Следы таинственного прошлого

"Никогда ни на кого не обижайся. Ты человека прости или убей."

(с) И. В. Сталин.

- Может, лучше со мной во взрослые игры поиграете? - женский красивый голос прокатился по углам комнаты как по пещере, заставив мурашки бешеными табунами забегать по телу. Было темно, но почему-то все отчетливо увидели в дверном проеме странный силуэт, а потом и шагнувшую из него Марианн, держащую подле себя задыхающуюся демонессу. Все ее узнали - та самая девушка, что пыталась унизить Лэйси и что была в сговоре с парнями. Теперь она, словно бабочка в нитях паука, цеплялась за черные когти, впившиеся в ее шейку. - Хотя я могу хорошенько развлечься и с твоей замечательной младшей сестренкой, Заган, - Марианн прижала к себе девушку не менее грязно, чем это сделал с Лэйси сам парень несколько минут назад. И хоть Лерайе была женщиной, отчего-то казалось, что она действительно может сотворить с демоницей такое, что и самым извращенным маньякам не снилось. - Она такая сладкая куколка, так бы и вонзила в нее свои клыки, - словно в подтверждение этому, демонесса осклабилась, показав сразу четыре пары, как у хищного демонического зверя. - Нет! Не трогай Хлою! - демон широко распахнул глаза. Поиграться с девчонкой, что его унизила и оскорбила в первый день в школе, он был готов и даже попросил сестренку ему немного помочь. Вот только увидеть ее сейчас в руках у нового учителя трансфигурации было жутко. Казалось, она действительно может сломить ее страшнее, чем хотели это сделать сами демоны с Лэйси. Делькиора в ответ со слабым стоном села на полу, шумно вздыхая, чувствуя, что голова напоминает пульсирующий шарик на тонкой опоре, которая готова переломиться в любую секунду. Не говоря уже об истерзанной шее. Обидчики теперь сами были жертвами и тряслись как заячьи хвосты, позабыв о своих намерениях касательно Лэйси. Раскидав их мечом в разные стороны, Асмодей пробрался к девушке, опускаясь рядом на колени, развязывая веревки и приобнимая, позволяя на него опереться, чтобы встать, параллельно с напряжением смотря на разозленную Марианн и то, что она собирается делать. Хоть Алис и был в гневе, чинить убийства он не собирался, лишь грандиозную трепку, а вот на что пойдет древний демон, которому законы не писаны... - Хлоя, значит? - пропела Марианн девушке на ушко, а у той покатились слезы по щекам от боли и страха, - Слышала сегодня среди аристократов, что у нее прелестный голосок, многие пророчат ей карьеру певицы. А что, если я его заберу, м-м? Марианн разжала руку, и демоница рухнула на колени, не то задыхаясь, не то откашливаясь, с ужасом на глазах понимая, что стала немой и не может проронить ни звука. - Мир интриг в кругу высших демонов жесток. Нарвешься на рыбу крупнее себя и здорово поплатишься за свою дерзость, - холодно произнесла Лерайе, переводя взгляд горящих розовым огнем глаз на Загана, - теперь ты. Парень однако, к удивлению, упал на колени, почти вымаливая прощения у демоницы. По лицу катились крупные слезы. Его род не был таким уж знаменитым и важным, скорее он относился к почти обедневшим аристократам, а теперь, когда у его сестры отобрали голос и он, как оказалось, перешел дорогу очень страшному демону, его семья и вовсе может быть уничтожена. - Прошу, не надо. Мы больше ее не тронем, никогда не подойдем к ней, - взгляд желтых глаз был направлен на девушку, которую за талию поддерживал Асмодей. Лэйси была зла как никогда, та рана, что она нанесла этому демону, не принесла должного успокоения, хотелось добавить еще от всей души. На подкашивающихся ногах Делькиора подошла к демону, смотря на него с ненавистью, злобой. - Да будет тебе известно, - голос был слабым, иногда слова прерывались на кашель, но он был наполнен ненавистью, черной, всепоглощающей и опасной. - Я тоже могу устроить тебе прогулку в райские кущи. Делькиора перенесла вес на одну ногу, поднимая вторую, нанося удар по лицу с разворота пяткой и подушечками, выпрямляя ее в колене, чтобы увеличить силу удала, отчего демон словно подкошенный рухнул на пол, из разбитого носа и губ потекла кровь. Дальнейшая расправа ждала приспешников Загана, лишившихся мужского достоинства, причем в буквальном смысле. Марианн оставила парней бесплодными, чтобы от таких низких существ никогда не появилось отпрысков, и обратилась к