𝔇𝔬𝔟𝔯𝔬𝔡𝔢𝔱𝔢𝔩𝔦 𝔰𝔢𝔪𝔦 𝔤𝔯𝔢𝔥𝔬𝔳

⸸ Глава 2 ⸸ Грех нашёл тебя святая, не показывай свой страх. Голос разума послушай, не поддавайся панике сейчас. День ответов будет скоро, Деве будет нелегко. Принять себя и свою участь возродиться, стань иной. Эйден – Проклятье, когда я уже донесу этот тяжелый пуфик на спине, тащить ее это пытка, она что камни жует!? – Возмущался я, когда тело зеленоглазки просто сваливалось с моей спины сразу с двух сторон! – Если бы Рейчел услышала это, то царство тебе небесное! – Прошипела Дженнифер укоризненным тоном. – И вообще, прекрати ее трясти, как мешок с картофелем! – Причитала девушка, беспокоясь за подругу. – В смысле? Я разве не предупреждал вас? Она совсем отчаянная раз решила, что сможет сбежать, кстати, как и ты! – Выпалил я уже не в силах сдерживать холодный тон, когда Дженн начала меня передергивать. – И прекрати злить меня, если не хочешь откинуться до прихода в резиденцию или раньше, чем этот мешком с картошкой! – Второй раз дернул своим плечом, через которое висело обездвиженное тело зеленоглазки. Мы шли уже минут сорок по долине грешников в сторону нашей резиденции. Хотя до моего владения было бы ближе, но сдается мне, Юджин не захочет тратить свое время на ожидание, как всегда. Поэтому мне, … а теперь уже нам, пришлось на своих двоих идти два часа до пункта назначения. Засранец Линдсей, накаркал, что может понадобиться карета, вот теперь расплачиваюсь! Мало того, несу эту жижу на плече, так еще и обуза в виде ведьмы присела мне на хвост. Кстати об этой обузе. Дженнифер, как я помню, назвала ее зеленоглазка, можно сказать, слегка меня удивила у входа в туннель. Когда это безнадежное, висящее на мне, подобие леди со всей дури впечаталось в гравитационный купол, то молниеносно отключилась даже, думаю, все звездочки на небе собрала. Я действительно сдерживал себя, чтоб не прыснуть со смеху. Но легкая усмешка все же нашла отражение на моем лице по мере моего приближения к смертным, ну на счет второй – не знал, думал, может она уже откинулась и на том свете планирует план мести. Увы, эта хилая девчонка оказалась живучей, и, к счастью, Юджин не расстроится. После отключки зеленоглазки я был вынужден остановиться в шести метрах от девушек, так как Дженнифер явно нервничала из-за состояния подруги и накаленной обстановки, ее руки дергались, тело пошатывалось. Потом она повернулась всем телом, оставаясь в полуприседе, оценивая меня как смертельную угрозу. Выставив нож в мою сторону, Дженнифер заняла стойку, готовясь к защите их двоих, во что бы то ни стало. Обычно в глазах смертных, я видел только страх, мольбу, отчаяние, сожаление, но потом все равно их ждала смерть, а на унижения было противно смотреть. Я видел, как родные предавали друг друга, чтобы спасти свои жалкие шкуры, но с ней другая история. В ее глазах не было ни одной из этих омерзительных эмоций, клянусь, она была готова прожечь меня своим взглядом, но не убивать. Она хотела не моей смерти, а защиты для подруги, даже если эта защита ей дорого обойдется. Ей было что терять, а мне – нет, тем более я знал исход, но и понять я не могу, почему сразу не прикончил эту смертную девчонку ведьмовских кровей? Возможно, ответ появится позже. Тем не менее, она первая смертная, кого я не убил, но ей об этом знать не обязательно. Но и слова, что она сказала тогда, были сильными для нее: «Если в твоих руках она перестанет дышать, даже после того как ты и меня убьешь, я сделаю все что угодно, чтобы даже с того света тебя достать». При этом девушка указывала острием клинка на ночное небо. Зрелище было впечатляющим, не передать словами насколько, я даже немного замер, будто реально испугался и поверил ей, что совсем не так. На удивление мой гнев даже не пытался вырваться, и я как завороженный слушал и смотрел на эту картину. Но потом я был готов забрать свои слова обратно. Когда я поднял