Игры богов

      Приближался к концу второй месяц на новом месте. За это время мы многого достигли. Умельцы изготовили арбалеты и луки, благодаря которым мы можем охотиться на лесных монстров без траты дефицитных патронов. Мы обменялись населением, чтобы собрать вместе родственные народы и снизить межэтническую напряжённость. Эльфийскую деревню обнесли невысокой деревянной стеной, на дорогах выставили посты с дежурными солдатами. Огнестрельное оружие сдали в оружейную на хранение, в случае необходимости в течение часа должно быть сформировано ополчение, готовое отразить вражеский удар.       А удар определённо будет. С каждым днём растёт поток беженцев, идущих со стороны "Эстереки" – плодородного края на юго-востоке. На подходе эльфийская армия, которая методично зачищает деревню за деревней, стараясь не оставлять выживших. Мы, как могли, законсервировали и собрали в одном месте все припасы. Подготовились к возможной осаде. Но, по правде говоря, вряд ли они будут морить нас голодом. До сих пор эльфы штурмовали каждую занятую людьми деревню независимо от того, пыталась она отбиваться или нет.       Сейчас в центре поселения, на местечковом форуме, собрались все важные люди на этом участке фронта. Нам нужно было согласовать действия, чтобы дать бой и не попасть в окружение.       – Мы должны собрать как можно больше солдат в приграничных деревнях. Всех, неспособных драться, отправим в тыл готовить припасы, – выступила Серан Айбар, лидер тюркской деревни.       Феминизм повсеместно восторжествовал после Переноса. Действительно, когда половина женщин – это бывшие мужики, а половина мужиков – бывшие бабы, орган между ног перестаёт что-либо решать. Осталось, может, какое-то влияние гормонов, но я, честно, со временем лишь ещё больше убеждаюсь в том, что биология не определяет человека. Мужик в женском теле может сменить ориентацию, но, если у него был стержень, он его не потеряет.       И вот, на форуме лидеров собралось примерно поровну мужчин и женщин, хотя бывших мужчин среди нас, уверен, больше. Точно так же на фронте одинаково представлены оба пола. Тем более, что в новом мире физическая сила не зависит от тела. Конечно, тренировки всё ещё что-то значат, но куда больше значат уровни и опыт. Зарабатывая их, можно стать и сильнее, и ловчее. Выдающихся "одиночек", прыгающих выше головы и ломающих доски одним ударом, мы стараемся вербовать и включать в состав армии.       – Предполагается, что враг не ждёт сопротивления, и будет распылять свои силы по всему фронту. С его стороны будет логично атаковать юго-западные и центральные поселения, чтобы потом занять северные и северо-восточные. Под первый удар попадают четыре деревни: славянская, индийская, арабская и испанская. Славянская находится на стратегически важном перекрёстке, в случае её падения откроется путь на тюркскую деревню и возникнет угроза окружения индийской и арабской деревень. Считаю, что славянам нужно выделить дополнительные силы, – второй выступила Индира Ачарекар, пришедшая из индийской деревни. Говорят, в прошлой жизни она была парнем, но после Переноса приняла новую себя и сменила имя на женское.       Докладчики выступают по заранее оговоренной очереди, после чего наши слова повторяют на английском переводчики. Интересно, что англичан на форуме не было, но это не помешало их языку занять главенствующую роль в международной коммуникации.       – У нас тут не армия, а чёрти что! – я поднялся со своего места, чтобы вылить на собравшихся заслуженное ведро помоев. – У каждой деревни – своя организация! А если понесём потери и отступим, как будем объединять тактические единицы, об этом вы подумали? Я промолчу про ополчение, тут уж ресурсы ограничены, но вот про вертикаль командования должен сказать прямо. Кто додумался сделать командиров выборными, а? Покажу пальцем. Индусы и тюрки! А если солдаты решат выбрать командира, который не пошлёт их в бой, что тогда?! Я – военный человек, и считаю, что солдаты должны подчиняться младшим офицерам. Младшие офицеры – старшим офицерам. Должна быть чёткая лесенка, понимаете? И каждый элемент лесенки должен назначаться сверху. Вот вы, товарищи, по сути сейчас верховные главнокомандующие. Выше вас никого нет. Не играйте в романтику с избранниками солдат, просто назначайте им командира, и взаимодействуйте со взводами через него. И они должны точно так же назначить каждому отделению сержанта. Неужели это так сложно понять? Думаете, я дурак? Строите тут утопии из своих фантазий, а я вам говорю правила, писанные кровью. Единая организация. Строгая вертикаль командования. Это основа основ любых вооружённых сил, и наших в том числе! – я закончил свою речь и опустился на место. Имре потребовалось время, чтобы перевести мои слова на английский, и ещё несколько минут понадобилось переводчикам, чтобы перевести мои слова с английского на языки их лидеров.       Главная проблема этого года – это даже не эльфы, а языковой барьер. Понапридумывали себе языков после падения Вавилонской башни, понимаешь ли. Надеюсь, мои слова были услышаны и приняты к сведению. Нечего изобретать армию заново, когда есть вековые, отточенные кровью традиции.       – Поддерживаю Сергея, – поднялся со своего места итальянец Приамо Гарфора. – Я тоже хотел сказать пару слов об организации. Она никуда не годится! Предлагаю, по возвращении в поселение, каждому реформировать ополчение по следующему образцу. Я подготовил листовки на английском языке и попрошу раздать их после моей речи. Мы сформируем взвод как самую большую организационную единицу, в каждый взвод войдут три-четыре отделения из шести-десяти солдат. Отделение обязательно формируем по языковому принципу, между командирами отделений и командиром взвода не должно быть проблем во взаимопонимании. Это раз. Во-вторых, в каждом отделении должен быть опытный военный с огнестрельным оружием и, необязательно, человек с высоким уровнем, способный нести на себе тяжёлый груз. В-третьих, во избежание путаницы присвойте каждому взводу временный номер и постоянное название, отделениям достаточно временного номера. В дальнейшем, при отступлении и перегруппировке, это упростит доукомплектование уцелевших взводов и формирование новых, а также организацию обороны. Я вижу будущее следующим образом. Нас будут методично выдавливать из поселений, отодвигая линию фронта дальше, на северо-запад. Наша задача не остановить их, а причинить как можно большие потери, чтобы замедлить наступление. Предлагаю прибегнуть к тактике выжженной земли. При отступлении будем поджигать за собой леса и все припасы, которые не сможем унести. Это важно, чтобы однажды враг остановился, решив, что дальнейшее наступление сопряжено лишь с ещё большими потерями.       Наконец, итальянец закончил. За ним замолчал его переводчик, затем заговорили на десятке языков личные переводчики лидеров. Лишённая упрёков речь Гарфоры снискала больше понимания и одобрительных кивков, что неудивительно. Кто-то должен был высказать всё грубо и прямо, а кто-то – уклончиво и деликатно. Один, чтобы подготовить почву. Другой, чтобы взрастить на ней плоды. Как-то так это работает в моём представлении.       Помощники Гарфоры забегали между лидерами с листками местной желтоватой бумаги. Один из них передали и мне, даже подпись есть, "Сакулину". На русском языке, хотя остальной текст на английском. Мелочь, а приятно. Переворачиваю, изучаю нарисованные схемы. Выглядит знакомо. Чем-то напоминает армейские плакаты в учебке.       – Прискорбно, что никто не поднял тему логистики, – заговорил делегат от второй славянской деревни. Он не был её лидером, но его, как хорошего знатока английского языка, уполномочили представлять её интересы. – В джунглях поселения связаны между собой реками и дорогами. Мы едва наладили торговлю, как подошла эльфийская армия, и теперь вынуждены срочно искать логистические решения. За нашей деревней есть американское поселение, не представленное на этом собрании, в котором смогли разобраться с обучающим посохом. Его назначение – разблокировать заклинание, в данном случае, [Приручение], путём частого использования. Мы убедили их дать нам пару "хозяев" с подчинёнными вьючными монстрами. Можно использовать их для доставки припасов на фронт. Аналогом лошадей у эльфов были тигры, и оседлать их или использовать для доставки грузов можно только с [Приручением]. Придётся либо таскать всё на плечах, либо в повозках, тянуть которые будут, опять же, люди. Течения рек направлены на вражескую территорию, так что эвакуироваться по ним не получится, а вот доставлять припасы и подкрепления из тыловых поселений на фронт – вполне. Делегат закончил выступление и вернулся на место. Логистика... я об этом даже не думал. Долгое время мы обходились своими силами и не участвовали в зарождающейся торговле. Выходит, зря. Нужно было тоже "искать решения".       – По поводу связи, – поднялся Мехди эль-Диб, лидер арабской деревни. – Об этом не сказано ни слова, я поражён. Как мы узнаем, что соседняя деревня пала и нужно отступать? Радиосвязи здесь нет, почтовых голубей тоже. Остаётся только отправлять гонцов, что очень долго. Лично у меня варианты исчерпаны. Предложения? Как только слова араба перевели, поднялась женщина слева от меня, лидер испанской деревни.       – Сигнальный дым, – произнесла она. И элегантно села. Ярко и немногословно. Если мы собираемся поджигать за собой лес при отступлении, проблем с коммуникацией не возникнет. Такой пожар будет видно за многие километры. Главное дым с облаком не перепутать, ага.       – Хорошо, – продолжил араб. – Звучит, как достойное предложение. Похвально для женщины.       Ох, ну как так можно, а? А если это мужик в женском теле? Не привыкли ещё, не? Два месяца прошло всё-таки.       – Позвольте, – португалец, Маркинес Роха, привлёк внимание к своей персоне. – Спасибо. Есть ещё один момент, на который следует обратить внимание. Прокачка. Некоторые враги могут быть настолько сильны, что их не убьёт выпущенная в висок пуля. По правде говоря, старые способы ведения боя могут не сработать в этом мире, тем более, у нас серьёзная нехватка нормального оружия. Предлагаю резервам в тылах заняться охотой ради уровней. В идеале нужно получить несколько сильных индивидуалов, которые смогли бы сравниться с эльфийскими воинами.       Ах, да. Эта игровая хрень, о которой постоянно трепались Артём и Рома. Нужно быть готовым к неожиданностям, которых этот мир и так подкинул вагон и маленькую тележку. Чего стоит одна только червятина как основное блюдо остроухих.       – Ни у кого больше нет вопросов? Предложений? – взяла слово Серан. Мы с Имре переглянулись. Вроде бы нет. – Тогда предлагаю закончить собрание и приготовиться к нападению эльфов.       Мы встали со своих мест, пожали руки, передали друг другу записки и разошлись каждый к своей делегации. В составе моей помимо Имре была Лера. Марину мы оставили в деревне. По правде говоря, её судьба меня не волновала, были проблемы посерьёзней маленькой девочки в теле подростка. Был ещё коматозник, который каким-то чудом пережил резню в деревне и провёл два месяца без еды, но жизнь его медленно увядала. Это было заметно по впавшим скулам и выглядывавшим из-под кожи рёбрам. Мы так и не решили, что с ним делать. Убить – рука не поднимается. Оставили, вдруг очнётся? Хотя уже не верится.       Собрав вещи, мы выдвинулись обратно по пролегавшей через болотистые джунгли грунтовой дороге. В плюсы нового мира однозначно можно записать отсутствие усталости. Она превратилось в двузначное число, именуемое ОВ, очки выносливости. Они восполняются, когда что-то ешь. Вода на ОВ никак не влияет, проверено много раз. ОЗ – не то плюс, не то минус. Вроде как ты регенерируешь, пока у тебя есть хотя бы одно очко здоровья, но, с другой стороны, если очков не останется, умрёшь. Без вариантов. Недавно, правда, беженцы принесли с собой слух, что можно получить достижение [Выживший], а с ним способность [Решимость], которая даёт возможность пережить смерть. Лично я уже готов поверить во что угодно. Хоть в летающих драконов, хоть в призраков.       