От ненависти до любви один шаг

Сейчас Хранительница просто злилась, но не только на свою болтунью - подругу, но и на саму себя, так как позволила себе одну слабость. Слабость, которую раньше никто никогда не наблюдал. Слабость, которую никогда себе не позволяла. И эта слабость, которая взяла над нею верх в ту самую минуту, когда произошло внезапное и довольно таки неожиданное нападение - это.. поддаться своим желаниям, позволить своему врагу делать с ней то, что он сам захочет с ней проделать и при этом без сопротивления. Без единого, без малейшего сопротивления и позволить согласиться в том, что его власть над нею увеличивается с каждою минутой, с каждым часом, с каждой пролетевшей как один короткий миг, секундой.. Как тогда, у поездов, после утомительной и тяжёлой битвы, в которой, как казалось, он победит. И как тогда, когда она завела его в тупик и прикоснулась к нему, сама того не желая, с теми словами, которые все присутствующие слышал, в том числе и сам объект, которому говорила эти слова прямо в лицо, не страшась своего врага, слово в слово, смотря прямо в его глаза. И тогда его как будто шибануло током, как он резко отдёрнулся и улетел от неё, даже не дав ей договорить. И тогда она долго не могла понять одну вещь: почему она хотела крикнуть ему, чтобы он остался и дал выслушать до конца. И ведь раз она ненавидит его, то почему ей стало так больно в груди ? Почему всё сердце, как кинжал, прорезала невыносимая боль, которая долго не могла утихнуть, а всё щемила и щемила, как будто что - то полоснуло по груди и причинило тяжёлые ранения, от которых текла небольшими струями на землю свежая кровь ? Ну нет, нет, лучше не надо вспоминать то, что произошло у поездов. Не надо, а то раны вновь могут открыться. Не надо, а то жуткая боль в сердце вновь даст о себе знать. Не надо.. Просто не надо. Нужно забыть об этом. Просто забыть, просто отпустить - и ничего более.. Ничего больше. Ведь сейчас есть дела поважнее, чем эти мысли о нём. Надо поговорить с ней, понять, что ещё она такого интересного наболтала своему парню. И вообще, кто он такой ? Ведь сейчас эти вопросы гораздо важнее, чем те мысли, на которые она отвлекается и которые себе позволяет.От этого рыжеволосая, набрав лёгкие в воздух, заговорила через несколько минут долгого молчания, поправляя свои лохматые волосы, обратив свои глаза на теребившую себе пальцы синеглазую шатенку и смягчив свой тон голоса, яростный и злобный, на более мягкий и серьёзный тембр своего голоса. - Ну ладно, что сказала, то сказала, не стоит возвращать свои слова назад. И ведь главное, можно было и другие слова сказать, но эти слова тоже более подходящие для твоего импровизированного вранья. Так, а что он, этот твой дружочек - парень тебя спрашивал, болтушка водица ? - проговорив это, Вилл стала ожидать от подруги ответа на этот заданный вопрос, который она задала девушке более спокойным тоном в голосе, успокоившись немного после этого внезапного сброса той информации, которую совсем не ожидала услышать, так как совсем не была готова к такому всплеску информации, которую её подруга болтнула, совершенно не желая говорить это и причём внезапно и так неожиданно. Сама же болтунья, услышав эти слова от блудной рыжей пташки, как выразилась про себя, в своих мыслях на свою подругу стражница воды, выпучив свои глаза в удивлении, растерянно моргнула и тут же быстро ответила на этот вопрос, при этом сначала спокойно говоря, затем закричав на весь заброшенный переулок улицы, а затем переменившись в лице и спокойно продолжив: - Ну, он спрашивал меня целый перечень о этом маньяке маньяческом, твоих отношениях, о его странностях, нужна ли тебе какая - либо помощь, чтобы с ним подраться, о моём самочувствии, где ты находишься, почему он сразу на тебя полез и т.д и т.