главарю неудавшихся насильников: - А над тобой единственным я сжалюсь, - и улыбка такая зловещая, что становилось понятно: в этом и была суть наказания. Друзья, что шли за ним, лишились части будущего и вряд ли впредь свяжутся с его затеями, будут в глубине сердца точить зуб на то, что им досталось из-за него. Судьба младшей сестренки, разрушенная из-за его раздутого эго, тоже постоянно будет напоминать о себе, Заган будет смотреть на угасание девушки и своего рода, чувствовать себя виноватым и рано или поздно это доведет его до суицида. Марианн в своих наказаниях была очень жестока и расчетлива, не убивая, но ломая жизни. Лэйси же снова оказалась в руках Асмодея, который решил не вмешиваться в кару от разгневанных демониц, пусть и хотелось от себя добавить парням несколько особенно крепких ударов. Но вот придержать ослабевшую Делькиору он посчитал нужным, как и осмотреть рану на шейке. - Надо бы наложить повязку. - Скорее что-то для головы... Уж лучше бы я сегодня рога не убирала, меньше бы тогда досталось... - Лэйси шумно выдохнула, прикрывая глаза, так как теперь, когда расправа была завершена, а адреналин, что бушевал до этого в теле по самые уши, схлынул, стало больно. Болели руки и ноги, на которых остались ссадины и царапины от грубых веревок, болела голова после удара вазой, даже мелкие крошки затерялись в волосах и прилипли к высыхающей крови, горло болело, и малейшее движение причиняло боль в ранах от когтей Загана, к тому же раны немного воспалились и выглядели достаточно скверно. - Спасибо, что пришел и спас, ты выглядел очень круто в этот момент. Прямо как рыцарь. А еще ты действительно замечательный друг, Асмодей, - еще один полный благодарности поцелуй за сегодня остался на щеке парня, вот только он так неудачно в этот момент решил повернуть голову, что девушка слегка промазала, почти коснувшись уголка губ. Алис повторно за сегодня замер, сбитый с толку, ведь ситуация не то чтобы располагала к благодарностям, тем более таким. Но руки демона сжались крепче вокруг девичьей талии, стянув ткань шелкового платья, сгребя пальцами в складки. Вернуться в реальность заставил голос Марианн, деликатно покашлявшей: - Лэйси, наградить поцелуем это, конечно, похвально, но давай мы сначала отведем тебя в другую комнату и подлечим? Тем более после твоего фееричного удара, - демонесса бы с удовольствием отпустила в адрес своей подопечной колкость, что она очень филигранно сегодня весь вечер соблазняет парня, но не стала. Потом как-нибудь поговорят об этом наедине. - Да, выглядело эффектно, конечно, - все-таки заговорил Асмодей, - но, возможно, из-за этого тебе сейчас еще хуже, чем могло быть. В запале не замечаешь, сколько сил тратишь. Как бы вообще не оказалось, что у тебя треснула кость в ступне, - видимо, обеспокоившись этим, Алис поднял Лэйси на руки под довольный взгляд Лерайе. - А, нет. У меня только голова болит и шея. Когда меня хотели вырубить, мне об нее что-то разбили. Вроде вазу или что-то такое, - Лэйси стало неловко, особенно когда Алис поднял ее на руки. Сразу можно было в идеале прочувствовать каменный торс, крепкую грудь и рельефный пресс, сильные руки, мышцы которых были напряжены и натягивали на ткани характерные складки, отчего даже становилось несколько неуютно. - Идем, надо осмотреть твои раны и обработать их. Займем соседнюю гостевую комнату, - Алис уверенным шагом направился в сторону выхода, не желая ничего слушать. Демон действительно серьезно озаботился ранами девушки, которые стоило подлечить заклинаниями и наложить повязки, иначе может здорово аукнуться. Ну и вообще узнать у Лэйси про ее моральное состояние, все-таки ее собирались изнасиловать и не раз, гоняя по кругу до изнеможения. Так что она должна была здорово перепугаться, и психологическая помощь ей не помешает, но это он возлагал на Марианн, которая на секунду задержалась в комнате. Осмотрела неудавшихся обидчиков, которых наказала, и кто находился в шоке, а кто в отчаянии. Заган с сестрой плакали и просили прощения, но Лерайе была непреклонна. Лишь приложила пальцы к виску, связываясь с хозяином бала, мысленно докладывая о ситуации, и удалилась из помещения, захлопнув дверь. С демонами разберутся другие, и наверняка в ее списке врагов добавился еще один род, но сейчас демонессу волновала только ее подопечная.