Волшебный список

      Как и пообещала, Паркинсон устроила Гарри и Малфою встречу уже на следующий день. Поттер готов был боготворить её за это, потому как буквально через пару дней был запланирован отъезд учеников на Рождественские каникулы, и сам Гарри вряд ли бы успел как-то задержать Драко до них.       Гарри не терпелось прийти в один из потайных коридоров у слизеринской гостиной — именно там Паркинсон договорилась «встретиться» с Малфоем. Но Поттер понимал — пусть только посмеет он прийти раньше, как Драко снова от него убежит, не дав и шанса на хотя бы небольшую задержку. А потому пришел он специально позже. Прежде, чем войти в коридор, нужно было сдвинуть прятавшую его стену. Гарри раньше не делал этого, но, благо, Панси оставила в присланной записке инструкцию, добавленную в дополнение к месту и точному времени встречи. Поттер провел волшебной палочкой вдоль стены, по контуру одной из змей, изображенных на ней подобно узору.       — Ну и почему ты так долго? Мне вообще-то еще чемодан собира-… — Драко осекся, как только из-за медленно отодвинувшейся стены показался Гарри. Коридор, в котором они стояли, был совсем небольшим сквозным проходом в другую часть замка, узким и неприглядным по сравнению с обычными. Было видно, что Малфой не ожидал увидеть там Поттера — он явно думал, что об этом месте знают только слизеринцы.       — Я могу с тобой поговорить? — Гарри воспользовался секундным замешательством Драко, быстро подходя к нему.       — Нет, — спохватившись, отрезал тот, сразу же пробуя привычно проскользнуть мимо Поттера, но безуспешно. Гарри шустро перехватил его, взяв за предплечье.       — Стой! Панси не придет, — Малфой вздрогнул, вырывая руку — то ли от изумления, то ли от самого жеста Поттера. Он поморщился, но, думая было снова уходить, нехотя остановился, когда Гарри добавил:       — Она сама помогла мне с тобой встретиться, — нахмурившийся Драко обернулся. Поттер отметил, что он не глядел в его лицо, взором уткнувшись куда-то в грудь.       — С чего бы вдруг? — похоже, засомневаться Малфоя заставило осознание того, что Панси раньше всегда приходила вовремя, а внезапная перемена вкупе с таким совпадением была и впрямь подозрительной. Гарри протянул ему сохраненную записку. Драко, не перенимая её, скользнул глазами по рукописному тексту.       — Видишь? Это написала она.       — Что ты опять устроил за моей спиной? — Малфой отошел на шаг назад. В его прежде обычный тон закрались царапающие холодом нотки. И всё же Поттер так рад был его слышать — наконец-то Драко стоял перед ним, пускай и такой отстраненный, бледный сильнее обычного и в принципе какой-то осунувшийся. Гарри постарался не выдать счастья — для него было еще рано. Он не должен был позволить Малфою уйти.       — Ничего. Я просто объяснил Панси, как всё было на самом деле — и тебе тоже хочу, — Драко с видной досадой поморщился. — Пожалуйста, послушай…       — Нет, — Малфой уже разворачивался.       — Хорошо-хорошо, просто погоди, перед тем, как уйдёшь!.. — это оклик заставил слизеринца снова остановиться. — Я пришел не просто так. У меня есть доказательство своих слов. Даже если ты не хочешь их слушать, прошу… — Поттер вынул спрятанный в рукаве флакончик с воспоминанием, протягивая его Драко. — Просто посмотри его. Я уйду, только возьми это.       Малфой поджал губы, не предпринимая попытки забрать флакон.       — Воспоминания? — он едва слышно цокнул языком, когда Гарри кивнул. И Гарри прекрасно понял, что это цоканье означает. В груди неприятно царапнуло что-то давящее — Драко сразу же подумал о подделке или замене воспоминания, несмотря на то, что наверняка знал, что сделать это довольно непросто.       — И это убедило Панси? — этим вырвавшимся вопросом догадка Поттера была подтверждена.       — Прошу тебя, Драко, — тот вздрогнул, услышав своё имя, произнесенное так проникновенно. Это заставило Малфоя на секунду посмотреть на Гарри — пускай он и сразу же отвел взгляд. В его лице что-то промелькнуло, буквально на мгновение всколыхнув холодную безэмоциональную маску. Драко нерешительно потянулся к лежащему на ладони Поттера флакону. Свет воспоминания в нём на секунду померк.       