О, мой босс!

Сокджин Мой мобильник зазвонил с утра пораньше, и внезапно у меня нарисовалась встреча за обедом, которую я очень ждал. Намджун упомянул, что у него есть приятель — специалист по подбору персонала, но забыл сказать, что этот омега по имени Соджун набирает персонал для «Ким Индастрис», компании, которой он владеет. Я был заинтригован, но, признаюсь, при этом несколько разочарован, поскольку он предложил встретиться в ресторане. Хотя туда было очень легко добраться, благо ресторан находился всего в паре остановок от моего почти уже бывшего места работы во «Фреш Лук», но, увы, не было ни единого шанса столкнуться с Намджуном, раз мы встречались не в офисе. Однако обед получился очень информативным. Мы провели два часа в ресторане, а теперь прогуливались по парку. После того как мы обсудили мой профессиональный опыт и качества, которые я ищу в работодателе, разговор плавно перешел на компанию «Ким Индастрис». — То есть Намджун действительно сам придумывает новые продукты? — спросил я. Видимо, стоило погуглить, а не шпионить за ним на «Фейсбуке». — Раньше да, но теперь у нас есть свой исследовательский раздел и команда специалистов по развитию. Но большинство идей, над которыми они работают, все равно его. Поверите или нет, но этот красавчик самый умный из знакомых мне альф. — А какой первый продукт, который он изобрел? — «Избалованная пиписька». — Эээ… что? — Я даже остановился. Соджун рассмеялся: — Этот продукт выпускается под брендом «Божественный воск» и получил лицензию в пятидесяти странах. Но в студенческие времена назывался «Избалованная пиписька». — Это он изобрел «Божественный воск»? Я слышал массу хвалебных отзывов. — Ну да. Он жил в общаге с компанией качков. Некоторые из них активно занимались спортом и, когда Намджун был на втором курсе, начали участвовать в местных соревнованиях по бодибилдингу. Им нужно было удалять лишние волосы с тела, и эти мускулистые альфы ныли, что это больно. Намджун работал на полставки в университетской химической лаборатории, и он нашел способ добавлять обезболивающее вещество прямо в воск. После того как горячий воск наносили на грудь и спину этих альф, они ничего не чувствовали, когда воск через пару секунд рывком сдирали. — А потом это стало средством для домашнего ухода для омег? — Ну, не сразу. По Сеульському поползли слухи, что красивый альфа может делать восковую депиляцию без боли, вот так и появилась «Избалованная пиписька». Он пошел в местный омежьий клуб и за день заработал тысячу долларов, ну и на него запали все самые симпатичные омеги в общаге. Это было невероятно. — Соджун снова засмеялся. — Он симпатичный и немного надменный из-за своего интеллекта. Омегам нравится подобное сочетание. Ой, да, нам нравится. — Здорово, а что было дальше? — На третьем курсе он уже производил воск, работая на Кан Енвона, наследника компании «Кан энд Кан». — В ту самую, что входит в сотню самых быстроразвивающихся фармацевтических фирм? — Да. Полагаю, Енвон рассказал отцу про воск, так все и закрутилось. На протяжении полугода воск упаковывали и продавали по лицензионному соглашению. Намджун выпустился из Сеульского, уже заработав свой первый миллион. — Просто невероятно! — Да. Он теперь словно Цукерберг в мире членов. Улучшил химический состав еще более дюжины продуктов. В основном из сегмента красоты и здоровья, но также изобрел крем от ожогов, благодаря которому кожа регенерировалась и уменьшалась боль, притом что наносить его нужно было всего лишь раз в день. Большинство кремов от ожогов предполагают многократное нанесение, а дотрагиваться