Ты живёшь за морем

      Он точно помнит как у него украли кошелёк. Ну прогуливался по городу одним чуть теплым вечером, когда ветер не пытался снести его с ног, а солнце не было сущим исчадием ада и не пыталось отзеркалится от всех белых поверхностей. В общем день был как нельзя кстати, потому что разгребать различные свитки и другой хлам, уже не было ни сил, ни желания.       Этот день запомнился ему надолго и был готов напомнить про своё существование в любой удобный момент: то мимо величественной походкой пройдёт любой другой рыцарь, или засверкает матовая красная поверхность чего-либо, да даже звонкий голос, который развеет шумиху улиц, был напоминанием о том кентавре.       Вообще Снежная не была, такой какой её описывали многие. Например, его коллега, с которой он плыл в одном корабле, посоветовала ему никогда не отдаляться от центра города, потому что могут сожрать не глядя; другие склонялись к чересчур грубому нраву, хотя если посмотреть правде в глаза: люди здесь такие же как и в Ли Юэ. Со своими делами, со своими заскоками, со своими правилами. Чжун Ли сразу понял, что к чему, но и проникаться к портовому городу Снежной не спешил. Ему хотелось просмаковать этот вкус недопонимания происходящего. Наверное, именно по этому его судьба и преподнесла ему подарок в виде рыцаря. Ну «рыцарь» это ещё мало сказано, наверняка, Тарталья немного сжал свой титул. Это было даже в какой-то степени приятно, что данный кентавр не хочет как то выделяться на всеобщем фоне и уж тем более сорить деньгами.       Тарталья был приятным собеседником, который любил и послушать, и вставить свои пять копеек. Наверное, именно поэтому этого мужчину знали все, хоть тот и не жил в этом городе. Чайльд был представлен Царицей для охраны, а также для того, чтобы он следил за протеканием изучения подземного храма.       И хотя самого мужчину Чжун Ли почти не видел, Тарталья видел всех и вся. И это одновременно завораживало и пугало, но ближе всё равно был первый пункт.       Их встреча была достаточно неожиданной как и сам грабёж. Мужчина промчался стрелой мимо Чжун Ли оставляя его где-то позади, а сам помчался на поимку вора. И почти в мгновение ока поймал неудавшегося правонарушителя.       Как потом Чжун Ли узнал, законы Снежной были по-настоящему суровы. Вору следует отрубить одну руку для первого грабежа, а на второй — другую, а при третьем грабеже, пусть готовит голову… Этому считай повезло.       Тарталья знакомиться не спешил. На службе он не особо был разговорчив, отвечал скомкано и только по делу, в остальное время стоял истуканом на своём месте, и идеально отшагивал по представленной ему территории, приманивая взгляды мимо проходящих. Его красные доспехи на удивление не приманивали к себе лучи солнца, а наоборот, отталкивали, из-за чего было видно абсолютно всё: изгибы тела, прямой стан, и отточенную до идеала походку.       На общем фоне королевских стражников в Тартальи не выделялось ничего особенного, кроме огненно рыжих волос. И контрастирующих на их фоне синих рогов. Которые как потом оказалось были частью его тела. По мнению, Чжун Ли, чертова генетика сделала Чайльда Тарталью похожим на Бога.

***

      Вообще если быть честным хоть с самим с собой, Чжун Ли чувствовал, что просто необходимо хотя бы поблагодарить, а то получилось уж слишком вскользь. Как-то быстро и тускло. Непрекращающийся поток мыслей, скорее всего был проделкой манер, которых вдалбливали в голову Чжун Ли с самого детства. Так что отпустить своего героя просто так он не мог. А из всего запомнившегося были только чувства? Аура? Каким словом можно назвать то, что почувствовал археолог в тот момент? Мимолётная вспышка, отголосок уверенности, без намека на страх. Сгусток различных ароматов окружал своего хозяина толстыми, невидимыми стенами. Отчего находится с мужчиной было интересно и не менее загадочно.       И как бы сильно Чжун Ли не презирал романы основанные на какой-то бредовой идее. Коих в его стране было выши крыши. Он всё-таки отдалённо понимал, что в его жизни происходит что-то похожее: резкая встреча, понесла за собой снежный ком, который того и гляди перенесётся в снежную лавину. И он не то, что бы был против, просто это было странно…       Археолог приметил это отдаленное местечко практически в первые минуты прибывания в Снежной. Здесь была очень вкусная выпечка. Милая девушка, что стояла за кассой была готова продать Чжун Ли весь прилавок, наверное, вместе с ней впридачу, но тот предусмотрительно отказывался от множества яств, оставляя их на последующие разы, потому что хотел насладиться вдоволь каждым моментом. Снежная была по своему удивительная и манила к себе легендами, недосказанностями, множеством блюд, а также людьми и архитектурой. Если бы не одно «но» — здесь чертовски холодно.       В том кафе они и встретились во второй раз. Он увидел рыжеволосого мужчину почти сразу же, как только тот вошёл, и легким движением руки пригласил его к себе. Тарталья его жест понял, и твёрдой, уверенной походкой, направился прямиком к нему. Так то их знакомство и завязалось.       Чжун Ли было дико странно находиться среди таких гигантов. Кентавры в Ли Юэ были яркими, да и привычными взгляду, обычного роста. В Снежной же все были высокими, да и менталитет был немного иным. Чего уж говорить, про стражников, которые сновали тут и там, охраняя мирное население. За центром города тоже было где прогуляться, вот только, если сойти с протоптанной тропинки, то можно неплохо так встрять. Чжун Ли навсегда запомнит, как стоял к верху задом, а его передние ноги провалились в сугроб настолько глубоко, что он чувствовал его грудной клеткой. К слову, помог ему мимо проходящий охотник.       Тарталья говорил, что с мая по август, погода более благосклонна и бушует не так сильно. Удаётся даже что-то выращивать и оставлять заготовки на зиму. А вот в плане мяса были иные правила.       У каждого находящегося здесь кентавра были овцы и как минимум одна корова. По максимуму грядок, и место для хранения заготовок, которое привычно находилось под домом. А так охотничество здесь было на высшем уровне. В Ли Юэ охотников редко встретишь, да и диких животных там меньше раз… в десять? На его родине больше занимались ловлей рыбы. Здесь же несмотря на то, что город был портовым, рыбу даже не покупали. За частую кентавры сами её ловили, потому что условия, да и умения позволяли. Даже дети уже спокойно могли выйти на лёд и начать ловить. Это поражало. А вот с охотой, дела обстояли иначе. Как и со сладостями, различной молочной продукцией и многим другим. Рынок был оживленным с обеда до начала вечера, и отличий от Ли Юэ в эти моменты Чжун Ли не видел, от слова совсем.