Рябиновые бусы

Лето сменяет весну, зима — осень. Молодая мольфарка сменила старую. Божена умерла после зимнего солнцестояния, оставив Ярину главной. Взрослая девушка уже давно хотела стать хозяйкой, но за старухой плакала горько. Божена не болела, она только слабела с каждым днем. И с первым же днем зимы она приказала Ярине отпирать поутру дверь хаты. Божена ждала Мару. Она хотела, чтобы ради неё Мара зашла в их деревню чуть раньше обычного, чтобы увидеть ещё хотя бы на мгновение живой. Но Ярина надеялась, что Мара принесёт старой подруге новые рябиновые бусы и продлит её жизнь ещё ненадолго. Но раньше времени подруга Смерти не пришла. Божена облегчённо выдохнула в последний раз в присутствии одной Ярины. После смерти старухи Ярина перестала помогать людям. Сначала она обещала им помочь — сплести новые амулеты, сварить настойку для ребёнка, чтобы лучше спал, уговорить банника не шуметь по ночам. Но ничего не исполняла. Она сидела в своей хате и готовила себе новые украшения. Она ждала последний день зимы. Она хотела удивить её. Божена учила как правильно нужно встречать Мару. Для всех богов ритуалы похожие, когда они решают заглянуть. И только для Мары он был особенным. Зимняя богиня дарила им силу — рябиновые бусы. И каждая мольфарка пыталась по-своему привлечь её внимание. Божена не любила наряжаться, поэтому все время посвящала угощениям. Гостья ничего не ела. Всю еду мольфарка раздавала детям на празднике. Она пришла утром. Как и должна была. Ярина с далека заметила её высокую фигуру, медленно спускающуюся по дороге прямо к дому. Девушка ещё раз окинула ярко украшенную хату — по всей комнате были раскиданы засохшие летние цветы, по стенам свисали длинные нитки с ягодами. Сама Ярина надела белый платок, который ей подарил Ратмир на будущую свадьбу. По туго завязанному платку девушка надела бусы из летних ягод и деревянные алые бусы Божены. Одежда девушки пестрела яркими пятнами. Мара проскользнула в хату словно бледная тень. Словно живая смерть. Не проронив ни слова гостья заняла привычное для себя место — в углу возле окна. — Я так долго тебя ждала. Мара, Божена умерла. — Нарушила звенящую тишину девушка и смешные слова пробежали эхом по всей комнате. — Она ждала, что ты придёшь. Хотела тебя увидеть. И я ждала, но ты пришла только сейчас. Божена умерла ещё на равноденствие. — Я пришла в своё время. — Безразлично ответила гостья и обвела взглядом наряд Ярины. — Почему ты ей не помогла? Она очень ждала тебя. Надеялась тебя увидеть. — Голос Ярины стал ниже и восторженная улыбка исчезла. — Я ничем не могла ей помочь. Её время давно закончилось. — Ты могла принести ей свои бусы. — Серьёзно заметила девушка и медленно села напротив Мары. — Ваши жизни не в моей власти. Я прихожу только за душами. В комнате воцарилось ледяное молчание. Лицо Мары было холоднее снега, а взгляд бледнее тени. Она молча смотрела в окно. Но потом сама разрезала звенящую тишину. — Ты выходишь замуж? — Ратмир ещё летом ко мне сватался. Ещё до Купалы. — Ярина приподнял свой нос и сказала о Ратмир с гордостью — самый завидный жених села теперь её. — Ты приворожила его? — Равнодушно спросила Мара и вернула свой взгляд обратно к окну. — Мне это не нужно. Он в меня влюблен и хочет жениться. И его родители тоже этого хотят. Гостья продолжала молча смотреть в окно и вспоминала как много лет назад другая мольфарка на этом же месте рассказывала о предстоящей свадьбе. Только та мольфарка надела вместо венчальной рубахи — похоронную. И стала вдовой ещё до свадьбы. — Мольфаркам не положено иметь семью. Ты сама передашь его душу мне в руки. Ярина молча поднялась со своего места и направила свой прожигающий взгляд