«Я полюбила в тебе человека»

Обычное московское утро не предвещало жестких перемен и тяжелого дня. Егор проснулся с одной мыслью, что всё не просто так. И сейчас он подозревал только одного человека в случившемся. Мысли бегали по кругу, давая понять, что прошлое было не одним из лучших. Он помнил её, эти длинные тёмные волосы, стервозный взгляд из-под темных ресниц, карые глаза неуверенности, неописуемая лёгкость поведения, и поводок, который он надел на неё заведомо. Сейчас он сжимал его. Память словно удары в солнечное сплетение повторила те или иные события, чтобы показать ему то, чего он сразу не вспомнил. Злость в перемешку с видимой ознобой на дёснах, руководила им, но нежная рука по предплечью, вовремя остановила не отдаться этим эмоциям сполна. — Доброе утро… — легко прошлась пучками пальцев по чёрным рисункам брюнетка. — Неужели у тебя оно действительно доброе? — Прости, я вчера перебрала. — Может потому что ты беременна, и пить тебе нельзя? — Прости, прости, прости. — выбралась девушка из одеяла и села на парня, смотря игриво. Егор только тяжело вздохнул, не понимая, почему сейчас все мысли заняты одним присланным фото. — Я больше так не буду. — пальчиком прошлась по голому торсу Катя. — Можешь меня наказать. — Прости, не сейчас. Егор сильными руками приподнял малышку и посадил рядом с подушкой, приподнимаясь с кровати. Он понимал, что должен решить вопрос, который стоял ребром, и он не подлежит откладыванию. Катя только похлопала большими ресницами, и надуто плюхнулась в кровать, подсматривая за тем как собирается Булаткин. Что-то в душе совершенно не внушало спокойствия в его поведении. И это что-то не подлежало переноса на невидимое завтра. *** На другом конце Москвы, где уже во всю проснулась вся индустрия бизнес жизни, не жданный звонок разделил жизнь на до и после. Открывая дверь, и сразу впечатывая свою шею в сильные оковы рук, Диана еле дышала, и ощущала сильный навес пристального взгляда. Егор мастерски припечатал девушку к железному шкафу, удерживая пальцы на лимфоузлах шеи. От него сейчас исходила слишком сложная энергия, в порыве злости он просто сметал всё на своём ходу. Глаза заливались черной краской, и были слишком мутным океаном. Девичьи зрачки бегали с невероятной скоростью, пытаясь понять, что происходит, но кажись у него были на этот счёт другие планы. Шатенка только попыталась вырваться, чтобы вдохнуть желаный глоток воздуха, но была опрометчиво отвергнута своим желанием. Сильные и мускулистые руки не давали шанса даже последней надежде на просветление. — Ты наверно, хочешь спросить как я узнал твой, сука, адрес. Говорил он шипя, даже не задавая вопроса, а ставя перед фактом. Ди только кивнула в ответ, испугано глядя в чёрные зрачки. — Следователь сказал. Ты ведь ведёшь моё дело. — сжимая руки оцепенело, девушка только пыталась надышаться тем, что было внутри, но казалось каждая попытка становилась последней. Егор разжал хватку и бросил обессиленное тело на паркет, а сам цинично прошёл внутрь квартиры. Девушка с видимым грохотом опустилась на холодную поверхность, держа горло и пытаясь отдышаться. Ей было сложно и дурно от одного его шага в сторону. — Хорошо придумала, Ди. — Что это всё значит? — еле проговорила адвокат. — А я расскажу тебе. Адвокатская практика, говоришь? И сразу такое раскрученное дело получила. Быстро то как. Наверно за долгие годы обиды, решила подстроить всё по своему плану? — уверенно говорил Булаткин. Брюнетка только глубоко дышала, понимая о чем идёт речь. Резкий поворот, и она вновь ощущает эти сильные шаги, и вот он уже наклоняется возле неё, а все тело словно ватное, не желает ему сопротивляться. Спускаясь на корточки и резко поднимая подбородок испуганной девушки, Егор прошипел: — Кто.за.всем.этим.