Поймай меня, если получится

      — Кузьмин! — Учительские нотки в голосе Инги заставили Кузю вынырнуть из мыслей. — Так ты остаешься?       — Если ты настаиваешь, — озорно улыбнулся Кузьмин, но Инга была серьезна:       — Не настаиваю. Просто предлагаю. В конце концов, в непростой ситуации лучше держаться вместе. — От ее смягчившегося взгляда Кузе стало спокойнее. — Я постелю тебе здесь. У меня тут где-то надувной матрас был. Специально на случай неожиданных гостей.       Инга принялась копаться в шкафу и комодах, а Кузьмин — рассматривать комнату. Его взгляд привлекли фотографии, стоявшие на полках. Подойдя ближе, Кузя увидел, что на всех фото были либо Инга, Ульяна и Люба все вместе, либо Инга только с одной из девушек. Было также несколько фотографий, где кроме подружек был еще некий молодой человек. Девушки на фото обнимались друг с другом, шутливо выпячивали губы в поцелуе, широко улыбались и смеялись в камеру, а этот парень был будто немного в стороне от всеобщего веселья, несмотря на обвившие его шею и талию руки подруг-учительниц.       Он выглядел застенчивым и безобидным. Этакий типичный ботан. У него и внешность была соответствующая: аккуратно подстриженные рыжеватые волосы, гладко выбритое лицо. Светло-серые глаза были скрыты очками в черной пластиковой оправе, которые смотрелись молодежно и вовсе не прибавляли парню лет. Одет молодой человек на всех фото был примерно одинаково: рубашка, джемпер с каким-нибудь интересным рисунком и темные брюки.       — Что тебя так заинтересовало, Володя? — Голос Инги отвлек его от созерцания фотографий. Кузьмин обернулся и заметил, что Неустроева переводит взгляд с него на фото и обратно. Кузя ткнул на одну из фотографий:       — Этот парень аж на нескольких фото. Ваш друг?       — Друг? Ну-у-у… можно и так сказать, — с некоторой неловкостью произнесла Инга, чем вызвала вопрос в глазах Кузьмина. Опустив взгляд, она добавила:       — Это Андрей Емельянов. Он историю преподает в нашей школе.       — Подожди… Это он? — удивился Кузьмин и внимательнее вгляделся в фото. — Я его другим себе представлял. Слушай, не могу поверить, что такой с виду интеллигентный человек замешан в наркоторговле.       — Я тоже не могу. И, главное, Ульянка мне ничего про это не говорила. Я узнала только когда она мне флешку эту проклятую отдала. — Инга заметно помрачнела. — Интересно, это потому, что она правда не знала, или потому, что он — ее бывший и она не хотела ему проблем?       — Он ее бывший? — еще больше удивился Кузьмин. — Поподробнее, пожалуйста.       Инга опустила взгляд и оперлась спиной на комод.       — Ульяна мне немного рассказывала. Знаю, что они учились вместе в школе. Потом Андрей поступил на истфак, а Ульяна вроде год пропустила — готовилась к пересдаче экзаменов. На следующий год она поступила в университет МВД, а Андрей учился на втором курсе истфака. И вот примерно тогда они начали встречаться. Ульяна говорила, что встретила Андрея случайно в торговом центре и по-новому взглянула на него, но что-то мне подсказывает, что он помогал ей готовиться к экзаменам, они сблизились на этой почве, вот и завертелось. — Инга пожала тонкими плечами. — Не представляю, что еще могло бы вдруг свести бывших одноклассников.       — Ничего себе. Ульяна мне об этом не рассказывала.       — Наверное, думала, что будешь ревновать.       — Инга, а из-за чего они расстались? — Теперь Кузьмину стало как никогда интересно расспросить Ульяну о ее бывших. Если он ее найдет живой и невредимой, конечно.       — Этого я не знаю, — пожала плечами Инга и добавила: — Я нашла и надула матрас. Постельное белье я положила на него. Можешь, в принципе, ложиться спать уже. Я как раз собираюсь.       Кузьмин поблагодарил ее и вздохнул. Пока они с Ингой говорили о бывшем однокласснике и парне Ульяны, внезапно оказавшемся ее коллегой и торговцем наркотиками, Кузя снова начал думать о своей возлюбленной.       Как же он скучал по Ульяне! Ему так хотелось прийти в понедельник к школе, дождаться Ульяну, крепко обнять ее и вместе с ней пойти домой. А вечером они бы наверняка смотрели какой-нибудь фильм или снова пели. Ну или он бы что-то сыграл ей на гитаре, а Ульяна как всегда сказала бы, что он отлично играет и вообще он самый лучший.       На выходных она бы снова готовила блинчики, напевая какую-нибудь песню, а он бы валялся в кровати до тех пор, пока Ульяна не прибежит его будить. Если бы он не встал немедленно, она сначала швырнула бы в него подушку, а потом начала бы покрывать его лицо поцелуями, тем самым вызывая у Кузьмина счастливый смех и желание, чтобы утро никогда не кончалось.       