При свете луны

/POV Всемогущий/

Возвращаясь домой после очередного сложного дня практики, Тошинори краем глаза заметил силуэт в неосвещённом солнцем закаулке. Логика подсказывала не соваться туда, ведь это может привести к неожиданным последствиям, но любопытство было куда сильнее голоса разума. Вдруг силуэт резко упал на асфальт, словно силы его покинули, однако остался в сознании, и, судя по положению рук, он держал что-то. Приблизившись, можно было понять, что это девушка, в руках она держала новорождённого ребёнка, сидя на асфальте и облокотившись на стену какого-то серого мрачного здания. — Тише, тише, не нужно плакать, — успокаивающим голосом она обращалась к плачущему ребёнку, немного его покачивая. Судя по её виду ситуация требовала немедленного вмешательства. — Ох, простите, — спокойный мужской голос, — Я не хотел вас напугать, с вами всё в порядке? Могу ли я чем-то помочь? Ответа не последовало, женщина пристально всматривалась в глаза Тошинори, как будто пыталась понять мотив его действий. А может её взор просто был затуманен, и она пыталась понять кто перед ней? — Повторюсь ещё раз, могу ли я чем-то помочь, понимаю, что выгляжу достаточно подозрительно, но всё же… Не успев договорить, блондин услышал громкий звук падения тела о землю и пронзительно-громкий плачь ребёнка. Женщина потеряла сознание, но младенца из рук так и не выпустила. Тошинори уже было хотел понести её бессознательное тело в больницу для оказания необходимой помощи, но быстро отсеял эту мысль. Она была в больничной ночнушке с младенцем на руках — значит сбежала, и явно не просто-так. Поэтому было логичней взять её домой и помочь по мере возможностей. Но справиться ли он не только с ней, но и с ребёнком? За всю свою не короткую, но и не длинную жизнь у Тошинори не было собственного ребёнка, как и мысли им обзавестись. Да, возможно для альф и омег естественно желание поскорее обзавестись потомством из-за инстинктов, но видимо он был неким исключением в этом мире, или же просто имел отклонения. Глупо задумываться об этом сейчас, есть дела поважнее: девушка, что потеряла сознание, и громко плачущий ребёнок могли привлечь много ненужного внимания, а потому нужно было немедленно забрать их отсюда. Взяв её с ребёнком на руки, Тошинори отправился к такси, которое заказал ранее. Когда Яги добрался до такси, водитель как-то косо на него посмотрел. Ну это и не удивительно: какой-то странный тип вызвал такси к магазину, однако сам вышел из закоулка с бессознательной девушкой на руках, да ещё и с плачущем младенцем, словно преступник, скрывшийся с места преступления. — Извините, заставил ждать, — Яги назвал водителю свой адрес, садясь в машину, — Произошла довольно странная ситуация, не поймите неправильно, я не преступник. Голос Тошинори звучал убедительно, разглядев его поближе, таксист сильно смутился, его мысли прочитали словно открытую книгу, да и сам блондин не был похож на преступника. Видимо водитель не думал об этой ситуации в положительном ключе. Оставшуюся дорогу они ехали молча. По прибытии мужчина расплатился и отправился в дом с незнакомцами на руках. Зайдя в дом, Тошинори принялся сначала успокаивать ребёнка. Его мать выглядела куда хуже, однако, для начала необходимо позаботиться о младенце — он легко может заболеть, не имея окрепшего иммунитета. Ребёнок долго капризничал на руках незнакомого человека, но всё же заснул. Яги же бережно переложил малыша на свою кровать, за неимением детской, затем отправился к женщине, которую заранее уложил на диван в гостиной. Мужчина решил сначала проверить состояние больной. Женщина была вся красная, а лоб горячий — сказывалась высокая температура, на лице отражалась испытываемая ей боль, от которой она корчила лицо, словно её снился кошмар. «Что же должно было произойти, чтобы она сбежала из больницы в таком состоянии. Нужно было соблюдать постельный режим несколько дней.» — блондин направился на кухню за аптечкой и некоторыми другими медикаментами. Вернулся мужчина с аптечкой, полотенцем и блюдцем прохладной воды. Рядом с диваном стояла небольшая табуретка, на которую Яги поставил блюдце. Намочив полотенце, он положил его на лоб женщины и сел