её глаза. Люди, машины, дома и свет от многочисленных огней — всё это было перед парящей над ними певицей. Восторг полёта захватил девушку настолько, что она вытянула свои руки в стороны и счастливо улыбнулась. Она, Пейдж Маккаби, летела. Птичка выбралась из клетки. Сама того не замечая, девушка тихо запела, а её зелёные перья впервые тускло засветились.