Недостающая частичка сердца

Весь последующий день, да и ночь, я так и не видел Данилу. Складывалось впечатление, что этот паршивец просто скрывается от меня. Но что самое интересное, стоило мне только уйти из палаты, выпить кофе или еще по какой-то причине, я узнавал от счастливого ребенка, что его навестил Даня. Я не понимал, что происходит, наше свидание прошло замечательно, и я не видел недовольства или возмущения в его поведении. Неприятная мысль кольнула в сердце, что он такой же как все, играет невинную овечку, чтоб выкачать как можно больше денег. Но я прогонял ее, как кошмар, не было желания в такое верить, ведь мой малыш был чист, как белоснежная снежинка. Об этом говорили его движения, смущенные взгляды и поцелуи. Да, я почувствовал, что он неумело отвечал мне, как быстро и громко билось его маленькое сердечко, словно загнанная птица в клетке бьет своими крыльями, желая вылететь из заточения. Поэтому я не мог понять, почему он так себя ведет. От злости и безвыходности я сжимал кулаки. Я снова сидел в палате сына, в голове не было ни одной стоящей мысли: - Папочка, а почему ты грустный? - спросил Кирюша. - Я не грустный, маленький, - нежно отвечаю сыну. - А Даня грустный, и у него глаза красные. Он говорит, что заболел, а я не маленький же, понимаю, что ему плохо, - тараторил сынок-альфа. - А когда это ты его таким видел? - заинтересованно спросил я, разглядывая сына. - Так он же два дня такой, я пообещал, что ты купишь ему мороженое. Мне же помогает мороженное когда грустно. - Золотце ты мое! Как же я люблю тебя, сынок, - прижимая мальчишку к груди, ответил. - Я тоже люблю тебя, папа. Читая сыну сказку, чтоб он быстрей уснул, так как дневной сон для него особенно полезен, мыслями я был далеко. Что происходит с этим засранцем, что он скрывается от меня, мог бы и позвонить хотя бы. Но противная совесть опровергла мои же слова: «А телефона то у него нет твоего, остолоп». Что-что, а тут возражений точно нет. «Но он же мог узнать его!», мысленно возмущался я. «Ага, ты такой звездун, сам не мог взять телефон его», снова влезла совесть. «И кто ты такой для него?» - мерзко посмеивалась она. Сколько бы я не пререкался сам с собой, но делать что-то нужно было. Посмотрев на спящего сына, я решил навестить омегу в его кабинете, не может же он вечно скрываться. Быстрым шагом я приближался к заветной цели, не обращая внимания на окружающих людей. Было лишь желание добраться до цели, и расставить все точки над «Ё». Не стучась, я ворвался в кабинет, словно ураган, сметающий все во круге. Но каково же было мое удивление, когда в кабинете я увидел только маленького омежку-санитара, но не как не Данилу. - Здравствуйте, вы что-то хотели? - заинтересованно разглядывая меня, спросил санитар. - Да, мне нужен Данила Денисович. Где его найти? - Так он же в отпуск ушел. Утром сдал отчеты и карточки больных главврачу. - Я перебывал в шоке, пытаясь осмыслить услышанное. «Сбежал!» проносилось у меня в голове. - У него там что-то с родными случилось, так что через месяц вернется, - тараторил маленький сплетник. - Но вы можете обратится к Фролову, он тоже замечательный врач. - Стоп-стоп, а что там с семьей у него? - оперившись бедром об стол, уточнял у ходячей газеты. - В регистратуре, Максим говорил что-то про аварию, - поглядывая по сторонам, словно боясь быть услышанным, ответил омега. Я не мог отойти от шока, ведь мальчик не сбежал от меня, а уехал к родным. И с ними явно что-то произошло. В голове работали со скоростью света шестеренки. Я понимал, что мальчишке с его неопытностью и ранимостью может быть очень тяжело. Но чем я мог помочь? - Спасибо, - поблагодарил я омегу, и не спеша направился в палату сына. «Как поступить и чем помочь Дане?», размышлял я, пока не дошел до двери, что скрывала сына. В коридоре стояли мои родители, о чем то мило воркуя. - Привет, отец, па, - поздоровался с ними. - Что случилось, сын? - поинтересовался отец. - Видок у тебя, конечно, шикарный, словно кошку облезшую съел. Я хотел отмахнуться от их расспросов, но взгляд, которым наградил меня отец, явно сообщал, что от меня не отстанут. - Дело в том докторишке? - проницательно заметил Альберт. - Милый, не называй его так! - строго проговорил Николай. - А что я такого сказал? - удивился