рядом, наблюдая за её состоянием. Спустя пару минут лицо больной слегка побелело. Найдя в аптечке обезболивающие таблетки, он вновь отправился на кухню за стаканом воды. В своём состоянии женщина явно не могла ничего проглотить, а потому пришлось идти на крайние меры. Взяв таблетку в рот и запив её водой, Яги передал её больной. Спустя несколько минут ей стало заметно лучше, она больше не кривила лицо и не вертелась, да и выглядела как мирно спящий ребёнок. С того момента началась длинная бессонная ночь. Тошинори метался между ребёнком и матерью. Они оба требовали к себе немалого внимания: младенец периодически просыпался из-за необходимости в питании, из-за чего герою приходилось бегать в магазин за смесями пока все спали, у женщины же периодически поднималась температура. Еле как пережив эту нелегкую ночь, Яги уже мог с полной уверенностью сказать, что буквально может спать на ходу. Двенадцать часов дня — время принимать таблетки. Взяв очередной стакан воды с кухни, мужчина направился в гостиную. Находясь в дверном проеме, Тошинори заметил, что новоиспечённая мать ёрзала руками по кровати, пытаясь что-то нащупать, но, очевидно, она не нашла то, что так отчаянно искала, а потому резко перешла из лежачего положения в сидячее. В её глазах отражалось беспокойство и страх. — Ищешь ребёнка? — девушка обернулась на незнакомый голос, Тошинори стоял прямо посреди дверного проёма, — Не беспокойся, я уложил его спать. Не делай резких движений, иначе шов расползётся. И да, я дал тебе обезболивающее, однако, оно не сможет полностью странить боль. — Почему вы помогаете мне, мы ведь даже не знакомы, — искренне поинтересовалась женщина. — Можно считать, что это из-за принципа, я ведь герой, — и вправду, он выглядел как самый что ни наесть герой, — Правда… меня ещё никто не знает. — Пожалуй я спрошу ещё раз. Могу ли я вам чем-то помочь? — это предложение звучало странно от человека, который уже помог чем смог: забрал в дом, дал лекарств, позаботился о сыне. Довериться ему после первой же встречи было бы довольно опрометчиво, но попытаться всё же стоило. — Ну есть кое-что, — Инко была сильно смущена, — Могу ли я пожить у вас пока не найду стабильный источник заработка и не смогу снять хотя бы маленький дом, чтобы мы с сыном могли хоть где-то жить? — Немного странная просьба, но не невыполнимая, — сказал блондин, почёсывая затылок, — Что ж, раз мы будем жить вместе давай хоть познакомимся. Я Тошинори Яги. — Спасибо за помощь, Инко Мидория, — ответила женщина, протягивая руку. Можно сказать, с того момента и началась их история. Конечно первые недели было нелегко ужиться с незнакомым человеком, но стоило им немного привыкнуть друг к другу, как всё стало налаживаться. Тошинори помог Мидории встать на ноги и естественно всеми силами помогал ей найти работу. В то время пока она ходила на собеседования и её не было дома, он сидел с её сыном. Наблюдать как растёт новый человек было довольно увлекательно, правда блондину пришлось самостоятельно многому научиться, ведь опыта по уходу за детьми он не имел. Жить с кем-то оказалось намного веселее, чем могло показаться раньше, но что-то казалось слишком странным. Прошло всего три месяца, Тошинори начал чувствовать себя странно: каждый раз смотря на Инко, его чувства кардинально менялись: когда он был в плохом настроении, стоило только взглянуть на эту женщину, как оно поднималось. В моменты, когда она улыбалась, её улыбка вселяла в него ту же радость, а когда грустила, он всеми силами пытался поддержать её. Но не успел он осознать, что именно он чувствовал, как пришло время прощаться.  — Спасибо за всё, вы очень помогли нам. Прощаться в какой-то степени сложно, но мы и так задержались у вас слишком долго, надеюсь мы ещё встретимся, — взяв чемодан в одну руку, а сына в другую, она отправилась в сторону вокзала. В груди зародилось некое чувство тоски, они не были близки, однако грусть накрывала с головой, пока мужчина смотрел ей в след. Возможно они больше никогда не увидятся. Единственное, что немного поднимало ему настроение, это Изуку, который всё это время смотрел на героя своими изумрудными глазами и искренне улыбался, пока они не скрылись из виду.

