«Ещё одно бруклинское светлое?»

«Парковка сзади», Ларчмонт, Нью-Йорк Суббота, 18 ноября 2006       Второй визит в «Парковка сзади» оказался куда более удачным по двум причинам: во-первых – ни намека на Жанин, во-вторых, Джеймс снова работал в баре. Мало того, сегодня на нем были не джинсы, а кожаные штаны.       – Так-так-так, – проговорил Джеймс , завидев Винчестеров, которые только-только помогли Манфреду выгрузить вещи из внедорожника. – Гляньте-ка, кто к нам пришел.       – Сэм, пойди займи столик, – приказал Дин, не глядя на брата.       Сэм улыбнулся:       – Не волнуйся, свободных столиков полно. Я думал помочь тебе выпивку донести.       Теперь Дин на него посмотрел:       – А я думаю, два пива сам как-нибудь донесу. И выверну тебе на голову, если столик не займешь.       Сэм промолчал, но гаденько ухмыльнулся и отошел.       Джеймс приподнял бровь:       – Что, Дин, не любишь ухлестывать за старыми мужиками при свидетелях?       – Скажем, я не купился на «старого мужика». Высказывание про еду в холодильнике удалось, но я думаю, все ты наврал и тебе на самом деле года двадцать четыре. Просто к тебе так много девушек цепляется, что ты притворяешься одиноким папашей, чтобы их отшивать, а на самом деле ты – горячий паренёк чуть за двадцать, просто привередничаешь. Джеймс, не спрашивая, взялся наливать бруклинское светлое:       – Долго выдумывал?       – Ну а как же.       На самом деле Дин импровизировал: уж больно много времени ушло на вскрывание замков, общение с копами, сон, анализ папиных заморочек и поиск информации про Артура Гордона Пима. Кстати, никого с таким именем в списках жителей не значилось: видимо, «Пим» сменил имя нелегально. Его же настоящее имя вычислить пока не удалось.       Джеймс поставил стакан на салфетку:       – Не хочется тебя разочаровывать, но всё правда. Сегодня вот отвез Билли на футбол. Он теперь форвард.       – Здорово, – похвалил Дин: он не был в курсе, что такое форвард, но рассудил, что наверняка что-то хорошее.       – А что будет Сэм?       – Мистер Рохля будет «Бад Лайт».       – Эй, а что ты имеешь против «Бад Лайт»?       – Ничего, – Дин пожал плечами, ухмыльнувшись. – Просто я предпочитаю пиво.       Джеймс улыбнулся и налил еще один стакан для Сэма:       – Знаешь, я удивился, когда тебя снова увидел. Ты ж вроде в прошлый раз бежал от «Скоттсо» с воплями.       – А что ты скажешь на то, что я пришел повидаться с тобой?       – Что ты беззастенчиво врешь.       – Совершенно верно, – ухмыльнулся Дин. – Мне надо поболтать с Алдо. А разговор с тобой – приятное дополнение.       – И о чем болтать будете?       – О его бывшей подружке.       – Какой из? – фыркнул Джеймс.       – О блондинистой девочке по имени Рокси.       Джеймс фыркнул еще раз:       – Рокси Кармайкл? Ну так она не девочка, она была старше меня.       – Была? – Дин навострил уши.       – В смысле, наверное, и есть. Они с Алдо расстались пару лет назад, и больше я ее не видел. А жаль, они были хорошей парой: не пили, не курили… Хотя стой! Нет, мы вместе с ней смолили на улице, когда курить в барах запретили.       Дин знал, что этот закон одинаков не во всех штатах, поэтому переспросил:       – А когда это было?       – Как раз пару лет назад, перед тем, как Рокси и Алдо разошлись. Но пила она точно только газировку. Дин хотел продолжить расспросы, но тут барменша – уже другая, не Гарри – позвала:       – Эй, Джейми, помоги ка, а! Я тут загибаюсь!       – Извини, – бормотнул Дин. – Сколько я должен?       – Подойди по-позже, – Джеймс снова улыбнулся, но не язвительно, а куда добрее.       Когда Дин возвращался к столику, нагруженный пивом, в груди у него разрасталось что-то теплое. Точно вид и разговор с тем мужчиной за барной стойкой ему даже слишком запал в душу. Тем более, редко старшему Винчестеру удавалось попасться на приличного, не смущающегося и не скрывающего своих предпочтений парня. Впрочем, это что-то, что всколыхнуло душу Дина, тут же остыло и рассыпалось, когда «Скоттсо» приступила ко второму куплету «Smoke on the Water». Дин тут же клятвенно пообещал себе, что сменит рингтон, как только придумает способ спросить Сэма, как это делается, так, чтобы младший брат его не задразнил. «Долго же думать придется..»       К концу выступления Дин сбегал к барной стойке еще три раза и только в последний раз удалось поболтать с Джеймсом, пока снова не вмешалась его напарница. Та сразу в наглую залюбовалась при виде красавчика, начиная флиртовать. Болтать с Джеймсом, попутно отбиваться от любвиобильных атак от девушки Дину определенно понравилось. Однако дела не ждали: Алдо направился к уборной, и Дин пошел следом, тем более что бруклинское светлое как раз о себе напомнило.

