Сломленные молчанием

— Кас? — Джо, державшая в руках около десяти папок, постучала в приоткрытую дверь кабинета. — Входи, — Кастиэль продолжал изучать бумаги, даже не взглянув на девушку. — Я принесла личные дела сотрудников, — Джо опустила тяжёлую стопку на край стола, безжалостно заваленный бумагами. — Ежегодная проверка? — Кас отложил документ, который читал, и посмотрел на девушку. — Не слишком рано в этом году? — он принялся перекладывать бумаги, освобождая место на столе. — Ты знаешь, он всегда проводит её тогда, когда у нас совершенно нет на это времени, — Джо пожала плечами. — «Но нет покоя голове в венце», — процитировала она, чуть улыбнувшись. — Я не король, — Кас покачал головой, придвигая стопку с делами ближе к бумагам, ещё требовавшим внимания. — Да, ты всего лишь начальник этого детского сада, — иронично улыбнулась Джо, повернув голову к окну кабинета. Кас проследил за её взглядом и, с напущенным возмущением, которое скрывало улыбку, следил за тем, как его агенты Дин и Бэн соревнуются в армреслинге, под подбадривающие крики Чарли и Кевина, а Бобби и Сэм, стоя у ступеней галереи, обмениваются деньгами, очевидно, сделав ставки. Кастиэль закатывает глаза и, поднявшись, выходит на галерею, оперевшись руками на перила и нависая над Бобби и Сэмом. — Бэн, Дин, — громко зовёт он. Чарли и Кевин тут же разбегаются, делая вид, что пришли за папками, хватая первые попавшиеся и принимаясь изучать их с заумными лицами. Спортсмены-армрестлеры расцепляют руки, откидываясь на спинки стульев, делая вид, что вообще не знают, что тут происходило. Дин сладко потягивается, бросив короткий взгляд на начальника, а Бэн нагло смеётся, подперев рукой щёку. Сэм как можно тише и незаметнее отходит подальше от галереи, сунув деньги обратно Бобби, на что Сингер только довольно смеётся, пряча купюру во внутренний карман пиджака. — Бобби, и ты туда же? — устало выдыхает Кас, смотря на него сверху вниз. — Да брось, иногда приятно получить лишний доллар на кофе с пончиками, — отмахивается агент, улыбаясь, поднявшись по ступеням к мужчине и встав рядом. — И на кого же ты ставил? — начальник отдела обводит агентов строгим взглядом прежде, чем повернуться к Бобби. — На тебя, — он похлопал мужчину по плечу и направился в свой кабинет, насвистывая какую-то мелодию. Кастиэль устало вздыхает, опуская взгляд на наручные часы. — Идите домой, — громко объявляет он, — отдохните, пока есть возможность. Агенты спешно начинают собираться, Джо, стоявшая у входа в его кабинет, спускается к остальным, сразу направляясь к выходу. — Эй, Кас, — зовёт Дин, поднимаясь и снимая со стула свой пиджак, — мы хотим выпить пивка в честь завершения дела, ты как? — У меня много работы, — он отрицательно качает головой и возвращается в кабинет, оставив дверь приоткрытой.