стоит? — выделяя интонацию на каждом слове, он не мог остановится. — Как ты узнал меня? — с надеждой в голосе проговорила кареглазая. Егор медленно достал смартфон с кармана, сверкая присланной фотографией от неизвестного абонента. — Ты долго будешь играть? — ты не думал, что нас просто хотят столкнуть лбами и сейчас всё это раскрыли не просто так. Булаткин поднялся, вальяжно посмотрев сверху на девушку, и ухмыльнулся. Даже сейчас он был с высоким позывом лучше других, уверенным и совсем не сдержанным. Такие мужчины манили, пленили своим характером, и после них сложно было остаться прежней. — Мне просто глаза открыли на тебя. Диана попыталась подняться, и судорожно прижалась к стене. Егор резко повернулся спиной, словно раздумывая. Сейчас ей так хотелось прикоснуться к нему, к его огромным и сильным плечам, чтобы ощутить все те чувства заново, как в дурмане прошлых желаний. Ей хотелось обнять его и больше ничего не говорить. Не быть такой сукой и стервой, которую она сделала из себя за эти два года не желания иметь с мужчинами что-то больше, чем порочная связь. Но она и здесь ничего не чувствовала, словно все чувства забрал один человек, так и было. — Кто тебя подослал ко мне? — проговорил Егор со спины. — Я сама не могла пройти мимо дела связанного с тобой. — Хм. — ухмыльнулся Егор. — И ты хочешь сказать, что ты это сделала ради большой и чистой любви? Не дури. Ди только опустила свой взгляд, сковывая истинные эмоций, которые колотили сердце и придавали шуму воспоминаниям, которые как ток по коже, до безумия схожи с ним. — Я больше в твоих услугах не нуждаюсь. — развернувшись и коснувшись плечом плеча, Егор пошёл уверенной походкой к выходу, сцепив зубы и кулаки до видимого нервного помутнения. И только слова, сказанные в след смогли сново окунуть в прошлое и представить себя тем же ублюдком в полный рост. — Егор… Я тогда сделала аборт, не потому что этого хотела. А потому, что любила тебя. Захлопнутая дверь. И кинутые слова в жар. Он быстрым рывком спустился по лестнице, выходя с дома, и включая разблокировку двери машины на брелке. И только за рулём напор остановился. Словно вся злость вмиг погасла в его зрачках, и океан, как туман развеялся на полюсах орбит. Глазами Булаткин искал её этаж. Не находил, терял. Но понимал, что его слова уже сказаны. *** Казалось сюрпризы сегодня не закончатся. Пару ударов в металическую дверь, словно она и так откроет. Нежные шаги по паркету, и поворот ключа. Диана подходит к окну, словно ожидая главного вопроса. По телу мурашки, но внутренняя сила пытается держать спину ровно. Он строго проходит по периметру её квартиры, словно не ощущая, что за пару часов до него был ещё кто-то. Вдох. И его слова пробивают кожу, будто бы удары огнестрельным. Кажется сейчас нужно выдохнуть, но она не знает, как. — Вошла в доверие? — Это ты прислал ему фото? — со спины произнесла шатенка. — Да. Забавно получилось? — Очень. — поворачиваясь в полуоборота, и вглядываясь в стеклянные глаза, произнесла девушка. — Теперь ты ему ближе. Значит нужно включать следующий этап плана. Сильная рука прошлась по щеке, обволакивая её. Удары сердца взахлёб всем эмоциям, вызывали противоречие и неприязнь. Но она терпела, чтобы сказать важное. — Я больше не в игре. — Что? — прислонился к уху девушки, мужчина в чёрном. — Что ты сказала? — Я больше не участвую в этих играх. Понятно? Пытаясь выдернутся с навеса мужчины, и делая пару шагов, грубая рука вмиг притянула за волосы девушку к себе. Цепляя слишком сильно, до скрипа луковиц, не давая возможности перевести дух. — Отпусти!!! — со всех сил кричала Ди. Ставя в притык своему дыханию, и прогибая в спине, он дышал ей в затылок, показывая, что правила здесь одни для всех. — Ты будешь делать то, что тебе сказано, если хочешь жить. — Я не буду играть против Егора. Ни при каких условиях. — гордо произнесла девушка. — Ошибаешься, Диана. Резко сжимая хвост и ударяя девушку об пол, скрытый мужчина со всей силы прижал её бездыханное тело к паркету, хладнокровно нанося удары, пока кровь на потекла с носа, а крики не утихли. Она лежала в подвешенном состоянии, понимая, что за него она будет бороться при любых обстоятельствах и до последних сил. *** Егор наблюдал закат за чашкой крепкого кофе на террасе загородного дома, небо острило пёстрыми красками, и отдавало отблески в его голубых глазах. Он решил оставить все мысли на потом, но в голове как по чужому сценарию появлялись картинки прошлого. Смех на заднем дворе разбавил атмосферу, и заставил повернуть взгляд в сторону прибежавшей Кати, на её лице была искренняя улыбка, и радость словно в дар передавалась всему вокруг. — Как тебе? — прокрутилась малышка, показывая платье, которое не сразу врезалось в память блондину. Она была вся такая в белом, словно для него одного, кружево открыто показывало прозрачные участки кожи, и вносило изюминку всем пышным платьям. Катя