Вишнёвый поцелуй

После того дня Мизуки и правда чувствовала себя лучше, жаль, что это чувство было лишь физическим. Потому что морально она была разбита. Кенма с того дня так и не звонил. Аюдзава сначала искала недостатки в себе, потом оправдывала его отсутствие тяжелым и забитым графиком из-за турнира, а после и вообще винила его и этот протухший день ее болезни. Раньше Кенма, хоть и приходил уставший с тренировки, все равно звонил Мизуки и они общались ночью. Сейчас он будто бы забыл о ней. - Ты как? – Спросила Яичи, маша рукой перед лицом танцовщицы. – Ты пропускаешь уже второе очко. Переверни. – Она мило улыбнулась. - Прости, я задумалась… - Натянутая улыбка сопровождала последний месяц Аюдзавы. – Я сейчас приду. – Она взяла телефон и быстро выбежала из спортивного зала.       Первый звонок – он не ответил. Второй – сбросил. На третий выключил телефон. «Прости, я знаю, что навязываюсь, но раз ты не хочешь общаться со мной, почему бы нам не расстаться? Удачи на турнире и пока.» - Быстро напечатала она Кенме и отправила. Настроение ее поднялось. Теперь она официально свободна и все ее загоны не нужны. Вот только телефон внезапно завибрировал. Козуме решил ответить.       «Прости, может ты все обдумаешь?» - Снова… Тоже самое он написал ей в прошлый раз в средней школе. Сначала был год ссор и сорванных нервов, от чего у Аюдзавы произошло резкое похудение, граничащее с анорексией. Затем, остановка общения и «пауза» в отношениях, они даже не здоровались на улицах. После его слова, точь-в-точь копирующие смысл и нынешнего сообщения. А дальше она простила, и пожалела. В конце концов она расставила все точки на местах запятых и разорвала отношения. Теперь она не хочет наступать на одни и те же грабли. С нее достаточно. Она устала от этого однообразия и его эмоциональных качелей. Пусть Куроо сам гребется с ним – так она решила для себя.       «Можем обсудить все в Токио? Ты же едешь вместе с Карасуно?» - Сообщение одно за одним приходило на телефон Аюдзавы, не выдержав напора девушка выключила его и поспешила вернуться в зал, где ее уже ждали ребята. Завтра команда старшей Карасуно по волейболу отправляется на национальные, где в день приезда их сразу ждет игра.       Матч против Инаризаки шел во всю. Обе команды были вымотаны. И все-таки, хоть Карасуно и выиграли первый раунд, второй они проигрывали со счетом 15:24. Судья свистнул, был объявлен матч-пойнт для Инаризаки. Аюдзава только встала, чтобы подойти ближе к концу балкона, как громкие болельщики старшей школы соперника громко заиграли на своих инструментах. Мизуки взглянула на табло. Счет 15:25. Второй раунд старшая Карасуно проиграла. Но девушка знала, что это еще не все, что впереди будет и третий раунд, где ребята обязательно выиграют. - Пришли поболеть на Карасуно, Куроо? Ваш матч уже закончился? – Усмехнулась девушка, присаживаясь рядом с другом из Некомы. - Да, ты же знаешь, что мы изначально хотели сыграть с вами. – Откидываясь на спинку стула, заметил он. - Как прошла игра? – Поинтересовалась Аюдзава, продолжая наблюдать за матчем. - Они пытались вымотать Кенму, заставляя его бегать по разным местам площадки. Он хорошо поработал и сейчас отдыхает. Не пойдешь к нему? – Тетсуро достал из рюкзака несколько бананов. Он протянул один для танцовщицы, но та поблагодарила и отказалась. Парень пожал плечами и начал свою трапезу. – Что происходит у вас с Кенмой? - Ничего интересного. Прости, Куроо, я пойду. – Мизуки встала со стула и направилась в сторону болельщиков Карасуно. - Он сидит около входа и отдыхает. – Крикнул третьегодка вслед и усмехнулся. Девушка медленно и осторожно шла между рядами, она не хотела помешать зрителям и болельщикам. Наконец она смогла выйти на самый верх, где не стоит ни один ряд кресел. В темном углу около выхода из зоны она заметила парочку волейбольных игроков в бело-красной форме. «Некома…» - Пронеслось у нее в голове. Танцовщица поправила волосы и прошла мимо, виляя бедрами. - Аюдзава! – Окликнул девушку знакомый голос. Если бы это был не Козуме, вряд ли она смогла бы расслышать этот крик. Он был тихим, скорее, как мольба. Но она услышала, ведь он позвал ее. Он, а не кто-то другой. - Выиграли, Козуме? – С натянутой улыбкой остановилась Мизуки. - Да, но сейчас не об этом. – Парень с помощью Яку и Льва поднялся на ноги. – Нам надо поговорить. - О чем? – Включая режим «дурочки», изумилась танцовщица. Но связующий взял ее за руку и вывел в более спокойное место. Лестничные пролеты – место, где оживленно во время перерыва, но во время матча спокойно и умиротворенно. - За кого будешь болеть? – Поинтересовался парень, становясь около стенки. - За Карасуно. Это моя школа и мои ребята. – Горько усмехнулась своим словам она и осторожно высвободила свою кисть от рук молодого человека. - Ты подумала? – Кенма слегка удивился действию подруги, он медленно спустился по стене вниз, приглашая и Аюдзаву последовать его примеру. Сейчас Козуме понимал, чем может закончится их разговор. Нет, он не понимал… Он точно знал. - Да… Прости. – Тихо выдохнула девушка. - Нет, пожалуйста… Я не могу тебя еще раз потерять… - По его щеке покатилась слеза. Он обещал себе, что рядом с ней и для нее будет сильным, но сейчас эмоции, делающие его слабым, выигрывали. - Прости, Кенма, я опять бросаю тебя одного. – Она осторожно положила свою ладонь ему на лицо, призывая взглянуть в глаза. В его карих очах отражалось столько боли и одиночества, будто они вот-вот поглотят его и устроят бушующий океан эмоций, в котором связующий может утонуть. - Я не хочу быть опять брошенным котенком… Я не хочу снова проходить через это… За что ты так обходишься со мной? – По щекам Аюдзавы покатились слезы. - Кенма… - Шепотом произнесла она. – Я люблю тебя, но я не чувствую этой же отдачи от тебя, прости… - Девушка осторожно коснулась своими губами его и ненадолго застыла. Как бы им двоим хотелось продолжить и не останавливаться, не расходиться, не бросать друг друга. Но это было невозможно. - Я могу измениться, я, правда, этого хочу! – Когда Мизуки отстранилась, произнес Кенма на слегка повышенных тонах. - Ты не изменишься, прости… «Princesses don’t cry…*» - Пронеслось в голове Аюдзавы, она быстро вытерла слезы и поспешила покинуть парня. А ведь раньше, когда у девушки были истерики, именно такими словами успокаивал он ее.