Омега для миллиардера

Лёгкий ветер как обычно врывается в комнату и колышет полупрозрачный тюль. И выглядывающая щиколотка с под одеяла тут же пропала из виду, как только по комнате разошёлся сквозняк. Слишком холодно, Чимин принял сидячее положение, потирая глаза, нужно закрыть чёртово окно. Он как ни в чём не бывало медленно направился к "источнику холода" и закрыл его, а повернувшись, остался стоять в ступоре, хлопая длинными ресницами. Во-первых, какого чёрта здесь Юнги? Во-вторых, он никогда не засыпает в одних боксёрах. Ещё минуту Чим переваривал всю информацию и вспомнил о вчерашнем инциденте. Можно закрыть глаза на всё, кроме его течки. Стабилизаторы ещё работают, но он никак не может понять, что забыл Юнги в его комнате. Поэтому подобрался к нему и сел на край кровати, прикрывая одеялом свои ноги. — Юнги, — охрипшим голосом начал Пак и тут же взялся за горло, болезненно сглотнув ком в горле. Не стоило вчера "гулять" под дождём. Есть одно "но". Он тоже гордый... Вчера Юнги повёл себя, как последний идиот, и даже не извинился. Он же не может растаять перед ним так просто... Хотя одного взгляда достаточно, чтобы простить ему всё. Чимин тихо открыл шкаф и достал шорты, а сам скрылся за стеной. Стоило ему оглядеть себя и вещи которые на нём, он удивлённо округлил глаза. Мало того, что от него не воняет, как от течного омеги, так он ещё и переодет! Юнги даже не составило труда раздеть его полностью, а значит... Возможно ли, что между ними что-то было прошлой ночью? Чимин теряет голову при течке, как и любой омега. Вспомнить ничего не может. Возможно, он с Юнги вчера сгорал от страсти, а он даже не помнит всего этого! Он всегда знал, что оставаться у альфы дома это "ой как не хорошо", и к добру это не приведёт. В отчаянии Чимин решился дождаться, пока проснётся Юнги, чтобы потребовать объяснений, поэтому лёг на диване в гостиной, вновь приняв стабилизаторы, которые валялись на кухонной тумбочке. Он и не заметил, как царство Морфея унесло его за собой. Чимин проснулся из-за того, что почувствовал трепетные касания на своей щеке, открыв глаза, он увидел перед собой лицо Юнги. Он затаил дыхание, ведь впервые Юнги смотрит на него с такой нежностью во взгляде и вообще смотрит в глаза! Чим пришёл в себя, когда тот отвёл взгляд на его губы, поэтому поднялся к спинке дивана, наблюдая за Юнги. — Прости за вчерашнее... — шёпотом начал тот, всё так же не убирая руки от личика Чимина. Чим в непонятках чуть приоткрыл губы, не понимая, что происходит. Перед ним такой Юнги впервые. Мин вновь спускает ласковый взгляд к пухлым губам, и водит рукой по щеке, а после перемещает на подбородок, нежно притягивая его к себе, заглядывает в глаза и не видит там запрета, поэтому мягко накрывает его губы и пускает в ход горячий язык, переплетая их языки. Чимин отвечает ему парой движений, ему нравится чувствовать тёплые поцелуи, но он до сих пор не понимает, что происходит. Юнги так же медленно отстраняется и приподнимает уголки губ, замечая румянец и растерянный взгляд омеги. — Я скрывал свои чувства, потому что боялся ранить тебя. Но впредь, буду очень осторожным с тобой, потому что я без ума от тебя, — Юнги вновь затягивает его в чуткий поцелуй, на который Чимин не в силе отказать ему. В нём просыпается желание прикоснуться к нему, таким нежным Юнги ещё не был перед ним, ему нравится каждый раз открывать для себя нового Мина. Юнги аккуратно, чтобы тот вдруг не оттолкнул его, прикасается к чужим плечам и обволакивает его в свои объятия, не обрывая