до кожи после сильных ожогов очень больно, кроме того, возрастает риск инфицирования. — Обалдеть! — Именно! Только не говорите, что я вам рассказал. — Он мягко улыбнулся. — А как вы познакомились? Он что-то говорил про двойное свидание, но без подробностей. Вытянуть из этого человека какую-то личную информацию все равно что проникнуть в Форт-Нокс*. А мы знакомы со средней школы. — Это странная история. Я оказался на неудачном свидании и прятался в туалете, чтобы оставить сообщение своему другу, чтобы тот позвонил и притворился, что вызывает меня по срочному поводу. Намджун подслушал и обозвал меня грубияном, а когда я вернулся за столик, то он внезапно подошел со своим омегой и присоединился к нам. — Он знал альфу, с которым вы были на свидании? — Нет. Он притворился, что мы старые друзья, подсел к нам и начал рассказывать небылицы про наше якобы общее детство. Некоторые были настолько подробны и реалистичны, что мне уже стало казаться, что это правда. — Очень похоже на Джуна. В школе он как-то раз написал сочинение за моего друга Минхо, но отдал ему перед уроком английского, у него не было времени прочитать текст. На следующий день Минхо вызвал к себе завуч, поскольку преподаватель английского высказал опасения по поводу того, все ли у него нормально. Он сочинил какую-то адскую историю про то, что на Минхо, когда он с родителями пошел в поход, напал дикий боров, а родители были слишком пьяны, чтобы отбиться. Он настолько детально описал поездку в отделение «Скорой помощи» и все стежки, которые наложили Минхо, что не поверить было невозможно. — Да! То же самое было и со мной! Он рассказал какую-то сказку про наш первый поцелуй в восьмом классе, в процессе у меня якобы пошла кровь из носа. История такая нелепая, что даже правдоподобная. Соджун покачал головой: — Тонкая грань между гениальностью и отвязностью. Когда мы добрались до выхода из парка, Соджун протянул руку: — Рад был познакомиться, Сокджин. Должен признаться, мне стало любопытно, когда Намджун позвонил вчера мне домой и попросил помочь вам с работой. Он обычно не смешивает личную жизнь и работу. Но я понимаю, почему он так увлечен вами. Вы трезвомыслящий, сообразительный, забавный и остроумный, во многом похожи на Намджуна. — Ой… мы не… между нами нет ничего личного. Мы тогда побывали на этом странном двойном свидании, а потом столкнулись вчера в спортклубе. Он скептично посмотрел на меня: — Ну, тогда вы, наверное, произвели на него положительное впечатление. Обычно он меня не «сдает в аренду». Я нахмурился: — В каком смысле? — Я не занимаюсь наймом персонала уже три года, теперь я работаю только на «Ким Индастрис». — Ох, я просто думал… Намджун сказал, что один его друг крутой агент по подбору персонала… я решил, что вы корпоративный менеджер, а не только в его корпорации. — Раньше так оно и было. Но я рад, что он нас свел. У меня масса контактов в индустрии продуктов для омег, благодаря работе в «Ким Индастрис». Изучу, кто ищет сотрудников. На самом деле я даже знаю, кто, скорее всего, находится в поисках бренд-менеджера. Позиция пониже, чем та, что вы покидаете, но работа целиком и полностью завязана на рекламе и маркетинговом продвижении определенных групп продуктов, поэтому вам придется заниматься полным ребрендингом. Хотя они ищут кого-то как можно скорее. Вам такое интересно? — В следующую пятницу я дорабатываю последний день на нынешнем месте, а у меня пока ничего не вырисовывается. Я не из тех, кто засиживается дома, поэтому мне определенно интересно. — Отлично. Дайте мне пару дней. Посмотрим, что я смогу сделать.

