«Ещё одно бруклинское светлое?»

      И вновь Винчестеры хорошо сработали. Раскрыли несколько убийств, предотвратили еще одно и упокоили призрака. «Скоттсо», наверное, после такого распадется. Но, теперь, когда Эдди арестовали, дух Рокси точно обретет покой и Манфред сможет, наконец, насладиться одиночеством. Всем по пирогу. Дин теперь может не беспокоиться о глупом прозвище от полицейской и спать спокойно без надоедающей музыки. Сэм же не утих после этого дела, взявшись сразу за новое, штурмуя интернет в поиске информации. Старший Винчестер мог сказать только «спасибо» МакБейн за это.       Близилась ночь. Сэмми предупредил, чтобы Дин не шлялся долго, как заметил, что его брат куда-то собирается. На эту заботу второй только криво ухмыльнулся, махнув рукой под «ага, да». Такая реакция только подтвердила опасения, что его старший брат намеревался с кем то встретиться. Хотя.. Чего здесь беспокоиться, ведь не впервой, да и Дин не дурак-подросток – взрослый мальчик, сам разберется со своей жизнью.       У тротуара перед баром скрипнули тормоза, Винчестер заглушил двигатель. Хотелось встретиться еще разок с Джеймсом, не смотря на то, что тот ему предельно точно дал понять отказ. Он показался более чем хорошим парнем, поэтому попрощаться стояло приоритетом после постоянных мыслей о его образе. Скользнув в бар, Дин обнаружил отсутствие своего интереса на рабочем месте.       – Привет, ты Гарри, верно? – веселенькая лыба медленно померкла из за холодного взгляда бармена.       Тишина. Видимо, он ждет, когда услышит, что от него требуют.       – Эм, а ты не знаешь, где можно найти Джеймса?       Ответом стал грубый гул:       – А кто спрашивает?       – Мы не так давно познакомились, еще не обменялись почтой..– замялся парень, чувствуя себя все больше маленькой мышью. – я хотел с ним пообщаться, пока я не уехал..       На лице громилы появились морщины – то-ли говорящие о мыслительном процессе, то-ли о назревающей злости. Оба аспекта выглядели непривлекательно-пугающе для старшего Винчестера, что заставило его сделать полшага в сторону.       – Его смена закончилась, но он только недавно вышел через задний, – сжалился мужик, после чего незамедлительно отвернулся, возвращаясь к начищению стаканов.       Дин выдохнул так, будто ему отменили смертную казнь, и ускорился к выходу, подальше от этого мутного типа. Пришлось поплутать немного. С одной стороны был высокий забор, а переулок вел куда то в соседний квартал. С другой повезло больше: на углу, прислонившись к стене стоял Джеймс, кажется, только закурив. На приближающуюся к нему фигуру он не обратил никакого внимания, пока тот не подошел ближе:       – Ого. Ты ещё здесь, – выпрямился мужчина, распознав в незнакомце Дина.       – Ненадолго. Завтра утром уезжаем с братом.       Внезапно стало так тихо, будто вокруг случился апокалипсис. У Винчестера все остроумные темы для диалога в мгновение потерялись.       – И.. ты пришел сказать об этом?       – Нет, нет, конечно, – отбиваться было бесполезно. – Хотя, наверное да. Не знаю зачем вообще пришёл..       Винчестер померк на глазах вместе с его энтузиазмом. Сразу стало как то неловко, все это намерение встретиться ощутилось глупым и необдуманным.       – Ну подожди уж, составь мне компанию что ли. А то скучно как то одному стоять, – приободрил бармен.       «Джеймс, ты самый настоящий лучик солнца»       Дин даже улыбнулся, притыкаясь рядом.       – Как дела в футболе у твоего сына?       – Забил на этой неделе пару голов для команды.. Удивительный "карьерный" рост. У меня такого в детстве не было. Чтобы приготовить не обугленную яичницу, мне потребовалось пару месяцев и ведро переведенных продуктов. Молчу уже о первом пироге, – его усмешка показалась Дину очаровательной.       – Обугленная тоже вкусная бывает, хрустит. Ты увлекаешься готовкой?       – Да, сейчас навыки гораздо лучше, так что нравится это. Расслабляет. Дин опешил:       – Правда? Всегда считал это нервотрепкой, проще готовой еды купить.       – Может, ты просто не достаточно умел для готовки, – подкол диновского эго был ощутим.       – Я? Да я ещё как умел! Ладно, пусть и не в готовке, но в кое чем другом – точно.       Двусмысленность спасала от откровения. Зеленоглазый был хорош в романах, но более того был лучшим живым охотником, каким его считали. Разумеется, говорить и, тем более, намекать о другом пункте Джеймсу не стоило.       – Обвораживать и глотать литрами пиво? Ну да, ты прав.       – Кстати, говоря о выпивке. Твоя смена закончилась, но бар ещё работает. Хочу пригласить тебя на бутылку пивка за мой счет.       – Дин, ты что, всё ещё не можешь оставить свои попытки? – дым облаком опустился под затихшим голосом.       – Нет, что ты. Я приглашаю исключительно на дружеские посиделки, – зарекся красавчик, прикладывая руку к сердцу. – Ну как?       – Нет, будет не очень, если я вернусь домой выпившим. А пить я не умею, – Джеймс посмотрел в сторону, пожимая плечами.       – Хорошо, нет так нет.       На бармена было прохладно смотреть. Одет в какую то легкую не по погоде одежду: джинсы, ботинки, мягкая водолазка и кожанка начала нулевых. Если бы он был девушкой, Дин бы незамедлительно отдал свое пальто, но с парнями такие вещи работают не так, как ожидается. Приходится терпеть этот вид.       – Можно один вопрос? Личного характера, – Винчестер-старший склонил голову набок.       – Чего уж нет, спрашивай.       – Твои родственники знают о твоих предпочтениях? Или.. Как ты вообще рассказал об.. "этом"?       Вопрос действительно был личного характера для Дина. Скорее всего, он бы ни за что не стал обсуждать эту тему с кем попало или с Сэмом. Конечно, не исключено, что этот разговор с братом когда нибудь произойдет, но бежать вперёд паровоза не хотелось.       – Чтож.. Из родственников знают только мать и сестра. Мать и так это поняла, она у нас очень сознательная и правильная женщина. А сестра просто прочитала почту парня, с которым у нас был роман, позже пришла ко мне, поинтересоваться.       – А та.. от которой дети?       – Супруга.. Всё ещё. Мэри. Она тоже поняла всё сама, когда осознала, что у меня не вставал на нее, – он по-лисьи улыбнулся вспоминая отрывки из жизни. – Но разошлись мы с ней по другим причинам. После расхода дети остались у меня по обоюдному согласию. Какое то время, признаюсь, хотел найти себе кого нибудь, но с возрастом желание потеряло краски, да и я понял, что живу хорошо без ненадежных отношений. Вот такая вот история, Дин, – полу прикрытые глазда белеснули чем то добрым, по своему снисходительным.       Что то внутри кольнуло Винчестера, что сердце забилось быстрее. Только ему одному известно какие яркие чувства он испытывал от одного только вида и голоса Джеймса. Неужели улыбка, показавшаяся такой душевной, была сейчас причиной такому взрыву? Возможно.       Дин успел себя проклясть десять раз перед тем, как осмелел произнести вслух, после долгой паузы:       – Извини, это очень не пунктуально, ты, возможно, сейчас можешь ударить меня, но.. можно поцеловать? Тебя?       К удивлению, бармен молчит: никаких колкостей, шуток, отказов – думает и тихо смотрит в чужие глаза с каким то вопросом, что другому было невероятно сложно угадать. Его рука едва касается предплечья Дина, а Винчестер уже задерживает дыхание, мягко подаваясь вперед и со всей аккуратностью, которую заслуживает Джеймс, прижимается к его губам своими. Даже руку кладет на шею только с разрешения. Они не торопятся, ощущая нежность, что не смеют нарушить. У Дина сладит от горького запаха табака так, что голову кружит. И, похоже, не только ему. Джеймс отстраняется первым, бережно придерживая у щеки парня. Язык мечтательно скользнул между губ. Их лица так близко.. Дин готов поклясться, что глаза, что скрывают тени от ресниц, цвета серого агата.       Джеймс прислоняется назад к стенке, делая короткую затяжку, тихо спрашивая:       – Ты остановился в мотеле?       – У знакомого, – с придыханием выговаривает старший Винчестер, внимательно не отрывая взгляда.       – Понятно.       – Но я могу снять номер. Пойдешь со мной? – В его голосе столько надежды, что это слышно.       – Ты уверен?       Их взоры встречаются.       – А ты?       Мужчина как бы пожимает плечами и неуверенно дергает бровью, зажимая между зубов сигарету.       Пока желание не угасло, надо скорее браться за него руками, что и стал делать Дин, входя в положение. Он бездумно крадет табачку из чужого рта, и заглядывает под челку ее хозяина:       – Мы можем провести хороший вечер..Ты можешь уйти в любой момент, если тебе не понравиться или я буду тебе противен. Но я обещаю быть ласковым.       – Ты на утро уедешь?       – Уеду.       Лучше не питать ложных надежд – только правда. Так сейчас думают они оба.       – Тут в соседнем квартале неплохой мотель, – Джеймс смотрит в сторону дороги, хотя краем глаза замечает детскую улыбку на губах любовника.       Ни слова больше и Дин уже согласно кивает непонятно чему, лишь бы удержаться за эту нитку хода мыслей. Сначала, в его помыслах исключительным приоритетом стояло расслабиться, снять стресс. Но сейчас, с Джеймсом, тело и душа хотели совсем другого. Хочется сделать ему хорошо, пусть и ненадолго, ни в коем случае не разбить сердце, как некоторым прилипчивым особам. Да, следующим днем они больше не увидятся, но это не значит, что нельзя дать что то друг другу.       Добравшись, сняв номер, два парня уединились в комнате. Руки Дина шершавые, в царапинах – не такие, как у его партнёра, хотя очень ласковые. Они терпеливо гладили чужую спину под кожанкой, бока, потягивали за ремень. Едва раздался первый стон, все завертелось в разы быстрее: ноги не слушались, сердце застучало в ушах, одеколон дурманил тяжелыми нотами, кажется они чуть не промахнулись мимо кровати. В страстном рвении потерятся в других мирах, помочь и обрести, их тела жались друг к другу, словно весь мир одолела пурга льда и снега, а единственное тепло это их жар тел и души.

***

      Первое, о чем подумал Винчестер проснувшись: «Не все визуальное точно» – прошлой ночью оказалось, что Джеймс сильнее чем выглядел. Помазолив глаза, Дин с тяжестью раскрыл их, обнаруживая как по комнате раскинулись розовые полосы от жалюзей. Они так трепетно косались каждого предмета в комнате, стен, разворошенных каштановых волос и щек. Это был один из тех моментов, которые хотелось бы запечатлить надолго.