Я стану твоей звездой!

      Музыка https://melofond.com/track/49898-soko-first-love-never-die/       Джеймс под плащем-невидимкой сидел под кабинетом учителей. В коридорах была пугающая тишина, так как время было уже далеко за полночь. Вдруг дверь тихо отворилась, и из неё вышел в красивом смокинге Сириус.       - Ты что курил? – учуяв сильный запах табака, спросил Джеймс.       - Нет, мы в кабаре были, там все курят, - тихо прошептал Сириус.       - Быстрее убираемся отсюда, - послышался голос Поттера, а потом и он сам появился из-под плаща.       Но парни не успели спрятаться, так как из-за угла вышел когтевранец и так же испуганно уставился на парней, но потом выставил волшебную палочку впереди себя и сказал:       - Что вы здесь делаете?       - Прогуливаемся…, - злобно выплюнул Сириус.       - Интересно, а чего это ты тут гуляешь? – задал вопрос Поттер.       - Я староста Когтеврана и я сегодня на дежурстве… Вы, что пытались проникнуть в учительскую? – начал о чём-то догадываться парень.       Поттер переглянулся с Сириусом и резко взмахнул палочкой в сторону старосты. У того тут же начала расти голова.       - Ты что сделал? – спросил Блэк, не отрывая перепуганный взгляд от очень большой головы когтевранца.       Вдали послышались шаркающие шаги Филча.       - Извини, друг, но я должен это сделать! – прошептал Поттер и из его волшебной палочки на Сириуса вырвалась струя вонючей смеси.       Буквально через минуту появился Филч.       - Нарушение порядка … вы, что сделали олухи? – уставился на огромную голову когтевранца сторож.       Уже через полчаса парни стояли в кабинете Филча, который сидел за своим столом и довольно потирал руки.       - Так, так, так. Снова та же парочка Поттер и Блэк, - Филч взял специальный бланк, и начал его записывать, при этом громко комментируя каждое слово, что явно доставляло мужчине величайшее удовольствие.       - Джеймс Поттер и Сириус Блэк уличены в применении незаконных чар к Бертраму Обри. Голова Обри вдвое увеличилась в размере. Двойное задержание в школе.       Закончив писать, довольный своей работой сторож, бережно положил бланк в коробочку, что уже имела несколько десятков таких же.       - Завтра, вечером начнёте отбывать наказание, а теперь марш спать.       Парни тут же бросились из кабинета Филча, а тот начал писать очередное письмо директору школы Дамблдору с просьбой возобновить наказание учеников кнутами или заключением в подземных камерах.       Когда парни, после душа в пижамах, сидели на своих кроватях в спальне, то они едва сдерживали смех, что так и рвался наружу.       - Я когда услышал, что Филч идёт реально напугался, но потом вдруг мне пришла идея…       Сириус перебил друга и немного обиженно сказал.       - Скажу, что не самая удачная.       - Ой, кто бы говорил. Ты мне вообще-то должен. Представь, что было бы если Филч от тебя учуял запах сигар? – вопросительно посмотрел на друга Поттер.       - Должен? Скажем так после твоего дерьмофонтана мы в расчёте, - с улыбкой сказал Сириус.       - Ты лучше расскажи, что у тебя было с Шарлоттой? – пытался не показывать сильный интерес Джеймс.       После рождественского бала Сириус начал встречаться с мисс Шарлотта Борвиль, той самой компаньонкой. Девушке было уже 20 лет, и Сириус решил соврать, что ему так же 20. Поэтому время от времени, он пользовался камином в учительской, чтобы сбегать на свидание к девушке.       Сегодня Сириус пошёл к девушке на работу в театр. Он купил ей большой букет цветов и шоколадные пирожные, которые она обожала. После спектакля парень с подарками отправился за кулисы и нашёл девушку в гримерке. Она сидела в тонкой белой рубашке и легком халатике. От вида полуголой женщины Сириус смутился, но попытался не придавать этому виду.       Девушка сидела возле зеркала и снимала театральный грим, а парень стоял сзади и переминался с ноги на ногу.       - Ты сегодня играла, как всегда непревзойдённо, - решил сделать комплимент Сириус.       - Спасибо, - коротко сказала Шарлотта и через зеркало внимательно посмотрела на парня. – А ты сегодня какой-то странный. Молчаливый и словно перепуганный.       - Нет, тебе показалось, - нервно улыбнулся парень и снова бросил взгляд на полуголую женщину. Он ещё никогда не видел девушку вот в таком виде и от этого парень почувствовал эрекцию.       - Спасибо за цветы, они прекрасны, - развернулась в сторону Блэка девушка, и он увидел её стройные голые ножки, что не могла прикрыть короткая рубашка.        - Что-то не так? – слегка улыбнулась мисс Борвиль.       - Нет, всё нормально, - а дальше Сириус явно перестал думать головой, а в первый раз его действия подчинялись другому органу. – Можно я тебя поцелую?        - Ну поцелуй, - облизала губы девушка.       Сириус медленно подошёл к ней и нежно прикоснулся к нежным, влажным губам. Через несколько секунд девушка начала сама проявлять инициативу, и поцелуй становился всё глубже и чувственней. Такого ещё с Сириусом не было. Тааак, парень не целовался ещё ни разу.       - И как тебе? – спросил Джеймс с большими глазами от услышанного.       - Чувак это был фейерверк..       - Что было дальше?       - Ничего, она переоделась, и мы пошли в кабаре отдыхать.       Следующий месяц Сириус не мог отлучаться на свидания, так как уже было начало мая и нужно было хоть немного подготовиться к СОВам.       Это был предпоследний экзамен «Стандарты Обучения Волшебству. Защита от Темных искусств». В Большом зале не было четырех факультетских столов, вместо них было больше сотни отдельных парт, обращенных в одну сторону, и за всеми сидели ученики — низко склонив головы, они что-то писали на пергаментных свитках. Тишину нарушали только скрип перьев да редкий шелест поправляемого пергамента.       Солнечные лучи потоками струились через высокие окна на склоненные головы, которые на ярком свету отливали золотым, медным, каштановым…       За партами сидели студенты пятого курса. Снегг выглядел чахлым и нездоровым, словно деревце, выращенное в темноте. Его прямые сальные волосы подметали столешницу, от крючковатого носа до пергамента, на котором он строчил, было не больше полудюйма. Его рука так и летала по пергаменту — он написал, по крайней мере, на фут больше своих ближайших соседей, хотя его почерк был совсем мелким и строчки тесно лепились друг к другу.       — Ещё пять минут! - между рядов, то тут, то там, мелькала макушка профессора Флитвика.       Вот профессор подошёл к парте Джеймса. Парень распрямился, отложил перо и подвинул к себе пергамент, словно для того, чтобы перечитать написанное… Но не стал перечитывать, вместо этого Джеймс отчаянно зевнул и взъерошил волосы, растрепав их еще сильнее. Потом, кинув взгляд на профессора Флитвика, повернулся на сиденье и ухмыльнулся Сириусу, сидящему на четыре ряда дальше него.       Сириус поднял большой палец в ответ на ухмылку Джеймса. Блэк лениво откинулся на спинку стула, наклонив его так, что он стоял только на двух ножках. Он был очень обаятелен: его прямые черные волосы падали на лоб с небрежным изяществом, и сидящая за ним девочка с надеждой глядела на него, хотя он, похоже, вовсе её не замечал. А еще через две парты от неё сидел Люпин, довольно бледный и изнуренный на вид, он был поглощен работой — перечитывал свои записи, почесывал подбородок кончиком пера и слегка хмурился.       За соседней партой Хвост казался встревоженным: глядя в свой пергамент, он грыз ногти и ковырял носками пол. Время от времени он с надеждой косился на свиток соседа. Джеймс от нечего делать начал рисовать что-то на обрывке чернового пергамента. Он сначала изобразил там снитч, а потом рядом нарисовал буквы «Л.Э.».       — Отложите перья! — проскрипел Флитвик. — Это и к вам относится, Стеббинс! Пожалуйста, оставайтесь на местах, пока я не соберу ваши работы! Акцио!       Больше сотни пергаментных свитков взмыли в воздух и, ринувшись в протянутые руки профессора, сбили его с ног. Раздался смех. Несколько учеников с передних парт встали и, взяв Флитвика под локти, помогли ему подняться.       — Благодарю вас… благодарю, — пропыхтел Флитвик. — Очень хорошо, Теперь все свободны!       Джеймс поспешно зачеркнул украшенную завитушками надпись «Л.Э.», вскочил на ноги, сунул перо и экзаменационный билет в сумку, забросил её за спину и подождал, пока к нему присоединится Сириус.       Неподалеку Снегг пробирался к двери, перечитывая на ходу свой билет. Сутулый и угловатый, он двигался как-то судорожно, точно паук, и его сальные волосы подпрыгивали при каждом шаге.       Стайка щебечущих девочек отделила Снегга от Джеймса, Сириуса и Люпина. Друзья начали тут же обговаривать экзамен.       — Тебе понравился десятый вопрос, Лунатик? — спросил Сириус, когда они вышли в вестибюль.       — А как же, — весело отозвался Люпин. — «Назовите пять признаков, по которым можно узнать оборотня». Прекрасный вопрос.       — Ты уверен, что тебе удалось правильно перечислить все признаки? — с притворной озабоченностью спросил Джеймс.       — Думаю, да, — серьезно ответил Люпин, когда они присоединились к скопившейся у выхода толпе учеников, которым не терпелось выбраться из замка на залитый солнцем луг. — Признак первый: он сидит на моем стуле. Признак второй: он носит мою одежду. Признак третий: его зовут Римус Люпин.       Все, кроме Хвоста, засмеялись.       — Я написал про форму морды, зрачки и кисточку на хвосте, — взволнованно сказал он, — а больше ничего не мог…       — Ты что, совсем тупой, Хвост? — нетерпеливо сказал Джеймс. — Раз в месяц гуляешь с оборотнем всю ночь напролет…       — Говори тише, — взмолился Люпин.       Снегг шел за ними, все еще поглощенный чтением. Все студенты из Большого зала поспешили выйти на свежий воздух. Джеймс и трое его друзей направились через лужайку к озеру, Снегг двинулся вслед за ними — он никак не мог оторваться от своего пергамента и явно не смотрел, куда бредет.       — А по мне, вопросы были — лучше не надо, — послышался голос Сириуса. — Я удивлюсь, если не получу, как минимум, «Превосходно».       — Я тоже, — сказал Джеймс. Он полез в карман и достал оттуда трепыхающийся золотой снитч.       — Где взял?       — Стащил, — небрежно сказал Джеймс. Он принялся играть снитчем, отпуская его не больше чем на длину руки и ловя снова — реакция у него была великолепная. Хвост смотрел на него с благоговением.       Они остановились в тени березы на берегу озера, и бросились на траву. Снегг устроился неподалеку в густой тени кустарника. Как и прежде, он изучал материалы экзамена. На поверхности озера сверкали яркие блики, а на берегу, тоже залитом солнечным светом, сидела компания девочек, только что вышедших из Большого зала, — сняв туфельки и носки, они болтали ногами в прохладной воде и смеялись.       Люпин вынул книгу и углубился в нее. Сириус с надменным и скучающим видом, что очень ему шло, поглядывал на прогуливающихся вокруг учеников. Джеймс по-прежнему играл снитчем, позволяя ему отлетать все дальше и дальше — казалось, что он вот-вот вырвется на свободу, — но неизменно ловя его в самый последний момент. Хвост наблюдал за ним с открытым ртом. Всякий раз, когда Джеймс демонстрировал особенно сложный бросок, Хвост ахал от восхищения и принимался аплодировать. Джеймс постоянно взлохмачивал себе волосы — он словно боялся, что его прическа покажется кому-то чересчур аккуратной. Кроме того, он все время косился на девочек у воды.       — Перестань, — наконец сказал Сириус после того, как Джеймс снова эффектным броском поймал снитч и Хвост издал очередной ликующий вопль, — а то Хвост описается от восторга.       