Коттедж Гидры для запутавшихся суперсолдат

Джеймс никогда не бывал в директорском кабинете, но, войдя вслед за Капитаном, не удивился, увидев большую комнату с окнами от пола до потолка, расположенными сразу за богато украшенным деревянным столом, кремовыми креслами и мягким диваном. Директор стоял у стола и наливал красное вино в два хрустальных бокала. — Добро пожаловать, Капитан Роджерс, — сказал он, приятно улыбаясь, когда Капитан приблизился. — Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Капитан так же вежливо улыбнулся в ответ. — Спасибо, Александр, но я вынужден отказаться. — Он сел в кресло прямо перед столом, каждое его движение излучало уверенность. Он жестом пригласил Джеймса подойти и кивнул в сторону соседнего кресла. Затем, после того как Джеймс уселся в кресло, снова посмотрел на директора: — Вы хотели обсудить мою роль в Гидре, верно? — Совершенно верно. — Директор, казалось, был ошарашен таким поведением, но быстро пришёл в себя. Он взял бокал и поднес его к губам, медленно потягивая вино. Он заставлял Капитана ждать, это было ясно. Жаль, что тот, похоже, никуда не спешил. В конце концов, за мгновение до того, как тишина стала гнетущей, директор продолжил: — Я беспокоюсь, Капитан, — сказал он с озабоченным видом. — Вы уже давно не на службе. Сколько ещё продлится ваш маленький отпуск? — Я не бездельничал, Александр. — Да. — Директор улыбнулся. — Я знаю о вашем мелком мятеже. — Его холодные глаза скользнули по Джеймсу, который сидел, опустив голову и старательно сохраняя неподвижность. — Даже если вы относитесь к нему как к домашнему животному, он всё равно остаётся нашим лучшим оружием. Я просто пытаюсь заботиться о тебе, Стивен. Стивен. Так вот как звали Капитана. Казалось глупым, что после всего того времени, что они провели вместе, Джеймс не знал имени Капитана и даже не подумал спросить. Стивен Роджерс. Стив. Ему нравилось. — Я рад видеть, что вы пришли в себя и поняли, что то, как вы обращаетесь с Агентом, неизбежно приведет к сбоям. Видите ли, программа сбоит. Он может начать думать, что настоящий человек, такой, как вы и я. Стив на мгновение стиснул зубы. Джеймс видел, как в его глазах, в плотно сжатых уголках рта, в том, как неестественно расслаблено его тело, вспыхнула ярость. Он почти наклонился вперед, почти положил руку на колено Стива, почти толкнул его ногой — но директор смотрел, и поэтому он не сделал этого. Но потом Стив улыбнулся. — Вы самонадеянный человек, Александр, — сказал он, снова назвав директора по имени, потому что было ясно, что это его раздражает. — Вы умный, хороший политик, но не лидер. К сожалению, время для политики прошло. — Он встал, широкий и угрожающий, мускулистый, сильный и опасный. Джеймс не помнил, какое слово вырвалось из уст директора, но это не имело значения: его мозг распознал его и подчинился. Мгновение спустя он уже двигался, как марионетка, которую только что дёрнули за ниточки, встав между Стивом и директором. — Защищай меня, — приказал директор, тоже вставая из-за стола. — Убей Капитана, если он приблизится. Джеймс не мог ослушаться приказа. То, что осталось от его программы, было достаточно сильно, чтобы удержать его на месте, достаточно, чтобы заставить занять оборонительную позицию, достаточно, чтобы заставить его изучать Капитана, ища слабые места и лучший способ убить его. Он встретил взгляд Стива и умоляюще посмотрел на него, умоляя понять, что сражается с ним не по своей воле. Стив, казалось, не был удивлен поступком директора. Он продолжал улыбаться, на его лице не было и следа неуверенности. — Думаешь, это спасет тебя? — Он шагнул вперед, и Агент атаковал. При нем не было никакого оружия, но на столе директора лежал маленький канцелярский нож, и он схватил его, быстро нападая, ударяя Капитана в уязвимое место между ребрами. Джеймс сопротивлялся изо всех сил, отчаянно пытаясь остановить собственное тело. Огромное облегчение нахлынуло на него, когда Стив схватил его за запястье, блокируя удар. — Прости, любовь моя, — пробормотал Стив, встретив взгляд Джеймса. Каким-то образом Джеймсу удалось вернуть контроль над собственным телом ровно настолько, чтобы выдавить из себя слова: — Всё в порядке, — прошептал он в ответ. Часть его была напугана, сердце билось слишком быстро, а дыхание было слишком поверхностным, но в основном он чувствовал смирение. Он уже прожил дольше, чем, вероятно, заслуживал. И он был счастлив в эти последние недели. Хорошо, что это сделает Стив. Что-то злое и печальное вспыхнуло в глазах Стива, но тут же исчезло. Его голос оставался твёрдым, когда он произнес одно-единственное слово. Прежде чем Джеймс успел осознать, что произошло, темнота поглотила его. *** Как Джеймс обмяк, Стив схватил его и осторожно опустил на пол. Ему понадобилось мгновение, чтобы убедиться, что он в порядке, просто без сознания; затем он выпрямился и ухмыльнулся, увидев шокированное выражение на лице Пирса. — Ты правда думал, что единственный, кто знает его триггеры? Пирс побледнел. — Если ты убьешь меня, то никогда отсюда не выберешься. — Ты уверен? — Было так приятно наблюдать, как неуверенность расползается по лицу Пирса. — Как я и сказал, ты