тело нейтрала на плечо, то сказал Дженнифер проваливать, даровал жизнь. Так эта ненормальная сама себе подписала приговор, сказав о том, что идет в комплекте с этой дамочкой в отрубе. Если бы она не была отпрыском ведьмы, я бы точно похоронил ее одной рукой здесь у входа в туннель от такой наглости. Пусть Юджин решает ее судьбу, она не знает, на что идет и куда идет, это была точка невозврата, как обычно и говорит он, судьбоносное решение. Эта женщина продержалась всего сорок минут, искоса поглядывая на меня, то смотря на зеленоглазку. После сорокаминутного молчания на меня словно град из пик посыпался – огромное количество вопросов, я бы сказал дохрена, я столько слов не говорил за всю жизнь, сколько она натарахтела за пять минут! Она просто интеллектуально и словесно изнасиловала мой мозг! Но ради сведений пришлось заткнуть ее постоянно работающую коробку, под названием «Шоковая Мельница». –Расскажи о себе, маленькая ведьма.– Сказал я, с надеждой, что ее заминка для сбора мыслей, даст мне несколько секунд покоя, но не тут-то было. –Зачем мне просто так выдавать компромат о себе?– Задумалась она. –Я должен понять, что могу ожидать от такой спонтанной леди. – Пояснил я с уставшим вздохом. –Так весь азарт в непредсказуемости, скажу только одно - жила себе девушка, она была доброй и всех любила, когда выспится, но ... – На ее лицо появилась ухмылка. –Но? –Но, жаль, высыпалась она редко, поэтому не советую ей попадаться под горячую руку, а то пойдешь вслед за соседским петухом. – Думаю, она намекала на свою зубочистку похожую на кухонный нож в лучшем случае. – Что ж, взамен я отвечу на любой твой вопрос из той кучи, которая чуть не сделала меня калекой. – Два. – Показала пальцами девушка. – Два коротких вопроса, в пределах трех слов. А после должна быть тишина.– Уточнил я. – Мое имя Дженнифер Сеинт … – Начала она медленно и более-менее тихо, так хоть моя голова начала немного приходить в себя. – Я занимаюсь гаданием, сама из самой простой семьи, живу с Рейчел, что нежится на твоем плече, вырастила нас с ней моя бабушка, всю жизнь прожили в Сан-Шато. – Вот оно что, значит, я был прав, что ты необычный человек. – Сообщил я, довольный собой, мой голос предательски меня выдал. – У меня два вопроса, как и договаривались. – Констатировала Дженн, не отступая от своего. – Кто ты такой? Куда мы идем? – Спросила она, выжидательно пялясь, будто это как-то ей поможет. Я зло улыбнулся, склонил голову набок, так чтобы видеть каждую черту ее лица и движение тела, пока мы идем, осмотрел девушку специально от головы до пят с прищуром. – Ты потерял дар речи от моей красоты и незаурядного обаяния? Прошу, не стоит, был уговор, не увиливай! – На ее лице появились нахмуренные брови, толстой окантовки, что выглядело не угрожающе, а скорее мило. – Не льсти себе, ведьмочка. Мое имя Эйден Вайлд … – Я спросила, не как тебя зовут, а спросила кто ты? – Быстро поправила Дженнифер. – Чтобы получить ответ, не перебивай, женщина, я не закончил отвечать. – Сказал я, упрекая девушку. – Я Эйден Вайлд, и я являюсь одним из семи смертных грехов, правящих в долине грешников. Идем мы в резиденцию грехов. На этом все. Если ты задашь еще хоть один вопрос, то закончишь как она. – Показательно уже как в третий раз, дернул плечом. – Рейчел была права, ты точно сумасшедший псих. – Едва слышно произнесла девушка в ответ, но ее глаза явно были удивлены от моих слов. – Это мы еще посмотрим, кто из нас сильнее тронут умом. И я сказал о тишине! – Сказал я и одним рывком обогнал Дженни, давая ей понять, что диалог окончен. Мы шли еще где-то полтора часа, так как женскому балласту на моем хвосте приходилось отдыхать. Я подгонял ее, как мог, в ответ лишь слышал, как она огрызается или шепотом возмущается. В общем, развлекался я, как мог в компании непредсказуемой женщины и мешка с картофелем на плече. Через время