При мыслях об этом Кузьмин почувствовал себя безумно одиноким.       — Владимир, вы чего грустите? — необычайно участливо спросила Инга, и он повернул голову в ее сторону. Безусловно, Неустроева была красива, умна, образованна, загадочна и привлекательна, и Кузя был бы не против встречаться с ней, если бы они узнали друг друга получше. Вот только Инга была ему просто симпатична, а Ульяну он именно любил. За четыре года отношений они уже успели стать друг другу родными людьми, изучить привычки и странности друг друга, придумать свои традиции. А с Ингой это все пришлось бы делать заново.       Инга же вообще не рассматривала нового знакомого как потенциального бойфренда. Она лишь хотела, чтобы он скрасил ее одиночество, отогнал страшные сны, которые ей действительно снились все последние дни, что она спала одна в съемной петербургской квартире. Но уводить парня у подруги, которая, как был убежден Кузьмин, все-таки жива, Инга не собиралась. У нее всегда было достаточно самоуважения, чтобы не лезть в чужие отношения. Кузьмину она симпатизировала, но только как приятелю, другу. Да и в целом он был хорошим и честным человеком, а Инга уважала такие качества в людях и потому с удовольствием общалась с Кузьминым или, как он себя называл, Кузей.       — Об Ульяне думаешь? — снова спросила Неустроева. Кузьмин машинально кивнул и положил голову ей на плечо. Впервые за всю сознательную жизнь он чувствовал, что нуждается в поддержке и опоре. Сейчас таковой стала Инга. Та тем временем боялась шелохнуться и краем глаза смотрела на затылок Кузи.       Неустроева отлично ощущала шедшие от него волны тревоги, несмотря на то, что внешне Кузьмин выглядел бодрым и радостным. Храбрился, наверное, пытался убедить себя, что все в порядке, но Инга все равно видела, что ему грустно. Она искренне сочувствовала ему и очень хотела чем-то помочь, но что она могла сделать сейчас — Инга не знала. Поэтому решила хотя бы выполнить просьбу Кузьмина и облегчить полиции расследование.       — Володя, — Инга осторожно погладила его по спине, — ты обязательно ее найдешь. И вину Емельянова докажешь. А я помогу следствию. Обещаю.       Кузьмин кивнул и прошептал:       — Спасибо.       Неустроева успокаивающе провела рукой по его волосам, после чего удалилась в свою спальню.

***

      Спустя два часа Кузьмин так и не смог уснуть, поэтому тихонько прокрался в прихожую, чтобы взять ноутбук и поработать. Но только он собрался вернуться на импровизированную кровать, как услышал плач за стеной.       «Неужели Инга?» — испугался Кузьмин, продолжая прислушиваться в попытках понять, откуда идет звук. Плакали действительно за стеной, разделяющей спальню Инги и гостиную, в которой находился Кузя. Кузьмин начал колебаться, не зная, как лучше поступить: попытаться успокоить Ингу или все-таки не вмешиваться. Он был уверен, что она не захочет, чтобы он видел ее слезы.       «Не вижу, зато слышу», — подумал Кузьмин, обнаружив, что рыдания за стеной постепенно стихают. Спустя еще пять минут дверь спальни Инги распахнулась, и оттуда вылетела заплаканная Неустроева. Все произошло так быстро, что прислушивавшийся к звукам из соседней комнаты Кузя не успел притвориться спящим. Увидев его сидящим на кровати в полностью темной комнате, Инга вскрикнула, а Кузьмин тут же успокаивающе заговорил:       — Тише, Инга, это же я. Кузьмин.       — Володя, — прошептала Инга, включив один из настенных светильников и наконец узнав того, кого сама оставила у себя на ночь, — ты почему не спишь?       — Не могу, — признался Кузя, хотя на самом деле даже не пытался. — Что случилось? Кошмар приснился? Или грустные мысли преследуют?       Инга не ответила, лишь шмыгнула носом и отправилась в кухню. Кузьмин последовал за ней. Когда он вошел, Инга уже ставила чайник.       — Прости, — вдруг сказала она. — Ты не должен был видеть меня в таком виде. Я совсем забыла, что ты у меня.       — Да ничего страшного. Ты же у себя дома. — Кузя как можно незаметнее рассматривал ее пижаму ярко-красного цвета, состоявшую из топика, брюк и накидки, похожей на халат. Затем взгляд Кузьмина переместился на саму Ингу. Ее взлохмаченные каштановые локоны и заспанные глаза свидетельствовали о том, что она все же спала. Или хотя бы пыталась.       