***

Кастиэль заканчивает работу с бумагами, когда отдел уже полностью пустеет. Сложив отчёты в ровную стопку справа от себя, он откидывается на спинку кресла и ослабляет галстук, тяжело глядя на папки с личными делами агентов, к которым он ещё даже не приступал. Со вздохом усталости, начальник отдела берёт первое дело, открывая, и принимаясь перечитывать в более сухой форме, всё то, что он итак знает о своих агентах. Первое досье принадлежало Кевину Трену — гениальному молодому человеку, который подвергся похищению в студенческие годы. Кастиэль, уже четыре года занимавший пост главы ОПА, расследовал это дело вместе с Сингером и братьями Винчестерами. Это сильно повлияло на Кевина и зажгло в нём желание быть частью отдела, помогать людям так же, как помогли ему — с помощью своих знаний, оценки людей и тонкому анализу. В личном деле парень охарактеризован, как человек с высоким IQ, профессиональный психоаналитик с высшим образованием и учёной степенью, а так же званием «Доктора» в свои неполные двадцать два года. Имеет склонность к замкнутости, вызванной проблемами с наркотиками на которые парень подсел после похищения. Кевин нашёл в себе силы справиться с этим, вылечиться и окончить университет с высшими баллами. Так же Трен обладает достаточным самоконтролем и амбициями, чтобы успешно работать в отделе. Он имеет обширные познания в абсолютно разных сферах, что очень часто помогает всей команде в расследованиях. Перечитав все данные, Кас делает пометку о том, что агент находится в приемлемом эмоциональном состоянии, и подшивает к его делу отчёт о проведении последней операции. Папка Кевина отправляется в сторону готовых бумаг, и рука мужчины тянется за следующим делом. Роберт Стивен Сингер — один из основателей отдела, тесно работавший с отцом Винчестеров — Джоном, расследуя, в том числе, дело о жестоком убийстве Мэри. У него много связей в агентстве и полиции, поскольку в начале карьеры он часто ездил по стране, консультируя местные власти. Бобби — своеобразный отец для их команды. К нему идут за советом и поддержкой, он умеет разложить всё «по полочкам» в чужих головах, несмотря на то, что в кабинете мужчины царит полный хаос, в котором может разобраться только сам Бобби. Однако, личные трагедии не обошли его стороной. Во время ограбления его дома, произошедшего около двадцати лет назад, жену Сингера взял в заложники грабитель, прикрывшись ей, в тот момент, когда Бобби выстрелил в мужчину, угрожавшему агенту пистолетом. Жена погибла, грабитель — оказавшийся наркоманом под кайфом, искавшим деньги на новую дозу — тоже. Бобби тяжело перенёс это, что привело к его почти двухлетнему отстранению от работы, и долгому посещению психоаналитика. Но, даже спустя столько лет, Бобби не обзавёлся другой семьёй, кроме той, что была на работе. Личное дело характеризовало его как признанного профессионала, специалиста по психическим расстройствам и анализу поведения, а так же, как человека собранного, с богатым опытом работы, иногда грубого, способного осадить и купировать импульсивность агентов младше него. Кас отложил дело Бобби в сторону. Он знал его совершенно другим: открытым, добрым и весёлым по отношению к своим коллегам, сопереживающим преступникам, которые не были действительно плохими, а преступления совершали из-за психотических вспышек, вызванных глубокими травмирующими обстоятельствами. Бобби действительно был очень умён и осведомлён о многих вещах, которые Кастиэлю казались недоступными и сложными. Кас хорошо дружил с агентом, но, в сравнении с Винчестерами, ставшими для Бобби почти сыновьями, был слишком далёк, будто прибыл из другого мира. Следующая папка была личным делом Джоанны Бет Харвелл — агента по связям с прессой. Девушка всегда выезжала на дела с командой, но в операциях и захватах не участвовала. Она стала частью ФБР вопреки просьбам матери, боявшейся потерять дочь так же, как потеряла мужа, служившего в полиции. Джо занимается анализом запросов от властей штатов, выбирая дела, требующие внимания их отдела. Через её руки ежедневно проходят сотни папок с делами: кровавые убийства, похищения, садистские пытки людей. Однако Джо, с завидной стойкостью, справляется со своей работой. Девушка обладает железной силой воли и рациональным умом, с редким профессионализмом перенося