***

Сегодня мое третье свидание с Хёнджином. Ну, вообще-то четвертое, если считать тот поход в спортзал. Он пригласил меня к себе на собственноручно приготовленный ужин и совместный просмотр кино, и я понимал, что мы окажемся в приватной обстановке, а значит, наши отношения в физическом плане могут перейти на новый уровень. Мы обменивались жаркими поцелуями, но дальше дело пока не заходило. В душе я задумался, готов ли я заняться с ним сексом. Я ни в коем случае не строю из себя скромника-недотрогу, и альфа не должен прыгнуть через обруч определенное количество раз, чтобы затащить меня в постель. Бывало, первые свидания заканчивались сексом, а одни отношения длились четыре месяца, а до постели так и не дошло. То есть секс не исключен. Брея ноги, я пытался понять, что испытываю к Хёнджину. Он милый альфа — тридцать один год, без детей и бывших мужей, — симпатичный, со стабильной работой менеджера открытого инвестиционного форума, и он не боится показывать свою симпатию. Но, дойдя до бедра, я поймал себя на том, что думаю совсем о другом человеке. О Ким Намджуне. Я пытался убедить себя, что все из-за историй, которые Соджун рассказывал за обедом. Он изобрел воск, а я как раз брею ноги, вот и подумал о нем, а не об альфе, с которым собираюсь встретиться. Когда я намыливал грудь, то вспомнил о крошечном колечке у него в соске. Мои руки задержались на груди чуть дольше, чем требовалось. Ну, надо же ее помыть, в конце-то концов! Я думал о Намджуне, закрыв глаза, потому что мне стало любопытно, какое выражение приобретет его красивое лицо, если бы я зажал это крошечное колечко зубами и потянул. Я не дал руке задержаться в каких-то других местах, хотя это было непросто. Намджун занимал мои мысли, хотя там должен был быть совсем другой альфа. По дороге к Хёнджину я зашел и купил бутылку вина, которое ему нравилось. Когда он открыл дверь, то проворковал: — Потрясающе выглядишь! — После этих слов он одарил меня поцелуем в знак приветствия. На кухне запикал таймер, и Хёнджин велел мне идти за ним. Я огляделся по сторонам. Квартира была чистой и современной, на стенах даже висели какие-то картины. У большинства моих бывших единственным украшением был телевизор с диагональю полтора метра. Прогресс. Хёнджин снял крышку с кастрюли и отложил в сторону. Открывая коробку с пастой ригатони, он улыбнулся: — Я готовлю два блюда — ригатони с водкой и цыпленка с пармезаном. Когда мы ходили на первое свидание, ты заказал пасту примавера, так что я решил, что это беспроигрышный вариант. Как мило, что он помнил, что я ел. — Тебе помочь? — Можешь взять два бокала. — Он мотнул головой в сторону шкафчика слева от него, засыпая пасту в кипящую воду. — В холодильнике открытая бутылка вина. Я займусь пастой, а ты можешь пока налить вина. Он наблюдал за мной, пока я наполнял бокалы. — Что? — Хочу кое-что сказать, но это может прозвучать странно. — Теперь точно придется говорить. — Я отхлебнул из своего бокала и протянул второй Хёнджину. — Хорошо. Я не мог перестать думать о тебе, пока принимал сегодня душ. О том, какой ты роскошный омега. Его слова должны были меня порадовать, но вместо этого я почувствовал себя последним дерьмом. Пока замечательный альфа, с которым у меня свидание, думал обо мне… я увлекся фантазиями о другом. Я выдавил улыбку. — Как мило. Спасибо. Он подошел ко мне и заправил локон мне за ухо. — Я серьезно. Ты мне нравишься. Ты умный, красивый, в тебе есть драйв. Знаю, рано для таких заявлений, но мне кажется, что между нами происходит что-то по-настоящему хорошее. У этих отношений есть перспектива. Я судорожно сглотнул. Вообще-то он мне тоже действительно нравился. Но что-то удерживало от того, чтобы ринуться в омут с головой. Такие слова мечтает услышать от замечательного альфы любой одинокий двадцативосьмилетний омега. Но я пока был не готов. Хёнджин прочел это по моему лицу. Отпрянув, он спросил: — Я тебя напугал? Мне ужасно не хотелось его расстраивать, потому что он мне правда нравился. — Нет, вовсе нет. Ты мне тоже нравишься. Я просто… просто думаю, что не стоит торопиться. У меня было столько неудач на личном фронте, что я теперь пугаюсь каждого шороха. Он кивнул. Хотя он улыбнулся, но я понял, что мой ответ его расстроил. Черт, да мой ответ и меня самого расстроил. Я пытался уговорить себя хотя бы пока увлечься Хёнджином. Но не хватало как раз этого — безуминки. На начальном этапе отношений бабочки должны были щекотать меня своими пестрыми крылышками в тот момент, когда он говорил все эти приятные вещи и когда смотрел на меня с порога. Я решил попытаться. Хёнджин, мне казалось, того стоил. Хотя Хёнджин и согласился не торопить события, остаток вечера он был обескуражен. Но я чувствовал облегчение от того, что мне не придется выбирать, спать с ним или нет, если свидание примет такой оборот. Поскольку я понял, что пока не готов. А когда вечер подошел к раннему завершению, то я размышлял, буду ли вообще когда-то готов.