Кстати, о беженцах. Теперь, когда мы возвращались в прифронтовую деревню, приоткрылся масштаб бедствия. Путь обратно – это полдня непрерывной ходьбы, и каждые минут двадцать-тридцать мы встречали на своём пути группку беженцев, от двух-трёх до пары десятков человек. За день таких наберётся пять-шесть сотен, и это только одна просёлочная дорога! Сколько человек ещё находилось в Эстереке, сколько там погибло – уму непостижимо. Впору ужаснуться, но нам, людям, свойственно быть равнодушными к статистике.       Беженцы каждый день останавливаются в нашей деревне, обмениваются товарами, продают оружие за еду, и бредут себе дальше, вглубь человеческих территорий. Что там находится? Да хер его знает. Мне неинтересно. Сейчас главное сдержать вражеский натиск и грамотно отступить. Эльфы же такие твари, что могут отправить нам вдогонку тигров. Мы-то отступать пешком будем! Словом, забот непочатый край. Организовать ополчение, кое-как обучить стрелять и не разбегаться. Всех. Без исключений. Эльфы убивают людей без оглядки на пол и, кхм, психологический возраст. Значит, и мы должны ставить под ружьё абсолютно всех. Женщин, детей, стариков – все, кто могут держать оружие, будут его держать. И хрен вам, а не дезертирство! Расстрел на месте! Всё по законам военного времени. Жестоко и без иллюзий.       – Да уж, – вздохнул Имре. – Дела у нас всё хуже и хуже.       – И не такое пережили, – но в душе я понимаю, что он прав. Даже в худшие времена в Афгане было лучше, чем здесь и сейчас. Честно, я тогда не выдержал и спился. И сейчас вряд ли выдержу. Но, ради людей, постараюсь протянуть подольше.       – Мы же не отобьёмся, да? – спросила подрагивающим голоском Лера.       – Не отобьёмся, – отвечаю честно. – Но дадим бой и убьём столько, сколько сможем. Это война на истребление. Либо мы, либо они.       – На... истребление?.. – не могу её осудить. Мало кто хочет помереть, чтобы жили другие, но мы ведь и не собираемся умирать? Главное грамотно отступить.       Ещё одна группа беженцев прошла мимо нас. Негры. Все до единого. Чёрные, угольные негры с большими губами и выпирающими подбородками. Надеюсь, они оставили у нас всё оружие и забрали немного еды. И тащить при отступлении меньше, и шансов отбиться больше. Двух зайцев разом убиваем благодаря торговле с беженцами.       – Где-то должно быть лучше, чем здесь, – замечтался Имре. – Мы не воюем с эльфами, не гоним кошколюдей, не охотимся на монстров.       – Где, на Земле? – издаю короткий смешок. – Думаешь, там кто-то остался?       – Возможно, – предположил эстонец. – Может, мы всего лишь копии, а настоящие мы живут там, на Земле, и даже не подозревают о наших страданиях? Или смотрят на этот геноцид нашими глазами во снах-кошмарах.       – И какая разница? – я никогда не сбегал от проблем в выдуманную реальность. Да, опёрся на бутылку, каюсь. Но заниматься такими фантазиями? Нет, не моё это.       В ответ Имре лишь пожал плечами. Лера вдруг застонала и схватилась за культю. Её временами мучали фантомные боли. Я посмотрел на неё с сочувствием, и взглянул вперёд. Мы приближались к деревне. Нападение эльфов ожидалось через неделю-полторы, и нужно было всё подготовить к их приходу. Укрепления, оружие, люди, всё должно быть готово к бою. С этим врагом любая слабость станет фатальной.       Никогда до сих пор мне не приходилось защищаться от геноцида. Плен у моджахедов, пытки – это, конечно, страшно. Но геноцид? Они не хотят выбить из меня информацию, не хотят добиться выкупа или уступок. Им нужно моя смерть и только. Само моё существование им мешает.       И вот это ужасно.