Крепостное право

— «Больно, мне так больно»

— Автор.

— «Кому отдать или куда спрятать Тэхёна?» — назойливая мысль не отставала ни на шаг, даря головную боль во время работы.       Сокджин думал об этом на протяжении семи дней. Каждый божий день. Мысль о том, что он оставит своего любимого сынишку совсем одного, убивала его изнутри. Однако сегодня, в последний день, в особенный для них, он страдал сильнее всего. — Папа, па! Смотри, смотри, — Тэ, ярко улыбаясь своей квадратной улыбкой, дёргал Джина за рубаху. — Смотри! Это снегопад! Вау, так много снега! И всё это в мой день рождения!       Тэхён прыгал и бегал счастливый от предстоящих праздников, его Дня рождения и Нового года. В такой волшебный день для него, его ничего не волновало, кроме папы конечно. Он иногда, украдкой, замечал, что папа грустно улыбается и что не веселиться как в прошлых годах. Это расстраивало его, но несильно, ведь папа рядом, а это самое главное, особенно в такое трудное время для них. — Па, а давай на праздник сходим погулять или, или не знаю там, веточки еловые соберём? Так было бы хорошо, — Тэхён нежно улыбался, его радовала лишь одна мысль о празднике Нового года. Но не менее сильнее трепетала и мысль о его дне рождении. — Пап, а что ты мне подаришь, ты же что-то подаришь, я прав? — он горел любопытством, ему уж очень не терпелось узнать, что ему в этот раз подарит отец. В прошлых годах, это были: разные брошки из дерева, вкусные обеды, или что-то ценное, что досталось от помещика к канону Нового года.       Сокджин нежно взглянул на сына и погладил его по голове. — Конечно ты прав, Тэхён~и, однако это будет вечером, а сейчас… — Джин задумался. — Давай сходим погулять и поваляемся в снегу.       Тэ взглянул на отца своими серо — зелёно — коричневыми глазами, которые были прикрыты отросшей чёлкой, он обратил внимание на то, что папа очень сильно постарел. Его глаза потускнели, появилась седина и сильные синяки под глазами. — Пап, можно ты не будешь заниматься своей работой в мой праздник? — Тэ посмотрел отцу в глаза, надеясь на положительный ответ.       Сокджин растерялся, он и так был потерян в последнее время, а сейчас ещё сильнее. — Д-да, конечно, я и не собирался сегодня работать, это было бы некрасиво по отношению к моему любимому мальчику, — он наклонился к Тэхёну и потискал его за щёчки. — Ну пап, ха-ха-ха, — Тэ засмеялся, ему так нравилась вся эта атмосфера, такая волшебная. — Ну что, пойдём погуляем? А потом придём и я приготовлю тебе вкусный ужин, а там и подарок, — Сокджин понимал, что Тэ было неприятно находиться дома с противными для него людьми, поэтому он решил как можно больше не сталкивать их. — Ещё спрашиваешь? Пап, — он тронул его за плечо. — Ты водишь! Догоняй!       Тэхён резко выбежал на улицу, по пути завязывая шарф, Джин, ещё не успев понять, что нужно делать, быстро накинул на себя верхнюю одежду и помчался вслед за сыном.

***

      В такой удивительной и незабываемой атмосфере они пробыли около трёх часов. За эти прекрасные часы, они повалялись в снегу, насобирали еловые веточки, слепили что-то не человекоподобное из снега и просто погуляли и поболтали обо всём на свете.       Сокджин шёл рядом с сыном, держа его за руку. Он грустно смотрел на него и будто бы хотел что-то сказать, но боялся… Очень сильно боялся. — Тэхён~и… — он замялся. — Да, папа? — Ха… Я просто хочу чтобы ты знал, что… Я и твоя мама, — ком застрял в горле. — Мы очень любим тебя и гордимся тобой. Ты… — тихая слеза скатилась по щеке. — Ты замечательный сын, ты… Очень умный мальчик. И…       Сокджин остановился и закрыл руками лицо. Слёзы, которые так отчаянно он сдерживал, хлынули водопадом, обжигая кожу из-за холода.       Мысли разрывали душу.