все ужасы, которые она видит ежедневно. Джо обязана посещать психолога, проходя оценку своего состояния каждый месяц, поскольку бюро считает, что она подвержена сильному психологическому давлению и подавленному чувству вины. Джо ходит на обязательные встречи с психологом уже пять лет, и ещё ни разу не получила негативной оценки своего состояния. Однако, профессиональную жестокость и рациональность, Джо с лихвой компенсирует отличным чувством юмора и добросердечностью по отношению к коллегам. Кас откинулся на спинку стула, предаваясь воспоминаниям. Едва получив свою должность, Кас сам пригласил Джо в ФБР. Он познакомился с ней на одном из семинаров, куда девушка, только год проработавшая в качестве агента-координатора ФБР, приехала повышать квалификацию. После лекции, когда Кастиэль выслушивал вопросы собравшихся, она подошла к нему и прямо предложила свою помощь с одним из текущих дел, после завершения которого Кас всерьёз задумался о том, что Харвелл может быть полезна в качестве члена его команды. Начальство поддержало решение мужчины, и очень скоро Джо уже обустраивалась в своём личном кабинете, находящимся отдельно от основных рабочих столов. Кастиэль легко улыбнулся, откладывая дело девушки в стопку. Бенджамин Лафит — сравнительно новый агент отдела поведенческого анализа. Во время секретной операции в Сомали, куда был направлен Дин Винчестер, спас жизнь мужчины, проявив высокий уровень анализа поведения террористов и предугадав их логику перемещений. Бен, или Бенни, как звал его Дин, стал частью ОПА по настоянию Кастиэля. Отдел остро нуждался в стратеге, который мог бы разрабатывать планы операций, отвергнув всякие чувства, на что как раз Дин, бывший специалистом по работе со спецназом и проведению операций, был не способен. Бен умело анализирует поведение опасных группировок, тактический специалист высшего класса с завидной боевой подготовкой, а также квалифицированный специалист по работе с людьми, подверженным ПТСР. Бен грубоват, остёр на язык, но в условиях экстренной организации операций способен быть предельно собранным и хладнокровным. Дело Бенни отправилось к остальным, а Кас, устало размял шею, поднимаясь из-за стола, принявшись ходить, давая мышцам хоть какую-то нагрузку после долгого пребывания за столом. — Ты что, поселился здесь? — не закрытая дверь кабинета, открылась шире, являя на пороге невысокого мужчину в дорогом костюме-тройке, поверх которого было надето чёрное пальто. — Кроули, — тяжело вздохнул Кас, — что ты тут делаешь? — Я начальник подразделения ФБР, — язвительно начал мужчина, — я здесь работаю, — усмехнулся он. — Что ты делаешь в моём кабинете? — Кастиэль расстегнул рукав рубашки, подворачивая его. — Я увидел, что ты всё ещё на работе и решил зайти, чтобы ещё немного понадоедать тебе, прежде, чем я отправлюсь домой спать, а ты проведёшь бурную ночь в компании своих бумажек, — Кроули улыбнулся. Кастиэль не ответил, смерив начальника тяжёлым взглядом и возвращаясь к подкатыванию рукавов. — Да брось, агент Бейонсе, — усмехнулся мужчина. — Тебе нужно отдохнуть. Иди домой, прими душ, помастурбируй, в конце-концов. — Кроули, — с укоризной произнёс Кастиэль. — Если бы ты желал облегчить мне жизнь, то не подсовывал бы годовую проверку на два месяца раньше, когда мы только что вернулись с дела, требующего кучи отчётов в различные подразделения. — Ничем не могу помочь, — пожал плечами мужчина. — У меня есть своё начальство, которое так же загружает меня работой, как и я тебя. Вся эта цепочка унижений тянется с самого верха, так что, если у тебя есть претензии, пиши сразу директору ФБР, а меня не превращай в повелителя Адских свор, — нахмурился Кроули. — Прости, — Кас вздохнул, потерев лоб. — Тебе нужно отдохнуть, Кастиэль, — уже серьёзно произнёс мужчина. — Иди домой. Кас глянул на часы. — В семь утра у меня совещание с другими начальниками отделов нашего подразделения: Гейб и Михаэль будут ждать. Сейчас - час пятнадцать, если я поеду домой, то доберусь туда часам к двум ночи, два часа на сон, ещё час чтобы принять душ и одеться и час добраться до работы по утренним пробкам, — Кас вздохнул, — я лучше закончу с личными делами агентов и посплю здесь, — он кивнул в сторону дивана, стоявшего в кабинете. — Надо бы загнать тебя к психоаналитику, — скептически