п. И вообще, он НЕ МОЙ дружок, он НЕ МОЙ парень. Хотя я не могла устоять перед этим Джеком. Такой привлекательный зараза, с улыбкой и физиономией, как у котёночка, которого так и хочется приласкать за мягкую шёрстку, дать ему тёпленького молочка и положить его на мягкую постельку, прижать к своей груди, накрыть тёпленьким одеяльцем и стать для него грелкой - промолвив это, её щёки покрылись лёгким румянцем, и Ирма, мечтательно улыбнувшись, подумала о Джеке, отчего в её голове возникла такая картина: она сидит у его кроваточки, у неё стакан тёплого молочка с мёдом, её глаза заботливо и сочувственно глядят на самого объекта, лежащего на этой кроватки с высокой температурой от простуды, на его лбу тряпка, смоченная водой, в его аленьких глазах проблёскивает забота, чувство вины и та кроткая, чувственная благодарность за то, что она, именно она сидит рядом с ним, заботится о нём, как может и становится так тепло на душе, как ещё никогда не бывает в жизни. И так легко, так тепло, будто в сердце хранится то самое чувство, хранящее закат. Вот он одной рукой касается руки девушки, отчего та смущается и отводит взгляд, но всё же даёт ему стакан тёплого молочка с мёдом и вновь обращает на него свой взор, и тогда, тогда.. впервые ощущает то нелепое смущение, запинается, едва только он смотрит на неё и касается её руки, отчего по телу будто журчит вода, поднимается всё сильнее и сильнее, с каждым прикосновением руке, и сердце бешено колотится от этого. Вот и сейчас, когда он в её представлении, в её мыслях, какое - то странное, неизведанное ей чувство охватывает её душу, как сильный проливной, освещающий дождь, касающийся её лица. И как после дождя становится тепло на душе, как ещё никогда не бывает в её жизни. И вот рука, такая тёплая, такая мягкая рука вновь скользит по её руке, одним мановением притягивает её к себе.. И вот опять становится так тепло на душе, вот опять её лоб горит от того, что он прижимает её к своей груди, гладит одной рукой по голове, по её волосам, вдыхает запах этих волос и тихонько дышит ей в лицо, отчего жар по её лбу не утихает, а только усиливается с каждым разом и шепчет ей так монотонно, так чувственно, так нежно и таким ласковым, греющим душу голосом, что казалось, её душа уже принадлежит ему и что разум погрузился в тьму, едва он только заговорил этим голосом. Голосом греющим душу Ирмы, как никогда в жизни не бывало и кажется, что может так никогда и не быть.. - Спасибо за заботу, за то, что ты сейчас здесь, рядом со мной, ухаживаешь за мной.... И представляя себе эту картинку, шатенка почувствовала, как краснеет от таких мыслей о нём и как сердце болезненно щемит при этих воспоминаниях, но всё же продолжает думать о нём, погрузившись вновь в ту картину, которую она сейчас представляла и вновь представляет в своей голове, в своём разуме и никак не может от них отделаться, как бы ни было сильнее желание выветрить его из своих мыслей и продолжать разговаривать со своей подругой о том, что произошло и всё ли с ней в порядке после такого, но всё же было тщетно. Просто тщетно.. Просто бесполезно.. Она всё продолжала думать о нём. Думать о том самом герое из её сна. Думать о красноглазом темноволосом парне, которого она встретила сегодня.. Думать о Джеке Сьюарте, погрузившись в свои мысли, как в свою стихию.. Погрузившись с головой в них. Погрузившись целиком и полностью. Просто погрузившись в свои мысли.. Безотговорочно... Увидев такую мечтательность на лице своей подруги, Вилл непонимающе подняла брови вверх, как только увидела эту мечтательную физиономию на лице чародейки, зачарованно посмотревшей куда - то вдаль, её руки были на коленях, а дыхание ровным и спокойным. И увидев эту зачарованность на лице своей подруги, она была просто шокирована этим, так как впервые видела такое зрелище и впервые видела такую мечтательность, такую задумчивость в её глазах, которую никто ещё никогда не наблюдал, не видал. Само же лицо рыжей приняло офигевшую физиономию, её рот был перекошен от шока, а карие глаза были округлены от удивления. И сейчас она ничего не могла сказать от того, что испытывает в данный момент, глядя на такую картину, представшую её взору, её наблюдательному взгляду, её глазам. Она просто молчала, наблюдала за шатенкой и думала: " Хм, странно всё это. Никогда раньше я не наблюдала такое зрелище, такую задумчивость в глазах Ирмы. Конечно она задумывается о парнях, но не настолько сильно. "