на холме стала видна крыша и фасад здания резиденции семи грехов. Я привык к этому виду, поэтому меня картина ничуть не впечатляла, что не скажешь о спутнице. – Невероятно … И это скрывалось по ту сторону туннеля, когда святые сестры запугивали население, запрещая приближаться к нему … – Прошептала девушка, не отрывая глаз от нашей долины, полностью покрытую темно-зеленой, местами ближе к черной, растительностью. – Не спеши с выводами, маленькая ведьмочка, не все, что ты видишь, является таковым. И мы двинулись с холма вперед к воротам резиденции грехов, где наверно эта девушка распрощается с жизнью. Она еще не поняла, что идет на верную смерть, цепляясь за свою подругу, которой уже не помочь, так как она нейтрал… Рейчел Я слышала голоса, они спорили. Просто скажите, что я уже умерла, потому что чувствую, открыв глаза, все изменится и жизнь не будет прежней. А так страшусь резких перемен и злюсь, когда все идет не по моему сценарию. Я хочу, чтобы этот ужасный вечер был лишь похожим на реалистичный сон и не больше. Осознание, как и воспоминания, нахлынуло на меня, я невольно содрогнулась, и опять послышались разговоры. Голова раскалывалась, видимо я налетела на что-то, когда мы убегали. Раз я отключилась, значит Дженн осталась одна, и этот человек мог ее убить … нет, такого точно не могло произойти, нет-нет, я должна очнуться, причем срочно! Голоса стихли окончательно. Я подавила всхлип, при очередной, но наконец-то удачной, попытке поднять голову с плеча. Мои зрачки не могли сразу сосредоточиться на чем-то, все в округе было ходуном, а резкий свет из окна обжигал лицо, от чего глаза вдобавок слезились. Оказывается, я сидела на стуле из бежевой древесины, пристегнутая, мать твою, к стулу! Паника не заставила себя долго ждать, а просто с ноги открыла дверь в моем сознании, и меня начало поддергивать так, что едва был слышен звон цепи. Чтобы отвлечься от дурных мыслей, я начала изучать обстановку помещения. Довольно просторная комната, скорее всего кабинет, я в таких помещениях явно не была раньше – стены, полы и потолки были в белых и светло-бежевых тонах, сзади меня массивная черная дверь. По бокам друг за другом через полметра шли стеклянные окна, тянущиеся от самого потолка до пола, которые украшали прозрачные шторы из мелкой сеточки. Никогда не видела такой роскоши, у меня отвисла челюсть и, кажется, остановилось дыхание. У мебели была серая и мягкая обивка, если бы не цепи, все было бы прекрасно! Выделялся из всей этой безмятежной картины помимо двери черный, совершенно не вписывающийся в остановку кабинета, грубый письменный стол прям напротив меня. Не представляю, сколько он стоит, даже думать не хочу, за всю жизнь только половину суммы насобирала бы и то, не учитывая еду и сон. Большой ковер в черно-белую полоску непонятной волнообразной формы тянется от угольного стола в мою сторону и заканчивается буквально за несколько сантиметров до передней ножки стула, на котором меня пристегнули, как собаку сутулую! Кстати о стульях, меня удивило, что за таким весомым предметом мебели, как этот стол, должно стоять не менее величественное кресло. Если бы зашел сюда Хенк, то у него бы случился такой приступ восхищения от этой обстановки, он бы умолял, ползал в ногах, прося о возможности пошить хотя бы шторы для этой невероятной комнаты. Внезапно за дверью послышались шаги и отдаленные разговоры. Я вернулась в реальность и заерзала на стуле, пытаясь понять, где примерно я нахожусь. Заглянув в окно, я ужаснулась мысли, что местность мне совершенно не знакома, так же как и природа. Куда бы я ни побежала, это чужая территория, а значит проигрыш, тем более, еще неизвестно, что с Дженнифер. Клянусь, если этот псих, что-нибудь с ней сделал, я его… Мой поток угроз прерывала открывающаяся черная дверь за спиной, я затаила дыхание, совершенно не зная, кто за