поджал губы Кроули. — Кажется эта работа делает из тебя мазохиста. — Спасибо, — язвительно ответил агент. — Ладно, что ж, — вздохнул начальник подразделения, — оставлю тебя наедине с твоими бумажками, — он глянул на рабочий стол мужчины. — Удачи, Джимми, — мужчина развернулся и, не удосужившись даже прикрыть за собой дверь, прошёл к ступеням галереи, легко спускаясь, направляясь к стеклянным дверям у лифта. Кастиэль глубоко вздохнул и плотно закрыл дверь за начальником. Его отношения с Кроули начались ещё до прихода в отдел. Фергюс Родерик МакЛауд и Кастиэль Джимми Новак учились в одном институте, правда в то время они шли по разным специальностям, имевшим лишь несколько общих занятий. Фергюс, прозванный Кроули из-за внешнего сходства с известным поэтом и оккультистом, рвался не только к знаниям, он легко заводил нужные связи, занимаясь скорее политикой, чем обучением. Кас же, напротив, был усердным и прилежным, немного тихим и замкнутым студентом, прибывшим из маленького деревенского городка в огромный современный университет, пышущий жизнью и новаторскими идеями. Оба студента без конца соревновались друг с другом. Инициатором, конечно, был Кроули, но Кас был не тем, кто отказывается от вызова, особенно, когда это хорошо отражается на обучении. После университета их пути разошлись, чтобы спустя годы снова столкнуть их лбами в отделе ФБР. Кроули уже занял пост начальника подразделения, и, продержав Кастиэля два года в качестве старшего агента ФБР в отделе первого поведенческого анализа, назначил его на должность начальника, как только подвернулась возможность. Их отношения были почти дружескими, но прямой и честный Кастиэль, строго повиновавшийся уставу и закону, часто не мог примирится с циничностью и политическими играми своего старого знакомого. Так они и работали, приняв худшее друг в друге и смирившись с недостатками. Кастиэль снова сел за стол, взъерошив волосы и окончательно избавившись от галстука. Он взял в руки папку с делом Чарли Бредбери, она же Селеста Мидделтон — известный хакер, чьи родители погибли в автокатастрофе, в которой Чарли до сих пор винит себя. Она долгое время работала в подполье, занималась заказами от сторонних лиц, подрабатывала в IT компаниях под фальшивыми именами, по-тихому уводя большие суммы денег у глав мафии и коррумпированных чиновников, тайно оплачивая поддержание жизни матери, которая уже восемь лет находилась в коме. ФБР поймали её на взломе базы медицинского департамента и, после допроса, предложили два варианта: глухая тюрьма без доступа к электронике или отказ от преступлений и работа на ФБР в качестве аналитика. Чарли согласилась на последнее, подписала сотни бумаг о несении ответственности, ещё долго оставаясь под наблюдением властей, а затем войдя в список тех, кто имеет полный доступ к данным и обязан предоставлять свою технику на доскональный анализ раз в год, чтобы удостоверить ФБР в том, что с хакерством покончено раз и навсегда. Бредбери быстро влилась в молодую команду специалистов, обладая невероятной экстравертностью, чувством юмора, умением работать чисто и быстро выискивать самую закрытую информацию, девушка была экстравагантной и, даже немного гиком, но в этой, и без того странной команде, нашла самых лучших и верных друзей за всю жизнь, очень быстро привязавшись к ним и легко отказавшись от жизни волка-одиночки. Дело Чарли было отложено в сторону и Кас потянулся к оставшимся двум папкам, в которых были досье братьев Винчестеров. Первым лежало дело Сэмюэля Уильяма Винчестера — младшего из братьев, негласного лидера команды. Кас был очень близок с обоими Винчестерами, но только Сэм был ему действительно хорошим другом: рассудительный и добрый парень, милосердный и сострадательный, умеющий принимать тяжёлые решения, отстранившись от эмоций. Кас уже давно рекомендовал его на своё место в случае, если что-то пойдёт не так и Кастиэль Новак больше не сможет исполнять свои обязанности. По мнению конторы и лично Кастиэля, Сэм достаточно умён и целеустремлён. Парень с большим удовольствием читает лекции в Академии ФБР и, с завидной лёгкостью, налаживает контакты с любым человеком. Он также занимается благотворительностью, подкован в технической сфере, окончил юридический университет и с буквой закона работает без особых усилий. В день