Расчет (не)совместимости

      Я ждал, что сейчас на нас налетит ураган, но Яр медленно и даже лениво поднялся со своего места. В его движениях было скрытое напряжение, которое распространялось от тела, словно аура. Темная, тягучая и давящая, она заполняла собой все пространство, мешая спокойно дышать. Хотя это и так было невозможно: от его псевдоулыбки и темнеющего взгляда бросало в дрожь.       Народ разбежался в разные стороны, освобождая ему путь, никто не желал попасть под раздачу взбешенного Яра.       В красном свете огней он выглядел, как настоящий обитатель преисподней, который поднялся сюда по наши души. Ему даже не нужны были пресловутые рога и копыта, этот психопат пугал и без них.       Кто-то однажды сказал, что мы похожи, но мне совсем не хотелось верить, что я могу быть таким ненормальным. Это слово крутилось на кончике языка, грозя вырваться на волю, отчего пришлось покрепче сцепить зубы. Но он был именно таким, ещё Яр был жадным. Даже слепой мог увидеть, насколько ненасытной было его поганое нутро. Хорошее качество для бизнесмена, но не для человека. Как человек он был отвратителен. Я видел, какой он на самом деле, и от этого бесил его ещё больше. Но сейчас для него я был «моя вещь», а Яр ненавидел, когда покушались на то, что принадлежит ему.       Несмотря на все, именно из-за этого девушки грезили о нем. Были индивиды, которые писались кипятком с такого обращения, их мне было не понять. Что хорошего? Ведь даже за человека не принимают и обращаются как с пустым местом. Однако женский пол велся, вешался и слетался на него, как мухи на дерьмо. Порабощенный романами мозг свято верил, что именно такой мужик является эталоном. Одна такая стояла рядом, но теперь уже не выглядела такой довольной.       До красотки, похоже, тоже дошло, что что-то не так. Она во все глаза смотрела на приближающегося парня. — Ярусь, что такое…? — тон маленькой девочки, видимо, должен был сработать как спасительный круг, но увы, не помогло.       Золотов, прожигавший меня взглядом весь путь, обратил свое внимание на девушку. Понимала ли она, что сейчас этот урод смотрит на неё, как на что-то никчемное? Думаю, нет. Такие, как она, даже в кошмарах не могут такое себе представить. Считают себя центром мира, не меньше.       Когда Яр протянул в её сторону руку, я напрягся. Мне не верилось, что он может ударить девушку, но на то Яр и псих — выкинет, что угодно. Но мои опасения опроверглись, его рука погладила нежную кожу щеки и опустилась назад. Сейчас с них можно было писать картину: темный демон и прекрасная, невинная девушка. Только я не верил в последнее, такие здесь оказаться не могли.       Он что-то тихо прошептал ей, так, чтобы услышала только она. Красотка побледнела, вмиг потеряв все краски с лица.

POV Ярослав.