спиной. – Надеюсь, вы очнулись, смертная леди. – Прозвучал ровный и спокойный голос мужчины, который был наверно уже в возрасте. – Думаю, не столь прилично разговаривать, пользуясь неспособностью оппонента к телодвижениям. – Мой голос был под стать собеседнику. – Господин, приказал сопроводить вас на террасу, как только вы очнетесь. – Сухо ответил тот, как будто эту фразу он повторяет каждый раз перед сном. – Я не обязана подчиняться его приказам, развяжите меня. – Сопротивлялась я. – Собственно, вас никто не спрашивал, и по рассказам одного из графов, вы довольно, … – Помедлил мужчина, обходя меня со спины. – Своенравная, а это неудобства. – Наконец он стоял уже перед лицом и буквально последнее слово, наклонившись, выплюнул мне в лицо. Я не понимаю, они с Хенком случайно не родственники? Какого черта всем нравиться брызгать слюной в мою сторону при диалоге? – Я сниму оковы, однако, – Спокойным, уверенным голосом вещает мужчина, что его слова эхом разносятся по помещению. – Вы будете вести себя тише воды, ниже травы, это ради вас обеих. – Делая акцент именно на конце предложения, мужчина встал в ровную стойку. Я поняла две вещи. То, что Дженнифер тоже здесь, и то, что она жива. Легкое облегчение порадовало меня на мгновение, но я поняла, что деловой старичок в белом смокинге со шляпой и круглым стеклом на одном из глаз, не знаю что это такое, но выглядит не очень, серьезен. Состоятельных людей мне не понять. Смотря в пронзительно синие глаза мужичка, понимаю, как выгляжу на его фоне, отражаясь в его зрачках. Измазанная в земле, припыленная синяя рубашка, потрепанные и затертые рукава, шоколадного цвета жилет без пуговиц, коричневые штаны вообще приобрели зеленоватый оттенок местами, наверно, этот любитель сигар, на которого мы наткнулись, посодействовал моему виду. Сапоги просто оставляют желать лучшего. – Ваш ответ, леди? – Дернул бровью седовласый мужчина в возрасте. – У меня нет выхода, я согласна. – Опустила я голову вниз. Просто ненавижу, когда меня заставляют, я готова кричать, истерить, биться в конвульсиях, только не следовать чьим-то нравоучениям, поэтому я прикусила щеку изнутри, чтобы отвлечься на боль. Это мой метод, благодаря которому я не покалечила ещё ни оного своего клиента. – Что ж, тогда самое время представиться. Меня зовут Дарий, я главный дворецкий дома, сейчас вас приведем в более приемлемый вид, и вы встретитесь с Господином. – Говорил он монотонно, как будто, так и должно быть, такое впечатление, что он читал мои мысли, а это напрягало мои нервы. – Кто ваш Господин? – Мой вопрос явно ошарашил дворецкого, да так, что у того брови взлетели до потолка, а то и выше. – Ох, простите мою оплошность. С годами вошло в привычку. Господином резиденции является граф Юджин Дарвуд, он и есть тот, кто держит в узде всю долину грехов. Его можно назвать правителем, но он не любит когда так делают. Рейчел Меня одели с иголочки. Такие одеяния мое тело даже не знало, я и подумать не могла, что когда-нибудь прикоснусь к столь дорогим одеждам. Но тот факт, что на меня нацепили, как мне сказали, шифоновое платье цвета спелой сливы с разлетающимися рукавами, длинной едва выше колена, заставил меня просто перебрать весь запас брани, ведь платья могли себе позволить только обеспеченные девушки. А я не такая, не привыкла к роскоши. Поэтому всегда носила простые рубашки, свободные брюки и сапоги на небольшой возвышенности. Дарий, после того как освободил меня от цепи, попросил следовать за ним. Мы вышли в обширный холл, дворецкий повел меня на четвертый этаж здания, которое, честное слово, напоминало старинный замок. Поднявшись, он завел меня в коридор, потом мы кружили в пролетах между ними, и я запуталась окончательно в лабиринте здания. Наконец, заведя в комнату обставленной в изумрудных и бежевых оттенках, дворецкий похлопал в ладоши, как из скрытой каморки вылетела