***

      Дин вернулся к столику, за которым Сэм разговаривал с Манфредом и барабанщиком, имя которого старший Винчестер тоже запамятовал. Сэм все еще смаковал остатки пива: в присутствии брата он не рискнул заказывать джин с тоником – а его собеседники пили что-то прозрачное, в котором Дин опознал то ли обычную водку, то ли хорошую текилу. Разговор затянулся о деле, парни продолжали пытаться аккуратно разузнать больше о призраке по имени Рокси.       Они еще поговорили, а потом Манфред с барабанщиком вернулись на сцену готовиться к выступлению. Дин рассказал брату, что услышал от Алдо. Сэм опустил подбородок на кулаки:       – Думаешь, это Алдо убил Рокси?       – А ты думаешь по-другому? Подумай, Сэмми, это же вечная история, такое сплошь и рядом случается. Они ссорятся, он ее убивает и прикапывает где-нибудь.       Сэм кивнул:       – А потом она возвращается призраком и преследует… Манфреда? Вот этой части я не пойму.       Дин пожал плечами:       – Или это Манфред ее кокнул.       Сэм покачал головой:       – Манфред до сегодняшнего утра о ней и не помнил даже.       – Он сказал, что не помнит прошлую неделю, – Дин поднялся. – Пойду еще пива возьму. Если Рокси вернется сегодня ночью, попробуем позвать ее по имени. Вдруг откликнется.       Предположение было смелое, но некоторые призраки действительно вступали в беседу. Если так, первым подозреваемым выступал Алдо. Дин подошел к барной стойке, протиснулся между двумя мужичками, которые по ощущениям посещали младшую школу вместе с Манфредом, и помахал своему Джеймсу. «Секундочку!» – одними губами отозвался он, смешивая одновременно несколько напитков. Тут Алдо начал соло к «Born to Be Wild», и Дин обнаружил, что искренне наслаждается выступлением предполагаемого убийцы.       «Забавная у меня жизнь», – насмешливо подумал он.       Джеймс вручил двум парням стаканы, и те с полными руками отчалили к своему столику.       – Опять бруклинское? – уточнил Джеймс.       – Ага.       Что-то в его голосе изменилось. Он наполнил стакан и поставил перед Дином:       – Дин, слушай, мне нравится все это, но можно кое-что спросить?       – Валяй, – кивнул Дин.       – К чему ты клонишь?       – В смысле? – нахмурился Дин.       – В смысле, чего ты пытаешься достичь? Ты сказал, что из другого города, так? Значит, скоро туда вернешься.       – Ну да. Я просто…       – Фактически, все это может вылиться только в развлекушки на одну ночь. Ладно, на две максимум. Дин от такой прямоты онемел. Честность не занимала большого места в его любовных делах (и не только любовных, надо признать), так что он совсем потерялся. Джеймс казался действительно очень открытым.       – Дин, ты парень вежливый, веселый, довольно красивый..       Дин просиял.       – .. и ты это прекрасно знаешь. И пользуешься.       – Ну.. спасибо.       – Да, это был комплимент. Но.. – Джеймс тяжело вздохнул, – десять лет назад я бы с тобой полностью согласился. А сейчас? Слушай, буду говорить как типичная матушка за сорок. Я не в том возрасте, когда знакомятся на одну ночь. Если я собираюсь переспать с кем то, то хочу постоянных отношений, понимаешь? – он внезапно расплылся в широкой улыбке. – Дин, у тебя такое лицо, будто я твою любимую собачку переехал. Дин яростно заморгал, чтобы согнать с лица это выражение (и как оно там очутилось?):       – Слушай, Джеймс, я… прости… Я не..       – Боже, Дин, не извиняйся! Черт, ты классно скрасил мне неделю. Поверь, мы с друзьями будем подробности еще год обсасывать. Знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то, хоть наполовину такой же горячий парень, как ты, позарился на мой жирный зад?       – Джеймс, – торжественно проговорил Дин. – Если бы я описывал твой зад, я бы никогда не употребил слово «жирный», считая это слово самым ужасным во вселенной. Я бы описал совершенно противоположно.       – Спасибо..       И чувствуя, что терять больше нечего, Дин добавил:       – И вот еще… Да, ты прав, я бы уделил тебе ночь или две максимум, но… – он ухмыльнулся. – Это была бы чертовски горячая ночка.       Он ушел прежде, чем Джеймс успел открыть рот.       Ну конечно, конечно он был совершенно прав: шансов на что-то, кроме разового перепихона, не было никогда. После встречи с Кэсси Дин понял, что не получится завести постоянные отношения, вот поэтому и клеился к юным особам, которым только и надо было, что расслабиться разок. Он был уверен, что они не верили и в половину его комплиментов – просто поддерживали игру.       Дин опустился на стул, и Сэм взволнованно уставился на него:       – Чувак, что с тобой? У тебя такое лицо, будто кто-то переехал твою любимую собачку.       Дин молча уткнулся в кружку.