/End POV Всемогущий/

*Возвращение в настоящее время*

/POV Шото/

Прозвенел очередной звонок на перемену. Классы отправились на обед. Почти все столы в столовой были заняты, многие студенты стояли в очереди за едой. В этом помещении находилось довольно много людей, словно это не столовая, а трибуны спортивного матча, или зрители масштабного концерта пришли поглазеть на кумиров. Тодороки занял один из двухместных столиков в углу у окна. Из приоткрытой форточки дул приятный тёплый ветерок. В этой части столовой всегда тише, поэтому можно спокойно отдохнуть, не обращая внимания на крики и смех других студентов. Поставив поднос с едой на стол, парень отошёл за напитком. В меню на сегодняшний день были: компот, молоко, сок и зелёный чай. Долго думать Шото не стал, выбрал чай и отправился к своему столику. На подносе стояла тарелка с холодной собой, которая кстати говоря является его любимым блюдом, рядом располагались палочки и несколько салфеток. Вдруг, пока Тодороки обедал, к нему подошёл новый одноклассник. На лице парня с фиолетовыми волосами расползалась ухмылка. «Что он тут забыл? Может мест не осталось?» — подумал Шото, оглядываясь по сторонам в надежде найти ответ на свой вопрос. — Привет, у меня к тебе серьёзный разговор, — Шинсо сел напротив, — Недавно в раздевалке я заметил странный рисунок на твоём правом запястье. Так вот, что это? Ты набил татуировку? Тодороки вздрогнул от этих слов, но не подал виду. Он лишь посмотрел на Хитоши как на уёбище (простите хотелось чего-то необычного) и продолжил свою трапезу. «Как он узнал? Я же постоянно ношу напульсник.» — всё это время Шото размышлял над этой ситуацией, сидя с каменным лицом. Шинсо же позабавила эта ситуация, однако, Тодороки ему так и не ответил и даже звука не издал, а значит применить причуду возможности нет. Хитоши придумал довольно хороший план: парня нужно просто вывести из себя и разозлить, тогда он хоть что-то, да скажет, а уж затем можно будет взять контроль над его разумом. — Молчишь? Ну да, ты же сын героя, куда уж нам до тебя! — парень специально говорил это с выражением, пытаясь разозлить собеседника, — Мы не достойны даже учиться с тобой в одной академии! — Шинсо говорил довольно тихо, чтобы другие не услышали их разговор, но достаточно громко, чтобы гетерохром мог услышать каждое слово. Второму же было абсолютно плевать что он там говорит, Шото просто продолжал есть, а на Шинсо даже не взглянул. Как бы Тодороки ни злился он умеет держать эмоции под контролем и не выражать их на людях. Но и Хитоши не лыком шит. Шинсо довольно смышлёный, а потому ему не составило труда придумать план получше. Если партнёр не хочет с тобой разговаривать, да и вообще иметь дело, нужно сделать так, чтобы он сам возжелал встречи с тобой. — Это ведь метка истинности? — Хитоши намеренно с издёвкой задал этот вопрос, и стал наблюдать за ответной реакцией. После слов парня Шото поднял голову и шокировано уставился на собеседника, не проронив ни слова. Шинсо же посмотрел парню в глаза, встал, демонстративно ухмыльнулся и молча пошёл к выходу. Тодороки с минуту не мог пошевелиться из-за шока, но когда пришёл в себя, ринулся за парнем, впрочем, того уже и след простыл. Найти Хитоши сейчас будет проблематично, а значит остаётся только ждать удобного случая поговорить. А случай представиться на последнем уроке, как раз будет физкультура, и парня можно будет словить в раздевалке. «Откуда он знает? Это что, он моя пара? Да нет, бред, он же альфа. Тогда, может он знает кто моя пара или подозревает кого-то?» Оставшиеся уроки до физкультуры Шото сверлил студента взглядом. Вот и остался последний урок. Все ученики 1-А класса поспешили в раздевалку. Тодороки специально поспешил в раздевалку, чтобы на этот раз точно не дать ему уйти. Зайдя в раздевалку он немного помедлил и дал большинству спокойно переодеться и уйти, лишние уши им ни к чему. Темноволосый понял, что к чему, и потому остался в раздевалке, якобы отдохнуть, а сам так же ждал пока все покинут помещение. Вот студенты и остались наедине. — Может ты объяснишь свои слова? — задал вопрос Тодороки, намекая на случай в столовой, его лицо по-прежнему ничего не выражало, однако, раздражение в голосе скрыть не удалось. — Не понимаю о чём ты. — спокойно сказал оппонент, положил кулак под щеку и ехидно улыбнулся, вот только стоило ли выводить парня из себя? Шото разозлило, что он вновь уходит от ответа. Прошла всего доля секунды, а Тодороки уже держит темноволосого за воротник и прижимает к стене. Тут на лице гетерохрома уже нескрываемое раздражение. — Говори! — пригрозил парень со шрамом. — Что это с тобой? Ты же всегда такой спокойный… Неужто боишься, что я что-то сделал с этим человеком? — он намеренно тянет слова, ещё больше раздражая второго. Видимо Хитоши уже посчитал данную ситуацию опасной и хотел применить причуду, но не тут то было. Только он хотел использовать контроль разума, как Тодороки отпустил его воротник, усилил свои феромоны и начал их концентрировать. Помещение заполнилось удушающим запахом горького шоколада. Но реакция Шинсо поразила. Он сполз по стене на пол и смял рубашку на груди. Его глаза заслезились. Шото поражённо уставился на парня и сделал два шага назад. — Эй, ты что, омега? — Шото всё ещё был в недоумении. Хитоши будто током прошибло, он то ли со страхом, то ли с раздражением взглянул на Тодороки, быстро встал и пулей вылетел из раздевалки. На уроке темноволосый так и не появился. Гетерохром решил оставить произошедшее в секрете и позже нормально поговорить с этим «недоальфой». Это оказалось довольно сложно, весь следующий день Шинсо избегал парня. Так продолжалось всё время: день, два, неделю, и ничего не менялось. «В любом случае нужно как-то с ним поговорить.»

/End POV Шото/

/POV Изуку/

В последнее время Изуку постоянно пытался найти Шинсо, чтобы поговорить, но последние пару дней это было невозможно, он будто старательно избегал кого-то, словно скрывал что-то. Не заметить такое поведение также было невозможно. Но не только Хитоши вёл себя странно. Пару дней назад во время физкультуры, Шинсо почти самым последним вышел из раздевалки и выглядел так себе — весь на нервах. После него вышел ещё один наш одноклассник. Между ними явно что-то произошло. Изуку понимал, что его не должны касаться чужие разборки, но из-за этого он не мог поговорить с Хитоши, а потому больше не мог оставаться в стороне.