поцелуй. — «Разве нельзя было быть таким с самого начала..? Для чего он отталкивал меня? Чтобы сейчас признаться? Может, его что-то напугало?» В любом случае, сердце Чимина трепещет перед ним. Он уткнулся носом в чужую шею, вдыхая аромат мяты, который так сильно расслабляет его. И чувствует, как Юнги обнимает его так же сильно, запуская одну руку в шелковистые волосы. — Ты сильно нравишься мне, — невинно бубнит Чимин, лаская чувствительную шею своими губами. — Ты очень милый, — мямлит парень, его сердце уже растаяло перед Чимином. Всё, что он так отчаянно прятал в сердце, Чимин нашёл за одно мгновение. Их нежности прервал громкий звонок в дверь. — Наверное, доставили наш завтрак, — отстранившись, пробубнил Юнги и улыбнулся, заметив, как Чимин залился краской, опустив взгляд. — Я открою, — Юнги вновь приблизился, ванильно поцеловав его в губы и отправился в прихожую открывать двери. Чимин поверить не может в происходящее, до последнего верил в то, что всё это сон. Но нет. Он в той же одежде, на диване в гостиной где и засыпал, а прикосновения Юнги были слишком обострёнными. Он повалился на диван, вновь заливаясь краской, он по уши влюбился в него. *** Тэхён валяется на груди возлюбленного, вырисовывая непонятные узоры пальцем на оставленных вчера вечером царапинах, рассуждая об их отношениях и о том, что их ждёт в будущем, только спустя некоторое время поднимает подбородок, засматриваясь на черты лица, по которым так сильно скучал. Его ресницы, нос, изогнутые брови, губы и родинка под ними, это всё он любит каждой частицей своего тела. Поэтому приблизился к нему, целуя в закрытые глаза, уголки губ, мягкие скулы, и чувствует, как Чонгук отвечает ему своими касаниями на его талии, нежно поглаживая. Он вновь дорожной поцелуев спускается к губам, нежно сминая их и иногда оттягивая нижнюю. Чонгук тоже не железный, не выдержал совращения возлюбленного, поэтому впустил в ход язык, блуждая во рту и переплетая их в долгом поцелуе, отражающем всю нежность их любви. — Теперь от тебя будет зависеть всё, что касается меня, — грустно продолжил Тэхён, упершись руками об обнажённую грудь Чона. — Знал бы ты, что чувствую я, когда ты говоришь что-то таким тоном, — Чонгук обхватил его талию, прижимая того крепче к себе, а Тэ, уткнувшись носом в шею, целует его, вдыхая непередаваемый аромат его кожи. Сейчас хочется лишь одного: остановить время и остаться с ним в этой вечности. Но есть кое-что, что мешает ему сделать это. Липкая кожа. После вчерашней ночки он слишком вымотался, но выспался. В Лос-Анджелесе уже час дня. Парень лениво поднялся, стягивая с Чонгука одеяло, чтобы прикрыть обнажённое тело, но Чон тянет на себя, а Тэ тянется вместе с одеялом, как бонус. — Куда намылился? — усмехнулся парень, притягивая того к себе. Тэхён в недоумении смотрит ещё минуту, хлопая ресничками. — Хотел душ принять... — пробубнил он. — Окей, — Чон освободил парня со своих оков. Тэзён с подозрением на Чона направился в душ. Он же не мог отпустить его так просто... Да? В ванной он разделся и, закрыв прозрачную для вида кабинку, включил воду. Что может быть лучше тёплого душа..? Капли стекают по его телу, громко падая на пол, поток воды смывает за собой следы вчерашней ночи, но не ощущения. Закрыв глаза, он соблазнительно водит ладонями по своей коже, иногда задевая сокровенные участки и выгибается в спине, почувствовав, как тёплые руки притянули его к не менее горячему телу. Он откинулся на грудь позади себя и задержал наглые ручонки Чонгука, что так уверенно спускались