пара слуг, как я поняла. Две девушки в форме горничных кружили надо мной как коршуны, в обстановке гробового молчания. Одна из них, что более юна, имеет интересный цвет смуглой кожи и глаз цвета хаки. Чтобы я не спросила, они игнорируют, даже не запинаются в заученных движениях, когда я обращаюсь в одиннадцатый раз. Одна уже закончила копаться в моих волосах, придавая коричневым локонам цвета темной карамели легкую волну. Другая служанка, что старше, занималась моей гематомой, которая была по большей части скрыта за волосами головы, но отек стал заметен на виске. Я удивилась, когда женщина закончила свою работу, синяка как не было! Конечно, мой голос поблагодарила девушек, когда они собрались выходить с помещения, но те, как обычно, ответили мне своим молчанием. Дарий, как и обещал, повел меня на террасу. Я понятие не имею, что значит на их богатом языке слово «терраса», не думаю, что это что-то плохое. Мы подошли к прозрачным дверям, что ведут к прекрасному виду на горные хребты и дикую природу. Открытая площадка располагалась отчасти на крыше замка, вид был потрясающий, в дали я могла заметить очертания какого-то водоема и целый сад плакучих ив. Удивительно. Терраса же была огороженная перилами, там стояло несколько диванов и пара кресел, на которых располагались трое мужчин. Тело одного из них растянулось по всей длине однотонного серого дивана. Я даже задумывалась, а дышит ли он вообще? Настолько единая картина, что он как будто прирос к мебели. У этого рыжеволосого юноши, шляпа прикрывала линию взгляда, чтобы лучи солнца не дали ослепить глаза и не прогнали сон. В последний момент Дарий накидывает на меня свой белый пиджак, так как на улице было далеко не тепло, в балетках, считай я иду как босая. Дворецкий был с удлиненными седыми волосами, которые трепал легкий ветерок. Он подошел к мужчине в сером костюме, который сидел спиной ко мне. Пока мой взгляд перешел к третьему, я чуть не подавилась своим же рыком. Третий молодой человек был тем, кто собственно и напал на нас с Дженнифер, только теперь он отличался лишь тем, что надел маску в форме оскала какого-то хищника, которая закрывала только нижнюю часть лица. Мужчина, что сидел ко мне спиной, кивнул Дарию после длинного разговора, и дворецкий направился в мою сторону, после подводя меня к компании подозрительных парней. Как только я вошла в поле зрения всех присутствующих, мужчина в сером костюме оторвался от листания книги. У него была особенность с радужкой глаз, одна была цвета стали, другая цвета лазурного неба. Как только наши взгляды встретились, он замер, но едва заметно дернулся и отвел взгляд. Понятия не имею, что он так уставился, но единственный кто меня волновал, так этот псих с сигарой, поэтому в следующую секунду я смотрела в глаза янтарного цвета, чтобы начать потрошить его хотя бы мысленно. – Чего ты так пялишься на меня в упор? – Рявкнул тот, явно недовольно. Я заметила свежую ссадину над его бровью. Одновременно была расстроена, что его не разукрасили до смерти, и то что, его идеальный образ, претерпел повреждение. Художник во мне бушевал, но Дженнифер волновала первостепенно, за нее я бы собственноручно уработала его тем же фонарем или корзиной. Эх, я так и не закончила свою работу … к черту все, нам с Дженн нужно выжить, во что бы то ни стало. Но и терпение мое на исходе. – Извини, … я не понимаю твоего собачьего языка. – Сказала я безразличным голосом, едва самой узнаваемый. Даже парень на диване зашевелился, отодвинув шляпу, чтобы я попалась ему в поле зрения. Он лишь улыбнулся, закинул руки за голову и продолжил свой отдых. – Не неси бред, меня аж передергивает, грохну и будет грустно. – Сказал наш похититель, с предостерегающим взглядом, что с ним лучше не шутить. – Довольно, – сказал мужчина в сером, – Эйден, ты был прав … Как твое имя, смертная? И советую говорить