трагической гибели его матери, парню был всего год от рождения, он не помнит ту страшную ночь, а о Мэри знает лишь из рассказов брата и отца, с последним из которых, нужно отметить, у парня до сих пор натянутые отношения из-за давней семейной ссоры. Сэм спокойно позволяет своему брату доминировать в их дуэте и умело скрывает то, что все решения старшего спровоцированы именно им. Он один из немногих людей, который может успокоить разбушевавшегося Дина, поддержать его и мягко перенаправить в нужное русло. Кроме того, Сэм охотно сотрудничает с другим отделом поведенческого анализа под руководством Габриэля Локка — старого друга и бывшего напарника Каса в первом отделе поведенческого анализа, — которое специализируется на анализе единичных случаев насильственной смерти с проявлением психических расстройств субъекта, а также контролирует подозрительных или психически нездоровых людей, выпущенных на свободу после пребывания в тюрьме или спецбольнице. Кас закрыл папку. В деле Сэма, был пробел, который никогда не будет вписан в досье — не рукой Кастиэля во всяком случае. В досье не было указано, что парень уже три года состоит с Габриэлем в отношениях. Из всего подразделения об этом знал только Кас, случайно застукавший их поздней ночью в кабинете Локка почти два года назад. Сэм не обсуждал с Касом тот случай, но иногда интересовался у друга, который хорошо знал Габриэля, о некоторых особенностях характера мужчины. Один раз, после серьёзной ссоры с любовником, Сэм нашёл в себе смелость впервые обсудить с Кастиэлем свои отношения с начальником другого отдела. Он говорил без остановки, стараясь выплеснуть всё, что скрывал долгие годы, и Кас очень ценил этот секрет своего друга, охотно прикрывая его перед Дином по мере возможности. Папка Сэма легла в заметно выросшую стопку личных дел. Кастиэль, вздохнул и уставился на последнюю из оставшихся, не решаясь взять её в руки. Кас знал о Дине Винчестере всё и даже больше, и всё то, что было описано в его деле меркло перед тем, каким действительно он был. Досье описывало его как импульсивного, несдержанного человека с комплексом защитника, часто присущего агентам ФБР, кроме того, досье приписывало ему прекрасную военную подготовку и эмоциональную отстранённость, выражающуюся в отказе открываться людям, а также отличные навыки анализа поведения подозреваемых. Но правда в том, что Дин был подвергнут глубокой детской травме вызванной смертью матери. Он, как и многие близкие жертв, винил себя, что не смог спасти её. Агента не интересовали доводы брата о том, что Дину на момент трагедии, было всего пять лет и он не мог ничем помешать Потрошителю. С того дня отец братьев изменился, стал сильно пить и, вероятно, стал ещё более жестоким по отношению к детям. Бобби, часто забиравший мальчишек к себе на выходные, отмечал, что в их семье, возможно, имело место насилие со стороны отца, но оба парня отрицали этот факт, стоило Бобби только заговорить о поведении Джона. Больше всего страдал Дин, защищавший младшего брата от побоев. Это сильно повлияло на парня, приведя того к беспочвенной агрессии по отношению к тем, кто косо смотрел на Сэма. Дин стал часто драться по поводу и без, и даже пару раз попал в участок, в качестве меры надзора. После сеансов с психологом, на которых настоял Бобби, с Дина сняли все обвинения, стерев их из баз данных. Однако, ФБР долго отклоняло запросы парня на перевод из полицейского участка в ОПА, и, только после личной рекомендации Сингера и его согласия на несение ответственности за Дина Винчестера, агент получил своё место в команде. Парень был яркой личностью, быстро адаптировался и находил общий язык, но тяжело воспринимал критику коллег, так что команда считала его скорее заводилой в компании, чем лидером. Но всё это менялось, стоило им оказаться на операции вместе с Дином. Они беспрекословно выполняли его приказы, доверяя и подчиняясь, даже если им самим казалось, что это безумие. Уверенность Дина в собственных силах была заразительна и действовала на коллег, как адреналин, притупляя страх, так что, если Дин приказывал кому-нибудь из команды выйти из укрытия перед субъектом, стреляющим по ним из дома, агент выполнял это, даже не раздумывая о том, что так его легко могут ранить или убить. Агенты любого из отделов — будь то их