Последний день лета

Дин готовил ужин. Ну, как готовил: разрывал картон, вскрывал пластик, шлёпал замороженную пиццу на тарелку и ставил в старенькую микроволновку. Затем выключил видавший виды дешёвенький чайник с логотипом мотеля, высыпал в две кружки пакетики растворимого кофе и залил кипятком. Ложки не было, размешать было нечем. Он слушал ровный гул микроволновки. Наблюдал, как в чашках кружатся хлопья порошка. Со дна поднялся пузырь, достиг поверхности и лопнул, высвободив кучку сухой смеси из сахара, сливок и чего-то там, чему положено считаться кофе. Так и они втроём: Дин, отец и Сэмми. Три в одном. Вечно вместе, не разлей вода. Кажется, что должны были притереться друг к другу при такой-то жизни, но нет. Со дна вечно всплывала всякая хрень. Сэм втиснулся в крошечный закуток, который служил им кухней. Стоял, мялся. Молчал. Дин взял со столешницы не очень чистый нож и размешал кофе рукоятью. — Ну, Сэмми. Что там у тебя? — Ничего, — буркнул тот, но продолжил маячить. — Завалил тест, порвал кроссовки, подрался с кем-нибудь? — начал перебирать Дин, скорее для очистки совести. Он знал, что всё это мимо. Сэм учился на отлично, вёл себя разумно, даже слишком. А кроссы сам только что видел — валялись у двери, целёхонькие. — Дин, — наконец, выдавил Сэм. — Мне… Короче, мне твоя помощь нужна. Микроволновка запищала, возвещая, что еда готова. Дин открыл дверцу и подхватил тарелку с дымящейся лепёшкой. — Ух, зараза! Горячая, — прошипел он. — Ну, Сэм, выкладывай. — У нас в классе есть одна девчонка, Кэра Миллер. Она, ээ, понимаешь… — Запал на неё, что ли? — Дин прихлебнул кофе и поморщился. Дрянь — она дрянь и есть, как ни мешай. Брат кивнул, краснея. — Я позвал её прогуляться в парке. Завтра, после уроков. Брови Дина поползли вверх. Он присвистнул: — Ай да Сэмми! Моя школа, — с этими словами, довольный собой, подхватил кусок пиццы и накрыл его вторым, начинкой внутрь. — А помощь-то в чём нужна? Отвести тебя к ней за ручку, м? — Дин, — Сэм укоризненно глянул из-под отросшей чёлки. — Ну ты и придурок. После заявления века Сэмми испарился из кухни, двинув на диван перед телеком. Дину показалось, что даже затылок брата был обижен на него. Он подхватил одной рукой обе кружки, другой — тарелку с едой и проследовал за Сэмом. Братец, ясное дело, не смотрел на Дина. Обиделся, надо думать, и теперь внимательнейшим образом уставился на экран, где неправдоподобно идеальная семья жрала слишком жирные пончики. Словно паршивая реклама — самое интересное, что мелкий засранец видел в своей жизни. Ну, ладно. Сегодня Дин добрый, так что Сэму достанется пара советов от старшего брата. — Не переживай, Сэм. Главное, веди себя естественно. Пошути, например, — начал было Дин, но вовремя спохватился. — Хотя нет, с твоим чувством юмора — лучше не надо. Купи ей мороженое, пригласи присесть, посмотри в глаза. Улыбнись, возьми за руку, и, когда она засмущается, поцелуй её. Делов-то! Покосившись на Дина, Сэм взял себе пиццу, откусил порядочный кусок и запил кофе. После чего выдал: — Это для тебя — раз плюнуть, Дин. Но я — не ты. Я… Не смогу. Точно не смогу, облажаюсь. — Ну, Сэмми, выше нос! Так, — Дин переставил тарелку с коленей на подлокотник дивана. — Давай порепетируем. Представь, что я и есть эта цыпочка. Вот, мы сели, едим мороженое. Теперь самое время сказать ей комплимент, а дальше по схеме, как я и говорил. — Эм, — Сэм излучал сомнение. — Ну, ладно. Давай попробуем. Вздохнул, тряхнул патлатой башкой. Собирался с силами, видимо. Дин подсказал: — Повернись ко мне корпусом, когда сидишь. Да, вот так, молодец. Лучше наклониться немного, чтобы быть ближе к ней, ну, то есть, ко мне. И надо в глаза смотреть, проникновенно так. Сэм наклонился. Высокий вымахал — в свои пятнадцать уже догнал Дина — и принялся глядеть прямо в глаза, не моргая. Радужка цвета дождя почти скрылась за расширившимися зрачками — ну, в номере же темно, ясное дело. Рука Сэма нерешительно дёрнулась, потом легла на колено Дина. Тот ухмыльнулся. Малой схватывал на лету. — Дин, у тебя глаза, как озёра, — произнёс Сэм неожиданно хрипло и уставился прямо на его губы. — Ты что, мелодрам насмотрелся? — автопилотом выдал Дин, просто чтобы заполнить пустоту. Иногда он сам ненавидел свою манеру отвечать шутками на неловкость, прибаутками на страх. Но так было легче. Дин забыл, что надо дышать, когда Сэм пододвинулся ближе. Так близко, что можно было разглядеть и небольшой шрам над бровью, и родинку на скуле, и почти заживший порез на щеке — мелкий начал бриться, но неумело. И обветренные губы, которые он облизывал кончиком языка, что, конечно, не помогало, а делало только хуже. На этом моменте Дин захлебнулся своими мыслями и чувствами, врубая режим тревоги. Код красный! — или как там полагается. — Кхмм, очень хорошо, Сэмми. А мне надо отлить, — пробормотал он и вскочил с дивана, спасаясь позорным бегством в ванную. Оказавшись внутри, Дин ощутил, что пары-тройки метров и хлипкого картона двери недостаточно, чтобы защититься от Сэма. Или чтобы защитить Сэма. Дин плеснул в лицо ледяной водой и спустя пять минут пришёл к выводу, что всё хорошо.