правду, думаю, Дарий донес тебе всю нужную информацию. – Поднял взгляд снова на меня парень. Вид парня в сером костюме и голубой рубашке под цвет глаз, настораживал и восхищал. Ощущения примерно были те же, что и при встрече с психом, только острее. Трое парней были примерно одного возраста. Каменное выражение лица разноглазого парня придавало остроту его скулам, заметна была тонкая линия вступающих губ и идеально прямой нос. Светлая копна волос была идеально зачёсана назад, а у висков прическа заметно укорочена. Страсть к художественному искусству просто готова была запомнить этот момент до каждой мелочи, чтобы потом воплотить в шедевр. Его высокомерный образ, одновременно восхищал и выводил из себя. – Рейчел Хэйзи. – Поджала губы я, чтобы не сказать лишнего ради Дженни. – Рейчел, что же ты делала в окрестностях туннеля и темного леса, ведь вам, смертным, запрещено приближаться? – Продолжил блондин, перелистывая страницы книги, уже не смотря на меня. – Для начала я должна понимать с кем я говорю… – Ягненок, ты не в том положении, чтобы ставить условия, но … сегодня я тебе уступлю. – Загадочно посмотрел он. – Но это в первый и последний раз … Мое имя Юджин Дарвуд, я главный из семи смертных грехов и управляю долиной грешников. Опять это несусветный бред, про семь грехов, святых добродетелей, уничтожение первых, исчезновения людей в округе туннеля. На меня накатили воспоминания о пропаже родителей, которые, как говорила Моргана, были одержимы святыми и религиозными текстами. Уж слишком верили в несуществующее, возможно это их и погубило. Вспомнился момент, когда брат Дженнифер собирал вещи, попутно ругался с Морганой, слезы подруги, которая умоляла его остаться. Парень был одержим своими принципами и сектантскими идеями, ради которых под предлогом облегчить нам жизнь отправился, бог знает куда. Бабушке хотелось верить, что в более подходящее место, чем наш дом. – Чушь! – Не выдержала я, вспоминая молитвенную оду на площади Сан-Шато. – Это полная ересь! Я не верю в эти ваши мифы, молитвенные оды и прочую чепуху. – Ты даже не понимаешь своим крохотным мозгом, кому ты это говоришь. – Вздохнул Дарвуд. – Что ж, раз дева требует зрелищ, будь, по-твоему. – Спокойно без эмоций сообщил Юджин, как будто был к этому готов. – Сыграем в игру. Выбери цвет, красный или синий. – Оставьте свои развлечения для других, я хочу лишь забрать домой подругу и уйти. Оставьте нас в покое. – Я почти шепотом произнесла, все еще помня о Дженнифер. – Неверный ответ, леди. – Настороженный голос парня в сером не предвещал хорошего. Красный или синий? – Уже зло твердил он. – Иди к черту, Юджин Дарвуд! – Не выдержала я, рассекая воздух своей рукой по горизонтали. – Видимо, ты не понимаешь опасность ситуации. Придется тебя заставить поверить. – Начал Юджин, затем с предвкушением и нечеловечным оскалом продолжил. – На колени, Рейчел Хэйзи! Его слова для меня прозвучали, как резкий звон в ушах, но в то же время отдаленно, впечатление было, будто я их где-то слышала уже раньше, но не помню когда и где. Когда я понимаю, что он говорить это всерьез, накатывает волна ужаса. Так и хочется заорать: «Господь, услышь меня и забери к себе ещё одну всемирную проблему – меня!» – Ты в своем уме вообще? – Таращась на Юджина, выпалила я. – Я сказал на колени! А мои приказы абсолютны. – С презрением взглянул тот. Одного его щелчка пальцами хватило, чтобы некие призрачные две рука надавили мне на плечи, и я, невольно, сама того не замечая, как стояла уже на четвереньках перед этим кретином. Как только я осознала положение дел, я резко встала вновь на ноги, лицо заполнил румянец от стыда. Чувство непонимания произошедшего, невозможность объяснить – раздражало. – Повторим, пройденный материал. Красный или синий? – Спокойно Юджин начал вновь листать книгу, как ни в чем не бывало. – Что ты такое? – С отвращением