Хвост слегка покраснел, но Джеймс ухмыльнулся.       — Как скажешь. — Он засунул снитч обратно в карман.       — Скучно, — сказал Сириус. — Когда наконец будет полнолуние?       — А я бы и без него обошелся, — мрачно сказал Люпин из-за своей книги. — Между прочим, нам еще трансфигурацию сдавать. Если тебе так скучно, можешь меня проверить. — И он протянул ему книгу.       Но Сириус лишь презрительно хмыкнул.       — Оставь себе, я всю эту чепуху наизусть знаю.       — Сейчас развлечемся, Бродяга, — спокойно сказал Джеймс. — Гляди, кто там…       Сириус повернул голову — и замер, как пес, почуявший кролика.       — Великолепно, — мягко сказал он. — Нюниус.       Снегг около кустов только что поднялся на ноги и теперь прятал свои листки в сумку. Когда он вышел из тени и зашагал по лужайке, Сириус и Джеймс встали.       Люпин и Хвост остались сидеть. Люпин по-прежнему смотрел в книгу, хотя его зрачки не двигались и между бровей пролегла едва заметная морщинка. Хвост переводил взгляд с Сириуса и Джеймса на Снегга и обратно, и лицо его светилось жадным нетерпением.       — Как дела, Нюниус? — громко сказал Джеймс. Снегг отреагировал так быстро, как будто ждал нападения: уронив сумку, он сунул руку в карман и уже доставал оттуда волшебную палочку, но тут Джеймс воскликнул:       — Экспеллиармус!       Палочка Снегга подлетела вверх футов на двенадцать и шлепнулась в траву позади него. Сириус рассмеялся отрывисто, словно залаял.       — Импедимента! — сказал он, направив палочку на Снегга, и Снегг, рванувшийся за своим оружием, упал ничком на полпути к нему.       Гуляющие стали оборачиваться в их сторону. Некоторые ученики поднимались на ноги и подходили ближе. Одни смотрели на происходящее с неодобрением, другие — с удовольствием.       Снегг, тяжело дыша, лежал на траве. Джеймс и Сириус приблизились к нему с поднятыми палочками; по дороге Джеймс поглядывал через плечо на девочек у озера. Хвост тоже поднялся на ноги и наблюдал за ними с жадным интересом — он даже отошел от Люпина, чтобы лучше видеть.       — Как прошел экзамен, Нюнчик? — спросил Джеймс.       — Я смотрел на него — он возил носом по пергаменту, — злорадно сказал Сириус. — Наверное, у него вся работа в жирных пятнах, так что ни слова не разберешь!       Кое-кто из зрителей засмеялся: Снегга явно не любили. Хвост пронзительно захихикал. Снегг пытался встать, но заклятие еще действовало, и он корчился, будто связанный невидимыми веревками.       — Вы у меня дождетесь! — выпалил он, глядя на Джеймса с откровенной ненавистью. — Дождетесь!       — Дождемся чего? — хладнокровно сказал Сириус. — Что ты хочешь сделать, Нюнчик, — вытереть о нас свой сопливый нос?       Из уст Снегга извергся поток ругани и проклятий, но его палочка лежала в трех шагах от хозяина, и ничего не случилось.       — Ну и грязный же у тебя язык, — презрительно сказал Джеймс. — Экскуро!       Изо рта у Снегга тут же полезла розовая мыльная пена, она покрыла его губы, и он задыхался в ней…       — Оставьте его в покое!       Джеймс и Сириус оглянулись. Свободная рука Джеймса немедленно взлетела к волосам.       — Что, Эванс? — сказал Джеймс. Сам тембр его голоса вдруг изменился — он стал более глубоким и мелодичным, более взрослым.       — Оставьте его в покое, — повторила Лили. Она смотрела на Джеймса с откровенной неприязнью. — Что он вам сделал?       — Ну, — сказал Джеймс с видом человека, серьезно обдумывающего заданный ему вопрос, — пожалуй, все дело в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я…       Многие зрители, включая Сириуса и Хвоста, засмеялись, но Люпин, до сих пор притворяющийся, что читает, даже не улыбнулся. Не появилось улыбки и на лице Лили.       — Считаешь себя остроумным, — холодно сказала она. — А на самом деле ты просто хвастун и задира, Поттер. Оставь его в покое, ясно?       — Оставлю, если ты согласишься погулять со мной, Эванс, — быстро откликнулся Джеймс. — Давай… пойдем со мной на прогулку, и я больше никогда в жизни не направлю на Нюнчика свою волшебную палочку.       Тем временем Чары помех, наложенные на Снегга, слабели. Медленно, дюйм за дюймом, он подползал к своей палочке, отплевываясь от мыльной пены, но Джеймс этого не видел.       — Я не согласилась бы на это, даже если бы у меня был выбор между тобой и гигантским кальмаром, — сказала Лили.       — Не повезло, Сохатый! — весело сказал Сириус и снова повернулся к Снеггу. — Стой!       Но он опоздал: Снегг уже направил свою палочку прямо на Джеймса. Вспыхнул яркий свет, и на щеке Джеймса появился глубокий порез. Кровь хлынула ему на мантию. Еще одна яркая вспышка — и Снегг повис в воздухе вверх тормашками; мантия свалилась ему на голову, обнажив тощие, бледные ноги и серые от грязи подштанники. Многие в маленькой толпе разразились ликующими криками; Сириус, Джеймс и Хвост чуть не захлебнулись от хохота.       В уголках губ у Лили что-то дрогнуло, и на мгновение показалось, что выражение ярости на её лице вот-вот сменится улыбкой. Но она громко сказала:       — Опусти его!       — Пожалуйста, — сказал Джеймс и взмахнул палочкой.       Снегг шлепнулся на землю, точно груда тряпья. Выпутавшись из подола мантии, он быстро вскочил на ноги с палочкой наготове, но Сириус сказал: «Петрификус тоталус!» — и Снегг снова упал плашмя, как доска.       — Оставьте его в покое! — крикнула Лили. Она тоже выхватила палочку. Джеймс с Сириусом настороженно следили за ней.       — Послушай, Эванс, не заставляй меня с тобой сражаться, — серьезно сказал Джеймс.       — Тогда расколдуй его!       Джеймс тяжело вздохнул, повернулся к Снеггу и пробормотал контрзаклятие.       — Ну вот, — сказал он, когда Снегг вновь с трудом поднялся на ноги, — тебе повезло, что Эванс оказалась поблизости, Нюниус…       — Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок!       Лили прищурилась.       — Прекрасно, — спокойно сказала она. — В следующий раз я не стану вмешиваться.       Кстати, на твоем месте я бы постирала подштанники, Нюниус.       — Извинись перед Эванс! — заорал Джеймс, угрожающе направив на Снегга палочку.       — Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться! — закричала Лили, обращаясь к Джеймсу. — Ты ничем не лучше его!       — Что? — взвизгнул Джеймс. — Да я никогда в жизни не называл тебя… сама знаешь кем!       — Ходишь лохматым, как будто минуту назад свалился с метлы, выпендриваешься с этим дурацким снитчем, шляешься по коридорам и насылаешь заклятия на всех, кто тебе не нравится, только потому, что ты от природы…, - Лили закусила губу, чтобы не сказать то что хотела, а потом уже спокойнее добавила, - Непонятно, как твоя метла ещё поднимает в воздух твою чугунную башку! Меня от тебя тошнит!       Она круто развернулась и быстро зашагала прочь.       — Эванс! — крикнул Джеймс ей вслед. — Погоди, Эванс!       Но она так и не обернулась       — Какая муха её укусила? — сказал Джеймс, безуспешно пытаясь сделать вид, что ответ на этот вопрос его вовсе не интересует.       — Сдается мне, она считает тебя показушником, дружище, — сказал Сириус.       — Ну ладно. — В голосе Джеймса зазвенела обида. — Ладно…       Опять вспыхнул яркий свет, и Снегг снова повис в воздухе вниз головой.       — Кто хочет посмотреть, как я сниму с Нюниуса подштанники?       Наконец настали летние каникулы. Сириус решил заглянуть к дядюшке Альфарду. Только ступив в гостиную, парень уже заметил изменения в мужчине.       - Здравствуй, дядюшка! Что случилось, ты уж очень довольный, - решил с порога спросить юноша.       - О, здравствуй, Сириус, душка! – настолько радостно сказал дядюшка, словно хотел это пропеть. – Я самый счастливый мужчина на Земле.       - С чего вдруг?       - Я нашёл свою любовь! Это несравненная - Миранда Дюпон. Она само совершенство, сама изысканность, - мужчина на минутку зажмурил глаза, как бы представляя объект своего вожделения, и вдруг нервно посмотрел на племянника, спросил - Что ты скажешь о свадьбе?       - Свадьбе? Ты серьёзно? – ответил вопросом на вопрос Сириус.       - Да, да о свадьбе.       - Я так полагаю, что в этой ситуации моё мнение роли не играет…       - Будешь моим шафером, - схватил парня за плечи мужчина и немного потряс.       - Шафером? – Сириус даже не знал, что ответить, да и поведение дяди немного пугало парня, поэтому пришлось согласиться.       Свадьба была назначена на начало августа. Мадам Дюпон была под стать Альфарду в плане подготовки торжества. Со стороны казалось, что и жених, и невеста больше волновались за правильно оформленные документы, чем за проведение самой свадьбы. Всё достаточно скромно по меркам аристократического общества, минимум родственников и друзей. Что радовало Сириуса, так это отказ его родителей посетить свадьбу. Когда они узнали, что дядя финансирует Сириуса, то очень разозлились на родственника. Особенно разозлилась мать. Женщина даже выжгла имя Альфарда из семейного древа. https://i.pinimg.com/originals/aa/5a/1d/aa5a1dcd97467f465f794618a6cafd05.jpg       Не зная у кого свадьба, можно было решить, что жених Сириус. Высокий брюнет в светло-сером костюме тройке был очень представительным и неимоверно красивым. Кроме того, подружкой невесты была Шарлотта, что ещё больше радовало парня. Церемония бракосочетания проходила в загородном поместье мадам Дюпон. Большая территория с парком, озером и большим двухэтажным домом была в очень запущена, что доказывало отсутствие денег у хозяйки. Нужно сказать, что Сириус был уверен, что мадам Дюпон выходит замуж точно из расчета, а вот на счет дяди парень сомневался. Неужели мужчина на старости лет действительно встретил свою любовь?       Любовь… Скептик и циник Сириус теперь и сам был по уши влюблен. Он про это мог говорить только с Джеймсом и то не всё доверял другу. Шарлотта была веселой, умной, опытной в некотором роде и очень красивой, а ещё что с головой подкупало, так это её покорность и скромность. Сириус даже себе с трудом признавался, что в отношениях он был доминант. Только он должен решать всё и никак по-другому. То что говорил Сириус Шарлотта делала беспрекословно и это ещё больше возбуждало парня.       Свадьба, была в самом разгаре, если медленный вальс и шесть танцующих пар можно, так назвать. Сириус взял Шарлотту за руку и они пошли прогуляться к озеру. На берегу стояли небольшой столик и несколько стульчиков. Они, как и всё в поместье были ветхими и нуждались в хорошем ремонте, а ещё лучше в полной замене на новые.       Пара мило беседовала и громко хохотала.       - Сириус, у тебя уже были отношения до меня? – резко решила сменить тему девушка.       - В некотором роде…       - Ха-ха-ха. Что это означает? – продолжала свой допрос девушка.       - Таких, как с тобой ещё не было, - честно признался парень и посмотрел влюблёнными глазами на Шарлотту.       - Но ты уже с кем-то … занимался любовью? – немного покраснев, спросила девушка, при этом в руках она держала небольшой цветок ромашки.       - Нет, - с вызовом сказал парень и ждал, что дальше сделает или скажет Шарлотта.       - Я хочу … подарить тебе … свой цветок… - тихо сказала Шарлотта и протянула парню ромашку.       Сириус не сразу догадался, о каком цветке говорит Шарлотта, но когда сообразил что к чему, то не знал, что делать. Он дрожащей рукой взял цветок и широко улыбнулся. Ему очень нравилась наивность Шарлотты, а ещё её поступок многое означал. Она тоже его любила и даже хотела, чтобы именно он стал первым мужчиной в её жизни.       - Давай, не будем спешить … срывать твой цветок… - прошептал на ушко парень и поцеловал девушку в лоб.