FYI "It's okay, I'll wait"

***

— Господи, Чимин… Ты с ума сошел, — задыхаясь, прошептал брюнет. — Да-а-а… Я очень соскучился, — блондин еще сильнее вжал в стенку любимого мужа, впиваясь ему в губы. — Ты что, не можешь потерпеть до дома? — нехотя сопротивляясь, застонал Чонгук. На самом деле он соскучился по дерзкому и такому желанному Чимину ничуть не меньше. Просто привычно решил поиграть в недотрогу. — Нет, не могу. Плюс это моя нереализованная фантазия, еще с того случая в ресторане, — JM приблизился к уху брюнета и нежно засосал его мочку. — Ты реальный дьявол. Там в зале наши родители, а ты решил трахнуть меня прямо в туалете ресторана. — Вы против, господин Пак? Ну тогда остановите меня, — сделав акцент на новой фамилии Гука, блондин подхватил его на руки и усадил на холодную столешницу умывальника, опять страстно засасывая сладкие губы.       Чонгук застонал после такого выпада своего любимого, шире раздвинув ноги и обвивая ими его талию. Он безумно скучал эту неделю, пока Чимин был в отъезде и ждал возвращения своей любимой блондинистой бестии. И хотя они уже полтора года вместе, страсть становится с каждым днем всё больше и больше, разжигая костер чувств и остроту ощущений. Невозможно объяснить, как два абсолютно разных человека могут настолько подходить друг другу. Они как части одного пазла, и не в силах существовать по отдельности. — Блять, я просто не могу тебе сопротивляться. Ты же прекрасно это знаешь, — Чон выдернул край белоснежной рубашки из брюк блондина и запустил под нее холодные ладони, нежно прикасаясь к уже раскаленной коже. От этих прикосновений всё тело парня как будто прошило током, нахрен лишая последних капель самообладания. Чимин в ответ начал нервно расстегивать рубашку брюнета. — Только не отрывай пуговицы, мне еще в зал выходить, — уцепился за его запястья Чон, пытаясь предотвратить возможную катастрофу. Но кто же сможет остановить эту дерзкую блонду? Правильно — никто!       Пак замер на несколько секунд с едкой ухмылкой на лице, а потом рванул полы рубашки так, что пуговицы жемчужной россыпью раскатились по кафелю. — Ты мне так и не купил обещанную замену моей любимой рубашке, которую тогда разорвал. Поэтому мы квиты! — с довольной моськой ответил он на взгляд Гука. — Придурок… Какой же ты придуро-о-ок, — простонал JK, когда губы блондина коснулись его сосков. — И да, я тоже безумно соскучился. — Тогда ты знаешь, что сопротивление бесполезно! — уже не сдерживая победного ликования в голосе, блондин запустил в свой карман руку и вытянул тюбик с клубничной смазкой. — Серьезно?! Так это была продуманная террористическая акция? — от удивления глаза Чонгука расширились до максимальных размеров. — Еще бы! Я же не могу себе позволить порвать свою любимую дырочку, — Чимин опять улыбнулся и подмигнув на слове «дырочка», стянул Чона со столешницы, расстегивая ремень его брюк. — Ты точно черт во плоти! Но я слишком люблю тебя, исчадие ада, чтобы отказать себе в удовольствии получить наслаждение, которое можешь дать только ты. — Блять, ну вот зачем ты это сказал? — Чимин тяжело дышал, заполнить собою Чонгука хотелось нестерпимо. — Ах… Чи-и-им… Пожалуйста, войди уже… Не могу больше… Так хочу тебя… — застонал Гук после того, как три пальца уже с легкостью входили в него. — А как я этого хочу, малыш...       Больше никто не хотел о чем-либо разговаривать. Желание слиться воедино было слишком сильным. Такое впечатление, что они не виделись целую вечность, а не какие-то несколько дней. Разлука еще больше разжигала страсть и оголяла чувства.       Чимин развернул Гука лицом к зеркалу и, нажимая ладонью на поясницу, заставил прогнуться. Коленом, достаточно грубо, раздвинул его ноги, а левую и вовсе поднял на столешницу. Чон не сопротивлялся, а только тяжело дышал, наслаждаясь властью блондина. Ему всё больше сносило крышу от адреналина и доминирования мужа.       После растяжки Чимин одним толчком вошел в разработанный анус. Благо поза позволяла это сделать максимально безболезненно. Зажав Гуку рот ладонью, он жадно толкался в размякшее тело, а тот стонал от каждого кругового движения, которым блондин попадал по простате. Чонгук запрокинул голову назад и, упираясь руками в столешницу, двигался бедрами навстречу. Такой вид развратного брюнета еще больше заводил Чимина и он еле сдерживал надвигающийся оргазм, хватая воздух приоткрытыми губами. В этом темпе они оба продержались несколько минут, а потом одновременно кончили, задыхаясь и выстанывая имена друг друга. — Я так люблю тебя, Чими... — пытаясь выровнять дыхание, прошептал брюнет. — Ну… я же лучшее, что есть в твоей жизни, — подмигнул ему Пак, на что получил легкий удар в плечо.

***

— Где вы так долго были? — спросил Джин, подозрительно оглядывая их с ног до головы.       Все за столом обратили внимание на подошедших парней, которые выглядели далеко не так идеально, как еще двадцать минут назад. — И что с твоей рубашкой, Чонгук? — спросила Сиа. — Мы вышли подышать воздухом, а Чонгука чуть не сдул ветер. Я схватил его за рубашку и вот… пуговицы отлетели, — невозмутимо произнес Чимин, усаживаясь на свое место. — То-то я смотрю, что наше издательство в Японии сделало прорыв. Мы начали печатать рубрику «Невероятные истории». Теперь понятно, кто является ее автором. Да, сынок? — смеясь, ответил старший Пак и все одновременно залились хохотом. Один Чонгук продолжал стоять возле Чимина истуканом, краснея от неловкости и пряча счастливые глаза.