Гарри едва слышно облегченно выдохнул, но, как оказалось, рано. Малфой внезапно обхватил его запястье своими пальцами, притянув на себя. Прежде, чем Поттер успел опомниться, в его лицо заглянули тусклые серые глаза, а из пересохших губ раздалось звонкое в тишине коридора:       — Легилименс!       Гарри почувствовал, что пол плывет под ногами. Застигнутый врасплох, он не смог противиться проникающей в память силе. В возникшей перед реальным взором пеленой растворилась холодность схватившей его руки, а цвет серой радужки заполонил пространство вокруг светлой дымкой, будто туманом.       О чем он думал? В момент накрывшего облегчения только о том, что хранится в голубоватой нити внутри флакона, о том, с каким трудом освободил запечатанное в памяти разбирательство с Ромильдой у Макгонагалл, о том, каким ужасным было для него лицо Драко, когда тот узнал об украденном списке. О том, как оно было всё еще отдаленно похоже на то, что он видел сейчас, перед тем, как Малфой силой вторгнулся в его мысли, молниеносно всколыхнул все недавние воспоминания, прорвавшись и через разговоры с Джинни, наполненные непривычной мрачностью, и через ссору с Роном на почве чувств Поттера к слизеринцу. Драко увидел всё это своими глазами и отпрянул, сжимая в отнятых от ладони Гарри пальцах флакон.       Поттер пошатнулся, удержавшись на ногах благодаря тому, что успел схватиться за стену. Он сверлил пока всё еще ничего не видящим взглядом пол, чувствуя, как ноющая настойчивая боль охватывает голову.       — Ох-х, — Гарри еле выдохнул, и это помогло зрению проясниться. — Да, наверно, так было быстрее, — он говорил тихо, пока не до конца пришел в себя. Заставил его это сделать звонкий голос Малфоя.       — Это правда? — Поттер поднял голову, желая убедиться, что смягчившийся тон Драко ему не померещился. — Это — то, что ты хотел мне показать?       Гарри медленно кивнул, разгибаясь. Он мимолетом встретился глазами с Драко, и на пару мгновений замер, вглядываясь в их прояснившуюся радужку, в мягкий изгиб бровей и выражение лица, показывающее теперь не холод и отстраненность, а лишь легкую, болезненную неуверенность. Маска Малфоя разбилась, стоило тому лично увидеть воспоминания Поттера. Но тогда почему…       — Ты всё еще не веришь мне? — Драко, сморгнув несколько раз, повернулся к нему боком, прижимая к области у груди кулак с зажатым в нем флакончиком. Он некоторое время думал, прежде чем ответить.       — Я даже пока не знаю, чему именно мне нужно верить, — Малфой прикрылся на сей раз лишь настороженностью. Гарри был рад уже и тому, что он не пытается убежать.       — Тебя всё же именно принудили со мной возиться, — выдал Малфой, рассеянно перебирая в другой руке складки мантии, перетирая их в подрагивающих белых пальцах. Казалось, он побледнел еще больше с начала разговора. Поттер с тоской подумал о ранее игравшем на точеных скулах румянце.       — Я могу всё рассказать поочередно. Мне только нужно, чтобы ты выслушал меня. Пожалуйста, — автоматически, но оттого не менее искренне повторил он. Драко поджал губы.       — Я хочу ответов на свои вопросы, — помедлив, произнес он чуть менее холодно, чем всё предыдущее. Гарри неслышно вздохнул.       — Да, конечно. Ты имеешь на это полное право, — глухо добавил он. — Я отвечу на всё, — Драко сглотнул, с непривычки как-то съёживаясь под чужим взором. Но уже через секунду он выпрямился, пускай всё еще старался не смотреть Поттеру в глаза.       — Каким образом ты подписался на это? Если тебе пришлось, и ты не хотел, как ты такое допустил? — Гарри мысленно вернулся к заранее подготовленным ответам, старась отодвинуть в сторону постепенно уходящую головную боль.       — Я даже не знал, что тот лист — контракт. Помнишь, я говорил про строчку, на которую ты мне указывал? Я говорил, что это ложь. Она была дописана Ромильдой позже, чтобы ты подумал, будто я согласился так «подшутить» над тобой добровольно. В действительности же я подписал себе приговор, просто взяв лист — он валялся на видном месте, и я хотел его выбросить.       — И как это работало? — Драко от настороженности перешел на простую сосредоточенность. Четкость рассказа Поттера была убедительной.       — Напротив заданий — даты. В первую такую я должен был просто столкнуться с тобой — думаю, ты помнишь. Пока я этого не сделал, — причем случайно… — Гарри убрал с левого запястья рукав, заодно отодвигая браслеты. Малфой вздрогнул от неприятного вида — за время последних двух недель, пока Поттер ужасно нервничал, он успел расцарапать мелкие незажившие ранки так, что те и по сей день не успевали нормально затянуться.       — Красная полоса — след от ленты, появившейся из-за контракта. Работает по принципу напоминалки в дни, отмеченные в списке, — Гарри невесело хмыкнул, пряча воспаленную кожу обратно под ткань — выражение лица Драко, пока он в неё вглядывался, немного тревожило. — Пока не выполню задание, постепенно вцепляется в кожу и, ну… — он образно махнул рукой, — в общем, боль усиливается.       — Библиотека, — вдруг выдал Малфой. Поттер растерялся, не поняв его.       — Что?..       — Библиотека. Я уже видел это там, в Запретной секции, — Драко обхватил себя руками, исподлобья глядя на гриффиндорца. — Ты говорил, что упал с метлы, — в этом утверждении слышалось что-то непонятное — то ли упрек, то ли всё та же опаска.       — Не мог же я сказать тебе о списке, — справедливо заметил Гарри. Малфой поджал губы, раздумывая над следующим вопросом, которого Поттер сейчас и ждал. В конце концов, он согласно кивнул.       — Допустим, ты врал о таких мелочах, — нерешительно начал Драко, — но ведь было кое-что посерьезнее, — Гарри сперва не понял, что он имеет в виду. — Дневник, — Поттер почувствовал, как что-то внутри обрывается. — Упустим то, что ты его украл, — явно через силу выговорил Малфой. — Я помню, что в задании было сказано «прочитать», и оно было зачеркнуто…       — Я не лгал, когда говорил что не делал этого, — прервал его Гарри. Он вообще забыл о том жесте со своей стороны, когда решился не выполнять вторую половину пункта. Драко поднял брови.       — Но…       — Да, разумеется, боль, — отмахнулся Поттер; ответ на такие вопросы подготовлен у него не был, а потому сейчас он говорил более сбивчиво. — Но после выполнения половины задания она ослабла, — Малфой открыл было рот, но Гарри продолжил говорить. — Да-да, разумеется, потом она опять начала подниматься, и всё такое…       — Тогда почему не прочитал? — тон слизеринца сквозил недоверием, но Поттера удивило не оно. Больше ему было непонятно то, что Драко не был очевиден мотив его поступка.       — Потому что я знаю, как это тебе дорого, — просто ответил он.       — Но…       — Боль? — Гарри удержался от того, чтоб закатить глаза. — После выполнения первой половины задания её можно было перетерпеть. Я… — у него вдруг пересохло горло, — я решил, что не смогу так подорвать твое доверие, что так будет лучше, — Поттер коротко кашлянул, умолкая. Под взглядом Малфоя, от которого вдруг захотелось спрятаться, он почувствовал себя до крайности неловко. Драко некоторое время молчал, внимая тишине потайного коридора.       — Но ты всё же не хотел выполнять задания из-за близости со мной, — пробормотал он, обращаясь скорее к себе. Но Гарри его услышал.       — Сначала — конечно.       — А потом? — вскинул голову Малфой. Тусклый проблеск в обратившихся к Поттеру глазах вогнал того в несколькосекундный ступор. Он выдохнул.       — Я всё еще не хотел их выполнять, хотя, может, уже не так сильно и не по той причине… Понимаешь, — вдруг перешел на другое Гарри в попытке объясниться, — до этого контракта я совсем не знал тебя. Чтобы выполнять задания, пришлось это сделать, как-то ближе пообщаться и… всё такое. Не думаю, что Ромильда это продумывала, — он издал нервный смешок, облизнув губы. — Просто… чем дальше по списку — тем больше я тебя узнаю. И тем больше убеждаюсь, что ты вовсе не такой, каким я тебя всегда считал, будучи врагом, — Поттер ненадолго остановился, но Драко, похоже, был готов слушать дальше, не отрывая от него внимательного взгляда. — Ромильда считала, что просто по факту бывшей вражды контакты с тобой будут