«Очень больно»

— Папа, всё хорошо, спасибо… Правда спасибо… — Тэхён подошёл к папе и крепко его обнял. Слезинки начали появляется на его глазах. Он сдерживался.— Па, я тоже очень сильно тебя люблю… И маму тоже л-люблю, — при последних словах, он немного замялся. Ему трудно понять, что значит материнская любовь ведь он даже не помнил свою маму. Тэ просто не знал как реагировать. Папа редко упоминал её. — И мы очень рады, что именно ты наш сын… — тихий шепот послышался около уха Тэхёна. Тёплые слова грели душу и ранили сердце. — Спасибо, папа… — он хотел добавить ещё что-то, но. — Тэхён~и, мне нужно будет уехать.       Тэ остолбенел. Куча вопросов крутились в его голове. Сокджин продолжил: — Прошу, не спрашивай сейчас ничего, хорошо сынок? — он поднял грустный взгляд на сына. Серые глаза с зелёными крапинками и коричневыми точками слезливо смотрели в упор. Это был взгляд отчаяния и страха. Сокджин снова застыл. — «Глаза Хваёнг…» — тяжёлая голова снова опустилась на плечо сына. — Пойдём в дом, сегодня твой день рождения, мой мальчик, не нужно грустить. — Хорошо, папа.       Тэхёну, в таких ситуациях, хотелось как обычно заистерить и закричать, начать плакать и ругаться, но… Он уже взрослый мальчик, он догадывался, что папа к чему то готовится, что занят чем-то серьезным. Но мысли от услышанного, накатывали слёзы. — «Тэхён, не плачь… Ты обещал, иначе папе будет больно» — он сжал руку в кулак, ногти больно впивались в ладонь, помогая сдерживать слёзы.       Остаток пути они шли в тишине.       В дом они пришли позднее чем планировалось, семья Юн уже спала. Тэхён молча уселся на скамью, ожидая папин ужин и подарок. Сокджин же занимался приготовленями на кухне.       Через полчаса ужин был готов. — М, полюбуюйся, какая красота и вкуснотень, прям как ты любишь, сынок, — он довольно улыбался.       На столе лежали блины и пирог с мясной начинкой. — Ва, папа, спасибо! Я так давно его не ел! — Тэ был рад, он с диким голодом накинулся на приготовленную пищу.             Пирог и вправду был очень вкусным, как и блины. Джин тепло наблюдал за сыном, который уплетал одни куски за другими. — Не торопись, всё тщательно прожовывай. — Ага, — единственное что смог сказать Тэхён с переполненым ртом. —Ха-ха-ха, вкусно? Я очень рад. —«Снова грустная улыбка» — подумал Тэ. — Па, а подарок? — он пытался отвлечь отца от разных мыслей. — Ох, точно, сейчас схожу за ним, жди здесь и закрой глаза!       Джин вскочил и побежал в комнату, в которой спала семья Юн, с которой они сегодня поменялись местами для ночлега. Он тихо зашёл, забрал маленькую деревянную шкатулку и вышел. Он решил постоять в маленьком коридорчике, чтобы набраться смелости. — «Время пришло»       Он уверенно подошёл к Тэхёну, открыл шкатулку, достал кулон и повесил сыну на шею, поближе к сердцу. — Можешь открыть глаза, — встав напротив, он ждал реакцию сына.       Тэхён открыл глаза, и направил взгляд на кулон, слёзы покатились по щёкам. — Он такой красивый папа, а что в нём и…что он означает? — Тэ не отрывая взгляда, аккуратно рассматривал изделие. — Ха-ха, ты не знаешь, что он означает, но уже считаешь его красивым? Как мило, — Джин был взволнован. — Вот это моя вещица, а это… Твоей матери. Прекрасный кулон, да? — Джин тепло улыбнулся. — Да, — долго протянул Тэ, внимательно рассматривая каждую деталь изделия.       То, что отец подарил своему любимому и единственному ребёнку предстояло из себя кулон из прозрачной, словно вода, смолы, в форме капли с пушистыми белыми одуванчиками внутри и двумя пуговками, которые находились на ниточке с двух сторон от кулона.       Левая пуговка была поменьше и имела нежно розовый оттенок. Она принадлежала Хваёнг. А правая пуговица была серой, Сокджина. Всё это было подвешено на верёвку с крепким узлом. Вот такой подарок был подарен Тэхёну на пятнадцатилетие.       Тэхён аккуратно перебирал пуговицы и сам кулон. Изделие казалось ему хрупким и он очень боялся, что повредит его.       Джин не отвлекал сына от рассматривания подарка, даже наоборот был очень счастлив тому, что Тэ подарок понравился. — Пап, а почему именно одуванчики? Я конечно слышал, что меня сравнивают с этим цветком, но всё же… — он, трудно отрывая взгляд, посмотрел на отца.       Сокджин нежно улыбнулся, присел на корточки напротив сыночка, который сидел на скамье, и нежно прикоснулся пальцами к подарку. — Это правда, одуванчики будто созданы для тебя… — улыбаясь, он всматривался в кулон. — Однако… Причина в том, что когда ты родился, тихой ночью, мы с Хваёнг вышли на улицу, чтобы впервые показать тебе жизнь, мир и снег… И произошло чудо, ха-ха, — он тихо и очень нежно засмеялся. — Около тебя медленно и так красиво пролетел одуванчик, один единственный, зимой.— приглушая голос, он завершил.       Тэхён впал в раздумья. — Па, а разве такое может быть? — На то это и чудо, Тэхён~и       Сокджин поднялся и взглянул на сына. — С Днём Рождения, сын.       Тэ заплакал и, резко вскочив, крепко обнял папу.       Они долга молча обнимались, они оба знали, что скоро расстанутся. — Пап, я так люблю тебя…не уходи… — слёзы катились по щекам, делая мокрым плечо отца.       Сокджин задержал дыхание, эмоции выбивали грудь, сжав глаза, он тихо промолвил около уха Тэхёна: — Я-я тоже тебя люблю… — воздуха не осталось, долгая пауза. — Я-я должен уйти.       Объятия стали крепче, боль отца и сына пульсом передавалась друг другу. Взяв себя в руки, Джин с силой отпрянул от сына и посмотрел в его глаза. Однако самих глаз он толком не увидел, их прикрывали чёрные кудрявые пряди.