Неустроева зажгла конфорку под чайником и, бухнувшись на стул, уставилась невидящим взглядом куда-то за окно. Непонятно, что она там могла увидеть: была глубокая ночь, одинокий фонарь во дворе и тот не горел. Кузьмин сел напротив и снова вперился взглядом в Ингу. Какое-то время Неустроева делала вид, что ничего не замечает, однако в итоге не выдержала:       — Кузьмин, хватит пялиться!       — А почему опять по фамилии? — удивился Кузя. Инга опомнилась и смягчилась:       — Извини. Издержки профессии. Чего ты на меня так смотришь внимательно? Меня это напрягает.       — Пижама красивая, — честно ответил Кузьмин. Щеки Инги зарумянились, и Кузя был рад, что сделал комплимент, который приятен.       — Спасибо. Мне тоже очень нравится. А если по-честному, — спросила Инга по-обычному серьезно, — почему ты не спал?       — Да у меня все мысли только об одном. — Кузьмин посмотрел на нее и насмешливо улыбнулся. — И явно не о том, о чем ты сейчас подумала.       — А ты по себе не суди, — усмехнулась в ответ Инга. — Я вообще-то сразу подумала об Ульяне. Потому что сама только о ней и Любе думаю.       — Ты поэтому плакала? — участливо поинтересовался Кузя, и Инга кивнула. — Я слышал.       — Знаю. — Неустроева закусила губу, боясь снова расплакаться. Кузьмин как можно спокойнее сказал:       — Не нужно стыдиться слез. Ты же у себя дома. — Помолчав немного, он добавил:       — Нам обоим непросто, но… Мы же должны друг друга поддерживать, верно?       Инга подняла на него глаза, и Кузя с сожалением увидел, что она снова плачет. Поднявшись, он обогнул стол, подошел ближе к Инге и погладил ее по спине.       — Почему ты не сказала, что тебе хочется высказаться, выплакаться? Думала, я тебя осуждать буду?       — Да, — в очередной раз удивила его Инга. — Потому что причина моих слез абсолютно дурацкая.       — Какая же?       — Неважно.       — Инга, я помочь тебе хочу, — укоризненно посмотрел на нее Кузьмин. — Скажи. Не бойся.       — Ну… Мне грустно из-за того, что Емельянов оказался наркоторговцем, — призналась Инга, выключая закипевший чайник. — Потому что… Люблю я его, вот почему. — Не успел Кузя удивленно округлить глаза в ответ на столь неожиданную новость, как Неустроева дала ему еще один повод изумиться:       — А еще… Я всегда завидовала Ульяне и Любе, потому что им везло с личной жизнью, а мне нет. Я вот с тобой познакомилась, подумала, какой хороший молодой человек, наконец-то и мне повезло. А ты оказался тем самым Ульяниным парнем. Она не особо много о тебе рассказывала, но даже те редкие моменты вызывали у меня дикую зависть. — Инга быстрыми движениями вытерла набежавшие слезы. — Я не хочу вмешиваться в ваши отношения, потому что считаю, что так правильно… Господи, пусть у меня никогда не будет парня, но зато будут подружки, которых я очень люблю! Пусть они найдутся живыми. Я очень по ним скучаю. Их нет, и мне совсем не у кого попросить поддержки.       Инга наливала чай и снова рыдала в голос. Она явно была близка к истерике. Кузьмин ловко взял из дрожащих рук Неустроевой горячий чайник, который еще немного — и упал бы, затем быстро осмотрел кухню на предмет аптечки, где можно было бы найти успокоительное, но ничего такого не увидел. А Инга тем временем продолжала как можно тише, чтобы не разбудить соседей:       — А Емельянов… Он все-таки козлом оказался. Да еще и убийцей — убил Лешку, у которого вся жизнь была впереди. — Неустроева дрожащими руками отрезала кусок торта сначала Кузьмину, потом — себе. И шепотом добавила:       — За что?..       — Инга, успокойся, пожалуйста, — твердо заговорил Кузьмин, которому изрядно надоело, что она мотает нервы и себе, и ему. — Я понимаю, тебе страшно, обидно и ты хочешь, чтобы все снова было как раньше. Но слезами ты никому не поможешь. — Кузя ласково погладил ее по голове. — Если бы это как-то могло решить проблему, я бы тоже плакал. А там бы и Ульяна с Любой вернулись. Может, и Леша Коланьков бы ожил. Но нам с тобой, как ты говорила, нужно держаться вместе. А тебе надо отдохнуть. Уроки, наверное, выматывают.       Инга согласилась.       — Отдохни, — улыбнулся Кузя. — Завтра воскресенье, можно позволить себе поспать подольше, а потом пойти погулять. В общем, освободить голову. А я могу составить тебе компанию. Если хочешь.       — Володя, мне очень неловко, — негромко произнесла Инга, наконец начав приводить себя в порядок. — Ты возишься со мной так, как должен бы возиться с Ульяной…       Кузьмин аккуратно коснулся ее плеча, взглядом будто спрашивая, можно ли продолжать. Инга выглядела настолько обреченной и безнадежной, что решила перестать выпендриваться и позволить наконец этому милому парню поддержать ее. Получив молчаливое разрешение, Кузя крепко обнял Ингу и погладил по спине. Несмотря на то, что Неустроева не была худой, а он — горой мышц, в его объятиях Инга казалась Дюймовочкой. Инга тоже успокаивающе поглаживала Кузьмина по спине. В его теле чувствовалось напряжение, мышцы казались деревянными. Неустроева понимала, что Кузьмин сейчас тоже живет в подвешенном состоянии. Как и она.       — Володя, спасибо, — шепнула Инга, приподнимая голову и пытаясь заглянуть Кузе в глаза. — Спасибо за поддержку тогда, когда тебе самому она нужна не меньше.       — И тебе спасибо, — произнес тот, ослабляя хватку. — Ты кажешься холодной, но в тебе много тепла.       Инга отстранилась и слегка улыбнулась, после чего быстро допила чай и отправилась спать, пожелав Кузьмину спокойной ночи. Перед тем, как она ушла, Кузя произнес:       — Если хочешь, я могу тебя со своим другом познакомить. Он, правда, старше тебя больше чем на десять лет, но он отличный парень. И холостой.       — Я подумаю, — сдержанно отреагировала Инга. — Спасибо.

***

      Павел Шапошников лежал без сна. Несмотря на то, что завтра — то есть уже сегодня — у майора должен быть выходной, мозг Павла продолжал работу над расследованием. Шапошникову ужасно хотелось как можно скорее раскрыть это непонятное дело. Ведь чем больше проходит времени — тем меньше становится вероятность найти Ульяну живой.       Ему также не давала покоя еще одна подруга Ульяны — Любовь Колосова. Павел поговорил с ее соседями, и те в один голос сказали, что не видели ее с пятницы. Кто-то вспомнил, что незадолго до исчезновения Колосова была взбудоражена чем-то настолько, что даже не со всеми жильцами здоровалась.       Еще кто-то рассказал, что в четверг вечером видел, как к парадной, где проживала Колосова, подъехал какой-то черный автомобиль с тонированными стеклами. В эту машину Колосова села и уехала, а примерно через два часа автомобиль вернулся, и девушка вышла из него. Номера никто не успел запомнить: все произошло слишком быстро.       Шапошников сделал вывод, что Колосова каким-то образом заранее договаривалась о встрече с водителем черной машины и за минуту-две до визита просто выходила во двор. Павел уже поручил Кузе поискать этот автомобиль на камерах и выстроить его примерный маршрут. Шапошников начал подозревать, что Колосова вела какую-то свою игру. Возможно, даже была задействована в грязных, криминальных делах.       Теперь главной задачей было узнать, кто водитель и, скорее всего, владелец загадочной черной машины, что связывает этого человека с пропавшей Колосовой и где они сейчас. Кузьмин узнал, что на работе Любовь взяла больничный, а в университете — академический отпуск на год якобы из-за болезни матери. Значит, не просто так она исчезла — возможно, все-таки уехала к матери.       Поняв, что сегодня заснуть уже не получится, Павел поднялся и сел за стол. Открыв блокнот с задачами на следующий рабочий день, он отметил, что нужно будет связаться с коллегами из Москвы и Долгопрудного и выяснить, приезжала ли Колосова в столицу или область. Билет на самолет или поезд без паспорта купить затруднительно, значит, документы у Колосовой должны быть. Павел не хотел думать о том, что убийство Елены Каракиной и исчезновение его племянницы, а затем и Любови Колосовой могут быть связаны, но эту версию он пока не отбрасывал. Вдруг Ульяну и Любу похитили? А на Ингу в скором времени начнут давить, чтобы она заплатила выкуп или передала какую-то ценную информацию.       Пока Шапошников не понимал, как связать всех фигурантов. Еще же была версия про убийство Ульяны кем-то из ее бывших. Кузьмин досконально изучил профили Ульяны в соцсетях, прочел все переписки и узнал, что чаще всего в прошлом помимо Святослава Пономарева Ульяна общалась с некими Ренатом Брусникиным и Андреем Емельяновым. Активность переписок изменялась из года в год: самая давняя переписка была с Брусникиным, самая свежая — с Емельяновым, который, как уже было известно, сейчас работал учителем истории в той же школе, что и Ульяна с Ингой.       «Видимо, это и есть тот самый Андрей, про которого мне Сашка сказал», — понял Шапошников и, обведя имена всех фигурантов в овал, поставил рядом вопросительный знак.