по его талии. Он так и думал, Чонгук не мог отпустить его так просто. — Но... — Никаких "но", — рвано дышит на ухо Чонгук, целуя мягкими губами нежную шею ударным поцелуем, он пробивает возбуждение внутри омеги, у того ноги становятся ватными, и он теряет голову. Именно там его эрогенная зона. Бедром он почувствовал очень весомое доказательство его готовности получить наконец-то, чего он так хотел. Обе его руки жадно исследовали тело вновь, Тэхён резко вдохнул во все лёгкие, когда пальцы Гука сжали его сосок, Тэ закинул одну руку ему в волосы, прижимая к себе, ближе, жарче... Парень развернул его, хотел поцеловать, но теперь он оказался прижат к стене, а Тэхён опустился на колени, обхватив рукой основание члена, он губами и языком исследовал его, наслаждаясь звуком рваного дыхания, которое доносилось сквозь шум воды. Вода, льющаяся сверху, пытается охладить пожар, бушующий в кабине, но куда ей. Чонгук стоит сзади, его пальцы внутри, снаружи. Ждать уже никто не хочет, он достаточно растянул его и входит, жадно и нетерпеливо, одной рукой придерживая за бедро, а другой продолжая ласкать нежное тело, грудь, шею... Тэхёну так хорошо, что он не сдерживает тихий крик, и Чон ускоряется, доводя до оргазма и его, и себя. Хрупкое тело дрожит в сильных руках, он выходит, и белые капли на чужом бедре смывает потоками воды, а он опускается, обессиленный, на колени, головой опёршись о стенку, Парень облокачивается на противоположную стену... — Не говори только, что устал, — усмехнулся Чонгук. — Вот же извращенец, я первый сюда зашёл, — возмутился омега и, залившись краской, вновь опустил голову, закрыв глаза. Слишком насыщенное утро для Лос-Анджелеса. Чонгук со всей аккуратностью проявляет заботу после всего сделанного ещё минуту назад. Он прижимает к себе парня и намыливает молочную кожу гелем для душа со сладким запахом ванили, не боясь прикасаться к нему, без всякого смущения, водит ладонями по его коже, иногда одаряя поцелуями. Тэхён тепло дышит ему в шею, повернувшись к нему, пока он зарылся в его потемневших от воды волосах и промывает шампунь. Тэхён обхватил его шею, закрыв руки на замочек и прижался к нему, не позволяя сделать ничего, кроме как ответить на объятия. — Я правда устал, — обессиленно проговаривает парень. — Хотел сегодня посвятить тебе весь день и обделить заботой и разговорами, но сейчас хочу лишь стоять вот так, вдыхая твой запах. Чонгук отстранился, взяв того за личико и заглядывая в красноречивый взгляд. — Иди ложись спать, соня, — он поцеловал его в носик, прямо в родинку на его носу, тем самым засмущав парня. Тэхён мигом вышел из кабинки и накрыл своё тело белым полотенцем, быстрой походкой направившись к выходу. Чон мог лишь наблюдать светлый силуэт за плотным стеклом и сгорать от любви к этому пареньку. Конечно, Тэхён не послушался Чона и пошёл рассматривать дом. Чонгук позволяет ему оставаться легкомысленным, быть слабым рядом с ним, чувствовать себя нужным и любимым, а во взгляде полным любви он постоянно тонет в благодарности. Это априори важно, он наполняет его любовью и всем прекрасным, дарит кучу воспоминаний, и что остаётся делать Тэхёну, кроме как возвращать всё той же монетой? Это замкнутый круг, который оказывает хорошее влияние в идеальных отношениях. Кто-то должен уступать и идти на уступки. В этом заключается "вкусность" всех отношений. За время, пока Чонгук в душе, Тэхён изучил пентхаус. Как и говорил Чонгук, здесь есть бассейн на балконе. Вид просто шикарен, тем более, с высокого этажа. Поправляя