отец. - Они все бюрократы! - Отец! - Ладно-ладно, не метай гром и молнии, - миролюбиво заметил отец. - Так что стряслось-то? - вмешался папа. - Я не хочу посвящать вас в свои хлопоты. - Даже так? А как памперсы тебе менять и выслушивать детские крики, ты нас с удовольствием посвящал. - Но я же ребенком был, - заметил я лаконично. - Ты и сейчас для нас ребенок, - нежно отозвался отец. Я не хотел так просто сдаваться, но понимал, что посоветоваться я должен хоть с кем-то. Поэтому заглянув в палату и убедившись, что Кирилл все еще спит, повел родителей в больничный кафетерий. - Ну, - нетерпеливо заметил отец, как только мы сели за столик и отхлебнули по глотку пародии на кофе. - Мне нравится Данила. - Это же замечательно, - счастливо отозвался Николай. - Так, а в чем проблема? - поигрывая бровями, сказал Альберт. - Нравится, так завали его. - Что ты такое говоришь, Альберт? - зашипел папа. - Я тебе дома устрою завалы, - добил поникшего отца. Да-а-а, папа хоть и казался хрупким, но всегда мог держать в узде отца, иногда я и сам побаивался его. - Сынок, ты не обращай внимания на этого неандертальца, - поглаживая меня по руке, сказал он. - Просто у меня такого никогда не было, - «Боже, о чем я говорю с родителями, как маленький.» - Сын! - серьезно пробасил Альберт. В итоге я, как маленький мальчишка, поделился наболевшим с родителями. В голове посмеивалась надо мной совесть, «Папенькин сыночек», но почему-то мне стало легче. Товарищей, да и просто знакомый у меня была уйма, но чтоб друзей, нет. Я крутился в таком кругу людей, что переживали лишь о своих банковских счетах. Наверное, такова цена купюр, и единственные верные люди, что есть в окружении у меня - семья. - Ты должен поехать к нему, - глядя на рябь, что образовались в стаканчике кофе, который папа вертел в руках. - Если что-то серьезное произошло, ты должен быть рядом. - Но мы же не пара, - почему-то воспротивился я. Да, мне нравился Данила, я хотел бы с ним переспать и без него мне тоскливо. Но разве это любовь или чувства? Или я просто пошел на поводу желаний своего сына? Я не знал ответов на эти вопросы. Были чувства, но какие они? - Сын, ты должен принять решение самостоятельно, нужно ли тебе это. Никто не будет говорить тебе что делать, но любые действия поведут за собой последствия. Хочешь ли ты чего-то серьезного с этим омегой? - Я не знаю, - зарываясь руками в волосы, ответил отцу. - Мы не советчики тебе в этом деле. Но сказать могу одно точно, мы никогда не видели тебя таким счастливым как до этого дня. Ты сиял, как новогодняя гирлянда, в день свидания с ним. А сейчас едь домой, подумай надо всем этим. - Но Кирилл, - воспротивился я. - А что с внуком-то? Завтра его выписывают, так что привезем домой в целости и сохранности, - сказал Альберт. Как я ехал домой не помню, благо водитель вызванный мной довез без происшествий. Только лежа у себя дома на кровати, хаотичные мысли чуть утихомирились, и пришло понимание. Я не хотел упускать омегу из своих рук, если для этого нужно сделать его своим мужем, то я готов. А если в будущем встречу свою пару, то откажусь от нее. Пусть это принесет боль как мне так и омеге что, должен быть парой, но я не смогу бросить Данилу. Его искренние улыбки, завораживающие глаза и ум покорили меня. Наверное, если бы не родители я так и не пришел бы к этому. Но сейчас я знал, что лучшего чем Даня я не встречал. Взяв мобильный в руки, я набрал номер главного офиса, после нескольких гудков мне ответил мелодичный голос помощника. - Да. «Ray corporation», секретарь слушает. - Михаил, ты уже год как мой помощник, а все так же представляешься секретарем, - с улыбкой проговорил я. - Здравствуйте, Артем Альбертович, что поделаешь - привычка, - в голосе слышалась усмешка. - Ну рассказывай, что у вас происходит пока меня нет на рабочем месте? - Подписали контракт с китайцами, Надежда Петровна из бухгалтерии стала бабушкой, - посмеиваясь, ответил Михаил. - Это, конечно, здорово, но что там макет для Митчела? - вспоминая клиента, непроизвольно поморщился. Немцы забраковали два предоставленных ранее макета на постройку торгового центра и целенаправленно высасывали соки как из меня, так и дизайнерского отдела. - Все прекрасно, Артем Альбертович, Константин смог его убедить на