противны. Вне контекста, конечно, так бы и было, но ведь… я не мог просто так подходить к тебе и выполнять задания так, как делал это первые пару раз. Мне пришлось общаться с тобой больше, узнавать и, честно говоря, я уже не помню, когда задания стали просто лишним поводом увидеться. Подумай, — начал Гарри, увидев, что Малфой еще не до конца растерял свою холодность, — зачем мне было делать что-то лишнее для этого списка? Я имею в виду, не организовывать встречи, а… — речь вдруг ускорилась — то ли из-за смущения, то ли из-за чего еще, — самому расспрашивать тебя о чем-то, оставаться после выполнения заданий, целовать тебя не один раз, а больше, в конце концов, — выдав это, Поттер справился с толикой смущения, вновь успокоившись. — Я хотел этого. Сам, не из-за списка, не из-за того, что он стал казаться мне чем-то смешным.       Он умолк, и Драко поджал губы, не смотря на него и перетирая мелкий флакончик в руке. Он обдумывал увиденные воспоминания Гарри — те, что были из числа последних. Вкупе с ними слова Поттера действительно казались правдой. Гарри не понял, сколько длилось молчание. Течение времени было незаметно, пока он вглядывался в лицо Драко, в котором то и дело мелькали оттенки неопределимых эмоций, отражающие сложность принятия выбора — верить, принять, или снова отвергнуть.       — Ты лгал мне о чем-то помимо нюансов, связанных со списком? — несмотря на формулировку, Малфой сказал это сбивчиво, едва не заикаясь. Сердце Гарри ёкнуло, когда он понял, что Драко начинает понемногу оттаивать, когда увидел, как трескается лёд его настороженности и недоверия, когда уловил тонкие нотки в знакомом голосе, говорящие об уязвимости — и о том, что Драко теперь не особо её и скрывал. Врал ли он о чем-то еще? Поттер знал ответ, но постарался обдумать его еще раз, не желая так просто пренебрегать вопросом.       — Нет, — он сделал небольшую паузу, додумывая. — Ну конечно же нет, — Гарри сказал это мягко, от чего уже и сам отвык; резко выпрямившийся Малфой — тем более. Драко шелохнулся, полностью поворачиваясь к нему. Четкость его движение выражала то, что решение принято.       — Ты носишь мой браслет, — Поттер сперва растерялся, в очередной раз удивленный его словами.       — Д-да, — он невольно запнулся. Малфой вдруг протянул ладонь. Гарри, сперва не сообразив, что он хочет, спохватился, дрожащими пальцами снимая с себя украшение с темными бусинами. Он передал его Драко, сжавшему браслет в кулаке.       Поттер вздрогнул, когда слизеринец едва не упал на него. На деле же Малфой просто шагнул вперед, прильнул к его телу, не обнимая, а наоборот как-то сжавшись, как от холода. Драко уткнулся носом в чужое плечо, едва слышно сопя. У Гарри перехватило дыхание от такого непривычного контакта. Малфой не делал абсолютно ничего — просто стоял рядом, вбирая шедшее от Поттера тепло, усилившееся, когда тот понял, что Драко поверил ему. Некоторое время никто из них не мог и шелохнуться, казалось, даже дышать слишком громко нельзя, чтобы не тревожить другого, не мешать придвинувшимся один к другому телам разносить по венам легко пьянящее сладостное чувство, появлявшееся только в моменты такой близости, от которой уже успели отвыкнуть.       Гарри нерешительно поднял руку, но смог лишь накрыть ей спину Драко. Тот не отстранялся, всё еще не двигался, а сердце Поттера от желанного контакта билось о грудную клетку так, будто желало вырваться из груди и быть к Малфою еще ближе. Гарри был уверен, что быстрое биение сейчас слышит не он один.       Всё тело окутало тепло, к ранее бледному лицу Драко прилила живость, и увидевший это Поттер ощутил, как от внутреннего ликования чувства, ранее растекшиеся в груди, воспаряют вверх. Они затрепетали, когда Малфой ненавязчиво обнял Гарри за талию, медленно облегченно выдыхая.       — Обещай мне, что больше не будешь врать, — Драко, прикрыв глаза дрогнувшими светлыми ресницами, скользнул щекой по его плечу. Поттер ощутил дуновение его дыхания на своей шее, но несмотря на его прохладу отстраняться не хотелось. Он повернулся, чтобы вдохнуть запах знакомого шампуня.       — Обещаю, — шепнул он.