тонкий халат на себе, Тэхён невольно стал прорисовать в мыслях далеко не детские картинки того, как Чонгук снимает этот же халат, только вечером. Чонгук заставляет его думать о разном безобразии, а Тэхён не в силах сдерживать мысли в голове, он, засмущавшись собственных фантазий, направился на кухню. Готовить завтрак. — А розмарин лишь прибавит вашему блюду запах и красивый вид, желательно использовать свежий, нежели сушёный... — бубнит про себя омега, улыбаясь, ведь он сам себе шеф повар. Он тает от нежностей Чонгука, когда тот обнимает его со спины. Откидывается на сильную грудь позади себя, затягивая возлюбленного в нежный поцелуй. — С кем ты болтаешь? — тянет Чонгук, обнимая его за талию, а сам кладёт подбородок на хрупкое плечо. — На английском я не понимаю ни один канал, поэтому готовлю в прямом эфире на Корейском, — легко улыбнулся он, закончив с готовкой. Хотел подловить Чона. — Сейчас? — удивлённо начал Чонгук, взглядом разыскивая телефон. — Да, не переживай, эти сольные эфиры посвящены только тебе, — легко улыбнулся тот. — Давай съездим сегодня куда-то? Посмотрим город, поужинаем в ресторане, сделаем кучу фоток... — перечисляет Чон. — Угу, — кивнул тот, выбираясь из объятий Чонгука и поправляя халат на плече, всё время он куда-то съезжает, судя по всему: не его размерчик... — Может, снимешь его уже наконец? Продолжаешь совращать меня, я же могу надумать всякого... — расплылся в ухмылке Чонгук, закинув в рот орех, пачку которых ел Тэ до этого. — Хорошо, — кивнул Тэхён, потянувшись к поясу, он хотел удивить Чона и у него получилось, халат упал гармошкой на пол, а у Гука слегка отвисла челюсть, когда он понял, что под низом ничего нет. — Так лучше? — Тэ демонстративно покрутился, совращая парня обнажённым телом, и сам залился краской от своих действий. — Блять, Тэхён. Да ты чёртов извращенец, — Чонгук, чувствуя, как его накрыло волной возбуждения, подхватил смутившегося парня на руки, потянув в спальню. Кажется, завтрак переносится на час, а может, и на два... *** День Чимина прошёл так себе. Юнги уехал на два часа куда-то днём и вернулся очень уставшим, всё как и раньше: он заперся в своей спальне, даже не поздоровавшись с ним. Словно они чужие, как и тогда. Чимин начал подумывать, что Юнги уже жалеет о сказанных ранее словах. Но его мысли развеялись, когда Юнги позвал его на кухню. Чимин как обычно задержался у прохода, наблюдая за широкоплечим парнем, и почему он вдруг стал таким холодным..? Он сам не успевает за настроением Мина, то он безумно рад, то унывает, как сейчас и делает вид, что ничего не произошло — «Может, стесняется?» — пронеслось в мыслях Пака. Чимин не скрывает, что ему хотелось бы ходить на свидания и просто проводить с Юнги романтические вечера. Быть, как обычная парочка. Стоять долго в сторонке он тоже не хотел, поэтому подошёл ближе. — Можешь помочь с ужином? — обернулся он. Он и вправду забыл о том, что говорил утром..? — Ладно, — кивнул парень, разочарованно опустив взгляд на промытые ранее Мином продукты в миске. — Сделай салат, — равнодушно произнёс Юнги, продолжив готовку на плите. Чимин отчаянно стал нарезать помидорки, он не хочет навязываться. Поэтому даже не спросит в чём дело. Юнги же читает его, как книгу. Его жесты, мимику, эмоции, половина всех его прочитанных книг составляет жанр психологии. Тем более, к этому парню он неравнодушно относится, как он может не подсматривать за ним? Чимин уже второй раз тяжело вздыхает, привлекая внимание, а Юнги знает в чём дело. Он же омега, который