прохрипела я. Юджин резко встал, откинул книгу на кофейный столик у кресла, подошел ко мне в два шага, схватил меня за ворот платья и грубо встряхнул. Пиджак Дария упала с моих плеч на деревянную мозаику пола, потом недовольный мужчина притянул к себе, чтобы заглянуть мне в глаза. Я была вынуждена прогнуться под его натиском и давлением, при этом он был ростом на две головы выше меня. Лучше бы он уж сидел там в своем кресле и листал чертову книгу! – Неверный ответ. Снова. Последний шанс, Рейчел. – Прошептал мне на ухо Юджин. – Синий… – сказала я. Юджин тут же резко отпустил, почти толкая. Блондин, добившись желаемого, победоносно вернулся на свое тронное место в кресле. – Линдсей … давай. – Сухо приказал Дарвуд, сев в кресло и опершись на подлокотник, пальцами придерживая подбородок. Было ощущение, что представление его забавляло, чего не скажешь про меня. Я была не в силах предположить, на что способен этот парень. –Проклятье, ну почему не красный? Уберите эту смертную с моих глаз! В ее присутствии мне хочется делать то, что обычно мне лень. – Парень, почти ноя, принимал сидячую позу на диване и зевал. ¬– И что же это? – Спросил Эйден, сложив руки крест-накрест. –Двигаться и говорить. – Прошипел недовольно Линдсей, уже подходя ко мне. – Ох, лучше бы ты выбрала красный, меньше шансов на отключку. – Он резко обхватил мою голову с двух сторон своими руками, и мрак вокруг меня окутал в своих объятиях, как давно блудное дитя. Мне виделись кошмары, как погибала Дженнифер раз за разом по моей причине, как у меня не получалось ее спасти, и как я осталась одна. Все мои надуманные страхи один за другим вылезали наружу. Казалось, этому нет предела. Я очнулась на диване, где до этого безмятежно располагался Линдсей, от собственного крика, тяжело дышала, пыталась спрятать дрожащие руки куда угодно, лишь бы никто не видел. Осмотревшись, ни Эйдена, ни Линдсея с дворецким уже не было рядом, кроме скучающего Юджина, листающего ту же книгу, что и сначала. – А теперь вернемся к моим вопросам, если не хочешь дежавю вроде похожего сна каждую ночь. – Безразлично и высокомерно констатировал тот. – Я жду. Я до крови прикусила губы изнутри, из-за непонимания, что со мной происходило, действительно ощущалась безысходность, плюс не знание до сих пор, где Дженни, сводило с ума. Я в проигрыше как не крути, придется играть пока по его правилам, ибо в таком темпе не проживу долго. – Я художница, делаю краски из натуральных материалов, поэтому отправилась в лес. – Искривив губы, выдала ему то, что он хотел. – Должен сказать, когда я проснулся утром, я не думал, что сегодня какая-нибудь смертная подпортит мой распорядок дня. Как будешь искупать свои ошибки? – Посмотрел парень мне прямо в глаза. Пронзительный взгляд разноцветных глаз, как будто видел меня насквозь, читал, как открытую книгу, как та, что у него в руках. Хотелось спрятаться, чтобы хоть как-то скрыть свои скелеты в шкафу. – Я ничего не умею, кроме как работать с кистью, красками и холстом. – Пытаясь сесть, старалась, как могла, скрыть удивление. Искупать ошибки, которые я не думала, что совершила. Незнание, дает он понять, не о чем ему не говорит. – Что ж, тогда твоя с подругой свобода в обмен на мой персональный портрет в наилучшем исполнении. Ты можешь подумать … – Протянул Юджин, точно зная, что меня это заинтересует. – Я согласна. – Не думая ответила я. – Отлично. – Он захлопнул книгу, которую листал все это время, и швырну ее мне на столешницу. – А пока узнай о нас получше, ягненок. – Он уже поднялся с кресла и двигался в сторону двери спиной ко мне. Я была озадачена и не сразу заметила черный рисунок на его выбритом светлом затылке в форме короны и скипетра скрещенных между собой. Что бы это не значило, но, кажется из-за меня, мы с Дженни влипли по макушку в загадочное и опасное дерьмо, которое обеим придется расхлебывать.