***

      — Нет, этот лавандовый морф в итоге стал белым… Подай, пожалуйста, сумку.       — Знаешь ли, со змеей на руках это довольно проблематично… — Драко лишь закатил глаза на такую отмазку.       — Угомонись, ты без проблем можешь освободить одну — ничего не сделается…       — А мне-то казалось, нужно прикидываться деревом, — Поттер потянулся за валяющейся рядом сумкой, выпустив зеленоватого ринхофиса, что теперь был вынужден оплестись вокруг его запястья вместо того, чтобы спокойно висеть на пальцах.       — О, прекрати, — Малфой оторвался от записей в дневнике. — Это необязательно — к тебе ведь уже привыкли.       — И всё же меня немного нервирует то, что ты так просто берешь и дергаешь её — это ведь…       — Не прикидывайся, ты давно знаешь, что тела даже тонких змей не такие хрупкие. Или во время перерыва уже успел позабыть все мои лекции? — обратившийся на Гарри взгляд блеснул лукавством.       — Перерыва… значит, ты так это называешь, — брови Драко поднялись в удивлении.       — Я просто… — он стушевался. — Это имеет значение? — Поттер покачал головой, передавая Малфою его сумку.       — Да нет, — отозвался он. Драко почему-то взволновало его пренебрежение.       — Если вдруг я… — он кашлянул, чтобы выровнять голос. — Если вдруг для тебе есть что-то волнующее — например, моя первая реакция, — просто скажи…       Гарри нахмурился.       — Разумеется, для меня было что-то волнующее. Но сейчас мне больше интересно, что ты имел в виду под своей реакцией?       — Ну, ты понимаешь… Когда узнал про список. Едва ли не закатил тебе истерику, всё такое, — Малфой говорил это, как нечто будничное, но Поттер понимал, что такой разговор его отчасти нервирует.       — Я что-то не припомню истерик, — заметил он, отворачиваясь от Драко к террариуму, к которому была прицеплена елочная игрушка, и выпуская внутрь двуглавую змейку, шустро скользнувшую между веток.       — Ну…       — Что? — Гарри всмотрелся в лицо Малфоя. — Вообще, думаю, для человека, который счел, что с его чувствами играли, ты был довольно спокоен, — услышавший это Драко издал нервный смешок.       — Это тебе так кажется, — мягко поправил он, но тут же снова слегка напрягся. — Но правда, если с этим что-то было не так…       — Ты правда думаешь, что я могу осуждать тебя за эмоции? — Малфой с оттенком неловкости пожал плечами, уставившись в свои колени, на которых лежал дневник. Поттер взял на себя смелость убрать книжицу в сторону — смелостью это было потому, что Драко только недавно вернулся к старой привычке спокойно оставлять личные вещи рядом с ним.       — Твоя реакция была нормальной, ясно? Да, когда узнаешь правду, многое может показаться… каким-то не таким. Но ведь тогда тебе, по очевидным причинам, было больно. И я правда не понимаю, что с этим может быть не так, — слизеринец вздохнул, выслушав это.       — Да, но… ты ведь с самого начала просил меня остаться, чтобы объясниться. Наверное, мне стоило как-то подпустить тебя раньше — так было бы лучше…       — Да? А если бы я на самом деле просто бы играл с тобой? Думаешь, подпустить меня было всё так же лучшим вариантом? — Драко нахмурился, подняв голову.       — Что ты…       — Я имею в виду, что твоё поведение было правильным. Если бы то, что сказала тебе Ромильда, было бы правдой, твоя тактика — вот что действительно было бы лучшим.       — Да, наверное, — спустя недолгое молчание согласился Малфой, и дрогнул, когда Гарри взял его за руку — как показалось Драко, слишком осторожно и бережно.       — Если ты не уверен, у меня есть еще аргумент, — Поттер поймал любопытный взгляд собеседника и продолжил. — В тот момент, когда я понял, что список у тебя, — да еще и с приписаной строчкой, якобы меня компрометирующей — я был наверняка не в меньшем шоке, чем ты, когда получил его. Я бы не смог всё объяснить тебе на месте. Потому что… — Гарри вздохнул, утихая. Настала его очередь опускать глаза. Он едва уловимо провел большим пальцем по ладони Драко. Тот весь обратился в слух — с момента примирения они особо не упоминали день, о котором говорили сейчас, и проявившиеся чувства Поттера сейчас были дороже золота.       — Потому что?..       — Потому что то, каким ты был тогда, было тоже слишком… ошеломляющим, — Гарри выдохнул. — Было видно, что ты плакал, и вообще… Понимание, что тебе так плохо, считай, из-за меня и моей глупости, было ужасным.       — Почему? — вырвалось у слегка удивленного Драко, и это заставило Поттера посмотреть на него.       — Почему? — он глухо кашлянул. — Представь себя на моем месте. Представь, что внезапно я или кто еще, кто тебе дорог, впервые предстает перед тобой в таком… уязвимом состоянии, а вдобавок отталкивает, потому что ты — виновник произошедшего, — Малфой ненадолго замолчал, пока его внимательно рассматривали.       — Да, наверное, это не очень легко, — тонким тихим голосом произнес он. — Но по факту ты не был виноват.       — Не полностью, — уклончиво откликнулся Гарри, задумчиво склоняя голову набок. Всё это время он автоматически скользил пальцами по руке Драко, оглаживая её и обрисовывая легкими прикосновениями костяшки и фаланги.       — Но мне нужно было как минимум сжечь к черту эту бумажку, — он неслышно выругался, а Малфой вдруг поменял местами их ладони, положив свою сверху. Он наклонился к Поттеру, быстро и осторожно целуя в ямочку под носом. Драко почти сразу отстранился, но тепло его губ всё еще чувствовалось на коже.       — Я думаю, пережитое было отчасти к лучшему, — Гарри поднял брови. — Нет, сам подумай. Это как минимум расставило все точки над «и». Не прими как что-то негативное, но я думаю, что сам бы ты вряд ли рассказал мне о списке. И я полностью тебя понимаю, но с моей стороны знать об этом, конечно же, лучше, чем если бы я думал, что всё произошло сугубо по твоему желанию — ведь это было не так, по крайней мере, вначале. Так что…       — Да, ты прав, — Поттер потянулся к Драко, чтобы обнять, прижав к себе. Тот усмехнулся, когда Гарри скользнул носом по его шее, чуть щекоча.       — Да и к тому же, это помогло рассказать всё друзьям и наконец-то выяснить с ними отношения, — гриффиндорец положил подбородок на чужое плечо.       — Насколько я понял, они, кроме Джин, были против? — уточнил Малфой, покосившись на обвивавшего его руками Гарри. Ладони того как раз скользнули на его талию.       — Ага. Рон особо. Мне стоило раньше поговорить с ним, а не молча слушать, как он говорит о тебе гадости, — Драко шелохнулся, когда Поттер добавил: — Прости меня за это. Да и…       Малфой не дал ему закончить, отклонившись назад, чтобы они с Гарри увидели лица друг друга. Драко покачал головой.       — Всё хорошо, — в подтверждении он опять мимолетно поцеловал Поттера, после чего отстранился совсем немного, чтобы шепнуть в покрасневшие губы: — Главное, что сейчас мы выяснили. Давай не будем о плохом, ладно?..       