По творчеству Тайгеты (основное "Изуна. Хроники лунной химе" и побочные.

У Тобирамы, когда слышит рыдания химе, что-то внутри переворачивается. Дочь. Его. Родная и, чтоб ее, Учиха. Изуна, для полной картины, причем тот самый. Рыдает на груди у брата- деда, от рухнувшего осознания (наконец-то, и года не прошло), что его нынешнее тело - женское, что он обязан распространить Учиха и что даже кандидат есть. Одобренный Мадарой, подумать страшно, еще когда ей было лет пятнадцать от силы. То есть, она, тогда еще только химе Изуна, уже общалась с бешеным предком в весьма доверительном ключе. И теперь вспомнивший бурное прошлое Изуна, считает необходимым выполнить взятые на себя обязательства, несмотря на вылезшую маскулинность натуры. Стремление похвальное (Тобираме уже жалко того несчастного, избранного химе в мужья), и, по хорошему, славный повод позлорадствовать, но - не получается. Вспоминается с новым осознанием, странноватое поведение девчонки, в бытность Тобирамы живым и назревает подозрение, что она - знала, кто ее отец.

***

Изуна - мужчина, воин, наследник и правая рука главы клана. Изуна воспитан по-старому и вести себя как взбалмошная Изуна - внучка - не может. Не может отказаться от планов и обещаний: никто не виноват, что химе вдруг вообразила себя мужчиной, не может позволить себе забыть ту, свою первую и единственную семью: жену и ребенка. Первую не уберег, а вторая и вовсе - на глазах погибла, ради него. Изуна как никто другой понимает, что виноват в обеих смертях: если бы только он остался с ними тогда... если бы только. Ему бы хватило сил уберечь. Он уверен, он помнит их - как шиноби ничем не примечательных. Он бы справился, если бы ему было не три года, если бы он был опытным воином. Он бы поддержал дочь в любом случае. Он бы ее поддержал. Изуна со смирением принимает все, слегка пугая такого постаревшего глазами Мадару: его внучка была более взбалмошной, а скорее, просто более юной. Изуна-брат, с пробуждением воспоминаний не перестал быть Изуной-тессон, просто добавился некогда полученный жизненный опыт, а личностью они изначально были одной. Его жених оказался существом крайне тактичным и выяснив подоплеку, вел себя подчеркнуто спокойно, с должным уважением, но и не отстраняясь особо. Как настоящий шиноби, он выжидал.