сквозь зимнюю подругу. — Ты убьёшь его? Морена, Божена предупредила меня, что ты не позволишь мне выйти замуж, но если ты это сделаешь… — Я здесь не причём. Таков закон природы. Ты — часть договора людей и богов. Ты служишь обоим сторонам, а семью тебе иметь не положено. Ярина молча отвернулась, чтобы предательские слезы не отражали её печаль и стала снимать с себя все украшения. Потом она развязала платок и сняла расшитую пёстрыми нитками шубу. Она надела на себя серое пальто Божены и, собрав все угощения в мешок, вышла из хаты. Весной Ратмир начал сильно болеть. Сначала ему было тяжело дышать, потом он стал плохо видеть. Ярина всеми силами пыталась его вылечить, но с каждым днем ему становилось все хуже. Вместе с Ратмиром стали болеть и подруги мольфарки, которые помогали ей готовиться к свадьбе. Люди это заметили и стали поговаривать, что Ярина Ратмира приворожила и теперь эта ворожба его со свету сживает. Ярина не могла видеть как близкие люди мучаются и она просто перестала выходить из своей хаты. Её четыре стены стали её темницей. Она ничего не ела, ничем не занималась, а только лишь лежала и смотрела в окно. Одной холодной ночью её разбудило громкое хлопанье крыльев. Девушка побежала к двери и открыла её. Холодный весенний ветер ворвался в комнату и растрепал её огненные волосы. Она выбежала из своей хаты и побежала по зову вороньих крыльев в сторону леса. Через 2 дня Ярину нашли возле озера в лесу. Она была вся мокрая и в водорослях. Односельчане принесли её обратно в село. Седовласые женщины оставались с ней. Все остальные жители молча ждали её скорой гибели. На несколько дней деревня словно вымерла. Не было слышно задорного смеха, не появлялось солнце. Ярину нарядили как невесту, только не для свадьбы. На неё надели похоронную рубаху, а шею обмотали рябиновыми бусами, которые нашли в её вещах. В ту ночь дыхание Ярины стало совсем беззвучным и женщины зажгли свечи по углам хаты. Только эти свечи не стали помогать душе мольфарки спокойно уфти. Они призвали черную ворону. Все встрепенулись от громкого стука крыльев. За окном стучалась большая чёрная ворона. Как только ей открыли дверь хаты, она залетела внутрь и села в угол возле окна. На следующее утро Ярина открыла глаза. Как только мольфарка пришла в себя, все деревенские стали лечить её. Мужчины растопили печь, накололи дров, натаскали воды. Женщины вымыли хату, насобирали трав и ягод. Под руководством юной мольфарки женщины общими силами сварили для неё отвар, которым отпоили её затянувшуюся хворь. А ворона так и продолжала каждую ночь прилетать в хату Ярины и всю ночь сидела возле окна. Когда Ярина полностью выздоровела она вернулась к своим мольфаркиным обязанностям — выполняла каждую просьбу, проводила все обряды вовремя, опять сдружилась со всей нежитью. Но первое, что она сделала — отпустила Ратмира. Она помогла ему выбрать невесту (как иногда делают мольфарки), а потом украшала для него свадебную рубаху и плела венки. Всё вернулось в обычный уклад. На Купалы Ярина пришла одна из первых. Она помогала маленьким девочкам плести их первые венки, а сама всматривалась в темноту обнимающего поляну леса. Мольфарка надеялась хотя-бы услышать стук привычных для неё вороньих крыльев. А может даже увидеть блеск чёрных холодных глаз. Ночь была ясная, душная. Костёр горел очень ярко. Венки плыли по озеру. Женщины начинали напевать купальские распевы. Они начинали с шёпота, с тихих вздохов. Но постепенно к пению присоединились остальные — оно росло и крепло. Девушки брались за руки и заводил хоровод вокруг пылающего костра. Нежные пальцы сплетались между собой. Яркое пламя отражалось в ясных опьяневших глазах