чувствовала себя невестой, его женой, другом и любовницей. Так хотелось ей. В силу своего возраста многие вещи приходили с опытом, и все сложности на пути встречались впервые. Но при этом она не унывала, а хотела проходить каждый этап с ним, с ним одним. Улыбка не спадала с лица брюнетки, и вовлекала податься её настроению. Всем вокруг. Но пожалуй не ему. Егор округлил взгляд, и повёл бровью, не понимая, откуда в доме есть свадебное платье, которое он видел на девушке. Поднимаясь и подходя ближе, казалось его настроение наконец-то обретает прежний вид. — Это свадебное платье? — Да. Тебе нравится? — продолжала кружлять девушка в эйфории. — Мне то нравится. Но где ты его взяла? Но Катя словно не слышала, и ещё больше вертелась перед своим любимым мужчиной, показывая каждую сторону прелестного наряда. — Ты слышишь меня? — дотрагиваясь до запястья девушки, Егор чуть поменял тон, на что Катя остановила свою радость на моменте. — Это платье твоей сестры. Словно реквием по губам, и сердцу звучали её слова, и от этого вся кровь понеслась по артериям к вискам, сдавливая их до сжатого пространства. — Что???? Ты надела платье моей сестры? Видимая вена на лбу пульсировала, и прежний запал девушки исчез, словно и не был замечен. Егор беспрекословно отпустил запястье, и нахмурил брови в ожидании ответа, словно ему послышалось. Словно это все не так. И сейчас будет другой ответ. Но ответа от Кати не последовало. — Егор, это я предложил Катюше померять платье. А чего ему пылится? — произнёс отец, выкручивая коляску к молодым. Булаткин только нервно перевёл взгляд в след голосу, и сделал значимый глоток, будто бы сейчас все сдержанное до этого переполнит чашу терпения. — Зачем трогать память? Его слова, как ножом по девичьему сердцу, прошлись взахлёб. Егор не слышал, что ему ответил отец, не слышал, что говорила Катя. — Постой. — хватая брюнетку за руку, Николай Борисович остановил её запал побежать за ним, и объяснить ситуацию. Хотя она уже трезво понимала, что нарушила его зону комфорта, внеся тёмные краски в не притронутые воспоминания. Сердце сильнее застучало, показывая, что ей не все равно. — Ему нужно побыть одному. Нужно подумать и дать волю воспоминаниям. Он отойдёт. — Это была плохая идея с платьем… — судорожно дрожа губами, произнесла зеленоглазая. — Ты красивая, словно моя дочь. — слезливо произнёс отец. Егор не видел, как зашёл в дом, и направился в бар, только глоток горячего напитка, опьянил его губы, и заставил прочувствовать боль. Сдерживая бокал тиснением в руках, ему было сложно настроится на другую волну, и вот он в её комнате, где всё, как два года назад, сложено, и расставлено по полочкам. Их детские фотографии. Книги. Тетради. Аккуратно разложены украшения. Казалось, что она сейчас зайдёт и начнёт кричать, чтобы он выметался с её комнаты, и ничего не трогал, но она не зашла к нему. Егор больно заскулил внутри себя. Подаваясь слишком сложным воспоминаниям, выпивая бокал виски, и вдыхая в кулак, сейчас он был настолько уязвим, что казалось не сможет стоять на ногах. Но внутренняя сила не уходила от него, даже в такие моменты. Вечер наблизился слишком быстро и покрыл темнотой все недосказанные слова. Булаткин остался в комнате сестры, залечивать свои раны. А Катя сидела с Николаем Борисовичем в гостиной, пытаясь успокоить отца Егора и поддержать, ведь он тоже вспыхнул флешбеками прошлого, которое было для него слишком ранимым. Томные шаги по лестнице, и серый взгляд вникуда, вены открыто сплетались на шеи в дифирамбы, показывая весь характер Егора. Ровная щетина, и дорогой парфюм, уже с второго этажа доносился именно его запах. Егор сошёл с лестницы, хлопая дверью, понимая, что не может находится сегодня в этом доме. Катя только молчаливо провела его взглядом, выглядывая в окно внутреннего двора, ей хотелось пересекнуться с ним глазами, на секунду задержать, обнять и не отпускать его никуда, сказать самые важные слова, и просто быть вместе. Но она молчала, видя, как любимый мужчина уезжает с парковки, и покидает дом среди ночи. Егор вёл решительно, объезжая легковые машины и фуры, пытаясь насладится ветром с приоткрытого дня. Он знал дорогу, знал куда его заведут колёса, и знал, что возможно будет жалеть. Но сейчас он хотел, что бы с ним просто помолчали, и он заведомо знал, у кого получит это дружеское плечо.