Гарри, едва успев кивнуть, приблизился к Малфою вплотную, чтобы нормально поцеловать и прижать его тело к себе. Драко прикрыл веки, поддаваясь более быстрым, чем обычно, движениям губ, разносящим тепло по всему телу и заставляющим нечто внутри легко трепетать. После произошедшего Малфой стал ценить такие ласки гораздо больше.       — У меня есть вопрос, — решительно начал он, когда они разорвали контакт. — Ты обзавелся традиционной парой к Рождественскому балу? — это заставило Поттера растеряться. Прежде, чем он понял намек, он, слабо краснея, пробормотал что-то, похожее на «Нет».       — И я нет, — слизеринец выдержал небольшую паузу.       — Пойдешь со мной? — они произнесли это одновременно, и оттого коротко засмеялись. Они всё еще цеплялись друг за друга. Словно прочитав в глазах другого обратный отсчет, Гарри и Драко спустя еще несколько секунд вымолвили:       — Пойду, — Малфой не удержался от еще нескольких смешков. — А как же «традиционность» пары? — с озорством осведомился он, вспоминая изначальный вопрос. Поттер ненадолго завис, но затем пренебрежительно цокнул языком.       — Ой-й, — нарочито ворчливо протянул он. — К черту их традиции, у нас есть свои.       Драко широко улыбнулся, и сердце Гарри сделало пируэт в его груди — он давно не видел, чтобы Малфой был таким откровенно радостным, хотя, безусловно, рядом с гриффиндорцем он выглядел счастливее. Поттер, не удержавшись, осыпал лицо Драко несколькими поцелуями, доканчивая путь прикосновением губ к носу.       — Драко, — щеки того за считанные секунды порозовели, когда он услышал своё имя. Малфой вопросительно что-то промычал.       — Я люблю тебя, — Гарри повалил его на кровать, но сделал это на удивление плавно, сгладив мягкостью движения эффект неожиданности. Драко рвано выдохнул, плохо слушающимися руками обхватывая лицо Поттера и притягивая его к себе, чтобы поцеловать. Гарри растаял от мягкости его ладоней, от четких, но уже не таких механических, как раньше, движений губ и от вида покрасневших щек Малфоя. Сознание помутнилось, а Поттер пришел в себя только после завершения поцелуя. Он вдохнул, чтобы прояснить ум, и на секунду обернулся к двери.       — Спальня закрыта?       — Разумеется, — с толикой деловитости подтвердил Драко, лежащий под Гарри и рассматривающий его шею, которая открылась, когда гриффиндорец отвернулся. Взор Поттера наткнулся на террариум.       — У меня ощущение, что твой ринхофис хочет меня убить, — обратился он к Малфою. Тот фыркнул, покосившись на змею за стеклом сбоку — головы той недвижимо наблюдали за ними. Драко потянулся к лежащей в ближайшем углу кровати мантией и набросил её на террариум, как на клетку с попугайчиком.       — Перехочет, — Малфой снова обратил всё внимание на Гарри. — Все формальности улажены. Что теперь?       — Теперь я могу делать с тобой что угодно, — на губах Поттера дрогнула улыбка, когда он уловил проблеск смущения в лице Драко. От одного его вида Гарри становилось безумно тепло, вопреки прохладе спальни в подземелье. И сам Малфой наверняка чувствовал то же самое.       — Ты же не против? — с лукавством уточнил Гарри. Драко демонстративно закатил глаза.       — Давай уже, действуй, — подтолкнул он, и Поттер без обиняков подчинился.       Зеленоватая змейка свернулась в углу террариума. Носатые мордочки выражали нечто, похожее на досаду. Вероятно, ей хотелось посмотреть… А они закрыли обзор глупой мантией.