хочет ласки, а он весь такой с иголками, не подпускает его близко к себе, что ему самому не нравится, но сделать ничего не может. Ему тяжело избавиться от этого дискомфорта. — Я не романтик, — пробубнил под нос Юнги. Пак мимолётно посмотрел на него, спрятав взгляд в досочку и попытался сконцентрироваться на салате, а не на Юнги. Его мучает вопрос, почему он не смотрит ему в глаза, когда говорит о чём-то. Возможно, Юнги не знает, как важно для собеседника поддерживать зрительный контакт? — Ты не смотришь мне в глаза... Почему? — задал прямой вопрос парень. — Они у тебя слишком красивые, — усмехнулся Юнги, устремив на него взгляд. Чимин прикусил губу, засмущавшись сказанных слов, а Юнги беззаботно приблизился к нему, поцеловав в лоб, что смутило Пака ещё больше. Он не умеет сдерживать улыбку, поэтому продолжил нарезать овощи для салата в сопровождении тупой усмешки. Время от времени Чимин отлынивает, посматривая на широкоплечего парня, так и хочется вешаться на него. Он рассматривает его идеальные контуры лица, пока тот сконцентрирован на готовке. Выглядит очень мило Юнги уже надоело, что тот пытается просверлить в нём дырку, это неловко, он сам заставил его обернуться к нему и посмотреть в глаза. Чимин немного растерялся и повернулся спиной к нему, направившись к холодильнику за соевым соусом и тут же столкнулся с рукой Юнги, которую он положил на его лоб, если бы не внимательность Мина, Чимин бы стукнулся об открытую верхнюю дверцу тумбочки. — Не заглядывайся на парней, будь внимательнее, — пробубнил Мин, вплотную прижав к себе парня, а после того как закрыл, как ни в чём не бывало продолжил жарить мясо. Чимин не знает, что думать о Юнги. Он одновременно такой холодный, но заботливый. Обделяет его вниманием, когда нужно. Но ловкости Юнги очень поразился, если бы не он, то сейчас бы на лбе Чимина было красное пятно. А то, как он прижал его к себе, чтобы закрыть шкафчик? Это отдельное блаженство... — Ты видел? — Чимин смущённо улыбнулся, медленно приближаясь к нему, и позволил себе шалость, переборов стеснение внутри, обхватил его талию со спины и прижался. — Помощник из тебя так себе, то и делаешь, что пялишься на меня, — равнодушно продолжил Юнги, а сам тает от нежных действий Чимина. — Знаю, я плохо готовлю, — целует шею Чимин, а после наклоняется, принюхиваясь, как котёнок. Слишком вкусно пахнет, а всё потому что в духовке печатся сочные стейки — Пахнет? — улыбается Мин, обернувшись к нему и встретившись с милым выражением лица Пака. Он хотел поцеловать его, но тот застеснялся, резко отстранившись от него. — Угу, — Чим оставил всё и вылез на тумбочку рядом, наблюдая за Юнги и покачивая ногами, которые толком до пола и не достают. Юнги смешно наблюдать за этой картиной. И ему уютно, как никогда рядом с ним. Он весь такой плохой, в чёрной одежде, серьёзный и хладнокровный, а возле него его омега, такой яркий, общительный, дружелюбный и очаровательный. Они противоположности, но идеально сочетаются друг с другом. Он не решился покинуть мысли о том, чтобы не поцеловать его, несмотря на то, как Чим мигом залился краской, поняв, что ему не избежать поцелуя, он мягко накрыл его губы в детском поцелуе. — Как поживает наш салат? — весело начал тот, опустив взгляд на сковороду. — Хорошо, нужно только добавить перетёртый кунжут и соевый соус, — бубнит под нос парень. — Тогда расставляй тарелки и стаканы, — даёт указания Юнги, а Чим рад, что тот всё-таки "оживился", поцеловав его. Значит, вот, как он включается...       Продолжение следует~