одобрение макета, - Перед глазами встал образ того самого Константина. Маленький и хрупкий, в принципе как и все омеги. Константин уже три года занимал должность главы дизайнерского отдела и был как бультерьер. Рьяно защищал свои детища и лицо компании на которую трудился. - Интересно, как ему это удалось? - более у себя я спрашивал, чем ожидал ответ от помощника. - Все просто, скоро состоится бракосочетание у них. - Шустро, ладно, я так понял у вас все хорошо и справляетесь. Передай начальнику охраны, что в течении часа у меня должна быть вся информация о Ярове Даниле Денисовиче: двадцать пять лет, работает в городской больнице скорой помощи. Главное мне нужно знать, где проживают родители и их месторасположение. - Хорошо, через час предоставим отчет, - серьезно проговорил Миша. - Я рассчитываю на вас. Ровно через час я получил факсом всю подноготную омеги, из чего узнал: «Яров Данила Денисович, двадцать пять лет, в интимных связях не замечен. В столь юном возрасте пользуется уважением коллег по работе и обладает прекрасными отзывами из медицинского университета» В принципе, ничего нового, но так грело душу, что мой мальчик уважаем. Далее была информация о родителях, работа, возраст, не судимы, бла-бла. Но вот на данных об аварии,завис. «Авария произошла по вине пьяного водителя, что ехал на красный свет. Папа и брат Дани получили лишь легкие царапины и ссадины, но вот отец. Сотрясение мозга и инфаркт, второй день пребывает в реанимации.» Уже через полчаса после прочтения сведений, я ехал по трассе в направлении маленького городка, в котором был мой омега. Дорога заняла четыре часа на большой скорости. И что не могло не радовать, так это отсутствие полицейских. Я был ужасно измотан, но именно сегодня хотел увидеть Даню, показать, что я его поддержу. Хоть причин для беспокойства о состоянии его отца не было, но я понимал, что ранимый мальчик нуждается в твердом плече. И не важно, что возле него его родитель и брат, я ведь как будущий супруг должен быть рядом. Осталось правда убедить омежку, что я стану его мужем. Больницу я нашел после двадцати минут бессмысленного блуждания по городу. Что удивляло меня, так это то что не увидел ни одной живой души, может этому способствовал проливной дождь, что лил беспрестанно, а может так тут всегда. Пробежка от машины до входа в клинику была не радостной для меня, за каких-то пять метров я изрядно промок. Холодные капли, что стекали с волос, неприятно холодили спину и раздражали. Так что на взводе я и оказался около маленькой регистратуры, у которой сидел старичок бета: - Здравствуйте, где мне найти больного Ярова Данила Денисовича. - Родственник? - поинтересовался он. - Нет, но скоро стану им, - строго ответил я. - Приемные часы начнутся через час, так что придется вам подождать, - Спорить не было не какого желания. - У вас есть кафетерий? - Дальше по коридору автомат, - любезно сообщил он. Пройдя по коридору, я наткнулся на упомянутый механизм, закинув монетки и став обладателем горячего пойла, я сел на потрепанный диванчик у стены, что явно видал и лучшее времена. Что я скажу Дане когда увижу? Не посчитает ли меня каким-то маньяком, что преследует его? Не знаю, сколько я так просидел, подготавливая слова приветствия, поэтому такой знакомы голос застал меня врасплох. - Артем, что ты тут делаешь? - удивленно спросил Данила, стоя передо мной. Он был слегка растрепанный и с темными кругами под глазами, сердце предательски ёкнуло, а желание прижать мальчишку к себе стало невыносимым. - Даня, кто это? - спросил омега в возрасте, что стоял в метре от нас. - Э-э-э, это... - Я не дал ему договорить, поднимаясь и протягивая руку для приветствия папе мальчишки, сказал: - Здравствуйте, я Хейз Артем, жених вашего сына. Не знаю, кто был больше удивлен, Данила или же его родитель с братом. Они стояли, словно оловянные солдатики, интенсивно хлопая ресницами, отходя от услышанного. - Кхм... рад знакомству. Даня много о вас рассказывал, - усмехаясь и поглядывая на сына, произнес его папа. - Я Алексей, его папа, а этот сорванец, - он указал рукой на парнишку альфу, - мой второй сын и брат Дани, Марк. - Рад знакомству, - ответил я, поглядывая на красного, как рак, омегу. И почему-то я не был уверен, что это румянец от смущения.