«Так даже лучше… »

— Тэ, мой драгоценный сынок, мой любимый сынок, прошу не грусти, я вернусь как можно скорее, я не заставлю тебя долго ждать, обещаю… Тэхён смотрел в упор. Возможно даже специально. — Прям обещаешь? — Прям обещаю.       Тэ смотрел, долго смотрел, волосы мешали ему, но он боялся их убирать. — Пап, я не знаю что происходит, но… — он собрал руки в кулак и опустил взгляд. — Я доверяю тебе. Поэтому прошу будь аккуратнее, побольше ешь и спи, не будь нервным и растерянным, я очень тебя люблю и боюсь потерять, поэтому пожалуйста, папа, — он резко поднял голову, что чёлка распределилась прядями по бокам, открывая вид на серое озеро с зелёными и коричневыми камушками.— Сдержи обещание.

Сокджин вздрогнул.

— Ты знал, что у тебя мамины глаза? — грустно улыбаясь, он провёл пальцами правой руки по ресничкам сына, убирая застывшую слезу. — Поэтому ты так реагируешь на них? — Тэ в обиде за игнор его речи, которая далась ему с трудом, немного отвернул голову. Однако он также удивился услышанному. В его голове сложился пазл.       Сокджин улыбнулся туповатой улыбкой и посмотрел на сына — Да… — пауза. — Извини меня, Тэхён~и, я ввёл тебя во всякие мысли. И знаешь, я не хочу чтобы ты стеснялся своих глаз, поэтому я больше не буду так реагировать, — он немного замялся. — Если хочешь, ты можешь отрезать её, не порти зрение из-за меня, сынок.       Джин тепло улыбнулся, он ждал реакции сына, но Тэ всё ещё стоял с повёрнутой головой и мочал. Сокджин незаметно усмехнулся. — Эй, мальчик мой, — тёплые руки легли на плечи Тэ, он повернул лицо в сторону папы. — Не злись на меня… Твои слова они греют моё сердце, но причиняют боль моей душе… Я очень благодарен тебе за них… Спасибо. Ха-ха, по правда говоря, я даже слегла удивился тому, как ты точно описал моё состояние в последние дни, похоже я плохо скрывался. — грустная улыбка в конце и неловкий взгляд. — Сынок, ты сильно повзрослел. — Всё благодаря тебе, папа, — поднявшись на носочки, Тэ поцеловал папу в щёку.       Сокджин приятно удивившись такому жесту потрепал сына по волосам и чмокнул в лоб. — Ты не доел, может перекусим? — Джин пытался сменить тему, он хотел забыть о предстоящем уходе и создать обычную ежедневную теплоту между ними. Тэхён придерживался того же мнения. — Давай!       Он быстро сел на скамью, Джин, мельком взглянув в окно, последовал за ним. — Ох, уже так поздно, но ничего, сегодня можно, — он тепло улыбнулся и начал поедать пирог.— М, и вправду вкусный! — Я же говорил, — Тэ улыбнулся своей квадратной улыбкой. — Пап. — Да Тэхён~и? — А какой была мама?.. И где она? — Тэ смутился, задавая данный вопрос. Сокджин удивился, чуть не подавившись, он быстро взял себя в руки и легко улыбнулся. Тэ ждал. — Ну… Я не могу сказать тебе где она сейчас, нас разлучили…но я уверен, что с ней всё хорошо, так что… — погружаясь в воспоминания он продолжил. — Она была словно прекрасный цветок, яркая и светлая. Она отличалась от других своим умом и мыслями, не боялась говорить и могла дать сдачи, ха-ха. Я был повержен уже с первой нашей встречи. Если коротко, то вот такой была твоя мама. Ты многое взял у неё и я очень рад этому.       