      Вика была неплохой, умело и с огоньком трахалась, в нужный момент прикрывала свой рот или наоборот открывала. Удобная и безотказная.       Временами даже не бесила, но был в ней один значимый минус — мозгов кот наплакал. Вот и сейчас с какого-то перепугу она считала себя вправе лапать то, что принадлежало мне. А он был именно моим, от макушки и до самых чертовых пяток.       Дело было не в договоре и прочем дерьме. Там, за лицеем, он покорился, склонил голову, признал меня. Тогда эти руки, ноги, волосы, глаза, губы, кровь, кости, все, что у него есть, и он сам — полностью стали мои.       Мир стал моим, а своим я делиться не собираюсь, тем более с какой-то шлюхой.       Она смотрела на меня своими оленьими глазами, и это раздражало ещё больше. Это смазливое лицо так и хотелось размазать в кровь, а руки, что касались его, переломать по косточкам, чтобы больше не смела даже коситься на чужое.       Желанная картина избитой девчонки в крови и соплях возникла тут же в голове. Да, после такого я бы мог успокоиться и не терпеть этот кипящий пиздец, что творился внутри. — У тебя десять секунд, чтобы свалить отсюда нахуй, иначе твоя раздолбанная дырка найдет себе незабываемые приключения.       Я дал ей шанс, за те несколько совместных ночей. Если хотя бы зачатки мозга есть, то останется цела.       Она смотрела перепуганной пташкой пару секунд. Что ей хотелось разглядеть во мне? Рыцаря или ещё кого? Я не был героем, скорее, даже наоборот, как в той попсовой песни «детка, не путай, я антигерой». Она стояла и хлопала своими накладными ресницами. Неужели думала, что это что-то изменит? Эх, Вика, тебе пора понять, что ты просто дырка, и не раздражать меня.       Может, ей прям здесь устроить веселье, показательное выступление, чтобы всем стало понятно, что их ждет за посягательство? Я не был сторонником насилия над женщинами, но сейчас мог и внести поправки в свои принципы. Не знаю, что она увидела, может, своё будущее в моих глазах, но её тело все дернулось в ту же секунду.       Да, до неё дошло, я не шучу. Теперь в ней был страх. Ей хватило всего пары секунд, чтобы собраться и дать деру. Даже на таких огромных каблуках бежала она быстро. Правда, напомнила какую-то неуклюжую птицу, вертела до этого здесь своим хвостом, а стоило припугнуть, так и вылезла вся внутренность. Я смотрел, как Вика, цепляясь за перила, бежала с лестницы и чувствовал себя почти удовлетворённо.       Теперь надо было решить, что делать с ним. До этого мне просто хотелось немного пощекотать ему нервы, собственно говоря, для этого и притащили его. Я не собирался причинять ему реальный вред, так, просто поиграться. Но сейчас настрой был уже не тот, но и отпускать Мира я не собирался. Была одна идея.

POV конец

      Этот задумчивый взгляд мне не нравился, после таких вот гляделок творился полный пиздец. — Сколько нервов и все из-за тебя, — Яр говорил все это тоном умудренного старика, словно я и правда был виноват. Ему бы в зеркало посмотреть и все тоже самое повторить, может, тогда до него дойдет, кто и в чем на самом деле виноват.       Хотя нет, пожалуй, это уже из разряда фантастики, скорее солнце погаснет, чем Яр поймет, какое он дерьмо. Наверное, даже перед тем, как сдохнуть, он будет свято верить, что является царем и богом. Я мог представить его умирающим стариком: одиноким и ненужным, конечно, богатым, но от того еще более ненавидимым своим окружением. Но это было в очень далеком будущем, сейчас же передо мной стояла самоуверенная и охреневшая в край версия. — Сегодня будешь со мной пить, — Яр выдал невообразимую хрень. — Бесишь меня меньше остальных.       Последнее, видимо, было ответом на моё удивление.       Пить я с ним не хотел, даже на одном поле бы не сел, но и Яр у меня мнения не спрашивал. Посадил рядом с собой, налил какой-то зеленой жути и стал смотреть. — Пей.       Приказал, сука, как отрезал.       Жидкость была густой, горькой и быстро дающей по мозгам. Спустя всего пару секунд я почувствовал, как тело расслабилось, и голова затуманилась. Конечно, я раньше пил, но такой быстрый эффект ощущал впервые. Яр смотрел на меня насмешливым взглядом: похоже, его забавляла моя реакция, сам подсунул эту хрень и теперь ещё ржет урод. — Всю бутылку осилишь, слабачок? — он издевался, открыто так. — А, на сегодняшнюю ночь, так и быть, ты человек.       Разрешил, блин, его величество. Я планировал сегодня отдохнуть, но уж точно не в этой компании. Псарня сидела по бокам от нас, и по их физиономиям можно было понять, что и они далеки от трезвости. Свита или прихлебатели, хрен пойми, кто они, были бухие уже в момент моего появления здесь. Ситуация вырисовывалась странная. Когда я ехал сюда, в моей голове пробегали разные возможные сценарии событий, но такого не было точно. Никогда бы не подумал, что буду сидеть вот так с этим психом и пить.       Верить в лучшее и быть святой простотой я не собирался, у этого говнюка ничего хорошего в голове быть не могло, поэтому нужно было как-то держать себя в адеквате. Яр обновил рюмки и махнул свою, даже не скривившись. Мда, опытного алкаша видно по мастерству. Его тело было, походу, проспиртовано от и до. — Не слишком крепко для тебя, малыш? — это его высокомерие достало меня в край. Мозг сигналил, что это все ловушка, и я хотел бы прислушаться к нему, только вот в башке звенело от его последнего обращения ко мне. — Смотри, чтобы тебя первого не выносили, старичок, — это был мой первый человеческий ответ за долгое время. Я не собирался ему уступать. Смертник снова в чате.       Вызов был принят и снова предо мной стояла зеленое нечто. По его взгляду я уже понимал, что какая-то пакость да есть, но даже если Яр решил меня отравить, сдохнет вместе со мной, а это не самый плохой расклад для нашей планеты. Может, мне даже памятник поставят, как герою, что спас мир от этого урода.