политик. Люди могут следовать за тобой, но они не уважают тебя. Они не верны тебе. Почему бы тебе не позвать своих солдат, чтобы убедиться в моей правоте? После секундного колебания Пирс так и сделал. В комнату вошла дюжина вооруженных солдат. И они тут же направили пистолеты Пирсу в голову. Потрясение, написанное на его лице, было так прекрасно, что Стив чуть не расхохотался. — В здании чисто? — спросил он, не отводя взгляда от Пирса. — Да, сэр. Все, кто был верен директору, были схвачены или казнены. Мы постарались сделать так, чтобы жертв было как можно меньше, как вы и приказали. — Славно, славно. — Стив шагнул вперёд, легко добравшись до стола всего за пару шагов. По другую сторону гордо стоял Пирс, но в его глазах светились отчаяние и страх. — Знаешь, Александр, я этого не планировал. Но твоя глупая попытка доказать силу убедила меня, что ты не годишься для Гидры. — Он протянул руку, и один из солдат за его спиной вложил в неё пистолет. — Подожди! — Пирс поднял руки и попытался отступить, но не успел. Стив наклонившись вперед и, схватив его за шиворот, перекинул через стол и бесцеремонно швырнул на пол — подальше от того места, где лежал Джеймс, конечно же, он не хотел, чтобы этот ублюдок попытался прикоснуться к нему. Пирс приподнялся на коленях, кашляя и заслоняясь от Стива одной рукой. Выстрел — и Пирс упал на спину, схватившись за левую ногу. — Ты сделал больно моему Солдату, — прорычал Стив, больше не улыбаясь, возвышаясь над ним с ужасным, грозным выражением лица. — Отправил его на бесполезное задание с единственной целью — причинить ему боль. Неужели ты думал, что я спущу это с рук? — Он не дал Пирсу возможности ответить: снова поднял пистолет и выстрелил ублюдку прямо в грудь, оставив его задыхаться и умирать на полу. — Уберите это, — приказал он, как только тело перестало двигаться. — Мне все равно, что с ним сделают. Двое солдат схватили Пирса и выволокли из кабинета, остальные последовали за ними. Они уже знали, что делать, у них был приказ. Стив только что стал одной из голов Гидры, но это было последнее, о чём он думал в тот момент. Он подошёл к Джеймсу, склонился над ним и почувствовал, как лед в груди медленно тает. Протянув руку, он убрал прядь тёмных волос с его лица. Джеймс выглядел страдальчески даже во сне: между бровями залегла морщинка, губы плотно сжаты. Стив вспомнил его молчаливое согласие всего несколько минут назад. Он думал, что Стив собирался убить его. Всё в порядке, сказал он ему. Стив едва мог думать об этом, не чувствуя давящей грусти. С тяжелым сердцем он провел по его щеке тыльной стороной ладони. — С тобой всё будет в порядке, — пообещал он и собирался сдержать обещание, чего бы это ему ни стоило. *** Его веки затрепетали, мягкий свет нарушил покой. Джеймс перекатился на бок, уткнувшись носом в подушку. В кои-то веки он спал без сновидений и хотел наслаждаться этим как можно дольше. Тихий смешок, раздавшийся за спиной, заставил его вздрогнуть и широко распахнуть глаза. На него обрушились воспоминания. Вашингтон, директор. Его тело само собой двигалось, чтобы напасть на Капитана. Стив назвал его «любовь моя». С быстро бьющимся сердцем Джеймс сел и обернулся: Стив сидел на краю кровати, окруженный золотистым светом, и нежно улыбался ему. — Привет. — Его улыбка, хоть это и казалось невозможным, стала ещё ярче. — Как ты себя чувствуешь? — Я… — Джеймс облизнул губы. — Я не понимаю. — Пирса больше нет. Я лично позаботился об этом, — серьезно сказал Стив, протягивая руку, но оставляя её лежать на мягком пуховом одеяле между ними. Он снова улыбнулся, когда Джеймс сжал его пальцы. — Мне очень жаль. Мне пришлось применить триггер, любимый. Я надеялся, что до этого не дойдет. Джеймс вздрогнул. Не из-за упоминания о триггерах, а потому что Стив снова назвал его любимым. Это было приятно, тепло. На этот раз не было никаких отрицательных эмоций, чтобы заглушить это чувство, и у Джеймса было все время в мире, чтобы насладиться им в полной мере. — Всё в порядке… — Он проглотил слово «сэр», которое инстинктивно вертелось у него на кончике языка. Вместо этого он сделал глубокий вдох и закончил: — ...любимый? — Это прозвучало скорее как вопрос, чем утверждение, маленькое и неопределенное, но всё же. Стив просиял, глаза его заблестели. — Я просто поступил правильно. — Как будто он не понимал, что раз и навсегда освободил Джеймса из-под власти директора. С Александром Пирсом умерли триггеры, обнуления, задания. Он принял бы все это от Капитана, но в глубине души знал, что Стив никогда больше так с ним не поступит. Джеймс наклонился и оказался в объятиях Стива. — Спасибо, — сказал он, стараясь дать понять, насколько благодарен. — Спасибо. Стив тут же обнял его в ответ. — Не за что. — В его голосе слышалось удивление. Какое-то время просто молча обнимали друг друга. Затем, не разнимая объятий, Джеймс спросил: — Что дальше? — Ничего особенного. — Стив слегка пожал плечами. — Я подумываю приготовить на ужин бифштекс, может быть, пару дюжин блинов. Что думаешь? Это было абсолютно не то, что имел в виду Джеймс, но это не имело значения. Он улыбнулся, положив щеку на плечо Стива. — Думаю, что звучит замечательно.