танцующих. Из воды выходили русалки. Они осыпали живой хоровод блестящей пыльцой. Подпевали громким голоса деревенских. Густая чёрная ночь окутала живой, растущий хоровод. Танцующие стали частью леса, частью озера, частью летних звёзд. Общий хоровод жил и ещё сильнее расцветал под громкий распев. Каждый был на своём месте, выплетая вышивку пряной летней ночи. Ярина наблюдала за танцующими с высокой опушки. Её как и других манили к себе русалки, звали в хоровод, но она только подпевала общему пению и постоянно рассматривала манящую тьму густого леса. К хороводу присоединились высокие девушки в длинных рубахах. Ярина не встречала их раньше. Кроме одной — красноволосой. Она уже видела её в обществе Морены. Никто не обращал внимания на выделяющихся ростом и красотой девушек. Хоровод продолжал жить. Между тяжёлыми сосновыми ветвями промелькнула высокая фигура в белой рубахе. Она шла привычной для себя спокойной поступью. Мара прогуливалась по летнему лесу, устав от духоты купальской ночи. Она искала прохладу в тени великанских деревьев. Девушка услышала мелкие шаги и обернулась на звук. За спиной стояла Ярина и держала в руках широкий венок. — Тебе не хватает венка. — сказала Ярина, надев на себя улыбку, ярче купальского костра. — Мне он не нужен. — Раздался морозный голос. — Я плела его для тебя. Хотела сказать тебе спасибо. — Девушка на мгновение опустила глаза, а потом вернула огненный взгляд обратно к лицу Мары. Зимняя подруга не могла оторвать взгляда от мольфарки — летнего дитя. Её белое, сияющее лицо обрамляла копна осенних волос, по лицу были рассыпаны солнечные поцелуи, на голове красовался скромный венок из цветов и ягод. В руках Ярины лежала широкий венок, состоящий из длинных листьев папоротника. Мара заглянула в середину венка и словно в отражении озера увидела всех мольфарок, даривших ей венки. Но ещё ни один не ложился на студеные волосы девушки. — Я не хотела забирать твою душу раньше положенного. — Сказала Мара и сделала глубокий вдох. — Нужно было позволить мне умереть. Тогда я бы всегда была с тобой. — Осенние глаза Ярина отвела в сторону, отказываясь показывать зимней подруге печаль. — Ярина, у каждого свое место. Мы все составляем большой и живой хоровод, в котором у каждого своя роль. Я собираю души мертвых, охраняю зиму, а ты помогаешь людям и мне. — Моё место возле тебя. — Смело сказала девушка. Мара увидела во взрослой девушке маленькую девочку с вызовом называющую свое летнее имя. На холодном лице Мары появилась лёгкая улыбка. Зимняя хозяйка тяжело вздохнула и молча опустилась на колени перед юной мольфаркой. Удивленная Ярина не проронив ни слова надела широкий венок на голову Мары. Он идеально занял положенное ему место, обрамляя острое лицо Мары. Её чёрные глаза мягко смотрели на летнее лицо Ярины, а лицо согревалось скромной улыбкой. С той ночи и до последнего вздоха Ярины Мара вороной жила вместе с ней. Каждую зиму она покидала мольфаркину хату и возвращалась к своим обязанностям. А в последний день зимы возвращалась обратно к Ярине. Мольфарка всю жизнь помогала всем деревенским, следила за порядком в деревне. И ни разу не просила у Мары рябиновые бусы, дарившие новые силы и продлевавшие года жизни. Она прожила ровно столько, сколько должна была. Умерла она тихо, на купальскую ночь. Мара была рядом. После человеческой смерти Велес поместил душу Ярины в ворону. И с того времени каждую зиму люди видели строй душ, спокойно идущий по лесу. Первые шли души животных, за ними души детей, а замыкали строй души взрослых. Во главе строя шла сама Смерть в длинной белой рубахе, ледяном венке на смольных волосах и с летней вороной на плече. Каждый был на своём месте.