***

      Через час, я понял, что пить с ним наравне оказалось идеей провальной. В хлам мы были оба, но с той великой разницей, что он к этому состоянию привыкший, а я — нет. Картинка плыла, а мой здравый смысл взял отпуск до утра и велел быть собой.       Бесстрашный и пьяный я высказал такому же пьяному и довольному Яру все, что хотел и чего не собирался. — Ты… Как ты меня достал… Ты не понимаешь! Не нужно мне ничего от вас, не нужно! — он ведь правда не понимает, мне вообще ничего не надо от этих гребаных уродов. Туманные черные глаза смотрели прямо на меня, но мне не было страшно. Я ему все скажу, а потом хоть расстрел, хоть гильотина. — Ты думаешь, ты нормальный? Людей за людей не держишь, за дерьмо, и меня тоже. Думаешь, мне охота с тобой, зажравшийся урод? Да нет! — Нет, — лицо этого придурка было слишком близко. — Ты другое дело, — передо мной промелькнул флешбэк из прошлого, где вот так же он был рядом. Не самые приятные воспоминания, от психа хотелось быть подальше. Попытка отдаления не получилась, сзади сидело чье-то тело, которое мешало побегу. Яр же, наоборот, продолжал напирать. — А что ты делаешь… Думаешь, нормально это? — для него все было забавным развлечением, да, я сам тоже не пушистый зайка и подливал масла в огонь, но он же просто невыносимый говнюк! — Иногда ты и правда похож на зайку… Упрямого, вредного зайца, который вечно нарывается. Нет бы сидеть в уютной клетке и грызть морковку, а не злить серого волка.       Походу, последнее я произнес-таки вслух, раз он себя так окрестил, ага, тоже мне серый волк — зубами щелк. — Да ты же вечно сам лезешь! — это была чистейшая правда. Эту войну, да вообще все начал сам Яр. — А ты в долгу не останешься, — его поганая ухмылка сейчас бесила больше даже, чем обычно. Да вообще все его хорошее настроение раздражало пиздецки. — Весело тебе, да? Псих грёбаный… — Очень.       Лучистая рожа этого придурка накренилась и потекла. Ну наконец-то, с его морды пропало это довольное выражение. Только какого черта тут темнеет и все так мутно?       Осознание, что это на самом деле дело во мне, пришло запоздало и как-то нехотя. Свинцовое тело падало и не отвечало на команды мозга, который ещё боролся. Приземлилось оно, как ни странно, не на пол, а на что-то упругое. Мелькнувшая ненавистная морда вызывала сожаление. Было откровенно жаль, ведь я проиграл.       Оказаться в пустоте, как выяснилось, было приятно. Тишина и покой для издёргавшегося меня стали чем-то вроде панацеи, если бы знал, начал пить раньше. Но, блин, долго я так не протяну — сдохну раньше, чем закончу лицей. Нет, этот вариант совсем не мой. Я хотел жить долго и желательно где-то подальше. Пусть лучше вон Яр пьет, тем более ему привычно. Вдруг мне повезёт, и он долго не протянет.       «Не мечтай», — от Яра я услышал даже здесь, вот же мерзкий человек! И тут достанет. И вздох не сделать без него, как тарантул расставил свои лапы и не дает выбраться, сука! Сколько мухой не вертись, только больше вязнешь. Каждый шаг в затылок дышит, ага, а я наивный думал все, вольная, да, размечтался. И-ди-от.       Ощущение, что мое несчастное тело куда-то тащат, совсем не радовало, ничем хорошим это быть не могло. Приятная ещё секунду назад пустота теперь засасывала, словно болото, не давая выбраться. Сколько бы я не барахтался, ничего не получалось, только глубже уходил, все ближе ко дну, пока вокруг не осталась лишь полная тьма.