команда, спецназ или местная полиция — непреклонно заявляли о том, что доверили Дину свою жизнь и сделали бы это снова. Кас, конечно, был в их числе, но он так же был и одним из немногих, кому старший Винчестер доверил бы свою. Когда Дин только появился в отделе, Кас ещё привыкал к своим полномочиям, под строгим надзором Бобби. Дин сперва воспринял его в штыки, подвергая сомнению каждое решение начальника и открыто не подчиняясь приказам. Однако, одно дело сильно повлияло на их отношения. Это было дело о подозрительных смертях заключённых, находившихся в участках полиции: мелкие кражи, наркотики, пьяные драки, — эти люди не были виновны в чём-то серьёзном, но из раза в раз, после того, как их выпускали из участка, каждый из них был убит при помощи удушения. Тогда речь шла о чистильщике — психопате, возомнившем себя «Рукой Господа», взявшим власть в свои руки и, с помощью убийств, избавляющий город от преступности и «нечестивых». Команда вышла на подозреваемого, который признал, что убил проститутку, но отрицал причастность к их основному делу. Спустя сутки, подозреваемый был мёртв, и дело приняло новый оборот. Команда сделала вывод, что здесь замешан кто-то из полицейских, но никто и не мог предположить, что чистильщиком является сам начальник полицейского участка. Шеф полиции, пребывающий в серьёзном стрессе от близости разоблачения, напал на Дина, который нелестно высказался о возможном субъекте несколькими часами ранее. Кастиэль, вышедший из участка вслед за Дином, чтобы обсудить его неприязнь и вызывающее поведение, услышал звуки борьбы и, вбежав в подворотню рядом со зданием участка, одним метким выстрелом устранил преступника, тут же бросившись на помощь к уже задыхающемся Дину. После спасения, отношение Винчестера к Касу смягчилось, а вскоре они стали друзьями, правда, установив некоторые правила совместной работы. Одним из которых было — полное доверие несмотря ни на что. Кас выключил настольную лампу, оставив досье Дина нетронутым, и поднялся, проходя к дивану, тяжело опускаясь на него. Кастиэль Новак, прослуживший в ФБР десять лет только недавно развёлся: работа отнимала всё его время, исключая малейшую возможность побыть с женой и дочерью. Жена не выдержала этого, заведя любовника и, вскоре, ушла окончательно. Кас с трудом признавал, что её решение сняло с него груз ответственности и годы вранья. Он всегда подозревал, что его ориентация имеет свои нюансы, и, лишь после ухода жены, он осознал, что все эти годы скорее заставлял себя быть хорошим мужем и отцом, ловко прикрываясь работой. Но ещё тяжелее ему давалось осознание того, что его чувства к Дину давно вышли за рамки дружеских. После их знакомства, он много и долго анализировал парня, решив, что тот привлекает его своим дерзким нравом и исключительной силой личности. Но весь анализ разбивался в пух и прах, когда Кас, в очередной раз, ловил себя на том, что слишком долго наблюдает за тем, как Винчестер спит в самолёте, подложив куртку под голову, открывая взгляду сильную шею, или на том, как не может не смотреть на Дина, кусающего ручку, во время размышления над профилем субъекта. Но больше всего Кастиэля беспокоило чувство необходимости Дина в его жизни: ему были нужны его дружеские хлопки по плечу, пошлые и саркастические шутки, звук голоса мужчины, произносивший его имя, очередные язвительные комментарии по поводу его плаща и, конечно, плохо сдерживаемая злость, когда кто-нибудь из команды был в опасности. Столько раз Кастиэль был готов рассказать Дину о своих чувствах: в больнице, куда парень попал с ранением; перед собственной опасной вылазкой из засады под пулями преступной группировки; перед отправкой Дина в Сомали и сразу после возвращения. Но Устав, запрещающий агентам одного подразделения вступать в романтические отношения, был для мужчины короткой и прочной цепью от которой он никогда не смог бы избавиться. Это был крайне веский аргумент и чересчур сложный выбор: рискнуть, получив отказ и потеряв не только работу, но и возлюбленного, или молчать, наслаждаясь каждым моментом проведённым в компании мужчины, который даже не догадывался о чувствах начальника. Кастиэль лёг на диван, прикрыв глаза ладонью, уперев локоть в мягкую спинку мебели, тяжело вздохнув, мечтая о том, чтобы новый день был легче предыдущего.