Джину полегчало, словно камень упал с души. Наконец-то он смог поговорить с сыном о матери и хоть что — то ему поведать о ней. Он был счастлив. — Я верю тебе, папа, ведь именно такая девушка достойна тебя, — он засмеялся, атмосфера была очень душевная. — Ха-ха-ха, сынок, блещешь своим умом я смотрю. — Немного, — Тэ засмущался и продолжил кушать. Отец присоединился.       Прошло некоторое время. Они успели поболтать, посмеяться и Сокджин сказал тост: — Мой дорогой, любимый Тэхён~и! Я поздравляю тебя с Днём твоего Рождения и желаю тебе всего прекрасного! Желаю также здоровья, силы, воли, доброты, любви. Оставайся таким же прелестным и милым, я надеюсь, что всё в твоей жизни будет легко и сложиться удачно! Я люблю тебя, сынуля!       Джин крепко обнял Тэхёна, и поцеловал в лоб. Тэ же вытирал слёзы от трогательный речей папы. — Спасибо тебе папа, я тоже люблю тебя! — он поцеловал отца в щёку и сжал в руке свой подарок. — Я буду хранить его бережно и всегда носить на груди рядом с сердцем… Чтобы знать, что ты и мама рядом.       Сокджин еле сдерживал слёзы. — Всё правильно, Тэхён~и, я всегда буду рядом и мама тоже, — боль ударила по сердцу. — Ты правда вырос сынок, теперь я намного меньше переживаю по поводу того, как ты будешь жить без меня.       В воздухе повеяло грустью. — Пап, я справлюсь, не переживай, главное приди за мной как можно скорее, хорошо? — он с надеждой взглянул в отцовские глаза. — Хорошо, — Джин снова его обнял. — А теперь пора спать, ты пока ложись а я сейчас всё уберу и к тебе.       Тихая слеза скатилась по щеке Тэхёна, он крепко прижимался к груди папы. — Ага.       Посла этого они принялись за дела. Тэ лёг на сено и ждал папу, а Джин быстренько убрал посуду и стол. Через несколько минут они уже оба лежали на сене, вымотанные и уставшие от эмоций за этот день. — Па, — Тэ понял, что забыл узнать главную вещь. — М? — Сокджин уже был одной ногой во сне. Он сильно устал. — А когда ты уезжаешь то? — Я? Я завтра, — послышалось тихое сопение… — Я люблю тебя, папа… — не услышанные слова тихим эхом прошлись по комнате. Тэхён готов был сойти с ума, он закрыл рот, пытаясь быть тише. Слёзы лились рекой, он хотел кричать, боль разрывала сердце. Тихий всхлипы разносились по комнате.       «Нет, нет, прошу… Я не готов, я не смогу без тебя, папа… Не оставляй меня здесь… Прошу…»       Мысли бушевали в голове, эмоций становилось всё больше и больше, не выдержав этого, организм Тэхёна начал засыпать, чтобы помочь уйти от реальности. Единственное что ещё промелькнуло в голове Тэ перед тем как он уснул было…

«Больно, мне так больно»